Дело об атипичной пневмонии посвящается вирусоносителям

ДЕЛО ОБ АТИПИЧНОЙ ПНЕВМОНИИ
Московские приключения китайского попугая


Алексей Оверчук

Я увидел перед собой египетские иероглифы и очень удивился. Я не знал древнеегипетского языка и откуда этот загадочный текст появился – не совсем понимал. Присмотревшись внимательнее к рисунку, я заметил между иероглифами какие-то узоры. И тут словно молния полоснула по моим мозгам: это же рисунок моего ковра в кабинете!
С глубокого похмелья голова плохо работала. Но, но я решил продолжить исследования. Итак!
Ковры у меня на стенах не висят. Значит я лежу на полу, лицом вниз. Определившись со своим местоположением в пространстве, я сделал еще одно полезное действие – повернул голову на бок. Мои предположения полностью подтвердились: я лежал на полу, в своем кабинете, аккурат перед письменным столом.
Неожиданно включились слуховые рецепторы. Кто-то немилосердно названивал мне на телефон. Голова раскалывалась от этой трели. И казалось не было в мире такой гранаты, которая бы угомонила этот аппарат.
Я пополз к столу, как легендарный Матросов к приглянувшейся ему амбразуре.
Трель неожиданно смолкла. Я прилег передохнуть. Но звонок заверещал вновь. Я собрал остатки сил и пополз. При этом неожиданно сообразил, что телефон здесь не при чем. Это звонили в дверь. Ползти туда было несоизмеримо дальше. Я собрал последние крохи вежливости крикнул культурно:
- Открываю, мля!!! Харе названивать! Ща дверь найду, ломятся как в окно в Европу!
Неожиданно ангельский женский голос откуда-то с неба ответил:
- Дверь справа от вас.
- А вы откуда знаете?
Я повернул голову в другую сторону и увидел пару изящных женских туфель.
- Я уже вошла, дверь была открыта, - подтвердила незнакомка мою догадку.
Скажу честно, я икнул и попытался сделать ей комплимент:
- Какая ты, мля, взрослая и самостоятельная! Уже сама ходит и заходит. Небось незаменимая мамина помощница?
- Вы угадали. Потрясающая дедукция! Или как это у вас там называется? Вы меня еще даже не видели, а уже столько обо мне знаете! Вам помочь? Куда тащить в кресло или на диван?
Усевшись в кресло за столом, я вскользь отметил, что мои предки, на заре цивилизации, все же не зря учились ходить задних лапах. Так действительно удобно. И даже я бы сказал благородно.
Таинственная посетительница уселась напротив.
- Обычно я принимаю посетителей только после завтрака с круассанами и беконом, - начал я, - Но раз уж Вы так неожиданно ворвались – я Вас слушаю.
Ослепительная незнакомка, со следами тайны на лице молчала и восхищенно смотрела, как я достаю из нагрудного кармана рубашки окурок и пытаюсь его прикурить.
Я прикурил.
Небесная прелесть по-прежнему молчала. Тогда я решил более мягко сформулировать вопрос:
- Ну, че молчим, как траурное радио? Давай, мля, начинай свой лебединый концерт, (икнул).. с озером.
- Потрясающая интуиция! Я действительно в трауре и дело как раз касается одной очень редкой птицы! Мне рекомендовали вас как самого профессионального детектива. Теперь я это вижу сама.
Я поморщился:
- Какой еще птицы?
- Лучезарного попугая. Есть такой вид.
- Деточка, - сказал я, как можно культурнее, - Пойди, поиграй с чем-нибудь ядовитым. Мне можт семью еще создавать. Кроме того, я не спец по Чернобыльской флоре и фауне.
- Вы меня не так поняли. Это хорошая птица!
- Мертвая что ли?
- Почему ж мертвая? Цвет у нее такой. Сама жесткая такая на ощупь, твердая, глаза такие переливчатые.
- Если вы сейчас еще скажите, что гадит она серпантином и конфетти, то я от дела откажусь. Вы ее с новогодней елки что ль украли?
- Ни в коем случае! Что вы! В общем она у меня улетела. Знаете, как по Чехову, если на стене вист ружье…
Тут я не вытерпел:
- Милая моя, я что-то не совсем схватываю: Чехов, ружье - он что, киллер?
- Да ну что вы! Он писатель. Так вот, раз на стене в первом акте висит ружье, сказал Чехов, то в последнем оно обязательно выстрелит. В общем следуя этому правилу, попугай у меня улетел.
- Интересное жизненное наблюдение, - заметил я. - У меня в спальне, над изголовьем, висит офигенных размеров фаллоиммитатор, может снять от греха подальше?
Барышня удивилась:
- Они ж не летают!
- Зато втыкаются хорошо. Впрочем ближе к делу. Я берусь за это. Так куда улетел попугай?
- В окно.
- Оно было открыто?
- Потрясающе! А как Вы догадались?
- Годы неустанных трудов на детективной борозде так сказать. Кстати, как Вас называют ваши родные в этом бренном мире?
- Лена Тимофеева, - она протянула мне руку.
- Не могу ответить Вам рукопожатием, я слишком слаб после вчерашнего, - молвил я томным голосом, - Но если хотите – можете меня обнять.
От этого в свою очередь отказалась она.
- А Вас зовут Семен Гордеев? – уточнила она.
- Милочка моя, по-правде сказать я не помню, что у меня там в паспорте написано, но родные и близкие называют меня разными словами, которые я с вашего позволения повторять не стану. Это займет слишком много времени и будет похоже на конкурс сквернословия.
- Хорошо, я буду величать Вас по паспорту.
- Я беру по пятьсот долларов в неделю.
- Согласна, только разыщите побыстрее.
- Ну, это уж как получится, - уклончиво ответил я.
Барышня с незаурядным именем Лена, оставила деньги, начеркала в мой блокнот свой адрес и мобильный телефон:
- Как появятся первые результаты, позвоните мне, хорошо?
Я захотел кивнуть на прощание, но чуть не упал лицом в бумаги. В целом, день начинался не плохо.


Положив пять сотенных бумажек в карман, я позвонил своему напарнику Коляну. Дома его не оказалось. Чей-то возмущенный женский голос прокричал мне, чтобы я больше не звонил этому алкоголику, поскольку его уже пять дней нет дома, и чтобы я искал своих собутыльников там, где мы бухаем.
Наводка была хорошей. Но вот память отказывалась сообщать мне адрес этого таинственного места. Тогда я набрал мобильный номер Коли. Откуда-то со стороны ванной вспорхнула победная свирель. Я вспомнил, где расстался вчера со своим другом. Все-таки мобильные телефоны – это полезная вещь.
Колян, примостырился между ванной и стиральной машиной. Поднять его не удалось. Алкоголь и гравитация прижали его к полу намертво. Я решил не бороться с природой и заняться расследованием самолично.

