Облака безмолвия

 Пьеса



Облака безмолвия


(пьеса отображает собой критические стороны жизни и разницу - между поступком и убеждением)

трагикомедия в двух частях

действующие лица по степени значимости:

Инга
Саша (он же покойник)
Всевышний
Ангел
Черти
Дед Инги на портрете
Соседка баба Нюра
Смерть
Патологоанатом
Гости
Свекровь
Жених

Действие первое

Картина первая

аллея в парке

На лавочке сидит девушка, читает книгу и по мере углубления в неё делает всё более и более удивленное лицо. На другом конце Аллеи появляется весёлый, молодой и красивый парень.

Парень. (Не спеша, прогуливается и размышляет вслух) – Вот бы мне познакомиться с красивой девушкой, и не только красивой, но ещё и умной, и не только умной, но ещё и преданной, пылкой и жаркой. Ой! А не слишком ли много я хочу от жизни? Правда, хотеть ещё никому и никогда не запрещалось! Ведь хотеть можно сколько угодно и чего угодно! Хочешь – хоти себе на здоровье. Не хочешь – не хоти. Эх, если бы, я такую… встретил! Я бы её сильно, сильно полюбил…

Девушка закрывает книгу и устремляет своё внимание на молодого человека, который, завернув голову, неожиданно натыкается на скамейку, где сидит девушка, падает, встаёт, упирается в девушку взглядом, застывает на месте, хватается за сердце.

Парень. Сегодня прекрасная погода! Не правда ли?

Девушка. Да…. С погодой нам сегодня…. нам прямо, скажем - сказочно повезло, и солнышко сияет, и травушка блестит, и всё прямо - как по заказу.

Парень. Наверное, мне сам Господь Бог помогает! Я наткнулся на такое красивое создание природы! И чуть…

 Девушка. Чуть не убился…!

Парень. А можно с вами познакомится?

Пауза

Девушка. (игриво) А почему бы и нет…?

Парень. Я Саша.

Девушка. А я Инга.

Саша. Ух, ты! Какая Вы красивая, какое у Вас красивое имя! Можно мне с вами посидеть? Наверное - сам господь бог мне Вас послал.

Инга. Наверное… Вам под ноги бы надобно смотреть, когда идёте, а не в облаках летать. А то так, извините, насмерть захлестнуться можно…. И будет уже не до чего…

Парень. Миль пардон, мадам! Я самую малость загляделся.

Инга. (Пафосно). Вообще-то мне многие мужчины говорят, что я обладаю красотой с большими рейтингами. (подпирает руками грудь). Впрочем, в мужчинах в последнее время я что-то стала разочаровываться. Вот знакомлюсь сейчас с вами, а сама думаю, один раз я уже обожгла себе крылья в огне любви, и как бы мне второй раз не обжечься? У меня уже была одна вечная любовь до гробовой доски. Любовь звали Юра. Он был сексофонист из разряда членистоногих, хотя реально такого деления в зоологии приемлемо к человеку попросту не существует.

Саша. Может быть саксофонист? Он, наверное, здорово играл на саксофоне?

Инга. Нет. Он был именно сексофонист и к игре на саксофоне вообще не имел совершенно никакого отношения. Членистоногие обычно думают совершенно по-другому. Да они даже и не думают. Они вообще живут по принципу – куда член, туда и ноги. А потом он облысел от чужих подушек и его разбил паралич. Он как-то раз задержался лишнего у одной женатой красотки, потом пришел её муж и моего Юрочку с перепугу на смерть разбил паралич…. Юрочка был одни из тех, кто запросто срывал двери с петель в женских сердцах. В этом плане, он был с пулей в голове. Тут он был льстецом, певцом и подлецом, он часто говорил. - Мои паруса поймали ветер твоей души…. А я как дура от таких слов сразу же растаяла в его объятиях, и тут же ему отдала… открылась. А он после радостный и довольный долго ходил как фея. Царствие ему небесное. Скажите, а вы не такой? А? Не из членистоногих?

Саша. Нет! Я не из таких. Я если полюблю, то только один раз и на всю жизнь! Я как солдат, который даёт присягу на верность - только один раз в жизни. До сих пор мне страшно не везло в любви. Смотрите, какая весна на дворе, давайте лучше прогуляемся по аллее.

Встают с лавочки и медленно идут вдоль аллеи

Саша. Какая же весна на дворе!? А? Какая?

Инга. Да! Только она что-то не много отдаёт бензином. Саша, хотя я и отношу себя к не много легкомысленным девушкам, но давайте с вами поговорим о чем-нибудь более серьёзном.

Саша. Давайте. Например, о чем?

Инга. Ну, хотя бы о том, чем кончается любовь?

Саша. Ну, хорошая любовь обычно кончается браком.

Инга. Вот видите. Браком. Вы это так правильно сказали. А ведь это очень серьёзно. Хорошее дело браком разве назовут? Представляете себе, какая это большая ответственность для человека, суметь на такое решиться?

Саша. Здесь такое, понимаете ли, дело…. Тут ко всему нужно подходить очень тонко и чутко, ведь это не вам женщинам, лишь бы замуж выскочить, а после, хоть трава не расти и солнце не вставай. Здесь всё сравнить и попробовать надо, а как не на той женишься, и что тогда получится? И как тогда быть и что делать…? Ведь как нас учили великие классики - всё познаётся в сравнении, и торопиться здесь никак нельзя. Ведь спешка в таких делах, это же просто - преступление.

