Ловец снов

Макс спал. Спокойный глубокий сон честно пытался унести его сознание в далекие миры. Сознание же тихо бряцало цепью, которой было приковано к реальности, и рассматривало фантазии на безопасном расстоянии. Реальность до истерики боялась царства снов, где среди пустоты рождались миры и ситуации. Пугающе детализированный сон. То, на что бодрствуя не обращаешь внимания, бросается в глаза с завидным упорством. Вон на трубе заклепки. Ржавчина. Решетчатый пол, сквозь который видно внутренний двор где-то там внизу. У перил станки. Везде люди. Они мало чем отличаются от реальных. По крайней мере, Макс не знал людей с какой-нибудь другой стороны кроме как со спины. Ну, знал, но они не являлись показателями. Сложно сравнивать кошек с собаками. Да они все живые. И внутренне строение схоже. Но есть где-то внутри закопанный параметр, который одних людей наделяет чем-то, чего нет у других. Макс сделал шаг назад, и картинка перед глазами застыла и покрылась россыпью декоративных помятостей. Он оторвал страницу и смяв выкинул ее через плечо. Ему надоел этот сон. Он видел его год назад и помнил этот мир до тошноты четко. Он знал точно, что если бы он нашел выход из этого замка с пронумерованными комнатами и разной мебелью по стенам, там внизу его ждала бы девушка. Он знал это, потому что видел это здание с другой стороны два или три года назад. Там снаружи рядом с главным фасадом проходила старая железная дорога, такая же ржавая, как и все остальное. На рельсах стоял огромный, прогнивший до дыр в корпусе, паровоз. Вокруг паровоза бегали и резвились дети всех возрастов. Их было настолько много, что их крики заглушали исходивший от здания грохот. Но паровоз был настолько большой, что казалось, что детей, в общем, не так уж и много. По крайней мере, их количество не казалось чрезмерным.
Где-то среди совсем маленьких были ребята постарше. Они курили и играли в карты. Рядом с ними сидело несколько девчонок, которые иногда подходили и присоединялись к игре, но потом опять уходили в свою маленькую компанию. Среди них была девушка, которая увидев его игриво улыбалась. Она вприпрыжку делала пару кругов вокруг него и убегала, маня за собой. Он никогда не досматривал этот сон до конца. И теперь, видимо, не досмотрит.
Следующий сон был тих и невзрачен. Не менее тошнотворен, чем остальные, но его было очень сложно отделить и выбросить. Да и выкидывать больше одного сна за ночь было жалко. Они заканчивались.

- Я сегодня смотрел на связку своих снов, – сказал Макс сидевшему за одной с ним партой Рыжу.
- Ты слишком часто это делаешь последнее время. – Ответил Рыж не отрывая глаз от топтавшейся перед доской учительницы.
 - Ты тоже многое делаешь слишком часто. – Огрызнулся Макс и продолжил. – Их мало. Меня начинает это беспокоить.
- Не радует перспектива бессонницы на ближайшую вечность, бог мой? – Широко улыбаясь спросил Рыж.
- Григорий! Я говорю что-то смешное? – Спросила учительница обратившая внимание на сверкнувшую улыбку. – Максим! Перестань отвлекать своего соседа!
- Зашибись. – Пробормотал Рыж.

- Все люди как люди, а ты, по-моему, фигней какой-то страдаешь, – продолжил Рыж через некоторое время.
- А чем, по-твоему, занимаются нормальные люди? Страдают не-фигней что ли? Чем уничтожение собственных снов хуже онанизма?
- Ты бог. Люди слабы и сдаются, отказываясь от помощи и утопая в собственных комплексах. Не выращивай на своем божественном лике еще один комплекс. Ищи выход.
- Как ты?
- Можно как я. Только я все равно человек. Я пользуюсь твоей помощью и утопаю в другом говне. А ты имеешь все возможности балансировать.
- Разве ж это баланс? Это скорее похоже на сидение одной задницей на двух стульях.
- Это не так сложно как ты думаешь. Кто из нас двоих фантазер? Если задница достаточно большая, она будет себя чувствовать вполне комфортно. Только выглядит это не очень эстетично.
- Лучше постоять и сохранить форму.
- Вот-вот. А сидение - это удел слабых.

- Во что сегодня поиграем? – спросил Макс, когда они вышли из школы после окончания уроков.