Мне утро шепелявило листвой в лицо.
Поэтично и грациозно шуршали по асфальту лоснящиеся иномарки. Бубнили грузовики. Кошка гуляла по шелку травы. Возюкались в песочнице воробьи. Ветерок ерошил помойных голубей. Солнце припекало.
Нежно булькало в желудке пиво, случайно найденное в холодильнике.
У метро я задумался с чего начать поиски? И решил ехать на Садово-Сухаревскую, где проживала моя клиентка с незаурядной фамилией Тимофеева. Напротив дома 32, я зашел в кабачок «Лагуна» и стал наблюдать за окнами ее квартиры.
Официант принес кружку пива, сто грамм водки и салатик. Не успел я пригубить из кружки, как услышал:
- Извините, это не Вы случайно занимаетесь розыском Лучезарного попугая?
Неизвестный гражданин стоял заложив руки за спину и смотрел на меня с наглецой поверх очков в золотой оправе.
- Денюх нет, - сказал я угрюмо.
- Вы игнорировали мой вопрос, - прилип незнакомец.
- А что?
- Просто интересуюсь. Можно присесть? – спросил он, и не дожидаясь ответа уселся напротив.
- Я хочу предупредить Вас об опасности и предложить бросить это дело от греха.
- Не получится, - насупился я.
- Почему? Благородство мешает? Совесть держит? Благородство щемит?
- Нет, просто часть задатка за расследование этого дела я уже пропил. А вернуть его  – не смогу.
- Жаль, - сказал незнакомец сочувственно, - Тогда Вы поплатитесь за свое пьянство и упрямство.
- Мне это уже неоднократно говорили, - вздохнул я.
- Ну, пеняйте на себя.
Не попрощавшись, незнакомец ушел.
- Чувствую своим расследованием я всколыхнул серьезные глубины, - сказал я сам себе и долил на всякий случай в пиво немного водки. Выпив ерша, я воскрылил. Угрозы незнакомца показались мельтешней смертных у царского трона. Вслед за этим пришла и легкая досада, оттого, что я не задушил этого мерзавца сразу.
Неожиданно я увидел Лену в сопровождении двух веселых негодяев. По оживленной беседе, я заключил, что это ее друзья. Они шутили и смеялись. Компания шла к припаркованному Мерседесу. Неожиданно им наперерез выскочили на джипе еще более мерзкие типы. Прямо из салона, с заднего сидения один из них шмальнул в компанию из гранатомета «Муха».
Я рассмеялся. Надо быть полным идиотом, чтобы стрелять из такого оружия, сидя в замкнутом пространстве. Законы физики и на этот раз не подкачали. Выхлопное пламя и ударная волна срикошетили от заднего стекла джипа и оторвали неграмотному мерзавцу голову. Но и Мерседес был уничтожен прямым попаданием. Еще двое негодяев, выскочили из джипа. Хотя их изрядно глушанул покойный гранатометчик, они тем не менее стали бойко стрелять в своих собратьев у Мерседеса. Лена присела на корточки и зажала уши ладошками. За какие-нибудь 40 секунд подонки ловко перестреляли друг друга и утихомирились на асфальте.
Улица погрузилась в безмолвие. И тут я совершили непростительную оплошность. Я бросился на улицу помогать Лене. В то время как умные люди разбегались прочь.
Лена была шокирована разыгравшейся драмой и смотрела на меня безумными глазами.
Воздух взорвался милицейскими сиренами.
- В чем дело?! – кричал я и тряс Лену за плечи, - Кто эти люди?!
- Это мы вас хотим спросить в чем дело? – сказал подошедший сзади милиционер. Я оглянулся. Улицу уже заблокировали патрульные машины.
- Я не знаю этих подонков, - сказал я.
- А откуда вы знаете, что они подонки? – заметил милиционер.
- Не придирайтесь к словам, филолог, - парировал я.
Милиционеры не знали этого слова. Меня ловко закольцевали в наручники, согнули лицом на капот и стали обыскивать.
- Что вы делаете?! – возмутился я у меня есть алиби.
- У каждого бандита есть алиби, - заметил кто-то.
Тем временем Лена куда-то пропала.


В отделениях милиции детективов всегда встречают, как синоптиков. То есть с недоверием.
- Это вы что ли занимаетесь Лучезарным попугаем? – спросил оторванный от партии в домино следователь Сергей Киров.
- Откуда вы знаете?
- У вас на роже написано. Так зачем вы расстреляли из гранатомета и пистолетов несчастных горожан?
- Кого? – я вытаращил глаза.
- Людей.
- Да у меня и гранатомета никогда не было.
- А откуда вы знаете, что применялся гранатомет?
- Вы только что сами сказали.
- Не говорил.
- Нет сказали.
- Повозникай у меня еще, наркоман несчастный, - следователь вскочил из-за стола, - Ваши наркотики? – он приподнял газету на столе и указал на пакеты с белым порошком.
- Если бы у меня было столько наркотиков, Вы бы мне сейчас в ноги кланялись и по имени-отчеству называли.
Один из милиционеров принес мои документы и конфискованные деньги. Я посмотрел на доллары и заметил:
- Ста баксов не хватает.
- Ерофеев! – окликнул милиционера Киров и указал глазами на деньги.
Милицейский со вздохом достал из кармана бумажку и положил перед следователем.
- Дисциплина у Вас! – восхитился я.
Следователь проверил на свет банкноты и задумался. Я напрягся, потому что хорошо представлял себе ход его мыслей.
- В принципе я могу Вас отпустить, - сказал Киров, - Но ведь надо еще проверить Ваше алиби.
- За сто, - предложил я.
- Мало. Давайте двести, а я Вам наркотиками компенсирую.
- Хорошо, - согласился я, - Заверните порошок в газету и давайте сюда.
- Я на минуточку отлучусь, - сказал следователь и выбежал из кабинета.
Я знал: сейчас он предупредит патрульных и где-нибудь за пару кварталов они меня «случайно» встретят. Найдут наркотики и я снова окажусь у него в кабинете. А он уж вытянет из меня оставшиеся деньги.
Я взял сверток с наркотиками, вытащил верхний ящик стола, положил пакет в стол, и снова задвинул ящик. Получилось незаметно.
Следователь вернулся. Я сделал вид, что спрятал наркотики за рубашку. Потом отслюнявил Кирову двести баксов на пропитание и вышел.

