Кэтрикс

Дверь подъезда была открыта настежь. Ветер гонял по двору мелкую пыль. Солнце светило сквозь сочную зелень, по-весеннему одетых, деревьев. Разбросанный по траве мусор дополнял картину. Оранжевыми цветами, то там то тут, проглядывали фильтры разбросанных окурков.
Меня вынесло на улицу хорошее настроение. Неторопливо двинулся я по направлению к выходу из двора. Мне не куда было спешить, но напрасно я так думал. Дверь соседнего подъезда начала открываться, скрипом своим не предвещая ничего хорошего.
Небрежной походкой вышла оттуда гора мускулов. Это «Мордатый». Непонятно было, что он имел против нашего брата, но всегда считал нужным устроить драку. Похоже мускулы были у него вместо мозгов, и уж точно он был обделен интеллектом и любовью, потому сам никого не любил.
Увидев меня, он весь просто налился злобой. Я понял, что сейчас будут бить. Впрочем, всегда был путь к отступлению. Быстро огляделся я по сторонам, оценивая ситуацию. До моего подъезда было далеко, да и не успею я закрыть дверь прежде чем он догонит меня. Пришлось рассматривать другие варианты, но процесс этот был незамедлительно прерван. «Мордатый» ринулся на меня со всей решимостью пьяного медведя. Если кто встречал, тот поймет. Но я не буду настаивать на существовании данного типа медведей, ибо сам их не только не видел, но и не слыхал даже. Скажем быка и дело с концом. В то замечательное утро, мне совершенно не хотелось быть тореадором.
Болид "Формулы один" мог бы позавидовать тому, как я рванул с места. К счастью моему гонке этой не суждено было продлиться долго. Спасение пришло в виде клёна, что раскинул свои ветви посреди двора. Я любил лазать по деревьям с самого детства и мог делать это легко, опыт знаете ли. Вот я уже вскарабкиваюсь на толстую ветку, оставив «Мордатого» стоять внизу и моргать своими тупыми карими глазенками. Ну, до чего же бывают некоторые тупы!  Другой бы пытался раскачать дерево, но этот был способен только смотреть. Возможно, он не понимал что такое дерево.
Да нет, он точно не понимал, не хватало ему мозгов, а мускулы не отличаются сообразительностью обычно.
Довольный собой, решил я устроиться, как можно удобнее, ибо явно предстояло выдержать длительную осаду. Но судба решила все-таки сыграть со мной злую шутку. Ветка предательски хрустнула. Перезрелым яблоком полетел я вниз, а она лишь надломилась и повисла на дереве сломанной рукой.
 
Бульдог наблюдал весь процесс падения кота. Только в последнее мгновение, пришло ему в голову, что надо бы отскочить слегка в сторону, так как свалившийся на голову кот не предвещал ничего хорошего. Решение это осветило мозг его как раз вовремя, дав ему время сместиться. Кот рухнул на землю, просвистев мимо носа. Что было примечательно, скорость его падения оказалась невиданной. Судя по последствиям, он упал с четырнадцатого этажа, а не с дерева.  Или с тридцатого. Земля провалилась под ним и проглотила его вместе со смятой пачкой сигарет, лежавшей в месте падения. "Мордатый" склонил голову, не веря глазам своим. Земля поколебалась, словно поверхность водной глади в которую кинули камень. Волнение утихло, подумала она о чем-то и выплюнула сигаретную пачку прямо в морду бульдогу.

Комната представляла собой нечто похожее на большую стеклянную полусферу. Посреди стоял стол, на котором лежало тело пушистого сибирского кота. К голове его подходили провода, другие концы которых соединялись с большим экраном в соседнем помещении. На экране проплывали картины воспоминаний.
- Что случилось? Это его воспоминания?
- Да. Ситуация становится критической. Это уже восьмой случай за последние два месяца.
- Кто он на этот раз?
- Его зовут Мэо. Он наблюдатель четвертого ранга. Сказать что мы спасли его чудом, значит не сказать почти ничего.
- Да, меня все больше удивляет происходящее там. На сколько я помню, мы с таким раньше никогда не сталкивались.
- Мы пошлем туда инспектора. Надо все выяснить.
- Это надо было сделать давно. Теперь я сам отправлюсь туда. Приведите в чувство этого Мэо. Я возьму его с собой.