- Что ты видишь?
Макс глубоко вздохнул и приготовился напрячься, но вместо того, чтобы задержать дыхание, поперхнулся и начал кашлять. Все вокруг заиграло красками, то углубляя какие-то определенные цвета, то придавая предметам цвета, совсем им не свойственные. Такие фокусы отнимали у него все больше и больше сил, и что-то переставало получаться с такой же легкостью, как раньше. Будто сила, вдруг появившаяся у него, начинала потихоньку его покидать. Предстоящее расставание очень давило. Как быстро человек привыкает к хорошему. Даже толком не научившись этим пользоваться. Макс пытался не моргать, дабы не пропустить ни одного момента буйства красок, но, продолжая кашлять, пошатнулся и упал на колени. Подхвативший его Рыж попытался поставить Макса на ноги.
- Увидел что-то интересное? – Спросил Рыж вытирающего выступившие слезы Макса.
- Перестарался слегка.
- Может, отдохнешь сегодня?
- Я теряю силу, Рыж. Независимо от того, чем я занимаюсь. Завтра я могу ее вообще лишиться.
- Ну ладно. Тогда можешь мне не показывать. Ищи сам.
Макс прокашлялся и сконцентрировался на том, чтобы не взять на себя больше, чем может. Он глубоко вдохнул и задержал дыхание. Он подумал о стенах, и они начали растворяться. Судя по безразличному взгляду Рыжа, он этого не видел. Стены очень мягко исчезали слой за слоем, словно песок в песочных часах. Сначала штукатурка медленно расползалась пятнами, как расплавившаяся кинопленка, а потом быстрее и быстрее. Когда бетонные плиты дошли до железных жил, облицовочная штукатурка исчезала так же быстро, как песок высыпается сквозь пальцы. И вот родная школа осталась без стены выходившей на улицу. Медленно, словно тлеющая папиросная бумага, исчезали боковые стены, но они уже не интересовали Макса. Он прошелся взглядом по этажам в поисках кого-нибудь интересного. Найдя, он поднял руку и показал куда-то пальцем. Рыж увидел только, что Макс показывает на стену в районе третьего этажа. Понаблюдав с минуту, как Макс медленно передвигает в воздухе палец в направлении третьего этажа, Рыж пихнул его локтем в бок. Он продолжал следить за пальцем Макса, и на стене начал появляться рисунок. Сначала слабый контур, который, словно нераскрашенный мультик, спускался с третьего этажа вниз по лестнице. Потом контур стал более четким и обрел цвет. По стене школы ползло изображение спускающейся по воображаемой лестнице девушки.
- А или Б? – Спросил Рыж.
- А ты еще не научился их отличать? – Удивленно спросил Макс.
- Этих даже не старался.
- Тоже мне, блин, гордый нашелся. – Усмехнувшись сказал Макс. – Ты на нее посмотри. Сама грация!
- Тоже мне, блин, нашел. Они там все такие.
- Не все. Три у исторички и четыре у физика. Да и какая тебе нафиг разница? У нее уже все получилось, хоть она тебя на год младше. У нее есть мозги, фигура и парень. А у тебя что? «Бивис, нам не дадут!»
- Да ну тебя, – обиженно пробормотал Рыж. – Я не с тобой.
- Извини. Но другую искать не буду.