Следователь Киров сделал все, чтобы я не разочаровался в этой жизни. Ровно через пару кварталов меня остановил патруль и потребовал документы.
- Улица Новинки, - прочел милицейский, - Чего-то мне Ваша печать прописки не нравится.
- Не настоящая какая-то, - подтвердил второй глумливо.
Вместо ответа я достал мобильный и позвонил следователю:
- Але? – сказал он масляным голосом.
- Слышь ты, хрен ли алекаешь, отзови своих козлов или я сейчас перезваниваю в Главное управление собственной безопасности. Номера купюр я, кстати, знаю наизусть.
Следователь был умным малым.
- Передайте трубку патрульным.
Они выслушали приказ, вернули мне телефон и уехали в состоянии легкой задумчивости.

Когда я вернулся домой, то заметил в квартире свежие следы присутствия человека. Я бросился в ванную. Колян по-прежнему спал между ванной и стиральной машиной. Возле него лежала пустая пол литровая бутылка из-под спирта, которую он разыскал у меня в платяном шкафу.
- Все, мля! Полный аут! – сказал я вслух.
Стало ясно, что на ближайшую неделю Колян мне не помощник.
Я прошел в кабинет, сел за свой рабочий стол, откупорил бутылочку винца и стал думать. Конечно, иные сердобольные и ранимые врачи скажут мне, что принимать винцо после ершика не только неприлично, но и вредно для здоровья. Но кто у нас прислушивается к рекомендациям врачей? Разве что к патологоанатомам.


Как всегда, центральное радио проснулось раньше меня. Оно же меня и разбудило. Пока я приводил себя в порядок диктор сообщил, что в Москве обнаружен вирус атипичной пневмонии. Несколько десятков человек уже госпитализировано. В целях карантина, горожанам не рекомендуется покидать столицу. Мыть руки перед едой. Не пить воду из крана…. А лучше сразу собраться на кладбище, чтобы не утруждать городские власти перевозкой трупов.
Я вздохнул. Идти на улицу расхотелось. Но служебный долг подталкивал. Стоит заметить, что мне было легче, чем обычно. Если в городе начинала свирепствовать атипичная пневмония, то у меня было атипичное похмелье: хотелось смеяться, петь и свежего, легкого пива.

На улице я снова задумался куда мне податься. По пути к метро, на улицу Новинки выехала колонна военных грузовиков. Меня это заинтриговало. Я остановился посмотреть. Военные привезли больных. Вирусоносителей строили колоннами и заводили в усадьбу Коломенское. Судя по эмблемам на машинах – это была знаменитая отдельная дивизия оперативного назначения Внутренних войск им. Дзержинского.
Просторы парка, насколько хватало глаз, избороздили ряды армейских палаток. Все военные были одеты в комплекты химзащиты. Больные держали в руках узелки с вещами и пока шла перекличка, они беспокойно оглядывались на монстров в противогазах и перешептывались. Неожиданно один из зараженных бросился из колонны прочь. Его пытались поймать. Несколько солдат в химзащитных костюмах навалились на несчастного и стали крутить ему руки. Кто бывал в таком одеянии, тот знает, как неудобно управляться с делами, тем более работать по карательной части. Несчастный вырвался и сиганул снова прочь. К месту свалки подоспела новая группа солдат. Они держали в руках огнеметы. Больной, что есть силы рванул по улице в сторону рынка. (Его еще не успели разогнать и беглец, видимо, рассчитывал затеряться в толпе). Как только стало ясно, что зараженного не догнать, из рук солдат полыхнули огненные струи. Живой факел завизжал так, что перепугал весь рынок. Несчастный сделал несколько шагов и упал. К нему сразу же подбежали врачи Скорой помощи и огнетушителями сбили пламя. Останки завернули в солдатское одеяло и куда-то потащили. Я пошел дальше. В ста метрах от метро стояло милицейское оцепление. Они тоже наблюдали за неудачной попыткой побега и настроение у них испортилось.
- Вы живете на этой улице? – спросил милицейский проверяя мой паспорт.
- Да, - я кивнул, - К несчастью да.
Милицейский проверил прописку и вернул документ.
- А что это за лагерь строят в Коломенском? – спросил я.
- Для больных. Устраивают здесь карантин и будут свозить сюда всех заболевших.
Милиционеры из оцепления понимали, что завтра их может запросто постигнуть та же участь. Они стали заметно добрее и ближе к народу.
Словно подтверждая всю серьезность положения, мимо нас проехала колонна БТРов.
- Вы еще будете здесь вечером? – спросил я милицейского.
- Не знаю, вообще-то Москва уже поделена по секторам. Наше оцепление стережет Коломенское. Либо нас, либо нашу смену застанете. Но по прописке завсегда пройдете. Не волнуйтесь, - его лицо вдруг «исказила» по-настоящему добрая улыбка.

