Соловки

СОЛОВКИ
Так вот она какая "Кемска волость". "Уж, лучше б шведам отдали", - думалось при виде на убогие деревянные бараки, источавшие  скорбь народа российского за последние 100 лет, как минимум..
Ох, неласково встретило нас Белое море. А катер, где катер? Народ на причале зябко нервничал. Хищный северный ветер вступил в симбиоз с мерзким ледяным дождиком, нещадно издеваясь над пилигримами на фоне исключительно серо-бурого пейзажа. Да вот же он. Чтооо? Жалкое корытообразное трусливо пыхтело пытаясь дотянуться росточком до причала. Это водоплавающее имеет еще и название: "ПРЕП. ЗОСИМА" . Совпавшая с нами группа богомольцев, ничтоже сумняшеся занимает места. Плюхаемся в трюме. На Соловки. "Там русский дух, там Русью пахнет", - в детстве мне объяснили, что это именно про них.  Ща посмотрим…
Покидаем бухту. Началось! Шторм балла четыре. Через десять минут…Вобщем жаль, что не было представителя "Книги рекордов Гиннеса". По количеству блюющих на единицу площади, мы б точно заняли первое место в мире. В трюме - душегубка. Кто посильнее выползает на палубу, но узрев светопреставление, и, промокнув на ледяном ветру, тут же возвращается.  Выкидыш судостроения мужественно идёт против ветра, ежесекундно подпрыгивая  до взбеленившихся мрачных небес. Нас с особой жестокостью имеет каждая волна. Льёт отовсюду. Вода уже хлещет не только через корму, но и через нос...  Впрочем, мутит так, что и не страшно вовсе, вестибулярный аппарат пожалуй предпочёл бы утонуть, чем так мучиться. Всё таки попробую на палубу…Зря…А чччёрт! Крошечная палуба, дверь тоже заклинило, в каюту не вернуться. Вот, вот вывалюсь за борт. А хрена тебе, Посейдон грёбаный! Одной рукой за перила, только б не свалиться, упереться ногами, другой  ударить из последних сил. Ну же! Дверь открывают. Кубарем лечу через каюту на пол…
- Лежи, лежи не двигайся, может от сердца что дать?
Слабые голоса с разных сторон (большинство уже лежит)  пытаются приободрить в меру своего православного мировоззрения,
- Он терпел и нам велел.
- Да такое место нам заслужить надо…               
 Верующие вяло обсуждают перспективы  скорейшего отхождения в мир иной. Но как-то спокойно, умиротворённо.
 А всё-таки они, богомольцы эти, милые такие. Четыре старушки с наиболее стойким вестибулярным аппаратом (из отряда космонавтов что ли) читают вслух молитвы. Люди помогают друг другу, как очень близкие…
Только через три с лишним часа кто-то в далёком занавесе мрачного горизонта увидел Соловки. Проваливаюсь в забытьё…
Глядя в наши зелёные лица, старший мрачно сказал: "Через два часа мы уплываем, больше катеров на сегодня не будет."    Первая мысль: ни за что!  Постриг немедленно в местный монастырь. Что? Мужской ? Плевать.  Сердце болит. Впервые в жизни.
Замерзшие, насквозь промокшие идем в собор. По дороге взгляд жадно фиксирует всё, что попадает в поле зрения.  Так вот, что значит кладка из дикого камня! Глыбины феноменальные. А вот крест в честь чудесного отражения атаки английской эскадры. У монахов то и была всего одна пушечка, из которой они и попали в британский флагман, напавший на монастырь во время крымской компании. Вся эскадра с перепугу и дала дёру. Да, неподражаем русский человек в гневе…
В честь нашего прибытия  небо не пожелало изменить унылый коллаж. И вдруг… легко. Хорошо стало! То есть организму еще было хреновей некуда, но всему остальному…Ага, значит, остальное тоже есть…Люди вокруг милые. Обжигает мысль: люблю. Кого? Всех! Всех: камни эти дикие, людей бараки, собак. Собаки тут особенные: крупные, степенные. Мужественные какие-то собаки. Благородные, хоть и дворняги. Прижаться к ним хочется. И к земле этой холодной, насупленной. И к людям. И бараки эти несчастные пожалеть. Покрасить.  А в соборе и вовсе хорошо стало. И не то, чтоб верующая, а так просто.
Вернусь, обязательно вернусь. Кафешка. Монахи кормят за смешные деньги. Пирогами пахнет. Сдобой такой. Русью пахнет…"Еду я на Родину, мне кричат "уродина", а она мне нравится хоть и не красавица". Не прав ты, Юра. Красавица. Возродился монастырь. Вон добровольцы отовсюду едут. Оживают Соловки. Иконостас золотом сверкает, десять лет его реставрировали… И лица…Такие лица…Глядишься в них и понимаешь: будет у нас будущее, обязательно будет…
Бьют колокола, пора в нашу лодочку.
