Мой милый друг

               

     В мой сон вторгается неясный шум. Я открываю глаза и пытаюсь уловить источник звука. Производится звук над головой, в мансарде. Я осторожно встаю и иду в мансарду. Я знаю, какие ступеньки скрипят, поэтому стараюсь обойти шумное место. Преодолеваю второй пролёт лестницы и заглядываю в комнату. Жалюзи на окнах приоткрыты в правую сторону, только середина подоконника свободна от жалюзи.

     Лунная дорожка подбежала ко мне под самые ноги. Поднимаю руку, чтобы включить свет и  слышу скрипучий  голос:

     - Сударыня, не делайте этого, а то я исчезну, и вы меня не увидите.

     - Я вас и так не вижу. Кто вы? Удивительно, но меня это явление не испугало.


     - Полный достоинства голос отвечает:

     - Сударыня, я привидение.

     - Ах!

     Привидение вздыхает:  - Дамы во все времена одинаковы.
    

     - Как вы сюда попали, и вообще,  привидений, не существует!


     Тогда кто я,  - учтиво шуршит голос.  Я иду по лунной дорожке к подоконнику и вижу колеблющуюся фигуру в мареве лунного света.


     - Можно я зажгу свечу?

    - Конечно, только поставим её подальше от нас. Я зажигаю свечу, ставлю её на табуретку, которая стоит в другом конце комнаты, подхожу к подоконнику. Привидение  галантно помогает мне сесть на подоконник. Луна светит  нам в спину, и теперь я могу видеть туманное лицо приведения. От пахнет  вековой пылью и крепким табаком.  Я бесстрашно вглядываюсь в лицо приведения, но сердце начинает биться быстрее.          -Может быть, это сон?

     Привидение скрипит: - Нет, это не сон. Вы, сударыня, сами меня позвали.

    - Да? -  удивляюсь я. Тогда я должна вас угостить чем-нибудь.

    - Что вы, что вы, сударыня, не извольте беспокоиться, я ничего не употребляю уже шестьсот лет!

    - Как, вам уже  шестьсот лет?  Удивляюсь я.

    Да, я ещё  молод. 

   - А я уже, гм, гм… пожилая дама.


   - Привидение  изрекает: - Не думай о том, что стареешь, - это старит.

   - Интересно, кто это сказал? -  спрашиваю я.

   - Неважно, главное, что правильно, -  отвечает привидение.

   - А у вас есть имя?-  спрашиваю я.

   - Разумеется. В разные века у меня было имя соответствующее духу времени.  Теперь я ношу простое имя, - Анисим, древнегреческое, что означает -  «полезный». К вашим услугам, сударыня! 

    У вас такая богатая событиями  жизнь, расскажите что-нибудь.
    

   - Что же, сударыня,  рассказать вам? Он задумался, затем   с гордостью в голосе поведал мне, как вёл  научные беседы с Гёте. Как пристально наблюдал за рождением бессмертного Фауста.  Конечно, подумала я, есть чем гордиться. Анисим критически относился к революционным идеям Руссо, чем несказанно меня удивил.

    - А вы, сударыня, знаете,  что настоящее имя и фамилия Вольтера – Франсуа Мари Аруэ. А Вольтер – это анаграмма, составленное из французских букв его фамилии, расположенных в другом порядке.

    - Я стыдливо призналась, что нет, не знала.  Рассказал, как однажды помогал Калиостро дурачить петербуржцев: - правда, сейчас я в этом раскаиваюсь», сказал  Анисим.

    - Почему? -  спросила я.

    - Потому что когда нам удаётся надуть других, они редко кажутся нам такими дураками, какими кажемся мы самим себе, когда другим удаётся надуть нас!  Это мне сказал Ларошфуко, после этого я уже никаким авантюристам  не помогал.

 
     -Анисиму  очень нравилось присутствовать при творческих процессах у таких мастеров как Бетховен, Моцарт, Гайдн. Он тут же, очень мелодично проскрипел мне мелодии из «Лондонских симфоний» Гайдна, очень живо передав богатство содержания и радость бытия, звучавших в произведении…
    

     Лунный свет рассеивался, растворялось и моё привидение…

     - Ах, как быстро течёт время, а я так мало  узнала.

     - Сударыня, не отчаивайтесь, потому что нет ничего нового под солнцем, но есть кое-что старое, чего вы не знаете, а вы ещё так молоды.

    - Мои щёки покрываются легким румянцем удовольствия и счастья. А ведь, действительно, если сравнить с возрастом Анисима, у меня всё впереди!
    

    Я всё-таки  хочу уточнить, существуют ли привидения, и прямо спросила его об этом.

    - Конечно, нас нет!  Но мы приходим к людям, которые понимают, любят и соскучились по сказке. Вот и вы, сударыня, звали меня ещё третьего дня, но я был занят.
    

    - Я соскакиваю с подоконника, привидение тоже. Анисим  берёт мою руку в свою прозрачную ладонь, прикладывает её к своим сухим и прохладным устам,  и я чувствую на своей руке печать веков.

    - Приходите ещё! -  страстно прошу я. 

    - Обязательно! Теперь непременно, сударыня, потому что в моей записной книжке появилось  имя ещё одного человека, которому время  от времени необходима наша помощь, помощь привидений.  До свидания, дорогая сударыня, до встречи! и,  присев на последний лунный луч, привидение исчезло.
    

    - Я задуваю свечу и уже уверенно спускаюсь по ступенькам  лестницы, которые немилосердно скрипят, а мне слышна в  их скрипе волшебная музыка Гайдна.