Я поехал на Тверскую. Движение транспорта здесь перекрыли. Бегали только милицейские патрули, военные машины и Скорая помощь. Мэрия Москвы была в плотном оцеплении солдат. Поголовно одеты в химкостюмы они опрыскивали стены и тротуар дезинфицирующим раствором. Напротив, через дорогу, работали уличные кафэшки. Я решил посетить одно из них, в ознакомительных так сказать целях, и подумать куда двигать дальше. Заказав кружку пива я огляделся. По Тверской слонялось множество праздного люда. Словно вернулись майские праздники. Со стороны московского управления МЧС чей-то голос нудил в матюгальник:
- Граждане, сохраняйте спокойствие, правительство Москвы держит ситуацию под контролем. Обо всех случаях заболеваний звоните в Скорую помощь или в московское управление по чрезвычайным ситуациям. Еще раз повторяю, в целях локализации очага заболевания, всех заболевшие помещаются на карантин. Там им гарантирована полная медицинская помощь и наблюдение опытных врачей.
Неожиданно я опять увидел Лену. Она вышла из перехода у мэрии и направилась в мою сторону. Я махнул ей рукой. Она махнула в ответ, но явно не мне. Я обернулся и узнал вчерашнего незнакомца, который подходил ко мне в кафе.
Лена подсела к нему за столик и они о чем-то возбужденно заговорили. Видимо, разговор им предстоял непростой и я заказал себе еще кружечку пивка. Незнакомец и Лена тихо ругались. Я прислушался. До меня изредка долетали фразы: - Не поможет….надо найти…….попугай……..ищут…….не в этом суть.
Ни фига не понимая, я решил ознакомиться с содержанием беседы в непосредственной близи, а потому встал и пошел прямо к ним.
- Исполать вам други! – сказал я и сел в свободнее кресло.
Оба вздрогнули от неожиданности. Лена нервно поправила прическу и спросила:
- Что Вы здесь делаете?
- Попугая ищу.
Незнакомец удивлялся не долго:
- Так вы знакомы? – спросил он неизвестно кого.
- Да, - ответил я,  - Более того, эта барышня – мой клиент.
- Вы опоздали, - сказала мне Лена, - Эти люди уже нашли попугая.
- А кто эти люди? – кивнул я на незнакомца.
- Позвольте представиться, Лев Гуров. Я работаю в мэрии.
- Очень приятно. И где попугай?
- А вам какое дело? Вы все равно уже его проморгали. Дело закрыто.
- Ну, а все же, - настаивал я, - И потом мне хочется узнать, чего это все так за ним бегают?
Лена покраснела:
- Извините, я не сказала Вам. Это касается атипичной пневмонии. Дело в том, что попугай привезен из Китая. Он переболел атипичной пневмонией. Изучив его кровь, мы сможем сделать лекарства против этой болезни. Просто все это держалось до поры в секрете. Теперь не имеет смысла скрывать. Лев, поймал попугая в мэрии. Там шел банкет, и он залетел прямо к ним в окно.
- Ого! – сказал я, - Птичка любит праздники.
- Птичка любит водку, - заметил Лев, с важностью орнитолога.
- И где она сейчас? – спросил я.
- Сейчас она в мэрии, видите вон то окно?
Я посмотрел куда он тычет пальцем и вздрогнул. В проеме открытого окна, на подоконнике я увидел большущую клетку.
- Так что дорогой детектив, можете расслабиться и удалиться домой.
- Лена, - игнорировал я последний выпад Гурова, - А что за спор между вами шел?
- В мэрии не хотят об этом говорить. Они собираются отвезти его в свою ведомственную лабораторию, сделать вакцину и вступить в переговоры.
- С кем? – удивился я.
- Ну, какой же вы непонятливый! – сказала Лена с досадой.
Лев Гуров довольно хмырился над моей глупостью.
- С правительством, с президентом. В обмен на сыворотку, они могут потребовать, чтобы их кандидаты в Государственную думу заняли первые места в избирательных списках партии власти. Потом они смогут сформировать свое правительство, а потом провести своего кандидата в президенты. Так что этот попугай – это огромный козырь.
- А как же мы? Что с нами будет, пока они играют в эти игры?
Гуров уже не мог удержаться от комментария:
- Господин частный детектив, идите домой пить водку. Мы все уладим без вашей помощи. И вообще забудьте об этом. Эти политические вопросы не для ограниченных людей.
Последнюю фразу он сказал зря. Я решил отомстить этому типу. Причем немедленно.
- Сейчас вернусь, - сказал я как можно дружелюбнее, - Вам заказать что-нибудь?
Все отказались. Я подошел к палатке, быстро показал свой жетон и сказал сурово:
- Мне нужен черный молотый перец, прямо сейчас, живее.
Продавец принял меня за оперативника с Петровки, а потому не стал возражать и передал мне пакетик.
Я вернулся за столик:
- Лена, это человека, - указал я на Гурова, - Подходил ко мне вчера и сказал, чтобы я не занимался розыском попугая. Грозил мне смертельными последствиями. Потом последовало, как вы помните, нападение на вашу кампанию. Я сомневаюсь, что этот человек именно тот, за кого себя выдает.
- Это уж слишком! – возмутился Гуров, - Что вы себе позволяете!
- Ну, почему? Все ведь сходится. Вы мне грозите, потом неизвестные пытаются убить Лену. Кстати, барышня, что за люди были с вами?
- Мои телохранители.
- А кто нападал?
- Не знаю, - сказала она.
- Думаю, товарищ Гуров знает.
- Что Вы впутываете меня в ваши криминальные разборки!
- Не знаю, не знаю, - сказал я подозрительно, - Документик Ваш можно посмотреть?
- Да на те, на те, - Гуров достал ксиву и передал ее мне.
Там значилось: «Советник правительства Москвы».
- Круто! – сказал я и вмазал щепотку черного перца Гурову прямо в нос.
Произошло движение. Мы вскочили. Столик опрокинулся, полетели стеклянные бокалы.
- Зараженный! Пневмония! – заорал я.
Гуров стал неудержимо чихать. В кафе вспыхнула паника. Переворачивая столы и стулья, опрокидывая летние зонтики, люди в ужасе разбегались. В нашу сторону уже неслись со всей мочи солдаты в химзащите. Мы с Леной бросились им навстречу.
- Советник правительства Москвы, - прокричал я и мельком показал им ксиву, - Этот человек тяжко болен.
Гуров все еще чихал и нещадно матерился.
Солдаты повалили его на землю и натянули ему марлевую повязку.
- Что вы делаете, я в порядке! – пытался он протестовать. Но ему дали поддых, потом по голове и Гуров угомонился.