Светопреставление повторяется. Не выдерживают даже те, кого никогда и нигде…Вносят кого-то из наших: сердце. Зрачки огромные. Коллапс. Приводят в чувство. Время потеряло свое значение и остановилось.
Вдруг издалека, то есть на самом деле над ухом, но с пространством тоже что-то случилось:  "Ах перекаты, да перекаты, послать бы их по адресу…" Поют? Точно поют! Кто как может. Периодически замолкает то один, то другой. Песня оборвалась. Наши стоики спеклись. И тут девочка, цыплёнок 13-летний (папа, ну чистый Илья Муромец, и то…) зазвенела:
К большой реке я наутро выйду,
Наутро лето кончится
И подавать я не должен виду,
Что умирать не хочется.
А умирать никто и не собирался. И тут моя любимая прям грянули хором (вот позор, автора не знаю):
Мы с тобой давно уже не те,
И не живём делами грешными,
Спим в тепле на средней полосе
И шпаги на стену повешены…
А ещё одна монашка, совсем ей бедной плохо было. Попросила спеть "А белый лебедь на пруду…" Это ж блатняк чистый. Ну мы спели, конечно.
Вобщем, обратная дорога была легче. А потом была ночь на грязном полу вокзала. Ну нет в Кеми гостиницы. Островок социализма. Предыдущая бессонная ночь (400 км. По милому нашему бездорожью.) дала себя знать. Инженер и бухгалтер, кардиохирург и бизнесмен лежали штабелями, тут же пара  удивительных детей. Стоики, а не дети. Сопели, похрапывали друг другу в уши. ЧЧЧёрт, как же я вас всех …На следующий день кто-то из наших сказал  мне то же самое: как всех нас…Искренне так, тепло необычайно…
В вагон влезли чумазые, пропахшие копотью кострищ люди. Пропахли сильнее, чем положено, ибо карельское солнышко уже не жаловало. А вот дождик вымачивал нас с какой-то особой тщательностью целых две недели. "И за что мы любим водный туризм?!", - шутка ставшая легендарной, вызвала неизменное ржанье. 
 Что люди в поезде скажут? Ха! А люди-то, наши ж люди! "Холодно в вагоне  очень",  - ёжась, жаловалась нам женщина с нижней полки, пока мы ласково застилали бельём плацкартные матрацы (в прежние времена они вызывали сплошное отвращение. Но теперь…). Холодно! Мы старались ржать тихонько. Холодно! Умора.
Мы все оказались в разных купе на верхних полках. Но люди…Нас не просто терпели, нам симпатизировали явно, с нашим шумом, песнями, гитарой, и бесконечными посиделками.
И мы бродили по другим вагонам в гости к другому турью. И к нам приходили проспиртовавшиеся геологи. Наверное так было в шестидесятые. Не знаю. Меня тогда и в проекте-то не было.
А потом мы вернулись домой…
На следующий день, смыв походную грязь, и насладившись салонными процедурами, возвращаюсь домой. Кайф не проходит. Иду по улице, улыбаюсь глупо. Меня даже милиция остановила.
- Девушка ваши документы.
Надо же, столько лет не останавливали. А и то сказать, кто в наше время лыбится посреди улицы. Открываю сумку. Упс! Паспорт в другой остался. Что сейчас будет, даже подумать страшно…Обезьянник не иначе.
- Ой, а я паспорт дома забыла…Но если вы хотите меня задержать, пожалуйста. Я позвоню домой и паспорт привезут в отделение.
Обалдевший милиционер (давно, наверное, никто не хотел с ним пройти в отделение) даже растерялся:
-      Нет, нет, идите. Следующий раз не ходите без документов.   
Иду дальше. Захожу в автобус с полным пакетом
- Кондуктор есть? Нет.
 Вяло поворачиваюсь, что бы пробираться за билетом к водителю.
- Я вообще-то кондуктор, только с другого маршрута.
- Может я вам заплачу а то мне лениво к водителю?
Путешествие явно что-то изменило в моей голове, шучу даже с трамвайными кондукторшами, которых, как и большинство горожан, считаю самыми неприятными людьми в мире. Но тут…Тоже ведь люди.
-  А вы вообще не платите.
Незнакомая тётка проявила внезапный альтруизм. Ну уж, фигушки! Мы не бедные. Не обращая внимания, достаю кошелёк.
- Девушка, я ж вам говорю не платите. А зайдет Леша, это наш ревизор я скажу, что вы моя сестра.
Вглядываюсь в лицо. Простая дружелюбная тётка. Может быть пьяная? Нет, не похоже. Сажусь рядом с ней на освободившееся место. И она рассказывает про себя, свою семью, мужа, который пил, а после завязал, про своего малыша  с удивительным именем Фрол…
Россия.
Я киваю и слушаю,  сначала из вежливости, а потом просто интересно стало. Всяк человек - Вселенная.
Всяк человек…