18 августа

18 АВГУСТА
Этого дня 18 августа 2000 года истекает годичный срок траура с тех пор, когда я зарегистрировал официальный развод с моей супругой.    Снимая траурную ленту с зеркала, в которое мне вольно или невольно приходилось смотреться на себя каждый день, я до сих пор не могу понять в душе рад ли я или опечален этим событием.   Траур не зря придуман мудрым обычаем человечества. Утерявший веру, любовь, близкого человека должен привыкнуть, смириться, срастись с мыслью о потерянном. Так или иначе, но в последствии придется принимать решение о целесообразности возобновления аналогичных отношений, уже с учетом  этого печального события.   Жизнь это не только череда радостных приобретений и получение положительного опыта, но и водопад острых огорчений, делающих жизнь горше.   Траур - как вынужденный голод, когда заболевший организм заставляет терять аппетит, не позволяя принимать пищу, сохраняя этим силы для борьбы с недугом, не желая их тратить еще и на переваривание еды.    Одна из привилегий траура - одиночество.   Спланированное мною одиночество застало меня в большом городе. В очень большом. Кажется несовместимые понятия - невозможно остаться среди огромной массы людей одному. Но это и есть парадокс, от которого одиночество увеличивается многократно. Ни в одном глухом лесу, ни в одной самой заброшенной деревне не бывает так тоскливо, как в мегаполисах, даже если в глуши льют непрекращающиеся слякотные дожди или завывает смертельной обидой студеный ветер.    Почему?   Психология!   В больших городах их жители формируют свое сознание с учетом сумасшедшего количества людей, с которыми им независимо от их воли приходится сталкиваться, ежечасно, иногда ежеминутно и ежесекундно.   Если спросить, как в такой обстановке должен вести себя человек, то я приблизительно ответил бы так.   Индивидуальность. Любой человек неповторим индивидуально, хотя он и прогнозируем, стиснутый условиями жизни среды, в которую попал. Опыт, накопленный человеком в течение его жизни так же индивидуален и вряд ли на сто процентов повторим любым другим человеком, это, наверное, как или неповторимость отпечатков пальцев, или ДНК. Но это не все. Основное - это желание сохранить свою индивидуальность от вольных или невольных нападков или посягательств окружающих. Оградить себя от этих неприятностей более трудно в большом городе чем в маленьком. Чем больше контактов и общения, тем меньше возможности сохранить тайну индивидуальности - если хотите души своей.   Так какова же психологическая защита в такой ситуации? Одиночество! Люди душевно замыкаются, сводя контакты к минимуму, иногда полностью ограничивая желание собеседника притронуться к сокровенному - одевают маску. Маску грубости, ненависти, тупости, любую другую, какая попадется или сможет увести от истины - маски добропорядочности, любви, страданий. Как мать жаворонка имитирует ранение, уводя вороньих или собачьих любителей до яиц, от гнезда. Маска с маской, маска с масками, маски с маской - это и есть парадокс внутреннего одиночества в условиях слишком массового соприкосновения с частичками общества. А если вашей личностью еще и, не дай бог, заинтересовались, или испугались влияния не ординарности, то пиши пропало. Пророков много, а привычный уклад ближе к телу. Если у шахтеров профессиональное заболевание болезнь легких, то у певцов, танцоров, политиков, достигших более менее приличных успехов, - хроническое одиночество, обостренное отрицанием желания каждого «попораци» залезть в те уголки души, в которых то и сам подозреваемый никогда не был.       И еще не известно чей недуг страшнее.   Конечно это всего лишь некоторые из немногих способов психологической мимикрии и адаптации к новым условиям бытия, с которыми сталкиваются все, кто принял решение сменить место жительства в края, где действуют несколько иные правила бытия и жизненной приспособленности к внешним воздействиям, или попытался достичь успехов на лестнице, к и в которой всегда очередь.   Наверное, каждый, не потерявший уважения к себе, человек, попавший в такую ситуацию, попробует осушить болото или выкорчевать бесполезные пни. Не очень старайтесь. Но если уж решились, то пробуйте заставить окружающих привыкнуть к вашему смыслу существования и вашим понятиям о величии природы и месте человека в ней, это гораздо почетнее и сильнее, чем понуро плестись в стаде овец, управляемых длиннобородыми.   Но за такое решение придется платить, платить ежедневно и, зачастую, самым дорогим, которое, может быть, хотелось бы сохранить. В таких условиях обезопаситься от посягательств на индивидуальность не очень трудно - достаточно залезть в футляр и все. В таком состоянии многие иголки жизни становятся тупыми для поселившегося в раковине. Тяжелее с другим. С близкими, с теми, кто не защищен, не успел или не смог облачиться в такую же броню. А влияние уколов жизни, направленных на поражение сердца или души корчующего, часто достает не его, но расположившихся с ним беззаботно рядом.   В сумасшедшей гонке времени, привыкнув искать защиту проверенным способом, невольно, часто неосознанно, стараешься избавиться от внешних ударов отморожением. Но, к сожалению, такие взаимодействия непроизвольно переносятся на отношения с близкими тебе людьми. Постепенно возникает непонимание, перерастающее в душевное охлаждение и в конце концов, чуть ли не в физическую боль от необходимости часто видеть одно и тоже лицо перед глазами.      Сказать, что произошедшее расторжение брака стало для меня абсолютно радостным, значит было бы покривить душой. Это произошло не мгновенно. Постепенно точек соприкосновения, которые могут удержать людей друг подле друга, становилось все меньше и меньше. Дети выросли на столько, что постоянная забота о них, требовавшая раньше большого количества времени и внутренних переживаний, постепенно исчезла. Привлечение совместных усилий для их воспитания и устройства в жизни становилось необходимым все реже и реже.Одиночество - я не могу чувствовать себя одиноким, если рядом со мной ручка и листок бумаги. Последние годы я был более одинок, находясь рядом с женой или детьми. Наверное, все-таки это не только моя вина, ведь невозможно все проблемы решить только разумом и интуицией. Есть же еще один ответственный за чувства во мне. Сердце. Часто мне кажется, что оно существует только для перегонки крови. Хотя... Познакомьтесь, пожалуйста, с посвящением этому насосу, написанным одной из самых красивых и любимых мною девушек, с которой он встречался в этой жизни. Хотя почему он? Мы...    Нет, вы только послушайте его - траур. Сам все затеял, а сейчас плаксиво жалуется, да еще пытается коряво включить научное обоснование своих переживаний. Подумаешь кочка какая!