Когда входная дверь школы заскрипела, Макс встряхнул головой и, когда его взгляд опять сфокусировался, стены школы были на месте. Он повернулся к Рыжу, пожал ему на прощание руку, и тот ушел домой. Девушка вышла из школы и направилась, видимо, тоже домой. Макс пошел за ней. По дороге домой она позвонила маме. Та попросила ее купить хлеба. Она зашла в булочную, и он вошел за ней. На входе он споткнулся о закрывающуюся дверь, издав много лишних звуков. Она обернулась и посмотрела сквозь него. Нахмурив брови пожала плечами и пошла к прилавку. Придя домой, она пообедала и села за компьютер. Он следил за каждым ее движением. Время замерло. Она безвылазно просидела за компьютером, наверное, часов шесть. Она не оторвалась, даже когда родители пришли домой. Только на ужин. Потом душ и сразу спать. Рано. Он сидел на полу в неком подобии позы лотоса и смотрел на засыпающую девушку. Слушал ее мысли. Там, где тело перестало существовать и начинался сон, он опять последовал за ней. Поначалу ее мозг отдавал дань минувшему дню. Сном пролетела ее мечта о парне из одиннадцатого класса и идея зарабатывания денег на дизайне веб-страничек. Хорошие оценки и предстоящие экзамены. Потом реальность, так давившая на нее, стала расплываться, словно капля краски в банке с водой, и наконец оставила ее. Тело расслабилось, и сознание стало занимать все доступное пространство. Свободное. Оно строило свои картины. Поднимало горы и создавало глубокие каньоны. Реки и леса. Снежные шапки и солнце, игриво улыбающееся из-за пика. Потом солнце спряталось, и вышла луна, такая, какая бывает за пару дней до полнолуния. Очень яркая, она отражала свет солнца и тоже грела. И только мягкий ветерок приносил прохладу и свежесть. Центром же композиции была поляна. Небольшая и уютная. Посередине был костер. Он некоторое время наблюдал за костром из-за дерева на краю поляны. В Сиду, вроде, самый обыкновенный костер притягивал к себе, как блестящие вещи сороку. Он собрался с силами, вышел на поляну и направился к костру. Подойдя, Макс сел на корточки и протянул к костру руки.
- Он не твой! Уходи отсюда! – Раздался женский голос.
- Почему? – Спросил Макс, оглядываясь по сторонам.
- Потому что он не твой. – Ответила девушка.
Когда Макс отвернулся, она появилась с другой стороны костра. Он смотрел на нее сквозь огонь, и она словно сама полыхнула, и волосы играли с ветром, будто языки пламени.
- Я - сон.
- Не ври. Здесь может быть только то, что я создаю. Тебя я не создавала. Уходи! Это не твой огонь.
- Что в нем такого, что ты так меня гонишь?
- Хм. Ты смог проникнуть сюда и не знаешь что в нем? Ох уж эти новички. Лезут людям в душу, не разобравшись в себе.
- Я понимаю, зачем он нужен, – начал Макс все так же сидя с протянутыми к костру руками. – Это живая энергия. Но и она должна чем-то питаться, ведь так?
- Да. Но в чем для тебя вопрос?
- Я не дух. Я всего лишь человек. Мой костер гаснет. Мне страшно.
- Ты не должен бояться. Тем более, если ты человек. Люди, в отличие от духов, могут подпитывать свой костер. Ты можешь выйти. Ты можешь найти выход. Ты можешь найти способ. Мне же останется только наблюдать, когда придет время, как потухают угли.

Макс поднялся, поклонился стоявшему перед ним духу, и ушел. Утром он дождался, когда откроется дверь, и покинул квартиру так и оставшейся незнакомой ему девушки. Его занимал огонь. Он потратил остатки своих сил на то, чтобы посмотреть, что греет его одноклассников. Они полыхали ничуть не хуже, чем девушка, рядом с кроватью которой он провел ночь. Но Макс так и не смог посмотреть на себя, хотя ему вполне хватало того, что он чувствовал а не видел. Намного больше его удивило то, что он увидел в знакомых ему людях. Маня был так же пуст, как и он сам. Он давно уже перестал жить, и костер его тлел, но не собирался гаснуть. Он, словно затаившийся зверь, ждал.
Тем же вечером они всей компанией направились в клуб, который, по сути, принадлежал Гиду. В клубе было не так многолюдно, как бывало в конце недели, да и в более позднее время, и лучшие времена для клуба только начинались. Они сели за большой стол в зале со сценой и о чем-то говорили. Макс часто отвлекался и не мог уловить хода разговора, лишь изредка ловя колкие шутки Рыжа и смеясь со всеми. Слух же его был поглощен ненавязчивым бренчанием гитарных струн. На сцене сидел парень с гитарой и в свое удовольствие что-то наигрывал. Эта музыка, не неся в себе ничего определенного, усыпляла своей хаотичностью. Музыкант не стремился держать мелодию и, казалось, просто разминал пальцы. Спокойствие изредка нарушалось лишь смехом друзей Макса и воем, поднимавшимся с нижнего этажа, - там был компьютерный клуб. Макс лениво крутил в руках зажигалку, иногда отдавая ее хозяйке. Ира заказала себе мартини. Остальным принесли пива. Скоро от мартини остался лишь бокал с насаженной на стенку долькой лимона. Рыж воткнул в лимон зубочистки, сделав фигуру, похожую на дикобраза. Макс некоторое время смотрел на зубочистки, а потом поджег крайнюю. Зубочистка достаточно быстро потухла, оставив тлеть красный кончик. Макс несколько раз поджигал зубочистку, но она все время гасла. Тогда он поджег все зубочистки. Огонь медленно спускался по тонким палочкам и был готов вот-вот потухнуть, но, добравшись до того места, где огонек с соседней зубочистки был достаточно близок, чтобы им объединиться, вспыхнул, озарив угол, в котором стоял стол. Большой язык пламени поднялся, поглотив собой сразу всю конструкцию. Огонь быстро спустился к самой лимонной корке и горел, пока зубочистки не истлели, рассыпавшись в разные стороны. Компания на мгновение затихла, любуясь огнем, но потом почти сразу продолжила разговор. Через некоторое время клуб наполнился людьми, и Макс направился домой. Маня пошел с ним.