Солнце светило, согревая лучами своими каждый закуток во дворе. Бутылка была опорожнена почти на половину. Теплой струей разливалась по жилам водка. Вроде как жизнь была прекрасна, но чего-то не хватало. Точно не хватало третьего. Он всегда говорил:
- Степаныч, ну нельзя же вдвоем. Что, для хорошего дела и компании уже не найти?
- Нет, Никитич, нету в мире хорошего человека. Одни мы с тобой остались. Остальные все засранцы и продались этому, как его? Глобализму… во! – гордясь тем, что знает такие слова, парировал как всегда Степаныч.
Вдруг, по стене пошли круги, как по глади пруда в безветренную погоду, когда поднимется к поверхности рыба и заглотнет свежего воздуха. Оба «хороших» человека уставились на это явление. Из стены вышли два черных кота в черных же солнцезащитных очках. Стало ясно, что Степаныч все-таки был не прав, и третий хоть как-то отдалил бы такую ситуацию. Белая горячка пришла черными котами.

Коты, в свою очередь, посмотрели на людей и медленно пошли мимо них. Метров через двадцать Мэо сказал:
- Все-таки очки это лишнее, я полагаю.
- Но здесь такое яркое светило. Ладно. Тебе виднее. Кэтрикс, убрать очки.
- Так то лучше. Но почему я черного цвета? Раньше я был полосатым.
- Да. Что-то тут не так. Действительно интересно, что тебя могло так вывести из умственного равновесия?! Запомни! Ты теперь не наблюдатель четвертого ранга, а агент. АГЕНТ! Запомни это, Мэо. Никому еще не везло перепрыгнуть сразу три звания, счастливчик. Но в тебе есть какие-то задатки. Ты мне нравишься.
- Я не помню своих обязанностей как агента четвертого ранга.
- Не агента, а наблюдателя!!! Ты что, реально считаешь себя котом? У тебя ко всему прочему еще и мания величия. Раса котов была уничтожена давно. Это были гиганты вселенной. Они создали Кэтрикс. Покорили огромное количество планет. Мы лишь унаследовали часть их системы и часть их империи. Вот поэтому мы и пытаемся выглядеть, как самые сильные существа, которых давно нет. Но именно так мы держим все в своих лапах.
- А кем и когда они были уничтожены? И если мы не коты, то какие мы на самом деле?
- Вот этого, Мэо, никто не знает. Есть правда некото…
Не с чем нельзя спутать морду бульдога. Она была так близко к котам, что просто упивалась своей удачей.
- Мэо, кто эта морда?
- «Мм..мо..мо..рдатый»
- Понятно - сказал черный кот и, медленно повернувшись к бульдогу, продолжил: Что «Мордатый» не видел хозяев?
Не обратив внимания на такую наглость, пес бросился в атаку. Кот увернулся с легкостью гимнастического упражнения и со скоростью несколько сот ударов в секунду расцарапал «Мордатому» его гордость. Бульдог взвыл от боли и, сообразив что его скоро оставят без глаз, дал деру.
- Запомни, Мэо. Любой из нас в несколько раз сильней самого сильного пса. И даже этих глупых существ, которые пасутся в Кэтриксе, и называют себя людьми.
- Ты так быстро двигался. Словно молния.
- Полагаешь? Перестань, ты сам должен быть не хуже. Кэтрикс, перезагрузи этого «Мордатого» сюда.
Перед ними сново появился бульдог. С расцарапанной морды стекала кровь. Глаза его смотрели с мольбой. Было ясно, что это уже не боец.
- Кэтрикс, перезагрузи его в боевую форму номер один.
Пес в мгновение ока превратился в огромного чёрного ротвейлера. Зверь не задумываясь атаковал. Мэо обнаружил себя в одиночестве. Клен был не далече, и он в три прыжка уже оказался у его подножья. Еще прыжок и он в безопасности. Время остановилось, мягкая лапа уперлась Мэо в грудь.
- Ты что совсем уже? Так дело не пойдет. Повернись и встреться с ним, как и положено коту. Если действительно желаешь им быть. Коты никогда не отступают. Только ради того, чтобы не вызывать подозрений у людей. А они всегда подозревали нас, особенно черных. Откровенно говоря, я не понимаю откуда у них эта патологическая ненависть к нам. И именно к агентам, именно к черному цвету. Заболтался я. За дело.
Мэо неохотно повернулся. Раскрытая пасть, размером с его голову, была как бы заморожена в двух сантиметрах от него.
- Давай, Мэо, давай. Ты ведь знаешь, что всегда делал невероятные прыжки. Всегда мог приземлиться на лапы, с какой бы высоты не упал бы. Мы не коты, но Кэтрикс позволяет нам чувствовать себя ими. Давай!
Ротвейлер достиг Мэо, но на этот раз все было по-другому. Мэо двигался как крылья у колибри, нет, быстрее раз в пять. Один удар и ротвейлер отлетел метра на три, да так в воздухе и завис. Мэо тоже застыл, хотя и остался в сознании. Он силился понять, что происходит…

Палец отпустил кнопку паузы. Картинка осталась застывшей. Мальчик Паша подумал, что сейчас он сходит в туалет, а потом… А потом, если будет также не интересно, просто сменит кассету на что-нибудь другое.