Не раздумывая, я потащил Лену в мэрию.
- Там сменили охрану, мне не пройти наверное.
- Пустяки, попытаемся прорваться.
Из-за паники на площади, милицейские покинули свой пост и смотрели из-за ворот на потасовку.
- Лена поторапливайтесь, нас ждет мэр, - сказал я проходя в ворота, и также мельком махнул ксивой охранникам.
Нас никто не стал задерживать.
Мы вбежали на третий этаж.
- Где этот кабинет? – спросил я.
- Кажется этот, - Лена указала на дверь возле которой дежурил милицейский.
Раз уж так все катится, я решил не снижать темпа. Тем более, что охранник нас увидел.
- У вас там клетка уже падает с подоконника! – сказал я тревожно, подходя к двери, - Стоите тут без дела.
- Минуточку, Вы кто? – он заслонил собой дверь.
- Советник правительства!
- Я вас не знаю!
- Когда клетка свалится, узнаете!
- Стойте здесь, - сказал он, и пошел проверить.
Я ускорил его движение, дав ему пинка и влетел в комнату вслед за ним.
Клетка с попугаем была здесь. Дальше все было, как на ускоренной перемотке.
- Что это значит? - возмутился охранник.
- А вот что! – я схватил громадную клетку и широко размахнувшись, со всей дури хватил ею по голове милицейского.
Он повалился на пол. И тут случилось невероятное. Днище клетки отвалилось, здоровенный Лучезарный попугай вылетел с воплями в окно.
- Подонки жизни лишают! Караул! – заорал попугай на всю улицу.
- Заткнись пернатая сука! – проорал я вслед и побежал на улицу.
Лена ждала меня внизу.
- Где птица?
- Улетела.
Попугай спланировал на голову памятнику Юрию Долгорукому и заорал истошно:
- Душегубы атакуют столицу!
Площадь снова заволновалась. Мы побежали к памятнику.
- Слезай, подонок, или я тебя пристрелю! – махнул я попугаю.
- Я не признаю язык ультиматумов! – ответил он, - И вообще, все произошедшее со мной считаю недопустимым.
Где-то я уже слышал эти слова. Но раздумывать было некогда.
- Слезай идиот!
- Не говорите с ним таким тоном! – вмешалась Лена.
- Происходящее вызывает у меня глубокую озабоченность и недоумение. Выражаю вам свое беспокойство, - подтвердил попугай.
Как шакалы на падаль, стали съезжаться патрули. Времени не оставалось.
- Лена, побудьте здесь, я мигом.
Я побежал в соседний магазин за водкой. К счастью, пока покупал бутылку, попугай еще не улетел. Польщенный всеобщим вниманием, он горделиво крутился на голове Долгорукого и без умолку, что-то тараторил. 
На глазах у Лучезарного попугая я открыл пузырь и сделал большой глоток, смачно прибавив:
- Лучше водки может быть только свежий самогон.
Лучезарный смолк и заинтересовался.
- Утешьте несчастного прихожанина со стажем, - подал он голос, видя как мне становится хорошо: - Налейте грамульку во имя милосердия!
Эти слова снова показались мне знакомыми.
- Что тут происходит? – возникло рядом должностное лицо в костюме.
- Птичку ловим, - показал я на попугая.
- Я знаю этого попугая, как он оказался здесь? – возмутился правительственный пиджак:
- Лена, кто выпустил попугая из клетки?
- Василь Семеныч, не беспокойтесь, сей момент исправим, - залепетала Лена перед должностным лицом.
Это был сигнал, что пора действовать более решительно. Я еще раз хлебнул водки и показав попугаю на бутылку, побежал вниз к Манежной.
С радостным воплем попугай сиганул по воздуху за мной.
На бегу я обернулся и увидел, что нас сопровождает целый кортеж милицейских машин.
На Манежной я свернул в сторону Лубянки. Перелетая с палатки на палатку, попугай не отставал. С Божьей помощью я не умер на этом марафоне и от Лубянки спустился к набережной. Здесь силы покинули меня окончательно. Я встал отдышаться. Кортеж милицейских авто притормозили поодаль. Я поставил бутылку на гранит набережной. Попугай не выдержал и уселся с другой стороны.
- Наливай искуситель, - сказал он, переминаясь на сучковатых лапах.
Я плеснул водки в пробку от бутылки. Попугай припал, потом запрокинул голову, снова припал и пробка опустела.
- Настоящий сорт для деловых людей! – сказал он благодушно, - Я у мэра такую же пил, - бахвалился он.
Я закурил. Что делать дальше неизвестно. Лена опять пропала. Попугая можно в принципе схватить, но на фиг он мне нужен?
Тут нас снова согнали. В милицейских рядах появился недавний правительственный пиджак:
- Милиция! – заорал он страшным голосом, - Схватить их немедленно!
Завизжали сирены, рой милицейских двинулся к нам.
- Оставайтесь на месте! – заорал матюгальник.
Я схватил попугая и побежал.
- Не стрелять! – кипятился в мегафон Василь Семеныч, - У этого подонка на руках пугай. Живьем брать негодяя!
Неожиданно со стороны моста вынырнул черный лимузин. Его задняя дверца открылась и я со всего маху влетел в салон. Дверь закрылась, лимузин наподдал газу. В заднее стекло авто я видел, как милицейские машины припустили за нами, но дорогу неожиданно перегородила громадная бетономешалка. Затем началась стрельба. Милицейские повыскакивали и залегли за машинами. Лимузин свернул в сторону станции метро Пролетарская, выскочил на Волгоградский проспект. Исход этого боя, остался мне неизвестен.