То, что я сейчас читаю слева, это всем давно все известно и напоминать об этом, высасывая из пальца, как медведь по зиме свою жвачку, еще более острые переживания, смахивает на желание кому-то уж очень сильно понравиться. Притом, посмотрите как грамотно. Одиночество, замкнутость, смотри-ка Байрон какой! Да поплакал бы просто какой-нибудь девчонке в коленки, прижав их к своему немолодому лицу - и все, все душевные проблемы в Харонову Лету.А то развел бодягу, знает, подлец, что они любят болтливых, вот и растекся письменными объяснениями, ища неискушенную душу. Дьявол, черт его надоумил.  По человечески понятно - травма. Ну погрусти пару тройку дней, недель и посмотри, оглянись вокруг. Мир блестит красками, свет очей прекрасного будоражит умы и сердца, не смотри что у прохожих кислые лица душа их не черства, как маски, о которых ты собираешься  здесь вещать. Проснись, окунись с головой во все «тяжкие». Напейся, влюбляйся на полчаса, ходи пошатываясь от избытка этих чувств и наслаждайся. Если уж совсем невмоготу, иди туда, где нет злобы действий, а только острые иглы напоминающие, что где-то у тебя когда-то была совесть и пробуждающие ее. В театр, в музей, в кино, на рыбалку, но только на водоем где глубина не больше чем пол метра, а то утонешь еще сдуру!       Вы меня спросите, почему я с ним груб? Да потому, что я знаю его наизусть, я в ущерб себе, тратя драгоценнейшее время, изучал его с самого младенчества, каждый его шаг, каждый его жест и похотливый взгляд никогда не убегал от моего контроля. Я умею предугадывать его все дальнейшие действия, иногда мысли. Если представить на секунду, что он исчезнет - я буду он, я смогу вместо него. И никто даже не заметит подмены. Это не трудно, в нем предостаточное количество шаблонов, которые только изредка, по его проклятому желанию, могут видоизменятся. А в основном, вот он передо мной на ладони. Прозрачен, легок и пуст. Дунь и пропадет, исчезнет.     Я его второе я! Я, иногда, его первое я, правда раньше чаще чем сейчас.   Я его сердце, он мой ум!           Вроде интеллигентен и хотя уже не совсем молодой человек, но если кое где постирать, кое, где погладить, отпарить, то может сгодиться на подвиги. Ведь мог же когда-то не задумываясь о последствиях в омут с головой  - приставал без разбора к девчонкам, убегал в загулы с алкоголем. Не знаю как ему тогда давались утренние похмелья от водки и спящих рядом девушек, но я никогда не чувствовал неприязни от этих знакомств. Это моя... Это моя сердечная жизнь.   Уже два года, как меня почти нет. Я же живу лишь полноценной жизнью, когда адреналин гудит в моей аорте. А это он мне позволял только полтора два месяца в год, будучи в отпуске на охоте. Но разве это то сказочное замирание сердца от ...   Пусть пока руководит, пусть... Придет мое время, природа безжалостна, в ее руках сила вечность, он еще будет кататься у меня в ногах и просить - полюби. Я загоню его в угол, пусть поживет как я сейчас. Но если это хроника, кризис возраста, именуемый в простонародье климаксом, притом в патологическом виде, то бороться  мне бесполезно. Тогда мне все равно где стучать, в тюрьме ли, в сумасшедшем ли доме, или в его футляре.    О, тогда я оторвусь... Я расскажу про него такое, что ни одна самая невредная девчонка не посмотрит на него добрым взглядом.   То, что он сейчас предлагает слева - это жизнь для импотентов, старичков и старушек с клюшкой, боящихся вдохнуть озона - не дай то бог я, сердце, разорвусь. Желая продлить на копейки свою жизнь, этот проклятый ум не дает мне взять тонны счастья, разбросанные по его дороге.Скромность - не знаю как Карнеги относится к ней, но это гадостное явление, которым идеально пользуются слабый пол и все закомплексованные личности. Девицам это еще можно простить, хотя не зря существует пословица: «Не бывает плохих невест! Откуда же берутся плохие жены?». Скромность - способ влиять и подчинять, самый не раскрываемый способ, скрывать свои недостатки и тупость. Бойтесь скромных людей или, в крайнем случае, относитесь к ним с опаской. Тайна, которую вы в них когда-нибудь все-таки откроете, не будет вам интересной, а, скорее всего, разочарует. Иногда бывают скромными до того, что смыслом своей жизни считают возможность пройти по ней ни до кого не дотронувшись, не очаровав, не ударив в порыве справедливого гнева, не говоря уже о том, чтоб нарушить собой же установленный смысл бытия. К сожалению, они не могут сыграть, даже при громадной помощи со стороны, чужую жизнь. Своей у них, зачастую, просто не бывает.        Мегаполис, мегаполис... Подумаешь, раскричался. Тысячи, миллионы, для кого это слово не пустой звук, мечтают здесь оказаться и трудится, и любить, и отдыхать. И для этого здесь гораздо больше возможностей, чем где-либо. Предпочитающий вертеться, как юла, пустому сидению у окна светелки, старается попасть сюда. Естественно! Попробуйте найти хоть одну область человеческой деятельности, или сопутствующую ей, которая бы была в этом городе выражена не столь ярко чем в других. Можно, но это будет только исключение из правил. И самые возвышенные и тонкие чувства вы сможете найти здесь и самые низкие и страшные извращения здесь встретятся чаще и будут  выражены сильнее чем где-либо. Здесь много, действительно много, людей.   Попавший в поток радуется, что не раздавлен, припугнутый наличием слишком длинного носа сунутого в камин, превращается в раба (это же не сказка про страну дураков, а действительность с киллерами) чувствуя себя безраздельным властелином только среди таких же, как и он рабов в мирке, ограниченным широтой кругозора прочитанного, познанного об этом мире или овладевшего в большем жизненном стаже, большим опытом прохождения этапов, которых не избежать ни одному рожденному в и для страданий. Здесь всегда больше рабов, властелинов, поэтов, трудяг, бывших сельчан, бездельников, обиженных, осчастливленных, любящих, любимых, обманутых, обнадеженных.  Когда-нибудь, каждый из них захочет изменить свою судьбу. Какой бы она не была, она начинает наскучивать, счастье тоже бывает надоедливым, когда его бывает много, но чаще - когда не знаешь в чем оно заключается - ложное счастье. Нет худшего для человека, чем монотонность: подъем, завтрак, компьютер, обед, компьютер, ужин, телевизор-компьютер. По субботам стирка, по воскресеньям пылесос и глажка. Подъем, завтрак... компьютер....По праздникам чарка, хорошая сигарета. Плотный ужин - поет печень. Много водки - ноют почки. Страх берет. Поэтому он и сбежал от нее, монотонность, а он - мегаполис.Позакомтесь, пожалуйста, с посвящением этому подагрику, написанным одной из самых красивых и любимых мною девушек, с которой он встречался в этой жизни. Хотя почему он? Мы...   