Зима никак не хотела наступать, и в вечерней темноте под ногами неприятно хлюпала слякоть. Они шли молча, боясь сказать что-то лишнее. Макс чувствовал присутствие рядом чего-то могущественного, но одновременно ощущал в Мане смятение, будто тот чувствовал тоже самое. Они завернули за угол дома, где им преградили дорогу два парня. Маня блеснул зубастой улыбкой и сделал шаг назад. Он знал, что сможет легко справиться с возникшей ситуацией, какой бы она ни была. Он хотел посмотреть, как с ней справится Макс.
Макс осмотрел выступивших из темноты людей в натянутых на лица теплых вязаных шапках с прорезями для глаз. От них исходил очень необычный и резкий запах, который Макс тут же узнал, удивившись их наглости. Они сидели в клубе за соседним столиком. Чего-то ждали. Нервничали. И, видимо, поняв, что остальная компания нескоро соберется домой, пошли за Маней и Максом.
- Какая наглость. – Пробормотал Макс не слыша ни требований, ни угроз.
Один из парней вытащил из кармана пистолет и трясущейся рукой наставил его на Макса, иногда на секунду переводя его на неподвижного Маню.
- Вы хотите умереть? – Спросил Макс.
- Деньги! - Выкрикнул парень без пистолета и потянулся к Максу, чтобы ударить его.
- Умри. – Тихо сказал Макс, уворачиваясь от удара, и парень, потеряв равновесие, рухнул лицом в лужу грязи, где и застыл, не шевелясь.
- Что ты с ним сделал? – Крикнул парень с пистолетом. – Леха! Вставай! – Он пнул своего напарника ногой, но тот не шевельнулся.
- Он мертв. – Тихо сказал Макс. – Ты мне веришь? Кивни. Давай же. Если не веришь, вынь его рожу из лужи и пощупай его пульс. Ты должен знать, как это делается. Ну же?
- Что ты с ним сделал?
- А что ты хотел сделать со мной? Хочешь, я и тебя убью даже не дотронувшись до тебя? Это не сложно, поверь мне. Мне даже не придется использовать оружие. Я могу сказать «умри», и ты ляжешь рядом. Веришь? – Макс говорил тихо, чуть слышно, почти не шевеля губами, но напоследок рявкнул, заглушив вой парня с пистолетом: - НУ?
- Да! – ответил парень, трясясь от страха. Сейчас ему не хватило бы сил нажать на спусковой крючок. Силы каким-то магическим образом покидали его.
- Хорошо. – Прошипел Макс. – Твоему брату уже ничего не поможет, и его законстатируют с обыкновенным инсультом или сердечным приступом. Я в этом не силен, если честно. Но я могу и вернуть его, если хочешь, и вы снова будете вместе. Ты мне веришь?
- Д-да!
- Ему осталось совсем немного. Мозг не может прожить долго без кровоснабжения. Хотя о чем я говорю? У него в крови полно того, что убивает го мозг намного более болезненно, чем простая остановка сердца. У него осталось всего минуты полторы, не больше. По крайней мере, потом я не смогу вернуть его точно таким, каким он был до того, как рухнул рожей в грязь.
- Верни его! – Выкрикнул парень и, найдя где-то силы, приставил ко лбу Макса дуло пистолета.
