Она всё знает заранее

  Нужен был настолько, что не было сил ни на что. Он любил ее, но до сих пор не показывал своего сердца. Оно казалось каменным. Казалось.
  Она выходила с подругами покурить, рассказывала сказки об учебе, говорила о пустяках, а сама думала:"Пошли они ..." Подруги же не отличались особой надоедливостью и не заставляли ее откровенничать. Иногда они вместе пили водку, запивали ее пивом, смеялись от безнадежности, вспоминали своих первых, вторых, третьих...Ложились спать и ничего не помнили. Это было настоящим счастьем. Он все равно был нужен. Появлялись другие, похожие на него: высокие, статные, опытные. Она называла их знакомым именем, глотала спирт и успокаивалась. Засыпала. Но и во сне он все равно был нужен. Туда он приходил редко. А ей снился запах его туалетной воды, вкус его жвачки, мелькали откровенные картинки их постельного прошлого.Потом всё забывалось, просыпалось. Утро резало глаза. Так было обычно. Но иногда случались исключения. Временами она не успевала увидеть своего недавнего любовника, потому что просыпалась под вечер в холодной постели. Вставала и думала о том, как хочется покурить, а потом умереть. Представляла, как умрет в его спальне. "Всё будет красным от крови," - думала она. И не пугалась этих мыслей. Боялась она того, что кто-нибудь сочтет ее сумасшедшей, запрет в психушку, и она уже с ним не свидится. В первую очередь боялась родителей. Любила их, и они ее тоже. Они о ней беспокоились. Умели поддержать, хоть и были убийцами. Да нет, не убийцами - соучастниками. Помогли убить ей. Чувство вины преследовало ее. Когда думала об этом, закуривала, плакала, но слез никто не видел.
  Ей хотелось узнать, что ждет ее впереди, ради чего стоило жить и стоило ил вообще. Сомневалась часто, но выбора не было: одного убийства уже хватило.
  Её хотелось жить одной, хотя не известно, удалось ли бы ей это сделать: она нуждалась в общении хоть с кем-нибудь. Иногда не хватало денег, но это не было важным. Нужен был он. Слушала "Сплин" и успокаивалась.
  Она настолько привыкла к депрессии, что ее отсутствие было необъяснимым. Ее никто не понимал. Видит Бог, она пыталась объяснить себе, но понимать не хотели. Понимали только те, с кем пили. Во всяком случае, ей так казалось.
  Она постоянно думала о двух вещах: о нем и о смерти. Второе, как правило, было сильней. некоторые вещи она знала заранее, поэтому продолжала дальше существовать. Боль стала подругой, одной из тех, с кем пили спирт.
  Он еще нужен. Даже смерть не так страшна. Чужие лица по утрам так и остаются чужими. Родным стал только страх.
...Нужен, еще нужен. Она всё знает заранее. Ее не в чем винить...
 
октябрь 2002