В салоне я увидел старикашку, которого подпирали с обеих сторон двое громил.
- Боже правый! – вскричал я, - Так вот как выглядят украденные в Ираке мощи царя Навуходоносора!
Вместо ответа два ствола уставились мне в лицо. Я смотрел в них, как в бинокль. И видел вдали свою прожитую жизнь.
С перепугу, я прислонил попугая к себе. Теперь даже он понял, куда мы попали, а потому заткнулся, словно никогда и не говорил.
Старикашка подал знак и громилы убрали пистолеты.
- Зачем вы возите с собой мумию? - спросил я.
- Прекратите хамить! - вскричал мафиозо. - Ваша птичка? – продолжил он неожиданно дружелюбным тоном.
- Не совсем, - признался я.
- Тогда чего вы ее так жадно к телу прижимаете?
- От волнения.
- Не мучьте птичку, отпустите. Она у нас не улетит.
Я поставил попугая на сиденье.
- Чем обязан нашему спасению? – спросил я.
Старикашка посмотрел на своих громил и так же культурно заметил:
- А кто вам сказал, что мы Вас спасали?
Громилы заулыбались.
- Нам нужен только попугай.
- Зачем Вам в могиле живой попугай? – удивился я.
- Вы прекратите Ваши шуточки сами или Вас проучить?
- Я лучше помолчу без посторонней помощи.
Старичок удовлетворенно кивнул.
- Что с Вами делать, я честно говоря еще не знаю. Ваше присутствие нежелательно.
- Можт я пойду? – предложил я.
- Куда?
- Домой. Соберу чемоданы и покину пределы Российской Федерации.
- Мне необходимо одно разъяснение.
- Весь внимание.
- Откуда Вы знаете Лену?
- Она мой клиент.
- Вы не похожи на врача, - заметил старикашка.
- Я частный детектив.
- Ах вот оно что! – всплеснул руками пенсионер-мафиозо.
- И что же Вы для нее делали?
- Это так сказать коммерческая тайна.
- Бросьте Вы ломаться, не заставляйте нас зверствовать. Тем более, что настроение у нас весьма скверное: она угробила троих наших лучших специалистов.
- Ну, не такие уж они были и специалисты! – вырвалось у меня.
- Так Вы и про это знаете?
Отпираться не имело смысла.
- Ну-у-у, видел случайно, из окна кафе, - сказал я скромно.
- Значит Вы ключевой свидетель, - подытожил старикашка.
- Я искал попугая, - начал я оправдываться, - Да и немного-то я видел на самом деле!
- Ну, для следствия достаточно. Впрочем, об этом потом. Что с попугаем? Нашли?
- А это кто по-вашему? – я указал на птицу, - Или в загробном мире они выглядят иначе?
Старикашка сделал страшное лицо:
- Вы уверены, что это именно та птица?
- Именно ее, я украл сегодня из мэрии.
- Чудесно, - отчеканил старый мафиозо, - Честно говоря, я считаю, что Ваша роль на этом может быть закончена. Но, раз уж Вы ввязались в это дело, то хочу предложить Вам еще одно дело. У меня в зоне карантина дочь. Знаете, как бывает, пошла погулять, а тут эти военные. Не люблю я их.
Старикашка закашлялся. Попугай посмотрел на него и вздохнул совсем, как человек.
- Не бойтесь я не заразен, - сказал старикашка и прибавил: - Моя дочь тоже. Так вот, я попытался ее оттуда вытащить, но это оказалось не в моих силах. Знаете почему мы не любим военных?
Я отрицательно мотнул головой.
- Потому что весь город наш. Мы знаем все входы и выходы, знаем куда обратиться. И тут приезжают военные. Начинают всем заправлять. Какой-нибудь сопливый лейтенант, который совсем не знает, кто я такой, может послать меня по матушке и убить его за это невозможно, потому что они сами все вооружены. А зачуханные солдаты, тоже слушаются только его. И что мы видим? Порядок и установления в городе начинают рушиться. Ломается так сказать преемственность поколений.
Я вздохнул:
- Не повезло Вам.
- Что такое?! – вскричал он подозрительно, - Вы опять надсмехаетесь надо мной?
- Нисколько. Наоборот, я Вас понимаю. Даже милиция подобрела с приходом военного врага.
- Да, так Вы беретесь за похищение моей дочери?
- Я так понимаю, что выбора у меня нет?
- Вы правильно понимаете. Если откажетесь, то сразу предупреждаю: свидетели мне не нужны. А что делают со свидетелями?
- Они попадают под программу защиты свидетелей, - сказал я.
- Вы правы, их убивают, - сыронизировал старикашка.
Лимузин подъехал к милицейскому оцеплению возле метро Коломенское.
- Мы приехали, - сказал старичок, - Вот моя визитка. Мою девочку зовут Сара Бернар.
Я ухмыльнулся.
- Напрасно лыбитесь, у Вас имя не лучше. Как только дочь будет у Вас – позвоните.
- А попугай?
- Попугай останется у меня, - сказал он, - В качестве гарантии. Вернете девушку, получите попугая. Да еще в живых останетесь! Подумайте, как много вы выиграете от этого дела! Даже больше чем я.
Он улыбнулся.
Я вылез из машины и пошел домой. На пропуске стоял уже знакомый мне милиционер:
- Ого, на каких машинах Вы раскатываете!
- Да, мой дедушка не любит маскировать свою роскошную жизнь.
Милицейский посмотрел лимузину вслед и о чем-то вздохнул.
- Никого больше в Коломенском не сожгли? – спросил я, чтобы поддержать беседу.
- Нет, слава Богу. А Вы уже домой? – спросил милицейский и показал рукой, что паспорт не нужен.
- Да, у меня сегодня был трудный день.
- Не напрягайтесь, - посоветовал он, - Скоро эта лихорадка всех отправит в бессрочный отпуск. Так чего мельтешить?
- Да Вы правы, - согласился я.


Возле дома меня караулила Лена.
- Где Вы были? Где попугай?
- Вы доконаете меня своими пернатыми друзьями. Поднимемся?
- Нет мне надо идти в карантинную зону.
- Сюда? – я указал на Коломенское.
Лена кивнула.
- Послушайте, мы так и не поговорили с Вами толком. Вы врач?
Она кивнула.
- Откуда у Вас попугай?
- Из Китая привезли. Он переболел пневмонией и теперь представляет для медиков огромный интерес.
- Тогда причем здесь правительство Москвы?
- Я же объясняла, у кого вакцина от болезни, тот политический лидер на предстоящих выборах.
- А мафии зачем вакцина?
Лена пожала плечами:
- Наверное тоже на выборы собрались.
- А Вы сами чем занимаетесь?
- Я работаю во Всемирной организации здравоохранения. Эта вакцина поможет не только Москве, но и всему миру.
- У меня такое ощущение, что Вы чего-то не договариваете. Откуда у вас телохранители?
Она ухмыльнулась:
- А Россия по-вашему такая спокойная страна? Тем более, когда дело касается вакцины от такой страшной болезни. Так где попугай.
- Меня перехватил мафиозо. У него дочь попала на карантин. Сарой Бернар зовут. Как только я вытащу ее оттуда, он вернет мне попугая.
- Давайте, я дам Вам еще денег. Эти Вы уже небось пропили?
- Чего-то Вы совсем уж презрительно обо мне думаете! – обиделся я.
- Ну, не сердитесь, я пошутила. Деньги Вам все равно понадобятся. Вот еще пятьсот. Как только освободите девушку, дайте мне знать. Я хочу поприсутствовать при обмене. Вдруг попугай опять куда-нибудь у Вас подевается?

Дома я первым делом заглянул в ванную.
- Не может быть! – заорал я истошным голосом, - Коля, ты убиваешь себя! Мой напарник по-прежнему лежал между ванной и стиральной машиной. Только на этот раз рядом валялась пустая бутылка из-под Кока-колы. Собрав вещдоки, я восстановил ход событий. В мое отсутствие, Коля очнулся и видимо решил завязать с пьянством. Он открыл бутылочку Коки, но не учел, что накануне пил спирт. При этом ничего не ел. Каждый ребенок знает: после спирта нельзя ничего пить. Пары смешиваются в желудке с газировкой и человек снова вырубается алкоголем.
Зазвонил телефон. Это была Лена.
- Вы уже отдохнули?
- А в чем дело?
- Кажется я нашла, ту девушку.
- Сейчас буду, - сказал я азартно.
- А как это вы пройдете?
- Хорошо, где встретимся?
- У ворот. Кстати, ксива Гурова при Вас?
Я хлопнул себя по лбу:
- Все понял! Сейчас я ее подправлю, через пол часа встречаемся у ворот на территории парка.