- Хм. Какие вы, смертные, импульсивные. Не-ет. Так не пойдет. Скажи «Я хочу, чтобы ты вернул мне моего брата». Я не обману тебя и не буду издеваться над смысловой нагрузкой каждого слова. Давай же. У тебя осталась всего минута. Видишь? Я не хочу, чтобы твой брат умер. Давай.
- Я хочу, чтобы ты вернул мне моего брата!
- Хорошо. Живи.
Раздалось бульканье под ногами, и парень, только что безмятежно лежавший в луже, поднялся на руках и громко вдохнул. Потом он встал на колени, все еще пытаясь отдышаться, снял с лица шапку. И наконец, поднялся на ноги и, шатаясь, отошел назад.
- Что ты только что увидел? – Спросил Макс у парня с пистолетом.
- Ты сказал правду!
- Нет! Дурак! Я вернул его к жизни! Хотя сам не понимаю, зачем я это сделал. Я смог лишить его жизни и вернуть обратно! Ты так можешь? Отвечай! – Теперь Макс почти кричал.
- Нет.
- Так какого хрена ты посмел наставить на меня пистолет и угрожать моей жизни, если ты не можешь вернуть ее мне с такой же легкостью, как и лишить меня ее? Как в твоей сгнившей башке вообще возникла такая мысль, что ты можешь ровняться со мной? Убирайся!
Парень в нерешительности сделал шаг назад и убрал пистолет. Ему понадобилось некоторое время, чтобы сгрести в кучу своего пошатывающегося брата и уйти с ним. Макс повернулся к Мане. Тот смотрел в след уходящим парням широко улыбаясь во все зубы. Но это была не улыбка, а оскал.
- Нет, – сказал Макс Мане. – Я не буду их убивать! Я не убийца.
Маня опустил голову, вытянул вперед шею и зарычал насколько хватило дыхания.
- Не смей на меня рычать! Подумай, что случится, если мы вдруг подеремся? Мы можем играть с ними, потому что поиграв можем вернуть все на место. Наша же игра будет фатальна для этого слабого мира.
- Иногда надо что-нибудь менять.
- Не тебе толкать этот мир к гибели. Лучше сядь на поляне и наслаждайся тем, как он сделает это сам.
- Тоже вариант. – Сказал Маня кивнув.
Макс посмотрел на своего друга. От него уже не осталось ничего знакомого, хотя то, чем он теперь являлся, было по-своему тоже знакомо. Просто раньше он знал Маню совсем другим. Теперь же Маня, наполненный страхом всего двоих людей, чуть ли не светился энергией. Его костер, каким его видел Макс, теперь полыхал, как лесной пожар. Но энергия уходила из него так же легко, как и накапливалась. Видимо, самой наполненной страхом природой в нем было заложено легкое расставание с этим сладостным ощущением всесильности. Теперь и Макс чувствовал что-то подобное.
Он опять погрузился в себя. Он ощутил определенный прилив сил, но ему совсем не нравилась идея питаться чужими страхами. Маня был действительно похож на зверя, когда кто-то рядом начинал выражать хотя бы обеспокоенность. Человеческий разум добавлял к беспокойству полную коллекцию пестрых страхов, начиная неприятными обломами и заканчивая выросшими на всю оставшуюся жизнь комплексами, порождающими действительно кошмары. А Макс просто вырывал страницу. В происшедшем было что-то особенное, что не коснулось Мани. Что-то, что зверь внутри него не посчитал интересным, но что было ничуть не меньшим источником энергии. Осталось только попробовать.
Вечером один из одноклассников собрал у себя дома весь класс - попытался отметить свой день рождения и таким образом обозначить степень своей крутости. Он позвал всех. И своих друзей, на которых хотел произвести впечатление, и других одноклассников, посредством которых он хотел произвести впечатление на других. Получившаяся вечеринка мало отличалась от собраний в клубе, разве что только не было Мани с Ирой.
- Что же вы тут в углу засели-то? – Спросил именинник, когда народ начал потихоньку расходиться.
- Пива много. Зачем же портить вам настроение? – Спросил в ответ Рыж.
- Ну, мало ли. Может, я не теряю надежду. Вы ведь все-таки мои одноклассники.
- Ты, что ли, мало американских фильмов смотрел? В классе обязательно должны быть сирые и убогие, дабы удовлетворять своей сиростью и убогостью крутое большинство.