Люблю ли я его? Не знаю, не могу сказать или признаться даже себе в этом. Таких, наверное, тысячи, может миллионы. Почему же именно он стал моим избранником? Какая сила ведает провиденьем?  Или оно настолько самостоятельно, что без моего ведома позволило этому беспризорному амуру вонзить в меня стрелу слепого преклонения. Как легко им шутить с высоты, разбрасывая, смазанные ядом страданий, наслаждений и мучений, острые наконечники тонких копий, неиссякаемых в колчане пухлого озорника.
Иногда я не узнаю себя. Если и есть в мире какой то магнит, который способен притягивать души, сердца и плоть человеческую - то это он. Попытки бороться с собой ни к чему не привели. Часто мне кажется, стыдно признаваться, но ради него можно бросить все, что многие ценят в этой жизни, лишь бы  видеть, чувствовать его, дышать с ним одним воздухом, шептать нежные слова и тонуть в его горячих или ледяных объятиях.
Вы не поверите, но для меня жизнь дома превратилась в каторгу.
Какой громадный стыд и ненависть к себе были мною испытаны, когда первый раз меня не было до утра дома. Я помню лица семьи. В них читалась смесь искренней радости вновь видеться и тревоги, схватившей их в тиски страха за возможно неприятные события произошедшие со мной этой ночью. «Мы обзвонили всех родственников, знакомых. Тревожили больницы, морги, милицию. Нельзя нас так пугать, еще одной такой ночи мы не переживем», - кричало возмущением и слышалось в их испуганных, и уже частично успокоенных моим появлением, глазах, понурых взглядах, невольных жестах. Мне тогда тоже казалось, что это последний раз, нельзя при такой любви близких, так безрассудно играть их чувствами. Мой бессвязный рассказ, где было больше фантастичных выдумок, чем реально произошедших событий, в который, было видно по их лицам, не поверили, был воспринят с устрашающей спокойностью,  предполагающей в качестве воспитания оставить меня с муками совести наедине.   
  Когда же через некоторое время, волею судьбы, на одну из чаш весов были брошены мои чувства к нему, а на другую стыд и позор, испытанный из-за потерянной для семьи ночи, то перевесило безумие, причем весы содрогнулись от удара по земле той чашей, на которой вольготно расположился он.
Мне кричали вдогонку отвратительные слова, о существовании которых до встречи с ним мне было не известно, тыкали в спину непонятно чем, приходилось не раз проходить через стены живых людей, из которых укором или презрением смотрели огромные, в рост человека, глаза, но ...
Впереди был он, уши мои закрывались, тело не чувствовало боли, глаза слепли, разум прятался и сокращался до величины, которая могла воспринимать только его одного.   
Сколько потом еще было этих ночей и возвращений украдкой домой. Наслаждений пьянящим вином и похмелье. Где было взять силы, терпенья и мужества переносить счастье любви и горечь страдания. Лед и пламень. Огонь и вода. Но я же не булатная сталь. Все переносит человек. Мне уже стали безразличны бесконечные упреки родных и знакомых, мое сердце не реагировало на стоящие в глазах слезы детей. Все мои чувства к близким угасли. Но, что удивительно, казалось все, ни чего уже не разбудит избитой в кровь до изнеможения души, растоптанных тысячью каблуков чувств. Но стоило мне выбежать из дома ранним-ранним утром, или поздней-поздней ночью - это время специально выбиралось, чтобы не видеть и не слышать лишних упреков или брошенных со злобой взглядов в мою сторону, как по мере приближения к минутам счастья общения с ним, мое сердце оживало. Истертые дома в порошок зерна любви соединяясь, восстанавливались и к встрече с ним превращались в невиданной красоты, поющий божественный гимн, букет цветов.
В конце концов, родственники оставили меня в покое, возможно видя, что близко безумие, не оставляя, конечно, возможности, при случае, напомнить мне о низком падении.
Как легко было говорить о своих чувствах к нему и как тяжело будет характеризовать моего кумира. Лик его прекрасен. Не имеет смысла описывать конкретные черты внешности - сколько бы не говорить о них, или сколько бы не сравнивать их с подобием других, это не сможет быть фотографией или снимком видеокамеры. Ведь часто, гораздо чаще в жизни чем на бумаге или в кино, нравится не носитель набора самых идеальных и классических форм, а наоборот, владелец незначительного, не огромного до аномалии, но отступления от идеала. Именно таким, при чуть-чуть легком характере, удается на долгое время, если не навсегда, приковать к себе поклонников или поклонниц.
