Unplugged

PLAY

Никогда не любила ТК: ни 10 лет назад, когда была юной школьницей, ни 7 лет назад, когда впервые влюбилась, ни тем более сейчас, когда мне 22 года, и я просто не люблю вонь и толчею  этого места. Не понимаю людей, которые назначают здесь  свидания. За какие-то жалкие  пять минут добрая сотня людей облапает влюблённых взглядом и от романтического флёра, каким всегда в моих глазах всегда было овеяно слово "свидание", не останется и следа. Наверное, это потому, что в душе я всё ещё та девочка, какой была 7 лет назад…

-  Ой, извините, пожалуйста!
-  Смотреть надо, корова, ишь, очки понацепила, а ни хрена не видит!
-  Извините…
-  Да иди ты!..

"Чёрт, вот так всегда! Стоит лишь на минуту задуматься и обязательно на кого-нибудь наткнёшься!". Оборачиваюсь - ушла уже, собрала, значит, свои яблоки. До чего не люблю таких тёток: дамы бальзаковского возраста, которые не прощают ни малейшей обиды, им нанесённой. Вот и эта, полная, статная,  с туго набитой яблоками и ещё чем-то авоськой придёт  сейчас домой и будет долго рассказывать мужу о том, какая нынче молодёжь невоспитанная. А я вовсе не невоспитанная, просто задумалась.

За последние три года я в ТК не была ни разу. Да и сейчас не очень-то хочется, после всего, что здесь произошло... Но возможность купить шикарные джинсы и пару рубашек за полцены вынуждают идти на компромисс с памятью. Нет! Никакой спекуляции! Просто дочь хозяйки бутика джинсовой одежды - моя бывшая университетская подруга - решила сделать мне подарок за мой посильный вклад в её дипломную работу. Фирменные джинсы и рубашки - неплохая приманка даже для такой нонконформистки, как я.

- Девушка, не откажетесь ли Вы от чашки горячего чая с пирожным в ближайшем кафе?..

Это был не кошмарный сон. Это было хуже. Передо мной стоял мужчина в элегантном костюме, блондин, с голубыми глазами, чувственными губами и родинкой чуть ниже пупка, слева... Я закрыла глаза (благо, что на мне темные очки). Я не хочу его видеть, я знаю, что написано у него в паспорте, знаю, что он встаёт в 7 утра и пьёт кофе из большой синей кружи с белой надписью BOSS, что много курит и пишет плохие стихи, что он старше меня на четыре года; и он мог бы молчать - я узнала бы его по смеси ароматов Farengueit'а и сигарилл Coffeе...

REW. PLAY

Я училась в гимназии, жила с родителями в Усолье-Сибирском. Была отличницей. Заканчивала 10 класс. У меня были длинные светлые волосы. Я ими очень гордилась. Перед традиционным поздравлением выпускников с последним звонком я решила сделать себе причёску. Скромную и неброскую, под стать "белому верху с чёрным низом". Когда парикмахер только расчесал мои волосы, в салон вошёл парень и посмотрел на меня в зеркало... Так на меня ещё никто не смотрел. Мне показалось, что сейчас от моей головы пойдёт пар, и я начну булькать, как варенье из красной смородины в тазу на плите. Но этого не произошло. Я даже не покраснела. Парень сел в соседнее кресло и не обращал, казалось, на меня ни малейшего  внимания. Когда он поднялся ещё и половина моей причёски не была готова. Позже, во время поздравления я едва не забыла слова, а, уходя со сцены, запнулась и феноменально расстелилась, к счастью, уже за кулисами. Выйдя из школы, я увидела Его, скромно стоящего на крыльце, с шикарной розой в руках...

Его зовут Кирилл. Он учится в политехе на энергофаке на 3-м курсе. А в Усолье приехал к родителям. Он сказал, что сдал сессию досрочно. Своим родителям я говорила, что Кирилл мой ровесник, что он живёт в Иркутске, а здесь в гостях у тёти.

Дни напролёт мы проводили вместе. Вечерами, возвращаясь с дискотек, мы целовались в полупустых трамваях... Когда в августе ему нужно было уезжать учиться, я рыдала ночами в подушку, а он просил писать...

Закончив школу с золотой медалью, я поступила в юридический институт ИГУ, сдав только историю. С Кириллом мы виделись каждый день, когда я училась на первом курсе. К третьему курсу количество встреч сократилось до раза в неделю. Не смотря на его явное охлаждение, я считала, что мы поженимся. Тогда, чтобы заинтриговать его, я сменила строгий костюм на рваные джинсы, кеды и балахон с Куртом Кобейном. После занятий, я решила прогуляться по городу. Выйдя из трамвая на Центральном рынке, я зашла в ТК и купила себе поп корна, расплачиваясь,  подумала, может, пойти посмотреть на восковых "Ангелов смерти". Поднявшись на второй этаж, всё так же жуя поп-корн, я подошла к билетёрше. И вдруг из зала вышел Кирилл в обнимку с моей однокурсницей Леной. Он не обратил на меня внимания. Сама не понимая, что делаю, я пошла за ними, машинально жуя поп-корн. Выйдя из ТК, они остановились возле обшарпанных, грязных перил  и принялись целоваться страстно, почти съедая друг друга. В конце концов, он сжал её спину так сильно, что она ойкнула, а на рубашке остался мятый след. После этого они ушли. А я ещё долго стояла, облокотившись на перила и жуя этот дурацкий поп-корн...

