Халат

– Леня, можно я покатаюсь на машине? – спросил Антон, когда они остановились около ворот дачи.
– Можно, только сначала помоги матери занести вещи в дом и вымой машину, – ответил мужчина средних лет, доставая из багажника сумку.
На вид ему было около сорока. Черные джинсы, выглаженная рубашка, старый галстук и джинсовая легкая куртка, из которой выглядывал давно наметившийся живот. Круглые очки в металлической оправе и нестриженная голова. Все это создавало образ интеллигентного, но слегка чудаковатого человека.
– Люда, будь добра, открой дверь! – сказал Леня маленькой круглой женщине и протянул ключи от дачи.
Люда пошла к небольшому серому дому, перекатываясь с одной ноги на другую. Трава, выросшая за сезон весенних дождей, скрывала ее почти до макушки.
Она открыла дверь и зашла в сени.
– Опять эта вонь, – в сердцах сказал она и поставила сумку на грязный пол. Леня, когда ты, наконец, заделаешь здесь крышу, пока она не рухнула нам на голову? – маленькая женщина зло посмотрела на мужа, входящего следом. Он ничего не ответил.
– Антон, неси оставшиеся вещи из машины! – крикнула она, высовываясь из занавески, сыну.
– Тебе надо, ты и неси, – ответил тот. – Я пошел за водой. Хочу вымыть машину и покататься.
– Леня! Ты слышал? Как он смеет так разговаривать с матерью?
– Антон, – Леня подошел к подростку, – давай договоримся хоть на даче не ругаться. Пожалуйста, сынок!
– Я тебе не сынок! – огрызнулся Антон. – И вообще вы меня достали.
Он вытащил из багажника канистру и пошел к реке.
Леня взял сумки из машины и направился к дому.
– Вот вырастила на свою голову скотину неблагодарную, – ворчала Люда, протирая тряпкой столы, загаженные за зиму мышами. – Что он тебе сказал?
– Как всегда, – спокойно ответил Леня и взял тряпку для пола.
– Как ты можешь к этому так относиться?
– Могу.
– Давно бы треснул ему или ты не мужик. Он тебя ни в грош не ставит, а ты терпишь, – не унималась Люда.
– Это твой сын. Помнится, когда он был маленький, и я брался за его воспитание, тебе это не нравилось. Что ты теперь от меня хочешь?
Раньше Леня от разговоров о воспитании Антона зверел, но в силу своей природной интеллигентности, не позволял себе ругаться с женой, потом ему становилось обидно, а сейчас – безразлично. Его раздражало только то, что дача превращалась в очередное поле боя.
– Пойду лучше разберу дальнюю комнату, давно собирался – сказал он, и закрыл за собой дверь в помещение, заваленное разными вещами, сумками и посудой. Старые доски стен пахли сыростью, кое-где на полу блестели лужи.
– Надо бы крышу перекрыть, – вздохнул Леня, зная, что все равно этого не сделает.
***************************
– А здесь что? – спросил он сам себя, вытаскивая на середину комнаты из-под старой металлической кровати без матраса большую клетчатую сумку. Сердце учащенно забилось.
Леня вспомнил, как десять лет назад собирал в такие сумки постельное белье, посуду, бытовые приборы, готовясь к самостоятельной жизни. Тогда он планировал уходить от Люды и начинать новую жизнь – свою жизнь: с любимой женщиной, с собственными будущими детьми. Как преступник, он потихоньку покупал все, что необходимо, и увозил на дачу, тщательно пряча клетчатые сумки. Люда в итоге их нашла, разразился скандал, Леня хотел хлопнуть дверью и уйти, но не смог. Как всегда, не смог. Он подарил все свои сумки (хотя Люда сопротивлялась) Диме и Ире, которые только поженились и были несказанно рады ложкам, чашкам и хорошему кухонному комбайну. А помимо этого еще куче мелочей.
– Я же вроде отдал все сумки Голиковым. Неужели одна осталась? – прошептал Леня и дрожащими руками стал открывать замок.
Из сумки пахнуло сыростью и гнилью. Сверху лежало яркое полотенце, покрывшееся в нескольких местах плесенью.
Леня заворожено смотрел на него, борясь с желанием закрыть сумку и выбросить сразу же на помойку. Но любопытство взяло вверх. Он вытащил полотенце, насквозь пропитанное влагой, затем достал пару мокрых тапочек, покрывало. Леня ощутил неприятный холодок, догадываясь, что может быть дальше. На самом дне лежала какая-то белая тряпка.
Он бережно вынул ее из сумки. Белый махровый халат в серо-голубую клетку сырость тоже не пощадила. Ткань прогнила и нестерпимо воняла. А Леня, уткнувшись в нее, беззвучно плакал и слышал другие запахи.
******************************
– Дорогой, я хочу поздравить тебя с днем рождения! – сказала Аня, беря Леню за руки. Отвернись, пожалуйста, и закрой глаза.
Аня выскользнула из его рук, а когда снова вошла в комнату, он ощутил на своих плечах что-то мягкое. Она подвела его к зеркалу:
– Теперь можно. Смотри.
Леня открыл глаза и увидел мужчину в белом халате в серо-голубую клетку. Он трогал мягкую ткань и смотрел в зеркало: в нем, кроме него, отражалась высокая стройная молодая женщина. Она улыбалась ему.
– Анечка, ты просто золото! Как ты угадала? – воскликнул он, поворачиваясь к ней. – Я всю жизнь мечтал о дорогом банном халате. У меня никогда его не было.
– Ты однажды сказал об этом, и я запомнила, – она подошла сзади и обняла его за плечи.
– Ты удивительная женщина! – он поднял ее на руки и закружил.
– Я просто тебя люблю! – она обняла его за шею.
– Мы обязательно, обязательно будем счастливы. У меня уже есть халат, теперь нужен только свой дом, – Леня засмеялся и поставил Аню на пол.
– Он у тебя обязательно будет, – сказала тихо Анна.
– С тобой?
– Со мной.
– И дети? – Леня посмотрел на нее внимательно.
– Конечно! Ты будешь выходить из ванной в халате, идти к их кроваткам и читать им на ночь сказки, – Аня положила руки на плечи Лене. – Вот увидишь, все будет хорошо. Наверно, уже курица готова. Чувствуешь, как из кухни вкусно пахнет?
– Ты приготовила курицу, как я люблю? Анечка, ты чудо!
– Иди мой руки, я накрываю на стол, – она чмокнула его в щеку и побежала на кухню.