Характер. Его характер непредсказуем, как во времени пространстве  так и в каком-либо ином измерении. Вот он тих и спокоен, расположившись на своих любимых, зеленого цвета, подушках, вкушает сладкий, или печальный плод своих дум и размышлений. В эти минуты я стараюсь чуть дыша услышать его мысли и, угадав желание, предупредить исполнение. Наградой всегда бывает понимающий, добрый взгляд.
Иногда он шумен, тогда лучше не подходить. Все летит у него: разорванная в клочья бумага, прочитанные газеты. В эти минуты он запросто может швырнуть бутылкой из под водки, палкой, что попадет под руку...  Я в такое время прячусь и молчу, бросать ему слова упреков бесполезно. Пережидаю бурю, она иногда длительна, как моя жизнь, иногда коротка, как чужая.
Иногда, вы не поверите, он истеричен, как, наверное, бывает истерична девственница в тридцать с лишним лет. Я считаю, что мне повезло, если нахожусь в такие минуты не с ним.
Только раз мне пришлось в одиночестве попасть в грозу.
  Сначала затрепетала моя одежда, схваченная беспощадными порывами ветра, который,  не обращая внимания на великие красоты бездонно синего неба, в одно мгновение закрыл его свинцовыми тучами, обрамленными грязно-фиолетового цвета каймой, которая, казалось, несет смерть всему живому. Отбросив в небытие вечного защитника земли небо, страшные облака клубились, казалось, поглощая все пространство бесконечного космоса, который, вложив все свое величие в стихию, снижался, а снизившись до самой земли, мог в одно мгновение раздавит меня.
До этого тишайшая роща, рядом с ней проходила дорога, по которой мне тогда пришлось идти, взорвалась непрерывным гулом деревьев, веток и листвы, бьющих наотмашь себе подобных. Представлялось, что не может быть ни чего громче этого ужасающего скрипа, доносящегося из рощи, перемежающегося стонами падавших и ломавшихся от порывов ураганного ветра деревьев.
Вопль, пронзивший каждую клеточку моего, итак, трепетавшего от беспомощности тела, ударил внезапно. Гром! Сто, тысяча залпов орудий, слившихся в одном крике, расколовшем небо на тысячи кусочков, поразил мои уши и долго еще бил вздрагивающую землю.
Потоки холодной воды, хлеставшие меня, растворили в себе одежду. Ноги, чавкая мокрой обувью, старались помимо моей обессилившей воли привести к спасительному жилью. Там искры и огоньки теплого камелька, они так не похожи на слепящие сполохи небесного электричества. Кажется, что в такие минуты можно выжить только заставив себя вспомнить, что ненастью или несчастью, впрочем, как и счастью, должен придти конец.
Когда у него истерика я эмоционально переживаю приблизительно только что рассказанное.
Странно, но больше всего я люблю его уснувшим. Его чело не потревожено морщинами, гримасой смеха или ненависти, сонное тело, привольно разметавшись в постели, дышит величием - дотронься и он вздрогнет, не сразу поняв, кто и что от него хотят, потревожив священные покои Мнемосины. Непредсказуемость характера отдыхает во сне, также как и душа - только легкое дыхание, как тишайший бриз, может выдать его присутствие.               
В такие минуты я часто представляю его каким-нибудь сказочным, или героем древности. Вот он в кольчуге, блестящей тысячью брызг солнца, стоит насмерть на пути ворогов, грозен его лик для пришедших за легкой неправедной наживой.
Вот он добрый волшебник, одним, только ему ведомым, движением мысли раскрывает богатейшие кладовые для пришедших с миром.
Во времена отречения России от язычества он скучающий древний старец, бормочущий себе под нос, только ему интересное. Вздрогнув от окрика, просверлил лучом взгляда потревожившего его прохожего: «Какую веру ищет сей инок?»
Вот он игривая девочка-подросток, незнающая страхов и обид любви или ненависти, готовая безрассудно уйти в наслаждения, околдовав своей красотой.
Вот он снежный барс, замеревший перед жертвой, собравший в один комок всю силу мыслей, мускулов и воли, готовится в прыжке гибкости и пластики поразить добычу.
Стоит ли он этих видений? Стою ли я этого счастья дарит себе такие думы.
То, что не будет мне счастья и прощения в этой городской жизни - это понятно. Но пока есть молодость - буду молится на него. Когда придет старость и он оставит меня, как оставил многих в своей жизни - равнодушно, без cсор и скандалов, буду помнить его и жить Воспоминаниями. Мучитель и недруг, клад счастья и невзгод, пороков и добродетелей!
Было и прошло. И мы, пришедшие в этот мир прекрасного, были и пройдем.

