Monologue 2. Abyss

Она инвариант движения. Динамична, но неизменна при всех преобразованиях. Бездна.
Спящий зверь. Я скармливаю ему безвкусные, твердые горошины слов, полив их своей кровью для придания остроты, зная, что они не смогут утолить его вечный, мучительный голод.
А зверь не спешит. Он ждет, пока я окончательно ослабею, меча перед ним железисто-солоноватые слова.
Сбежать невозможно в любом случае, ибо пространственная инверсия уже состоялась, и обратное изменение знаков координат на противоположные ничего не даст. Все процессы по отношению к ней будут симметричны. В этом и заключается парадокс инвариантности.
Частица и античастица. Столкновение неизбежно. Но пока в Игру не включилось 4-е измерение, есть шанс, что мы не начнем взаимную аннигиляцию.
Безвременье. Поиски выхода. Это просто. Всегда там же, где и вход.
Замена. Всех без исключения частиц на соответствующие античастицы. Зарядовое сопряжение. И, при уже совершенной пространственной, инверсия станет комбинированной.
Торжествующая ухмылка ложно-аморфной темноты.
«Все взаимодействия инварианты относительно комбинированной инверсии.
За исключением процессов распада одной частицы.
И ты утверждаешь, что выход всегда там же, где вход?..»