Всё, что делаешь, я вижу, слышу всё, что говоришь

     Явилась! В два часа ночи!
   
     - У тебя совесть есть?
   
     - У меня??!!  – спрашивает Совесть.
   
     - У тебя, у тебя. – Отвечаю я.
   
     - Скажи спасибо, что совсем не покинула тебя, - отвечает Совесть.
   
     - Подумаешь! Нужна ты мне, стерва этакая. Чтобы тебя черти взяли! Пиявка несчастная! Пошла вон! Между прочим, до твоего прихода, холера ты этакая, мне дивный сон показывали.  Пришла тут, пищишь комаром, сейчас возьму мухобойку и, зашибу!

     - Да? Наверно, цветной и многосерийный? - ехидно спрашивает она. Тебе же всё некогда со мной поговорить, вот и решила я, что сейчас  время наступило. Тихо. Никто не помешает. Давай поговорим, а?
   
     - Не желаю! Точка! Выйди вон!

    Встаю, включаю весь свет, который имеется. В исступлении начинаю вычерчивать ногами по квартире замысловатые криволинейные фигуры.
   
 

   Прислушиваюсь. Осторожно вздыхаю. Перестала жужжать. Укладываюсь. Нажимаю кнопку ночника. Ласковый сон садится ко мне на постель, нежно проводит по глазам мягким и лёгким перышком. Закрываю глаза. Через минуту из неведомо откуда в сознание вторгается въедливо-бесцеремонный голос совести.

   - Зачем ты это сделала, зачем ты это сделала, зачемтыэтосделалазззачемтыэтосделала, -  всё глубже и беспощаднее ввинчиваясь в сознание и душу.
    

  В ярости соскакиваю, вновь  включаю свет. Хватаю книгу, очки и начинаю  воинственно размахивать безвинными предметами над головой, при этом ожесточённо шепчу бранные слова:

   - ах, ты кляча колченогая,  навязалась лихом одноглазым,  привязалась, как пьяная баба, прилипла, как банный лист! Изыди,  паскуда!

   Открываю книгу, начинаю читать, чутко прислушиваясь к тишине. Через несколько минут ни бельмеса не смыслю в написанном. Гляжу, а  это моя незваная гостья услужливо переворачивает страницы и так гаденько улыбается. Ехидна!
   
    - Ты что, решила меня укокошить?
    
    - Да что ты, просто хочу поговорить по душам.
    
    - Ну стерва,  и есть  стерва. Поговорить ей захотелось, когда уже и вторые петухи пропели. Не желаю! Иди к чёрту! 
    
   - Ну, как знаешь. К чёрту, я конечно, не пойду, а жужжать у тебя в обоих ушах буду. Да ещё иголками душу исколю, - зловеще ласковым голосом говорит моя визави - Ну, как?
    
   Я обречённо шепчу побелевшими губами:

   - Ну говори, паршивая моя. Я закрываю глаза и начинаю слушать свою совесть. Разговор наш длится до самого рассвета. Она говорит мне прописные истины, а я  слушаю, сжав ладони в кулаки с побелевшими костяшками, крепко сомкнув зубы, от чего у меня судорогой сводит скулы. Мой лоб покрывается испариной, сердце стучит в висках набатом, трагическим эхом отдаваясь в каждой клеточке моего тела.
    

   Когда в комнату  начинает прокрадываться рассвет, я подхожу к окну, складываю руки в немом почтении и начинаю шептать слова: 
    

   - Прости меня, прости меня! Я больше никогда, никогда, никогда не буду так поступать -  И замолкаю, оглушённая тишиной. Прекратилось жужжание и писк, которые всю ночь низвергали мою душу в тартар.

    Без совести легко? Да! Но как обеспечить внутренний покой и комфорт? Оказалось, что совесть даёт хороший совет именно в момент жесточайшей пытки,- дружи со мной, я самый верный твой друг с тихим голосом и личный  хирург душевных метаний.