– Как твой халат? – спросила Аня через неделю. Носишь? Нравится?
– Анечка, ты не обижайся, – начал Леня и замялся… – Я его спрятал, хочу отвезти на дачу. Не могу я его сейчас носить. Люда начнет задавать лишние вопросы. Да и он у меня символ моей счастливой жизни с тобой. Ему не место в ее доме.
Аня ковыряла вилкой в тарелке, не глядя на Леню.
– Я обязательно, обязательно его буду носить, когда стану свободным. Я уйду от нее, потрепи немного. Еще немного, – он дотронулся до ее руки.
Аня подняла на него грустные серые глаза и прошептала:
– Правда?
– Правда. Обещаю. Мне, кроме тебя никто не нужен! Ты – вся моя жизнь, все мои мечты!
Леня взял ее руку и поцеловал.
******************************
– Что это у тебя за вонючая тряпка в руках? – услышал он позади себя голос Люды.
Леня обернулся и посмотрел на жену невидящим взглядом, по его щекам текли слезы.
–Дай мне ее. Я ее выброшу, – Люда протянула руку.
Леня отодвинул от нее халат.
– Не дам, – процедил он сквозь зубы, приходя в себя.
– Дай, я тебе сказала, – и она с силой потянула за свисающий из рук Лени край халата.
Ткань треснула и порвалась.
В этот момент, что-то оборвалось в Лене. Он выпустил из рук халат и с криком, глотая слезы, бросился на Люду:
– Сука, дрянь, – он хлестал ее по щекам. – Ты мне всю жизнь сломала!!!
Люда, оторопев, даже не защищалась. Леня повалил ее на кровать:
– Я убью тебя! Ты, ты убила все мои мечты. Тварь! Ты даже ребенка мне не родила!
Он навалился на нее всем весом и начал душить. Люда, хрипя, отбивалась от него своими маленькими пухлыми кулачками. Слезы застилали ему глаза. Очки упали за кровать и разбились. Леня сжимал горло жены и матерился.
– Леня! Что ты делаешь? – услышал он крик Антона. – Леня, остановись!
Он почувствовал, как Антон бьет его по спине и тащит  назад.
Леня разжал хватку, соскочил с кровати, схватил с пола халат и, прижимая его к груди, не глядя больше на жену и пасынка, выскочил из дома. Он сел в машину и рванул с места.
Ехать было безразлично куда. Мимо него проносились воспоминания.
Аня смеется, Аня сидит за рулем его старой машины, Аня читает книгу. Аня плачет. В последние их совместные месяцы она часто плакала. А потом сказала, что больше так не может. И ушла… навсегда из его жизни. Пять лет назад он видел ее в городе. Она выходила из здания, где работала. Пока Леня, сидевший в машине, думал подойти к ней или нет (он специально приехала посмотреть на нее), к ней подбежал маленький мальчик и, уткнувшись ей в живот головой, громко рассмеялся. Следом за ним к Ане подошел красивый мужчина в дорогом костюме и нежно поцеловал ее. Леня понял, что пора уезжать. В зеркало заднего вида, он увидел, как они садятся в машину.

… Леня вывернул резко руль и съехал в колею. Из грузовика выскочил разъяренный водитель:
– ….. Куда едешь, идиот? Жить надоело?
Леня посмотрел на него непонимающим взглядом, сердце бешено колотилось.
Водитель махнул рукой, закурил и полез обратно в свой грузовик.

Солнце клонилось к закату, когда Леня приехал к реке. Он вылез из машины, держа под мышкой белую большую тряпку, достал из багажника небольшую лопату и спустился к воде. В нескольких метрах от кромки росла ива. Он вырыл неглубокую ямку возле дерева, положил в нее то, что когда-то было махровым халатом в серо-голубую клетку, и засыпал землей.
– Все, – сказал Леня тихо. Несколько минут он стоял и гладил ветки дерева с молодыми листочками, затем поднялся к машине. Сел за руль и сквозь лобовое стекло смотрел на красное солнце, медленно спускающееся за реку. Когда оно совсем скрылось за горизонтом, оставив лишь красную полоску неба, Леня завел мотор.
Машина ехала в сторону дач…

20.04.2005.