Открытое письмо

Не отговорка, но предупреждение – ничего личного.


Милая, отважная, и отчаянно-беспомощная... Моя... нет, не моя – чужая, совсем еще девочка... Что ты ищешь у меня? Правды, совета? Моя правда не подойдет тебе, и совет окажется пустым. Я молчу – ты узнаешь правду со своей стороны. Я молчу – молчание принесет тебе обиду за мою скрытность, но не разочарование в предстоящих родах. Спрашиваешь – рада ли я за тебя? Что мне сказать тебе? «Правду-правду-правду». Ни за что. И все-таки...
Ты уже начиталась, наслушалась всего подряд – рассказы бывалых, мнения врачей, твоя мама не забыла поделиться страшным опытом... а вчера я застала тебя с медицинской энциклопедией в руках и подобающе белым лицом. Я смотрела на тебя и думала – ты никогда не была так красива как сегодня. И еще – эту нежность, неопытность, надежду на чудо, ждет... конвейер. У нас немыслимая, страшная страна, в которой беременная женщина... сначала не понимает что с ней происходит, потом что с ней делают... Одно и тоже, с каждой, в порядке живой, кричащей очереди. Скотство. И я ничего не могу сделать в тоталитарном режиме – «послушание залог успеха». Или могу? Наступая на горло собственной наивности...
Зачем ты смотришь на меня, предчувствуя унижение, насилие, стыд, боль, в ожидании спасения? Я не имею права посеять сомнения в твоей голове. И хочется сказать – не спрашивай, не слушай меня, не верь ни одному моему слову... которые я таки пишу тебе, вопреки всем своим принципам, общественной морали и здравому смыслу. Пусть это будет чем-то вроде сказки рассказанной на ночь. Еще одной картинкой – «как это бывает». Просто слова.

Зачатие было долгожданным и... увлекательным. Длинные, невыносимо сладкие ночи, влажные простыни, раскинутые ноги, руки, и... запрокинутая голова с неуемной мыслью, что сродни пульсу – может быть именно сейчас это происходит – во мне начинается новая жизнь. Удивительно простое счастье.
Беременность была... хм... вопреки. Не имела ничего общего с социальностью, зная мое положение в... обществе, ты понимаешь что я имею в виду. Родственники милосердно пребывали в прострации. Врачи... догадывались о моем существовании – то есть видели пару раз, и пользуясь случаем успели... ладно, не соврать, пошутить. Особенно удалась шутка с предполагаемым сроком рождения – ошиблись всего на месяц, но я оценила.
Что я делала, а что нет? По желанию, но:
Не сидела длинные очереди в консультации, мотивируя отсутствием свободного времени и большим беременным опытом.
Не сдавала анализов – меня тошнило от мысли «проснуться в шесть утра, что бы посикать в баночку»...
Не слушала и не давала добрых советов.
Ела все.
Вспоминаю – приятно.
Когда сроки вышли, от стимуляции «по мед. показаниям» я отказалась наотрез. Что бы быть послушной девочкой надо меньше интересоваться теми прелестями, что дает ребенку... то же обезболивание, например...
Утро было солнечным и теплым. Вылезать из постели? Рано и лень. Подумалось – а почему бы и нет... самый подходящий момент, что бы уже начать рожать, тем более, что десятый месяц подходит к концу – хи-хи – врачи отстали, и мне так хорошо...
  Стимуляция бывает разной. Одно дело – уколы и капельницы, другое дело – стимуляция сосков. Второе приятней, хотя, если запастись терпением, работает так же. Времени у меня было предостаточно, терпения тоже.
 С первой минуты до последней... отец ребенка был со мной. Все три долгих дня, и три ночи. Мы пили соки, ели всякие вкусности, смотрели замечательные фильмы, слушали музыку. Меня осматривали и помогали любимые руки. Можно было бродить по дому, купаться в ванне, звонить по телефону друзьям – все, что сначала хотелось, а потом... все что получалось. По ночам мы зажигали свечи, любили друг друга, и боль отступала.
В самые тяжелые часы... если я ревела, то в любимое плечо, не в казенную подушку.
Малыш родился утром. Крепкий, большой, и здоровый. Я покормила его, а когда отдыхала, уже в полусне видела – моего... нашего ребенка... укачивает, напевая... мой самый дорогой, любимый человек.
Через час... я в своей же постели, уплетала черешню, принимала поздравления, цветы, и не понимала – почему люди отказываются от... единения. Мужчина закрывает глаза, оставляет женщину в самый ответственный момент, один на один с неизвестностью, болью, чужими людьми... Непостижимо.
 
Ты спрашиваешь – как это будет? А я слишком хорошо знаю тебя, твоего мужа, что бы ответить. Прости меня. Не сейчас, но оказавшись на конвейере, когда ты, оглянувшись в поисках помощи... вспомнишь рассказанное тебе на ночь, прости.