Ни чего нового мы не придумаем. Утекающее время разотрет все желания в порошок, превратит мысли в ничто. Оно по своему желанию может познакомить с ними кого либо или отвергнуть даже эту возможность, как не интересное, заурядное событие, переживаемое миллионами людей молча и без ненужных вскриков и всполохов сознания.     А пофантазировать можно, забросив себя в любые дали фантастики.С чего же я начну свое объяснение в любви посетившему меня видению красоты.С плюсов, есть же они у каждого.- богатство- власть- карьера- слава- стаж жизни- ум- внешние данныеБогатство. Все богатство состоит из недвижимости и текущих поступлений денег. С недвижимостью у меня все в порядке. Огромная квартира, с двадцатиметровой верандой и десятью дверьми. Ее хватит для огромного количества детей, что б там жить спокойно, до времени, когда они вырастут и захотят покинуть дом или привести в него свою вторую половину. А сейчас в ней может будет наслаждаться свободой перемещения и бытия.Движимость. Это несколько хуже. Никакая работа на должностях госслужащих не может удовлетворить даже не очень скромные потребности семьи. Но можно будет прирабатывать литературной деятельностью, это поможет семейному бюджету.  Власть и карьера.Здесь у меня скорее минус, чем плюс. С властью всегда был дефицит, добывать, который не самое благодарное дело в этом мире. Неблагодарное и потому, что даже достигнув его, не получаешь удовлетворения, измучившись до такой степени, что на властвование сил уже нет. Вот и властвуют по инерции, фактически отдавая этот дефицит не уставшим серым кардиналам. А так приятно щекочущий самолюбие бальзам, медовым ядом льющийся в душу, что у тебя высокая должность не стоит затраченных сил и изрубленного в котлету сердца, если это не насос, конечно. Слава.Медные трубы, лесть, вечно тупая слащавая улыбка на устах от всеобщего “восторга”. Когда же, перед сном, лежишь с открытыми глазами и вспоминаешь, что и зачем, то понимаешь, что самое незначительное слово превозносят, как открытие. Небольшое талантливое эссе “превращают” в открытие гения. И терпишь, и сам сыпешь ответными комплиментами, а не потеряв возможность самооценки и видение того, что стоит твоя деятельность, можно не утонуть. Минус. Стаж жизни.Плюс, безусловный плюс. Я уже давно превысил возрасты всех знаменитостей, соседство с которыми сочтет за честь любой живущий на этой земле и, конечно, не достиг успехов, уровня таланта, которыми обладали  гении, но я смогу исходя из своей жизни, хоть немножко осветить путь идущего рядом, что б не споткнуться или не свалиться в яму.Ум.Не просто говорить уму об уме. Вдвойне непросто, потому что ни кто не знает, что такое ум. Вес или объем мозга? Способность принимать решения в самых непростых и нестандартных ситуациях, что б, следуя инстинкту самосохранения, не погибнуть, привести с наименьшими потерями к выживанию вида, рода?  Достаточно ли для этого инстинктов, опыта вожака? Или нужен еще интеллект, кругозор, полученный с помощью систем образования, повышения уровня знаний и самосовершенствования?        Ум ли это - сделать научное открытие? Или совокупность обширных знаний человека в относительно узкой научной области, помноженная на наблюдательность и, “его величество”, случай. Или эволюционные сдвиги развития общества людей земли вбрасывают необходимость и требуют того или иного открытия, соответствующего среднему уровню знаний человечества и их способности не самоликвидироваться по недосмотру или злому, или иному умыслу, от небезопасного открытия. Плюс.Внешние данные.Здесь у меня больше минусов, чем плюсов. Какие данные могут быть у потрепанного жизнью мужчины. Лысеть начал, седеть заканчиваю, потеть продолжаю, вес у ста, живот бегемота. Минусы, безоглядные минусы!Сложив плюсы и минусы получил ноль. Да-а.. Что делать? А теперь попробуем выполнить работу за насос!  О! Очи мои!Да зажгутся они, увидев тебя!Да увидят только ночи они И пусть ослепнут, потеряв тебя!О! Мои губы!Да не перестать вам шептатьСлова любовной правды!Да не устать вам ее губы целовать!О! Ее руки! Замрите,Захотев оттолкнуть меня!О! Ее мысли! Умрите,Подумав, что хочу боль причинить я!О! Язык враг! О! Язык друг!Я тебе адов круг -За ее невольный испуг!Радость встречПерестань недоверием жечьПредложений дрожь -Уничтожь между нами ложь!О! Как же смочь! Ну-ну! Что же нам еще будет предложено для внимания? Что сможет придумать и решить это светлое не затуманенное сознание.
Мне кажется, что он пойдет по проторенной всеми дорожке, пытаясь выставить свою широкую грудь с “огромным” количеством достоинств, коими он “якобы” должен обладать. Что ж, поглядим! Но он, считающий себя не дураком, должен помнить, что к огромным недостаткам, с моей точки зрения, мешающим искренности любви относятся приблизительно следующие:
Они есть почти у каждого:
- богатство
- власть
- карьера
- слава
- стаж жизни
- ум