- Зря ты так, Гриш. – Он пожал плечами и сел рядом с ними. – Это все глупость. Скорее, жизненная необходимость. Иначе совсем скучно. Надо жить. Гулять с девчонками. Производить на других людей впечатление.
- Говоришь, будто безнадежно больными.
- Ну, может, я желаю вам лучшего.
- Например?
- Ну, те же девушки. У вас ведь нет девушек. И не отмазывайтесь, это ведь так.
- А мы куда-то спешим?
- Лет через десять ты так же скажешь? Не-ет. Да и что мешает сейчас? Вот была тут Дашка…
- Она тебе нравится? – Макс перебил именинника на полуслове.
- Ну-у. Да, конечно. А что мне в ней не должно нравиться? Жаль, ушла.
- Ты ее хочешь? – Спросил Макс напрямую, не обращая внимания на округлившиеся в удивлении глаза Рыжа.
- Да. – Именинник криво улыбнулся. – Пожалуй. – Он в знак тоста поднял бутылку пива и продолжил. – Я хочу оттрахать Дашку!
- Хорошо. Будешь провожать гостей, не забудь заглянуть в свою комнату. – Улыбаясь, Макс в ответ поднял свою бутылку пива.
Хозяин осушил бутылку и пошел проверить гостей. Зашел в свою комнату, выйдя из которой в спешном порядке выпроводил всех оставшихся друзей, забыв про сидящих в углу Макса и Рыжа.
- Грубо. – Сказал Рыж, стоя рядом с закрытой дверью в комнату именинника и прислушиваясь к доносящимся оттуда звукам.
- Ксера. – Сказал Макс.
- В смысле?
- Клон.
- Ха! – Рыж рассмеялся, стараясь не отвлекать хозяина квартиры от дела. – Да ты шутник. А я совсем позабыл о том, что тут кто-то кроме меня умеет шутить.
- Не все тебе, Рыж.
- Но почему ты этого раньше не делал?
- А зачем?
- Ну как же? Она же точная копия? Такая же. С ней можно делать все, что хочется, не нарушая твоих правил.
- Тебе бы быстро надоело. Как надоест и ему.
- Почему?
- Она не совсем точная копия. Физически - да. Но это всего лишь кукла. Она даже ходить не умеет, не говоря уже о болтовне и характере. – Сказал Макс и, отвечая на вопросительный взгляд Рыжа, продолжил. – Я могу воссоздать тело, но я не могу наделить его разумом. Разум - это очень сложная, скажем так, программная структура, зарождающаяся в человеческом теле вместе с развитием самого тела. Моя копия никогда не кричала, расправляя легкие после рождения. Моя копия никогда не ходила в детский сад. Никогда не качалась на качелях и не падала с велосипеда, хотя шрам на колене есть. Сделай ей томографию мозга, и ты не найдешь в ней ни электрона разума. Это слишком ложно. Поэтому для меня так дорого правило. Я могу вернуть человеку ногу или зрение, но я не смогу оживить умершего. Вернее могу, но какое удовольствие в капусте?
- Что же мешает попробовать?
- Энергия. Он сказал волшебное слово «энергия», которого вполне достаточно, чтобы из воздуха получить сложнейший по своему химическому составу и физическим свойствам объект, но этой энергии недостаточно, чтобы наделить ее разумом.
- Но ведь из этого есть выход?
- Да, конечно. – Макс замолчал, наигранно загадочно улыбнувшись.
- Ну, какой же, блин? – Рыж пнул Макса в бок.
- Хм. Странный ты. – Макс пожал плечами. – Встретить девушку. Полюбить ее. Добиться ее любви. Жениться. Заработать кучу денег и зачать ребенка. И любоваться всем процессом появления тела и разума в нем. Разве это не прекрасно?
- Долго. – Разочарованно пробормотал Рыж.
- А ты чего хотел? Поверь мне, это совсем не игра. А представь себе, что если это будет быстро? Ты получишь неуправляемое существо, за которым никогда не будешь успевать. Хочешь попробовать себя в роли профессора Франкенштейна?

Что-то типа эпилога.