Какой же детектив не умеет подделывать документы! В пору моей молодости, подделывать печати и банки меня научил один старый ГРУшник. Во время командировок в Грозный мы штамповали с ним квитанции и печати от гостиницы. Бухгалтерии ведь не объяснишь, что там одни руины остались.  Самолично они, понятно, проверять не хотели. Их держали дела в Москве. Вот и приходилось выкручиваться, чтобы отчитаться за расход денег.
Тем более, что с ксивой и стараться не надо было. Вклеил свое фото и все путем. Пока я химичил с документом от скуки включил телевизор. Передавали экстренные новости. Как водится все переврали.
- По словам сотрудников ГУВД Москвы, - вещал лощеный корреспондент, - неизвестный преступник, угрожая оружием, проник в мэрию и похитил важные документы.
Далее следовали приметы налетчика. По ним выходило, что я выше на пол метра, настолько же здоровее в плечах, глаза у меня оказывается синие, пистолет огромный и цветастая наколка на руке.
- Уделали гады, - сказал я сам себе и вырубил новости.
О попугае и вакцине – ни слова. Вот хитрецы.

Военные в Коломенском расстарались. По верху металлического забора уже тянулся серпантин колючей проволоки. Через каждые сто метров натыкали пулеметные вышки с прожекторами. Обычный КПП, теперь обложили мешками с песком. Окна укрепили решетками. Посетителей встречала табличка с надписью:
«Внимание! Территория парка заминирована! При въезде следуйте строго по дорожкам! Во избежание несчастных случаев, отклоняться от маршрута не рекомендуется!»
Я пришел на КПП в своем единственном выходном костюме. Показал ксиву и прошел на территорию. Там посетителей встречала совсем уж кошмарная табличка:
«Внимание! Военным командованием карантинной зоны строжайше ЗАПРЕЩЕНО:
- подходить к вышкам.
- разговаривать с солдатами караульной службы.
- разговаривать с лицами попавшими на карантин.
- перемещаться вне дорожек.
- перемещаться по территории в темное время суток.
ПРИ НЕСОБЛЮДЕНИИ ПЕРЕЧИСЛЕННЫХ ПРАВИЛ СОЛДАТЫ КАРАУЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ОТКРЫВАЮТ ПО НАРУШИТЕЛЯМ ОГОНЬ НА ПОРАЖЕНИЕ!!!»

Лена ждала меня на машине. Она помахала мне рукой.
- Господин Гуров, - послышалось сзади.
Я обернулся. На пороге стоял лейтенант Внутренних войск:
- При следующем посещении оформите себе специальный пропуск. Только что получено на сей счет распоряжение. Всего хорошего.
- Спасибо учту, - я отвесил вежливый полупоклон и пошел к машине.
- Что случилось? – спросила Лена.
- Просили оформить специальный пропуск.
- Да, правила с каждым часом становятся все жестче.
Взад-вперед по дорожкам сновали военные Уазики. Вдали дымила черными клубами высоченная труба. Среди деревьев виднелись колонны зараженных, с поклажей на руках. Санитары в комбинезонах опрыскивали больных каким-то раствором. На каждом перекрестке дежурили солдаты с огнеметами. 
Мы остановились возле какого-то домика.
- Она там, - сказала Лена, - Только ума не приложу, как Вы ее выведете.
- Ваша машина может покидать территорию?
- Конечно.
- А внутрь этого корпуса я смогу с Вами пройти?
- Наверное. Здесь охраны нет. Только врачи. Этот старикашка Вам не соврал, их действительно держат больше для проформы.
Пока я размышлял, решение приехало само. Возле корпуса остановился автобус битком набитый журналистами. Еще не веря в свою удачу, я потащил Лену в гущу репортеров. Как это обычно бывает, куда пришла ватага журналистов – там воцаряется бардак и неразбериха. Пока операторы, фотографы, пишущие и вещающие бегали по палатам, мы отыскали дочку мафиози.
- Я от вашего папани, - сказал я Саре.
- Наконец-то старый хрыч вспомнил обо мне! – огрызнулась она.
- Я вам советую потусоваться тут немного и затем мы сядем в автобус вместе с журналистами. Держитесь, как можно естественнее. Впрочем последний совет я дал напрасно.
Сара нахально врезалась в толпу телевизионщиков и ухватилась за чью-то сумку. Ловелас оператор был рад такой помощи. Так они и ходили дружка за дружкой. Наконец врачам надоел журналистский беспредел и всех попросили вон. Я залез в автобус вместе со всеми. Через пять минут мы покинули усадьбу.
Лена шла на машине за нами. На Таганке я попросил водителя высадить нас возле гастронома. Мы пересели в машину к Лене и поехали сразу на набережную вершить обмен.
Я конечно же не надеялся на честность старикашки. Поэтому на всякий случай позвонил своему знакомому из Главного управления собственной безопасности МВД Александру Климову. Я рассказал ему об обмене. И он согласился меня подстраховать. Стоит заметить, что ГУСБ – это милиция над милицией. Для простых ментов – они как черти Судного дня. Даже прокурорам с ними не так просто совладать.
Мы остановились на набережной возле моста и стали ждать старикашку. Через полчаса показался знакомый лимузин.
- Сара, сказал я дочери, - Пойми, нам позарез нужен попугай, который у твоего отца. Я прошу не выделывай никаких фокусов. Я никому не хочу неприятностей. Ладно?
Она кивнула.
Из лимузина вышел старикашка. Я пошел навстречу.
- Вы привезли мою дочь?
- Да она в машине. А где мой попугай?
- В лимузине. Только перед тем, как отдать его Вам, мне хотелось бы представить Вас одному человеку.
Из машины вышел следователь Киров. Грациозно, я бы даже сказал по-женски, он откинул полу пиджака, обнажив пистолет на поясе:
- Ну что детективщик хренов, вот мы и встретились, - Киров улыбался как сам Первомай.
- Не пойму, причем тут этот мент? – спросил я старикашку.
- Ну, как же, попугай-то не Ваш. Вы его украли. Я как честный гражданин, не могу остаться в стороне и просто обязан передать Вас в руки правосудия.
- Понятно, - сказал я, - Именно такой подлянки я от вас и ожидал.
- Рад, что не обманул Ваших ожиданий, - улыбнулся старик, - А теперь давайте мою дочку, если не хотите, чтобы Вам влепили еще и статью за похищение людей.
Я повернулся к своей машине и махнул рукой. Сара подошла к нам. Я набрал номер Климова:
- Все записали?
- Куда Вы звоните? – встрепенулся следователь Киров.
Старикашка беспокойно оглянулся и полез вместе с дочкой в машину. Пятачок, где мы разговаривали, с лихим визгом заблокировали машины оперативников ГУСБ.
- Советую не делать резких движений и улыбаться, как можно шире, - сказал я.
Подбежал Климов:
- Все нормально?
- Да, - сказал я, - А это тот человек, которого вы ищете, - показал я на следователя.
- Следователь Киров? – спросил мой знакомый.
- Да, а в чем дело?
- Главное управление собственной безопасности, - представился Климов,
- Ваши документы.
Разом взбледнувший Киров отдал ему ксиву.
- Это он торгует наркотиками? – спросил меня Климов.
- Да.
- Чем Вы можете это доказать?
- У него в кабинете, надо вынуть верхний ящик стола. Там он спрятал несколько пакетов с порошком белого цвета.
- Скотина! – заорал Киров, - Он украл попугая из мэрии, мы его здесь должны были задержать во время перепродажи! Что он говорит – все неправда.
- Ошибаешься, - возразил я, - Попугая я не крал. Это собственность, вон той дамы, - я указал в сторону Лены, - А кроме того, Александр Климов не занимается преступностью среди граждан, а только коррупцией в милицейской среде. Так что насчет меня это ты не по адресу. А вот тебе я сейчас не завидую. У них конец квартала, а как мент ты должен знать, что план по раскрываемости всегда очень большой дают. Поэтому они тебе сейчас так в задницу вцепятся.
- Сволочь! Урод! – зашипел Киров.
Я сделал участливое лицо:
- Как освободитесь товарищ Киров – заходите, пивка попьем.
- Прошу проехать с нами, - обратился Климов к следователю и показал на свою машину, - А это кто? – он указал в сторону лимузина.
- Да так, один человек, у него мой попугай.
По-видимому наш разговор внимательно слушали. Дверца лимузина открылась и чья-то рука бережно поставила на асфальт клетку с Лучезарным попугаем.