Богатство.
Противно говорить, а тем более писать!
Да, мы живем в неплохих стенах, из которых сложен дом. Но кроме этих стен там ни чего нет. Почти каждый уголок квартиры кричит: “Приложи ко мне руки. Иначе я рассыплюсь”. Те недвижимые финансы, которые сможет получать этот несравненный ум, за свою работу вряд ли покроют траты на ремонт квартиры и на его содержание в виде одежды и еды. После развода у него осталось только несколько коробок из под пустых сигарет, которые уместились на семи квадратных метрах. Половина из этих коробок забиты никчемным для семейной жизни охотничьим барахлом. А эти, некоторые его литературные пробы, которыми он пытается поразить читателей, только приносят вред и пытки мне, а, наверное, и ему.
Власть и карьера.
Боже мой, да не дай бог, что он еще попрется во власть. Хотя, конечно, она предполагает массу возможностей для решения многих вопросов семьи. Приобретшие ее, приобретают, как по наследству, массу полезных и бесполезных знакомств, без которых, не знаю как сейчас, но раньше просто не возможно было обойтись.
Но нет худшего врага для любви, чем власть. Уже на первом году жизни с ней вы научитесь смотреть сквозь посетителей, самым частым словом, которое будет в вашем обиходе, это будет слово - нет. А говорить, то его вы будете, по инерции, всем - и своей любимой, и своим детям, и своим близким. Вредная привычка, от которой не излечат даже у Кашпировского.
Слава.
Еще один вор искренности чувств, порождение притворства и воспитатель лжи. Стоит хоть на одну незначительную йоту, хоть иногда сочинить, что-то, непохожее на обыденность, к вам посыплется столько эпитетов, иногда подобных плевкам, иногда кинжалам, что надо долго потом искать где-то мужество, чтобы опять взяться за дело. А ведь искусство это наркотик, окунувшись в него, уже никогда не захочется потерять счастья обладания им. И не терпишь и начинаешь сыпать ответными “комплиментами”, а инерция обыденности лупит твоими словами самых близких тебе людей. (См. Власть, карьера). 
Стаж жизни.
Жидкий мне ум достался. Хоть бы уж молчал, что в старика превратился. Какая яма? Может быть это он по себе судит и он жил всю жизнь в яме. Но огромная ошибка накладывать свой, “универсальный”, “идеальный” “вонючий”, какой угодно опыт на жизнь иных людей. И потом, что он может обладая разводом, придумать еще в следующей семейной жизни? Только еще один развод!   
Ум.
Ум ради ума - наверное, самая большая глупость. Почти в любом достижении, совершенном для самоцели, поднять самую тяжелую гирю, стать чемпионом мира по карате и т. д., присутствует элемент идиотизма. Что толку, что мой покорный слуга слева прочитал в жизни до десяти тысяч различных книг, что толку, что он закончил три института. Система распределения материальных благ, существующая в любом государстве уравнивает всех живущих  в нем. Иначе недовольство, революция, разруха - развод. Пусть ходит этот мешок запылившихся страниц, прочитанных романов и не пристает к молоденьким хорошеньким девчоночкам, со своими дурацкими мыслями.
Ну что ж! Мне кажется, что он искренне влюбился, раз мелет ту чушь, которую вы читаете слева! А я, со своей стороны, не оказался перед вами лжецом и сделал все возможное, что бы представительницы прекрасного пола к кому он обратится с предложением своей руки и сердца оценила его и справа и слева! Вот ему плюсы! Я насчитал пять минусов не считая внешности. Пусть теперь живет как знает, а мое дело сторона.