FF. PLAY

-Откажусь, ответила я, сама удивившись тому, что ничто во мне не выдаёт того дикого напряжения, когда единственное желание - это заорать, чтобы всё вокруг замерло, а потом побежать быстро-быстро в свою маленькую квартирку, запереть дверь на все замки, заварить чёрный кофе и вставить в видик кассету с последним концертом Курта Кобейна...
- Ты мне совершенно не интересен, - заявила я, не двигаясь с места и не открывая глаз.
- Всё вспомнил! - воскликнул он и щёлкнул пальцами (Фандорин хренов) - Ира, теперь уже, наверное, преуспевающий юрист, дающий частные консультации посемейному кодексу и КЗОТу. А я ведь тебя обыскался три года назад.
- Кирилл? - я открыла глаза и сняла очки.
- Прекрасно выглядишь, с усмешкой оглядывая мои синие джинсы и расшитую "под навахо" пелерину, -  а волосы зря остригла, ты на юношу-гея больше похожа, чем на девушку.

Я молчала и смотрела на витрины с дурацкими манекенами. Слегка подтолкнув, он подвёл меня к облезлым перилам.
- Угощайся он протянул мне открытый жестяной футляр с сигариллами.
- У меня свои, - я вынула пачку Davidoff.
- А ты испортилась...
- Твоими усилиями, - я сделала большую затяжку, как никогда остро чувствуя дым пробирающийся к лёгким.
- При чём здесь я? В деканате сказали, что ты перевелась в Новосиб, - даже мне не сказала! Хоть бы письмо написала!
- Ага! Может, тебе ещё и открытку с купидонами надо было прислать?!
- Но  ты могла сообщить, что уезжаешь?

Он ничего не знал. Никуда я не переводилась, оформила документы, но осталась в Иркутске. Закончила курсы флористов и сейчас работаю в салоне, заочно учусь в ИГЭА. Но Кириллу незачем об этом знать.
- Кирилл, а ты мог сообщить мне три года назад, что у тебя есть другая?
- Что?! - он поднял на меня свои небесно-голубые глаза, полные изумления (тоже мне божий одуванчик, блин).
- Что слышал! Ты изменял мне, и я не захотела больше видеть тебя. Вот и всё, - я сделала ещё одну затяжку и, выпустив дым, поняла, что напряжение прошло, осталось лишь размеренное спокойствие, в  такт пульсу.
- И кто тебя осчастливил этой "новостью"?
- Никто. Сама догадалась. Я видела вас с Леной... но теперь это не имеет значения. Бессмысленно говорить о прошлом - его уже нет.
- Значит, ты уехала только потому, что видела меня где-то с Ленкой?!
- Да, не люблю, когда меня обманывают, - спокойно ответила я, глядя, как окурок летит в траву.
- Бред! Если рассуждать, как ты, тогда надо было меня бросить на второй день нашего знакомства, потому что сразу после того, как я тебя проводил из школы, я зашёл к своей старой знакомой и прекрасно провёл ночь.
- Я этого не знала, - интересная штука получается: прошлого уже нет, следовательно, оно не должно волновать, но когда в него вносятся какие-либо поправки - это безмерно больно.
- Иришечка, я изменял тебе всегда, - поучительным тоном добавил Кирилл.
- Тогда зачем ты был со мной, если я не была тебе нужна? - по мере того, как он говорил, всё становилось абсурдным. Прежняя жизнь превращалась в фарс, а я ничего не могла поделать.
- Я любил тебя, дурочка! -  он отечески улыбнулся. - Раз уж мы об этом заговорили, давай я объясню тебе всё.
- Валяй, - я поражалась тому, что не плачу.
- Понимаешь, Ирочка, ошибка всех женщин за редким исключением в том, что для них понятия любовь и секс неразделимы. По вашему мнению, мужчина должен быть удовлетворён только одной женщиной, если он её любит. Глупо. Весь смысл секса - в новизне ощущений. Очень немногие дамы это понимают. Для всех мужчин платоническая и физическая любовь - вещи разные. Запомни это, малышка, - он улыбнулся и погладил меня по щеке. - Позволь мужчине изменять тебе, и он будет любить тебя до конца дней. Это естественно. Мужчина - птица вольная, ему нужна свобода, но нужно и тёплое гнёздышко. И если ты настолько умна, что это понимаешь - цены тебе нет, - он замолчал.

Я смотрела на машины, ползущие по Дзержинского.
- Знаешь, Ира, - он вновь заговорил, но уже глухо и сдавлено, - я любил тебя и люблю до сих пор. Может быть, попробуем сначала?
Сейчас самое время падать в обморок. Сердце набирает бешеные обороты, а лезть при нем за валерианкой унизительно.
- А давай лучше с конца? - сама не понимая,   что  делаю, я подошла к нему и поцеловала.
Отойдя, я вытерла губы тыльной стороной ладони.
- Кирилл, я перевожусь в Новосибирск. Мы никогда больше не увидимся. Прощай!
Я развернулась, надела очки и, не оглядываясь, пошла. Приехав домой, я первым делом позвонила Лене и извинилась зато, что не пришла. Потом я сварила себе кофе. Насыпала в кофемолку все таблетки, которые нашла, добавила смесь в кофе, включила последний концерт Кобейна и начала наслаждаться необычным ароматом напитка, приготовленного по собственному рецепту...

STOP.