Оперативники и мафиози разъехались по своим делам.
Я вернулся в машину к Лене.
- Вот Ваш попугай.
- Спасибо. Я видела, что у Вас его опять чуть не увели, но Вы слава Богу, проявили предусмотрительность.
- А фигли! – заметил я на радостях, - Поедемте чего-нибудь выпьем. А то меня эта ловля птиц маленько уже достала.
- Но это еще не все, мой милый детектив.
- Только не говорите мне, что у Вас только что стырили слона, который также важен для производства вакцины.
- Нет, - улыбнулась она, - У меня всего лишь муж пропал.
- Мать честная! Чего ж Вы такая рассеянная! Следить надо за вещами-то! Особенно за такими, как муж.
- Да ладно Вам. Все равно ведь теперь делать нечего.
- Хорошо, - вздохнул я, - Муж когда пропал?
- Раньше, чем попугай. Но есть одна зацепка. Попугай находит мужа мгновенно. Стоит ему только выпить.
- Кому?
- Попугаю.
- Так мы еще и поить его должны, после того как он нам тут нервы все вымотал?!
- Так это для дела же!
- Ладно, поехали в ресторан, - сказал я.
- Нет, туда нельзя. Нам вообще лучше не показываться с попугаем в общественных местах. Не забывайте, чиновники из мэрии от нас так просто не отстанут.
- Тогда поехали ко мне.

Милицейский кордон, мы миновали беспрепятственно. Знакомые милиционеры даже козырнули на всякий случай.
Дома я первым делом проверил все ли окна заперты. Поставил клетку на стол. Принес водки. Налил ее попугаю в бадейку и стал ждать пока он примет на грудь.
- А зачем Вам, собственно, муж? – спросил я Лену, - Пропал и пропал. Мужиков что ли мало?
Она вздохнула:
- Должна признаться, что сыворотка из попугая – никчемная. А вот мой муж изобрел вакцину от атипичной пневмонии и после этого ушел в запой. Ну и вообще пропал куда-то.
Попугай тем временем вылакал бадейку и подал голос:
- Не плохо бы принять для стабилизации полета!
Я снова плеснул ему до краев и налил себе стакан.
- Значит, на самом деле, попугай был нужен только, чтобы найти мужа?
Лена кивнула.
- Хотите водки? – предложил я.
- Нет, спасибо. Да, мужа позарез надо разыскать. Но я же не могла сказать московским чиновникам про мужа. Они бы его растерзали. Всю карьеру бы ему сломали.
Я посмотрел на попугая.
- Кажется он уже хорош.
Попугай поднял лапу, и сложил фак на американский манер.
- Хамло! – вскипел я, - Ты между прочим мою водку жрешь!
- Ну, что будем выпускать? – спросил я Лену.
- Давайте.
Я осторожно открыл клетку:
- Вылезай каторжанин! – и подумав добавил, - Надо было ему ошейник купить.
По правде сказать, я не до конца верил, что попугай найдет этого загадочного мужа.
Лучезарный вылез из клетки и стал водить клювом по сторонам, словно принюхивался.
- Издевается, - сказал я.
- Тише, не мешайте, - прошептала Лена.
Я хихикнул и опрокинул свой стакан. Попугай подскочил и перелетел на картину.
- Если он попортит мне Рембрандта, у вас не останется ни одного веского повода, чтобы я его не убил.
- Так это ж подделка, - возразила она.
- Мало ли! Это я сам подделывал, так что эта картина мне дороже, чем настоящий Рембрандт.
Лена приложила палец к губам. Я пожал плечами и вылакал еще стакан.
Попугай сиганул в сторону кухни. Слышно было как затрещали под его лапами обои. Звякнуло стекло.
- Ну и куда он полетел? – спросил я Лену.
- А мне почем знать.
- У меня там между прочим хрусталь из древней Ассирии стоит.
- Тоже Вами подделанный?
Я обиделся и хлебнул из горла.
Со стороны кухни донеслось шебуршание. Куда он лезет? – подумал я.
- А! У меня там ванная! Может он туда скребется?
И вспыхнул тут радостный вопль:
- Мурзик! Зараза! Как ты меня нашел!?
Мы бросились к ванной.
Коляна штормило. Он с трудом стоял и держался за бортик ванной. На плече у него восседал попугай.
- Коля! – всплеснула руками Лена.
- Лена, мля! Жена декабриста! – заорал он пуще прежнего.
Я без сил опустился на пуфик:
- Колян, епрст! Какого хрена ты делаешь в моей квартире, когда тебя вся Москва уже обыскалась?

Алексей Оверчук