Чай

Всё это – и разница во времени между сном и утром, и мысли по вечерам, и тоска по оставшейся на столе чашке с чаем, который он не успел выпить – всё говорило о том, что наступила осень. И где бы он ни был сейчас – на работе, в магазине, на улице – он понимал, он так отчётливо понимал, что осень – вот она, здесь, рядом, и никуда не уйдёт до самой зимы…
Дул сильный холодный ветер, развевал его волосы, глаза слезились, мёрзли руки – конечно, перчатки он забыл дома. Почему-то автобуса до сих пор нет. Странно. Обычно они часто ходят. Руки уже совсем замёрзли, тепло карманов перестало их греть. И ноги сейчас тоже замёрзнут. А ещё что-то непонятное с неба сыпется. То есть льётся. Что-то похожее на дождь. Очень мелкий дождь. И очень противный…
Он очень не любил будильники. Они пугали его каждое утро, будили, заставляли идти куда-то в холод, дождь и темноту утра. Он открыл глаза и увидел темноту. Может, удастся ещё немного поспать?.. Но на часах было 5-44. Через минуту зазвонит будильник. Да, вот он зазвонил. Но это только первый, второй будильник в 6. 15 минут он ещё подремлет, а в 6 придётся вставать…
Минуты – их было так безысходно мало – пролетели за одно мгновение. Он встал. Яркий свет ванной хлестнул его по глазам. Холодная вода обожгла руки. Отражение в зеркале, бледное, заспанное и недовольное, как каждое утро этой осени, испугало и оставило неприятные мысли о себе на весь день. Он вернулся в комнату, чтобы одеться и отдохнуть от света. Одеваться можно и в темноте – потом ведь всё равно пойдёшь смотреть в зеркало…
Он пошёл на кухню, поставил чайник и нарезал хлеба. Он сел есть, но чай был слишком горячим, чтобы его можно было выпить. У пищи не было вкуса, как и всегда по утрам. Оставалось немного времени до выхода из дома, и он решил проверить электронную почту. Были какие-то идиотские деловые письма, он не стал их читать. Да и чай уже, наверное, остыл…
Нет, чай не остыл. Он был так же горяч, как и 10 минут назад. Но один глоток всё же обжёг его горло и пролился внутри, так, что он это почувствовал. За окном стало немного светлее. Тогда он обулся, застегнул пальто и вышел из квартиры, оставив на столе чашку с чаем…
Мокрый асфальт, оранжевый свет, отражённый в лужах, ветер, дождь, холод и много незнакомых людей на улице и в автобусе, мысли, осенние противные мысли, холодные, мокрые и ненужные никому, даже ему самому… Но самая главная мысль – она была очень нужной. Она согревала его в это осеннее утро. Она давала надежду, что всё ещё будет хорошо, будет обязательно, и, может быть, даже сегодня вечером… Это была мысль о горячем чае, оставшемся на столе…
18.11.05