В другом мире

Пыталась открыть входную дверь – она не поддается. Черт! Я не могу, вернее не хочу оставаться в этой квартире. Они – придурки! Черт! Что они сделали с дверью? Черт! Меня бесит то, что я все время чертыхаюсь, это не красиво. Черт, эта дверь когда-нибудь откроется?! Наконец замок повернулся на еще один оборот, я пнула дверь, она все же со-изволила открыться. И года не прошло!.. Раздался пронзительный гудок, похожий на звук, что издавали паровозы девятнадцатого века в фильмах. Какая-то неведомая сила пыталась оттолкнуть меня от двери, я еле удержалась на ногах. Прямо передо мной, вернее перед дверью, пронеслась тень, а потом появилось облако молочно-голубого цвета, которое трансформировалось в вагон паровоза. Я отошла на несколько шагов назад, стало страш-но, ноги затряслись. Хотела закрыть глаза, но они мне не подчинялись. Два обжигающих ручейка потекло по моим щекам. Что Это? Откуда Это? Эта штука конкретно меня пугает. Паровоз совершенно прозрачный – сквозь него я вижу лестницу… Дверь вагона откры-лась подобно современному метро, но сам паровоз выглядит век на девятнадцатый - нача-ло двадцатого, и я увидела дым. Он направлялся в мою сторону. Неведомая сила отодви-гала меня вес дальше и дальше от порога, из комнаты я слышала радостный хохот, тело мне не подчинялось. Вдруг резкий толчок, я оказалась около стены, почувствовала резкую боль в области головы, из носа потекла кровь. Что вообще происходит?! За короткое вре-мя – несколько секунд, что я была в отключке, – облако перестало существовать. Люди, обычные люди, не прозрачные, а нормальные, образовались перед дверью. Часть их нача-ла спускаться вниз по лестнице. Среди них была моя преподавательница по математике, нескольких людей я когда-то видела на улице, но большинство мне не знакомо. Не могу пошевелить ни руками, ни ногами. Другая группа людей стала входить в квартиру. Совсем не похожие на остальных… Черт! Что за …? Высокие шляпы на мужчинах, платья с жест-кими корсетами и пышными юбками на женщинах. Куда я вообще попала? Они проходи-ли мимо меня, мимо комнаты, где сейчас находились мои приятели, и пропадали за углом (этот поворот коридора вел на кухню). Кровь не останавливалась; раздался еще один пронзительный гудок, вместо поезда вновь образовалось голубое облако, которое пропало за несколько секунд. Глаза медленно закрылись.

Мы шли по тропинке, чтобы скорей выйти из парка. Юлька что-то оживленно мне рассказывала, но я не обращала на это особого внимания – мне не интересна ее болтовня. Просто не слушала. Глаза мои скользили по черной земле, что была перед нами, усыпан-ная небольшим количеством гравия. Я подняла глаза и увидела его. Я побежала в его сто-рону, переполняемая радостью, совершенно забыв, что на мне только длинная футболка и олимпийка.
– Привет, – мое лицо расплылось в улыбке.
– Я наконец-то нашел тебя, – спокойно сказал он, немного улыбнувшись.
– Но как ты узнал, что я здесь? И вообще как добрался до этой деревушки?
– Почти пешком, – не меняя интонации, сказал он.
Мы шли немного поодаль от Юльки, она не могла понять, почему я отошла. Я вглядывалась в его черты лица, хотела взять его за руку, но было неловко.
– Знаешь, этот закон все же не приняли, – сообщил он, – и, слава богу, а то питать-ся в столовой одной фасолью – издевательство над организмом. Это огромное количество ограничений не привело бы ни к чему хорошему.
Мы подошли к гостинице, где должны были разузнать про места для нас и наших друзей. Ночь надвигалась, а спать было не где.
– Юлька, узнай, пожалуйста, – попросила ее я.
Она вошла в здание.
– Рома, зачем ты меня искал? – тихо спросила я, лелея в сердце надежду.
– Я хотел тебя увидеть. Мне кажется, что я люблю тебя. Понял это, только после твоего отъезда.
Я посмотрела вы его глаза и обняла:
– Я тоже тебя люблю и déjà longtemps.
– Давно? – удивился он.
– Два с половиной года.
– Еще тогда, – он посмотрел на меня и поцеловал, – а я понял это совсем недавно.
"А как же его девушка? – пронеслось у меня в голове. – Она симпатичная. Господи, я так счастлива его обнять!"

Он протянул мне ржавый пистолет и три пули, на вид они были больше похожи на гильзы. Объяснил, как ими пользоваться и приказал следовать за его группой. Люди в форме, без сомнения, придавили уверенности, но зачем им нужны мы – две беззащитные девушки? Еще и оружие выдали. Они зашли в комнату, мы остановились в проходе. В го-лове что-то щелкнуло – я уже видела эту ситуацию. Он убьет всех, никого не пощадит. Я провела рукой по лицу, стерев капельки пота. Почувствовала боль в области левой колен-ки, оказалась, что штанина порвана, идет кровь.
– Ирка, нужно скорей отсюда сваливать, – шепнула я ей.
Она удивленно посмотрела на меня. Я взяла ее за руку и потянула за собой, говоря на ходу:
– Поверь, я знаю, что будет дальше: сейчас непонятное существо влезет в это по-мещение через окно, а они не смогут его остановить… Какой толк от их ржавых пистоле-тов? Он всех нас убьет, а потом, скорей всего, и нас…
Ее перекосило. Мы быстрым шагом, почти бегом, двигались в обратном направле-нии, в ту сторону, откуда пришли. Видели, как какой-то парень, прятался в полость в по-лу, прикрывая ее простыней. Его тоже убьет – видела по его глазам.
Мы повернули направо – там тупик. Сели на пол, дальше то все равно не уйти: чу-довище уже убило почти всех и движется по этому коридору.

Мы шли в сторону кафе, он оживленно о чем-то рассказывал, я пыталась сосчитать количество дней до отъезда. Наконец удалось отвязаться от его милых родителей и от мо-их порядком надоевших попечителей. Мне так уютно рядом с ним. Он мой хороший друг, я уважаю и люблю его как человека, я готова провести всю жизнь рядом с ним. Часто ви-жусь с Лешкой, провожу с ним почти все свободное время. По-настоящему отдыхаю, не плохо загорела.
Мы сели друг напротив друга, недалеко от кондиционера. Он что-то заказал - пола-гаюсь на его вкус полностью.
– Здесь уютно, – слегка улыбнувшись, сказала я.
Он приблизился ко мне, посмотрел в глаза:
– Поцелуй меня.
Мое сердце подпрыгнула от неожиданности, я поднялась, перегнулась почти через весь стол, и мои губы слились с его. Такие мягкие, не хочу отрываться от них…

...Проснулась от неприятного ощущения во рту – пыталась поцеловаться со своей простыней…
 
                20 марта – 2 апреля 2005 года.