Врет! Ложь! 


Каскад слов обманных,
Лепет мыслей странных.
Ты забудь их, прочтя.
Ты пойми, оцени, отойди.

Хоть сладки - не новы!
Хоть приятны - слабы!
Сладость уйдет,
Горечь придет!

Осадок, злой кот,
По душе лапой бьет!
сочится кровь -
Убьет ядом любовь!
Нет ему искупления!Не найти ему исцеления!Зачем тебе обузы -Нести еще и его узы!Ты не сможешь найти бальзамаДля его кровоточащей раны.Если только сама не растаешьЕсли только его любить не устанешь!А сможешь?


Иногда мне кажется, что та личноть, о которой я здесь написал -  это я, или очень, почти неотличимо, похожь на него. То ли аналогично произошедшими событиями, толи теми же мыслями, которые тревожили и меня, как его.

Эпилог



Дорогая _____________________!
 

Не подумай, пожалуйста, что этим пропуском  имени я испытываю твое долготерпение, превращая время в пытку. Просто это мое скромное желание автора сего произведения постараться сохранить, хоть на день, хоть на час, хоть на несколько секунд, даже в этом послании, маленькую тайну своей любви от всезнаек, тайну о которой ты все равно сейчас узнаешь!

Итак!

Любимая  ______________________
Позволь предложить тебе свою руку и сердце!
Моя любовь столь искрення, столь естественна, чиста, невинна, несмотря на мой откровенный, жизнью сфабрикованный цинизм, и неожиданно удивительна для меня самого, что я испытываю чувства, с которыми, возможно мне не приходилось встречаться всю прошедшую жизнь. Ее приход вырвал меня из трясины обыденности и сделал поэтом, воспевающим громаду чувств, всколыхнувшихся от спячки. Причем таких чувств, о которых я в себе ни когда и не подозревал. Как будто во мне стал жить еще один человек, совершенно сумасшедший и непредсказуемый для меня. Когда я сажусь, что б написать несколько строк, он начинает диктовать мне то, о чем я в предыдущие несколько мгновений и не помышлял.  (Примечание от редакции: ______________. реальное историческое лицо. На момент написания данного произведения автора ей исполнилось семь лет от роду).
Это ты! Это ты меня заставляешь плакать тобой, смеятся тобой, жить в мыслях и наяву тобой, издеваться над всем хорошим и плохим, что б найти маленькую тропку к твоей душе.
Но пока я слеп и не вижу ее, но возможно это письмо послужит этой дорожкой.
  Дай бог каждому полюбить так как я, превратившись, как в дивной сказке в поэта! Никкогда бы не поверил, что это возмоэно, если бы не сам пережил происходящее!
К сожалению моя любовь сколь нежна и сколь бескорыстна, столь горька своей безысходностью и безнадежностью, может поэтому и твое влияние на меня и прорывающаяся раздвоенность столь сумбурны, неоднозначны и неопределенны.

