Мой евгений онегин

    Как произошло так, что сюжет известной поэмы воплотился в жизни? Кажется, чья-то невидимая рука смахнула пыль со старого томика Пушкина, книга упала на паркет и случайно раскрылась. С её страниц посыпался пепел красивой истории, прошедшей сквозь годы. Струящимся потоком он устремился вслед за мыслью самой судьбы. И воплотился в жизнь.
    Видимо, так решило время. Настал тот самый миг, когда скучный серый день показался самым светлым и счастливым, когда не хватило воздуха и сердце забилось быстрее. В душе загорелся огонь. Испепеляющий, жгучий, но необходимый так сильно, что стоит ему слегка погаснуть, как гаснет всякий смысл жизни и желание ощущать себя.
    Произошло что-то такое…необыкновенное, но вместе с тем настолько обычное и, кажется даже знакомое. Об этом было сказано не раз. Мне лишь придётся повторить. Стоит ли? Да, потому что я не повторюсь ни в чём.
    Совсем недавно я была девятиклассницей, а теперь заканчиваю десятый. Давно, ещё в седьмом моя классная руководительница, вспоминая свой предыдущий класс, сказала, что время пролетит так быстро, и мы скоро станем выпускниками. Пожалуй, она была права. Добрая женщина и мудрая. Она никогда не ругала нас, не злилась по-настоящему. Бывало, повысит голос, а глаза ласковые, чуточку прищуренные.
    В десятом классе я стала меняться. Взрослею, задумываюсь о будущем, стараюсь всё успевать. У меня появилось много новых друзей и просто приятелей. Казалось бы, что ещё нужно? Всё наладилось, нет никаких особых проблем, переживаний… Вдруг оказывается, что этого мало, причём очень мало! Нужны потрясения, перевороты, крутые виражи, приключения… Любовь.
    Я ощутила этот душевный порыв, этот разрывающий грудь душевный протест против спокойствия и однообразия. Ощутила и переборола. Отказалась от всего неординарного, яркого, необузданного, заперлась в своём микромире, спрятавшись от жизни, от быстрого дикого потока закономерностей и случайностей.
    Но поздно!!! Как поздно и как нерешительно я пыталась убежать от судьбы, как от весеннего ветерка, закутавшись в шёлковый шарфик. Простуда пробралась в мой незащищённый организм, поразила меня в самое больное место и, распространившись по всему моему телу, дала о себе знать. Довольно быстро.
    Не помню, когда я поняла, что влюблена в него - в высокого, симпатичного кудрявого мальчика из одиннадцатого класса, не приметного для меня ранее и неожиданно необходимого сейчас.
    Может быть, это подлое влечение закралось в мою душу после того, как он посмотрел на меня большими ласковыми глазами, улыбнулся и сказал всего лишь пару слов, ничего не значащих, мимолётных, но донёсших до моего слуха его мягкий бархатный слегка басистый голос.
    Потом мы оказались с ним на балу. Девочки в пышных платьях пушкинской эпохи, с красивыми причёсками, мальчики в костюмах при бабочках. Красивый бал, волшебная атмосфера, в самом воздухе которой царил дух восемнадцатого века – чопорности и утончённости, элегантности и сентиментальности.
    Мы оказались на школьном балу. Я и он. Среди волнующихся одноклассников, рядом с чинными учителями и директором. Мы слушали классику, танцевали менуэты и вальсы, смотрели небольшие сценки из произведений Тургенева, Шекспира, Булгакова и Пушкина. Потом танцевали переходный вальс, в котором он взял меня за руки, вновь взглянул в мои глаза, учтиво улыбнулся, спросил моё имя и исчез так же быстро, как в сердце моё впилась болезнь, простуда любви.
    Судьба дала мне лёгкую передышку. У меня было время подумать, осмыслить то, что произошло со мной. Не скрою, я боялась этого чувства и всячески пыталась избавиться от него. Поначалу я думала обо всём на свете, кроме него, делала что угодно, лишь бы не вспоминать о чувстве, которое зародилось в моём сердце. Но, увы, ничего не помогло. В моём воображении вновь и вновь возрождался его добрый взгляд, мне представлялась его очаровательная улыбка.
    Тогда я решилась на смелый поступок. Я написала ему письмо:

Здравствуй!
    Ты не представляешь, чего мне стоило найти в себе столько смелости, чтобы написать тебе! Смешно подумать, что я поступаю, как Татьяна из «Евгения Онегина», но, к сожалению, это так. Пишу тебе письмо с признанием в том, что ты мне очень сильно нравишься, хотя я почти тебя не знаю. Я общалась с тобой всего несколько раз, но этого хватило, чтобы все мои мысли были только о тебе! Я совершаю безумный поступок – пишу тебе письмо, но, почему-то, избегаю встреч с тобой.
    Честно признаюсь, по началу мне хотелось забыть тебя, ведь моя влюблённость ни к чему не приведёт. Повздыхаю, погрущу, а потом всё равно заставлю себя отказаться от этих глупостей. Но нет! Это не так-то просто…
    Знаешь, а ведь я без ума от тебя уже пятый месяц, и всё никак не могу опомниться. Получается наоборот: каждый раз, когда я вижу тебя, влюбляюсь с новой силой! Как-то раз ты подошёл ко мне очень близко, посмотрел в мои глаза, улыбнулся так ласково. С такой добротой… Зачем? Теперь ты понимаешь, к чему это приводит? Если бы ни моя подруга, я бы ни за что на свете не решилась на этот поступок. Она уговорила меня, сказав: «Или подойди к нему и скажи напрямую или, хотя бы, напиши ему письмо!». И я решилась.

