Питер

Он ехал в Питер. Равномерный стук вагонов успокаивал, вселяя надежду на то, что все будет хорошо. Деревья за окном мелькали, сливаясь в одну зеленую полосу. Его мысли были полностью заняты ей, таинственной незнакомкой, которая в какой то степени была частью его самого. Он безумно хотел ее увидеть, поверить, что это не сон, не плод его бурной фантазии. Дым сигареты резал глаза, но он не замечал этого. Сигарета тлела сама по себе, тлела и исчезала, превращаясь в пепел, растворяющийся в порывах ветра. Тепло, внутреннее тепло поддерживало его. Он был уверен, что делает все правильно, делает все как надо, как должно быть...
Они познакомились в интернете. Ему было интересно общаться с ней. Он ее тоже заинтересовал. Все начиналось наивно, как-то по детски, не предвещая ничего серьезного. Обычные разговоры на темы "как дела?" или "что нового?", которые обычно быстро заканчиваются. Но их разговоры не заканчивались, принимая все более серьезные обороты. Постепенно возникла симпатия, переросшая в нечто более глубокое и нежное, не передаваемое на словах. Они стали называть друг друга не по никам, а своими, знакомыми только им, ласковыми словами, делиться друг с другом своими сокровенными мечтами и тайнами. Они безумно хотели встретиться, но была куча причин, по которым они не могли этого сделать. Расстояние, лежащее между ними, было слишком велико. Слишком велико. Были и другие причины, но основной являлось только это проклятое расстояние...
Очередная станция... Десятая? А может сотая? Он уже сбился со счета, поэтому старался не думать ни о времени, ни о расстоянии. Он думал о том, как увидет ее, такую красивую, такую не похожую на других. Как они будут гулять по Питеру, говоря друг другу всякие глупости, нести всякую чушь. Но это будет живое общение, а не командная строка. Они будут видеть, чувствовать запахи и ощущать присутствие друг друга. Это же в миллион раз лучше чем общение командной строкой.
Он открыл пиво. Пиво - единственное, что помогало ему хотя бы подремать, поскольку сон начисто куда-то унесло. В душе находилось лишь волнение, будоражущее кровь. Сделав глоток из открытой бутылки, он посмотрел на часы. Осталось полчаса. Полчаса и он увидет ее. Понравится ли он ей? Придет ли она на встречу?
В Питере у него не было никого. Совсем никого. Он не разу не был там. Он ехал туда не любоваться питерскими достопримечательностями, а лишь на встречу к ней. К ней одной. К своей единственной и неповторимой... Но вдруг она не придет? Нет, она придет, точно придет. Она не может не прийти, иначе для чего все это нужно? Для чего тогда было все ЭТО? Он заметно нервничал, выкуривал сигарету за сигаретой, ежеминутно поглядывая в окно.
Вот и Питер... Большой, безумный город, населенный такими же безумными людьми, которые всегда куда-то торопятся, куда-то спешат. Глядя на дома, мелькающие за окном, он стал собираться. Накинув куртку и взяв сумку, он вошел в тамбур. Солнышко, ярко отражаясь от множества окон, слепило глаза. Ну где же станция? Сколько можно ехать? Ждать столько времени, чтобы умереть от нетерпения в последние минуты???!!! Так, стоп! Спокойно! Он попытался успокоиться и несколько раз глубоко вдохнул прокуренный воздух тамбура. Все будет хорошо. Все будет хорошо. Все будет хорошо.
Заскрипели тормоза... Проводник открыл дверь и в тамбур хлынул поток весеннего свежего воздуха. Он вышел из поезда и, положив сумку на снег, стал ждать. Народ все расходился и расходился. Казалось, что этот человеческий поток никогда не кончится. Наконец на перроне он остался один. Он вглядывался вдаль, пытаясь разглядеть хоть кого, но было пусто. От напряжения глаза заслезились. Что ж, остается только ждать. Может час, может два, а может до прихода обратного поезда...
Внезапно он услышел за спиной хруст снега. Он обернулся... ОНА!!! Она скромно стояла на перроне и словно не верила в происходящее. Их разделяло какие-то пятнадцать шагов. Что такое пятнадцать шагов по сравнению с тысячами километров? Оставив сумку на снегу он пошел к ней. Она пошла к нему. Расстояние сокращалось. Два сердца, бившиеся в такт, стучали все громче и громче, наращивая свой темп. Дыхание словно взбесилось, обжигая легкие.
На расстоянии метра они остановились. Он смотрел на нее, она на него. Никто не хотел прерывать эту необычную тишину, возникшую над ними. Она была такой, какой он себе представлял. Нет, черт возьми, в тысячи раз лучше! Никакая фотография, будь она даже самого высокого качества, никогда не передаст реальную красоту. Истинную красоту. Она была для него самим совершенством. Он не знал о чем думает она. Она не знала о чем думает он. Но они оба догадывались об этом по глазам. Он по ее нежно-голубым, она по его каре-зеленым. Он смотрел на нее пытаясь запомнить малейшие детали ее безупречного лица. Ее глаза, губы, брови, волосы отчетливо врезались в его мозг. Он поднял руку и осторожно, словно боясь что вся эта красота исчезнет, провел ладонью по ее щеке. Она прижалась к его ладони. На ее губах играла приятная улыбка. Их глаза тонули друг в друге. Тревога, присутствовавшая всю дорогу, сменилась спокойствием и неким блаженством. В душе заиграла приятная и до боли знакомая музыка. Он все сделал правильно. Она пришла. Она здесь. Она рядом...