Большое разочарование ждало Макса там, где он наконец понял, что люди не отличаются особой фантазией. Даже игра с Рыжем начала ему наскучивать. Хотя тот тоже хранил в себе что-то, что рвалось наружу, как взбунтовавшееся содержимое желудка. Но он сдерживал это, явно опасаясь последствий. Явно показывая, что Франкенштейном он быть не хочет. Шутки шутками, а по сознательности и серьезности Рыж мог дать фору любому. Прогулки по городу в след какой-нибудь привлекательной особы развлекали его и давали немного отдохнуть от самого себя. Но страстное желание все же вырывалось из него иногда, и тогда он становился похожим на то, чем стал Маня. Но Рыжу, в отличие от Мани, определенно требовалась помощь. Он явно рассчитывал на силу Макса, думая, что если что, то Макс сможет сдержать его. Но и он менялся. Каждый новый день приводил в школу нового Рыжа. Рыжа уставшего от внутренней борьбы и переговоров с самим собой. А его шутки становились все горше и горше.
- Там за углом какой-то урод сбил собаку! – Рыж подбежал к Максу и стал трясти его за плечи.
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – Спокойно спросил Макс, будто ничего в мире больше его не касалось. Рыж в ужасе сделал шаг назад, не узнавая своего друга. – Хочешь, чтобы я ее вылечил? Она мертва, Рыж. Оживить? Зачем?
- Оживить? – Повторил Рыж переваривая слова. – А что сделал бы ты, будь ты на моем месте?
- Я не могу быть на твоем месте и пробовать не хочу. – Спокойно ответил Макс. – Решай сам. Теперь твой ход. Загляни внутрь себя и реши, что будешь делать.
- Я не хочу. – Рыж вдруг затих.
- Что же ты сам из себя клизму делаешь? Выпусти гнев. Сделай это, как делал уже не раз. Не убегай от него, Рыж! Веди его за собой. Будь ему всем, и тогда он не нарушит твоих принципов. Ну же. Не стесняйся. Ты это уже делал. Просто сейчас он больше чем раньше.
Рыж весь съежился будто борясь с тем, что пыталось вырваться из него, и попятился в темноту переулка. Непродолжительный стон сменился тяжелым громким дыханием, которое перешло в короткий крик, унесшийся за угол. Макс мысленно проследил за своим другом. Когда Рыж достигнет своей цели, его надо будет вернуть обратно, опять упаковав его гнев. Макс восхитился тому, во что превратило Рыжа желание его души. Огромное двуногое существо с головой пса и крыльями неслось по переулкам, отскакивая от стен домов и деревьев и догоняя сбившую собаку машину. Макс спокойно пошел по следу. Даже демону, в которого превратился Рыж, надо дать развлечься. Через несколько минут он остановился перед аркой, ведущей с улицы во двор. Рядом с аркой стоял Маня и тоже чего-то ждал. Они поздоровались, повернули во двор и остановились сразу за аркой. Рыж свисал вниз головой со стены дома, упираясь руками и ногами в подоконники второго и третьего этажей.
- Не злоупотребляй этим, Рыж. – Посоветовал Маня. – Реализация желания не несет в себе удовлетворения! Не забывай этого. Этот тот наркотик, от которого лучше отказаться пока еще не совсем поздно.
- Feel Free. – Пророкотал монстр и завыл так, что стекла в окнах задрожали.
- Послушай меня, Рыж. Чтобы удовлетворить твое желание, мне пришлось изменить твое тело. Помнишь, что я говорил тебе про бездушные куклы? Так вот, ты не бездушен. Изменение твоего физического строения влечет за собой и изменения в твоем разуме, на которые я никак не могу повлиять.
- Зачем, Макс? – Спросил демон громовым басом. – Ты выполнил желание моей души. Желание моего разума. В этом теле ему комфортнее, чем в человеческом.
- Ты был рожден человеком и ни в каком другом виде существовать не должен.
- Что же ты предлагаешь?
- Выход есть всегда. Но его ты должен найти сам. Не потакай своим желаниям. Пойми, что они против тебя. Это наркотик. Иллюзия. Это не выход. Тебя не должно удовлетворять просто комфортное существование. Ты же столько всего можешь сделать, не превращаясь в капусту. Думай, Рыж. Продумывай все на сотню шагов вперед. Ни один из них не должен вызывать у тебя сомнения.
Демон замотал головой и глубоко вздохнул. Через минуту он сполз по стене, и на землю встал всем знакомый Рыж. Он продолжал качать головой, не соглашаясь с чем-то внутри себя.

Не думаю, что здесь стоит еще что-то добавлять…
Или кому-то интересно, как именно Макс попал в психушку?
14.04.04 22:42