Теория вероятности. Часть первая

(продолжение, начало см. в Прологе)

***

Стоял жаркий июльский день. Москва работала. Шуршанье шин по мостовым, натяжные гудки проходящих мимо автомобилей, открывающиеся и закрывающиеся двери метро, где-то вдали перестукивание колёс пригородных электричек, шум работающих фабрик и голоса миллионов людей - всё слилось в один монотоный гул будничного дня столицы. На перекрёстке улиц Дурова и Гиляровского стояли две спортивного вида девушки в коротких платицах - последний писк моды начала семидесятых.
- Куда теперь пойдём, Вера? Времени у нас более, чем предостаточно. Билеты на поезд на завтра на пять часов после полудня.
Вера посмотрела на безоблачное полуденное небо - жаль было бы просидеть такой замечательный день в хмурых четырёх стенах, тем более в столице. Быстро прикинув в уме расстояние до вечера и наличное количество денег в кармане, она ответила:
- Пойдём, пожалуй, прогуляемся. Посмотрим, что в магазинах поближе к центру.
И две поружки не торопясь двинулись вдоль тратуара. Что ни говори, а мода движется из центра и девушки это отлично знали. Какая-нибудь вещица, лет пять тому назад модная в Москве или Ленинграде и сейчас стоящая копейки, всё ещё может произвести настоящий фурор где-нибудь в захолустном гарнизоне за Уралом. Они медленно шли, заглядывая в витрины магазинов, осторожно рассматривая прохожих, прикидывая сколько нужно сэкономить с мужниной зарплаты, чтоб купить ту или иную приглянувшуюся вещицу. Особое внимание девушек привлёкла витрина с итальянской обувью. Высокий точёный каблук олицетворял собою все возможные в советской стране земные блаженства - положение в обществе, завистливые взгляды старых офицерских крыс и такой недостяжимый комфорт! Вера смотрела не отрываясь. Воображение быстро нарисовало картинку, какой изящной на офицерском балу будет выглядеть ёе стройная ножка, обтянутая чёрной блестяшей кожей итальянского производства.
Ароматные запахи, разносившиеся неизвестно откуда, заставили девушек оторвать глаза от витрины и напомнили, что время уже давно перевалило за обед, а у них и росинки маковой во рту не было с самого утра, разве что кружка сто раз цеженного чая с резким привкусом хлорки. Они обернулись, ища глазами, что могло бы являтся источником такого до боли аппетитного и раздрожительного запаха. На противоположной стороне улице красовалась огромная вывеска "Ресторан". Большие стеклянные двери изредка открывались и из них то входили, то выходили аккуратно одетые мужчины с портфелями или папками под мышками, в серых пиджаках, а иногда и без них.
- Туда, наверняка, только по спецпропускам, - с лёгкой раздражённостью заметила Нина.
И хотя вопиющая несправедливость между двумя молодыми девушками, стоящими на одной стороне улицы, и серыми пиджаками, входящими и выходящими на другой стороне, была налицо, это ни мало не умаляло их желания присоединиться к сияющему кругу избранных и, вместо опостылевшей картошки в мундире, наконец-то отведать все те яства, описанные в классической русской литературе.

Стеклянная дверь в очередной раз открылась и из неё вышел высокий молодой человек почему-то без пиджака, но в всё ещё в галстуке. Он прислонился к стене под навесом, намереваясь, по-видимому, подышать свежим воздухом, после чего вернуться к трапезе.
Вера и Нина рассматривали молодого человека некоторое время и затем, опасаясь привлечь его внимание или показаться слишком назойливыми, не сговариваясь перевели взгляды на итальянскую обувь, но было слишком поздно: они были замечены. Молодой человек быстро перебежал неширокую улицу и не торопясь приблизился к девушкам.
- Здравсвуйте! Меня зовут Алик. Я вижу, что вы в затруднении. Могу ли чем помочь?
Несколько сросшиеся на переносице брови, крупные кудри волос выдвали южное или по крайней мере смешанное происхождение молодого человека, хотя его русский был безупречно чист. По манере держаться и разговаривать в нём явно угадывался партийный работник, а широкая располагающая к себе улыбка говорила о том, что он ещё не совсем закостенел на своей партийной должности и это давало девушкам некоторую надежду.
"Хорошие знакомства в столице никогда не помешают и могут оказаться полезными в продвижении мужа по служебной карьере. Ах, что бы он без меня делал! Так бы и сидел в своём Владивостоке вечно." подумалось Вере.
- Вера. Это - Нина, - заговорила она и протянула руку, - Мы тут прогуливались по магазинам и уже намеревались пойти пообедать в какой-нибудь ресторан, но только вот не знаем в каком лучше.
- Позвольте вам посоветовать вот тот ресторан, - и он указал рукой через дорогу, - Мы там с друзьями отмечаем небольшой юбилей и если вы не против присоединиться к нам, то ...
- Да, но, - в рассеяности сказала Нина, - туда пускают, наверое, только по пропускам?
- Это не проблема, - опять широко улыбаясь, сказал Алик почему-то обращаясь к Вере, - У меня друг работает заведующим. Я с ним это дело бысро улажу. Постойте здесь минутку, я быстро вернусь.
Он перебежал через улицу, исчез за стеклянными дверями и, как и обещал, вскоре вернулся.
- Ну, вот. Всё в порядке. Если вы не передумали, то мы можем идти.
Через мгновение они уже стояли у стеклянной двери, которая как по мановению волшебной палочки, открылась перед ними.

...
(продолжение следует)