P.S.: Пожалуйста, не воспринимай меня романтичной дурочкой – я вовсе не такая! И ещё хочу попросить тебя об одолжении. Если ты считаешь, что это письмо действительно глупость или ты в чём-то не одобряешь моё поведение, то верни письмо тому человеку, кто тебе его передаст. Так я узнаю, что мне нужно забыть тебя…

С уважением и, конечно же, с любовью!

   
    К этому письму прилагалась открытка со стихами о любви, которую я так же запечатала в конверт.
    И настал тот самый день. Я должна была решиться и подарить свои чувства человеку, которого так сильно обожала и без которого не представляла своё существование. Подойти и отдать кусочек раненого сердца, пылающего болезненным огнём любви.
    Как сложно было сделать это! Ведь я совсем не знала его, я даже не могла предположить, что он ответит, ответит как истинный джентльмен:

    Писать человеку о своих чувствах нелегко. Но каково писать маске? Даже не человеку, которого не знаешь, а образу. Ведь кроме почерка я о тебе ничего не знаю.
    «…Вы ко мне писали, не отпирайтесь, я прочёл…» - я знаю этот отрывок наизусть. Но не хочу, ни в коем случае повторять известную историю. Я не могу не принять твои слова, ни отвергнуть, ведь я не знаю, кто ты. Может, я откажу человеку, которому сам хотел бы написать о своих чувствах? И в то же время, боюсь зря дать надежду. Но время меняет чувства. Нельзя верить мгновению.
    Зачем избегать человека, который тебе нравится? Надо стараться взять всё, что подбросит тебе случай. Не проси у судьбы многого, но когда предлагает ситуация – не отказывайся. В любом случае, по-особому начинаешь относиться к человеку, который нашёл в себе смелость и написал такие строки, кем бы он ни был. Ты не задавала вопросов и тем освободила меня от ответов. Но я не возвращаю твоё письмо.
    Заранее прошу прощения за почерк и грамотность – пишу письма очень редко и только таким людям, к которым отношусь с большим уважением и, главное, доверием. Ответа и жду и не жду.

P.S.: Спасибо за открытку.

   
    Да, моё письмо  было анонимным. Я сама отдала его прямо в руки своему избраннику, но сказала, что оно не от меня. А он всё равно догадался, кто я, хотя и не подал виду. Он продолжил игру, учтиво предоставив мне возможность устанавливать свои правила.
    Как же я была счастлива в тот момент! Мне казалось, что всё, о чём я только могла мечтать, уже исполнилось. Мне хотелось подойти к нему и сказать, как я его люблю, как дорог он мне. Но получилось всё наоборот. Не было никакого признания, не было даже намёка на что-то большее, чем дружба…
    Мы встретились в коридоре третьего этажа. Я отдала ему свой ответ и больше не получала писем.

    Здравствуй. Спасибо за твоё письмо. Честно признаюсь, я была удивлена, так как не ожидала, что ты ответишь. Но ты написал и этим спас меня от тягостных размышлений, ведь я даже не догадывалась, как ты отнесёшься к моему признанию. Знаешь, я поняла, что ты именно такой, каким я тебя представляю: благородный, честный, умный и заботливый. Кроме того, я узнала тебя гораздо лучше.
    Ты дал мне хороший совет, но я не могу пересилить себя и следовать ему. Я бы хотела признаться тебе немедленно, но что-то удерживает меня. Может, это страх, может, стыд, а, может, причина в том, что я так опрометчиво призналась в своих чувствах… впервые! Но если ты настаиваешь? Когда я пойму, что нет ничего, что могло бы помешать мне открыться тебе, когда я освобожусь от какой-то внутренней преграды, я назову своё имя. Или ты сам догадываешься, кто я? Когда ты смотришь на меня, я думаю именно так.
    Я ни на что не надеюсь, ничего не загадываю, я просто чувствую к тебе что-то новое, чего никогда не испытывала раньше. Всё началось как-то обыкновенно. В один момент я поняла, что мне симпатичен мальчик из старшей параллели. Представляешь, я даже не знала твоего имени! При каждой новой встрече я видела в тебе нечто большее, чем просто симпатичного мальчика. Твои глаза сказали мне о многом. И, наконец, я, кажется, влюбилась.
    Мне хочется узнать тебя как можно лучше! Я бы с удовольствием рассказала о себе, но не могу, и ты знаешь почему.
    Если ты не хочешь отвечать – это твоё право, но я всё же надеюсь.
   
    С наилучшими пожеланиями. Ещё раз спасибо.
   
   
    Я ждала ответа день, два, неделю… Он больше не написал ни строки. Мы редко встречались с ним в гулких коридорах среди шумной толпы школьников. Однажды поздоровались и тут же разошлись. Потом я сама подошла к нему и заговорила. О чём – не помню. Да это и не важно. Наш разговор был сухим и каким-то неправдоподобным. Мне показалось, что он лишь из учтивости вообще стал говорить со мной. Хотя он улыбался. Улыбался всё той же милой, сладкой, даже немного приторной улыбочкой и смотрел на меня искренними, сводящими с ума, глазами. Помню, мне показалось, что он улыбается заранее отрепетированной, как следует продуманной улыбкой. Наверняка, я была не первая и далеко не последняя из тех бедных девушек, готовых на безумства ради этого красавчика.
    …Мы стояли с подругой у кабинета информатики. К нам подошёл кто-то из старшеклассников – я не посмотрела, потому что повторяла пройденный материал. Но, услышав знакомый бархатный тон, я тут же обернулась. Прямо передо мной стоял он и опять улыбался. Моё сердце затрепетало, по телу пробежала лёгкая дрожь, я посмотрела в его красивые карие глаза.
    У его виска вилась тонкая прядь тёмных волос. Длинные, будто женские, реснички дрожали, но жгучие глаза упрямо смотрели в одну точку – мимо меня, прямо в глаза моей смущённой подруги.