Осозновая дикость своего предложения, складываю к твоим ногам все, что у меня есть, если честно, совсем немного, - всего лишь остатки жизни.
Не соглашайся!  Ты достойна, более чем мое, обожания!
А это скромный тебе подарок, подтверждающий мои слова!



***

Ты зачем камнем волкодава?
Ты зачем прыгалку из удава?
Ты зачем из медведя палас?
Ты зачем из тигра матрас?

Я любима, я желанна!
Я игрива, я не боязлива!
Не я для них -
Они для меня!

Так было всегда!
Так будет всегда!
Целую...
Я ваша Анна!


***




Сказка-познавайка
Понедельник

Жил был Понедельник.
Вообще-то, это я. И скажу вам по секрету зовут меня не Понедельник, а Аня! Но знают об этом не многие, только очень-очень хорошие люди.
Я самая маленькая в нашей семье Неделе и меня очень часто и совершенно незаслуженно обижают. Особенно взрослые и еще один мальчишка в детском саду. Но больше всего мне достается неприятностей от взрослых небритых и колючих дядь. Они меня совершенно не любят. А как они неприятно пахнут, кто бы знал. Вот моя мама и старший братик Вторник ни когда так не пахнут. От них всегда идет запах свежести и аромат луговых цветов. А эти дядьки, как вспомнят, что им предстоит со мной завтра встреча, сразу говорят, стуча гранеными стаканами: “Как не хочется идти на работу!”
Если бы вы знали, как мне это обидно - ведь нас семеро и, несмотря на разный возраст, нам всем хочется, что бы нас любили одинаково и восторгались нами как Семью Чудесами Света.
Вот представьте! Семь ноток: до, ре, ми, фа, соль, ля, си. Из них строят любую музыку, если вы заметили, ноток, так же как и нас, тоже семь. А стоит убрать какую-нибудь из них, например, мою двоюродную сестричку, то же открывающую, как и я, “неделю” нот - нотку “до”. Что получится?  Не будет песни “В траве сидел кузнечик”, или песни про день рожденье с мороженым из “Чебурашки”. Ни каких песен не будет.
А другой мой побратим, самый любимый и прекрасный, это красный цвет. Он мой двоюродный братик из лучика света, который так же состоит из семи цветов: красного, оранжевого, желтого, зеленого, голубого, синего и фиолетового.
Он цвет луча солнышка утренней зари, которая была бы черно-белой, если бы не мой брат. Это цвет восходящей луны на закате солнца, которое щедро дарит ей силу своей красоты, что бы она светила всю ночь людям. Это цвет крови, без которой не смог бы жить ни один человек на всей-всей земле.
А Семь Чудес Света, о которых я уже говорила! Это тоже мы! Но если нотка “до” и “красный цвет”, так же как и я, самые первые в своих семьях и первыми знакомим людей со своими секретами, то Семью Чудесами Света мы становимся по своему желанию. Мне, как самой маленькой, разрешают выбирать чудо первой. Вот сегодня, если хотите я буду Колосом Родосским и буду поражать вас красотой и величием. А если захочу то буду, единственно сохранившимся к сегодняшнему дню, Чудом Света - Египетскими  Пирамидами. Секрет их создания до сих пор тревожит умы тысяч ученых, но тайны пирамид не хотят открываться. Неужели цари-фараоны умнее тех, кто сейчас живет. Как грустно. А ведь я могла бы подсказать, решение некоторых их секретов. Но величайшее табу за семью печатями сковывает мои уста. А на следующей неделе я буду Маяком острова Фарос и буду освещать путь тысячам кораблей, что бы они не потерялись в водах бушующих морей и с уверенностью находили свой дом. А хочешь, я взовьюсь Висячими Садами Семирамиды? И ты будешь бродить по ним, вдыхая прохладу и свежесть цветов.
Ты не думая, что я маленькая и меня легко обидеть. Нас много в каждом  году, целых 52, иногда 53, а представь и подсчитай, сколько будет в столетие?
Без меня не будет начала, а раз не будет начала, то не будет и конца. У меня даже мурашки по телу  бегут, как я представлю, что не будет воскресенья. Ведь в этот день на праздничном балу, посвященному дню отдыха, Воскесенье-королева, очень, кстати, похожая на мою маму, ровно в двенадцать часов ночи, закончив танец во дворце подойдет ко мне в белом кружевном платье и с двенадцатым ударом курантов вручит свою великолепнейшую корону. Будет это свершено под хрустальный звон бокалов, наполненных безалкогольным шампанским и аплодисменты всей нашей семьи.
Но уже вечером, ровно в двенадцать часов, я так же с чувством гордости за пройденный мною путь, водружу эту же корону, а может быть и успею вплести в нее еще один маленький бриллиантик, на голову моему братику Вторнику. И не чуть не жалею, потому что мы искренне любим друг друга.
А вы?