Инга. Правильно. Что бы всё хорошо заканчивалось, никто никому не должен давать пустых обещаний, по тому, что они обязывают человека к их выполнению. Беда в том, что никто не держит человека давать обещания, и никто не обязывает его, их выполнять…. Саша, Вы представляете себе, что для девушки это очень важный и тяжелый момент в жизни, когда она выходит замуж. Ведь у неё в этот период так много разных волнений и переживаний…. Ну ладно, я вижу, что Вы не много устали и не буду больше Вас доставать своими соображениями.

Пауза

Инга. А вот стоит мой дом, а вон там видите два крайних окна справа, на втором этаже - это окна моей квартиры, я там живу одна. Хотите, я приглашу вас к себе в гости на чашечку чая. Мне одной иногда бывает так грустно и одиноко. Но только без этих всяких там последствий, которые могут вылиться из чашечки чая…

Саша. Даю вам слово, что ни чего не выльется из чашечки чая. Ни одна капля из неё не прольётся.

Инга. Наверное, это не очень хорошо для девушки, сразу же приглашать к себе в гости. А у меня дома есть огромный портрет моего деда. Я с ним иногда разговариваю, когда мне бывает очень скучно, грустно и одиноко. Вот только я его не всегда слушаю. Мой дедушка был генерал. Ну, пойдёмте же скорее ко мне домой… (Инга тянет его за руку)

Пауза


Картина вторая


Луч прожектора резко выхватывает под самым верхом сцены Всевышнего с нимбом и ангела, они внимательно и с удивлением продолжают смотреть вниз на землю (сцену.)

Всевышний. Слушай, и чего это там такое творится? А? Смотри, сама его к себе потащила. Какой позор! Нет, ты посмотри и скажи мне, можем ли мы на всё это там - повлиять?

Ангел. Думаю определённо, что можем! Но тут ребром сразу же встают два вопроса? Зачем Вам, нам всё это нужно и что всё это Вам, нам даст? Там внизу и без нашей помощи сами во всём разберутся. А мы со своими поправками в надежде на лучшее, сделаем только хуже, а в лучшем случае…. у нас получится - как всегда. Вы, наверное, забыли, что дорога в ад то же была выложена благими намерениями. Зачем нам и Вам - лишняя головная боль? А? Вам, что, своих проблем не хватает? Так Вы хотите себя ещё и сверху нагрузить? Там внизу уже давным-давно всё запущено, давным-давно всё переплелось хвостами, идёт по наклонной и по совершенно непредсказуемому пути, пути пьянства, взяточничества и разврата. Вот такая вот там - жизнь. (показывает пальцем вниз)
 
Всевышний. Да…. Ну, а у нас то, что новенького?

Ангел. А у нас? А у Вас? Да ни-че-го нового и хорошего, мой господин и повелитель. Но разговор Вы сейчас завели не про нас, а про них. Хотя человек был создан, кстати, Вами же - и по вашему же образу и подобию. А реформ у нас уже давно никаких не было! Вы всё уже давно давно в зажатом состояние держите, самодержавец Вы наш и благодетель. Того и гляди, опять у нас какая-нибудь революция начнётся, и опять все бабки в другую галактику утекут.

Всевышний. Эвон, ты куда хватил? Тут начинает в мой адрес скрытой критикой отдавать! Опять в большую политику полез!? Смотри у меня! Ты мне уже надоел со своими другими галактиками! Смотри, а то самого прокляну и низвергну. Я много интересного найду для разгрома! Я тебе ещё в прошлом веке задание давал. Ты у меня разобрался, что такое земная жизнь и по каким критериям она существует?! А? Беспокойный ты наш? Вот будешь на моём месте - тогда и командуй от вольного! (со злостью бьёт скипетром об пол, попадает себе по ноге). Уй,уй, уй! Всё из-за тебя супостата. Всё норовишь меня из нервенного равновесия вывести! Разобрался ты с моим вопросом или же не разобрался!? Отвечай окаянный!

Ангел. (под козырёк) Так точно! Разобрался, Ваше высочество. Нет там никаких критериев. Там один блуд. Но без него, знаете ли, опять никак нельзя. Вы же сами хотели, что бы люди плодились и размножались. И что бы в армии было, кому служить. Но если же вы так сильно хотите от меня услышать горькую правду матку и справедливую статистику, то слушайте.

Всевышний. Слушаю, слушаю…

Ангел. Земная жизнь - это закономерность с элементами случайности. 51% закономерности и 49% случайности.

Всевышний. А почему это такой маленький процентный разрыв? А если же случайности вдруг станет 51%, что будет тогда? А?

Ангел. Тогда случайность станет закономерностью, а закономерность - случайностью…

Всевышний. Во, нагородил? Не перелезешь. Сам то понял, чего сказал? А? Во – нагрузил ты меня! Звездонос!

Ангел. У меня, всё как на духу, ну зачем мне вас обманывать? Ведь мы с вами за много веков столько всего пережрали. Извините, пережили. Я не правильно выразился.

Всевышний. Ну ладно, давай смотреть, что там у них будет дальше…

Пауза


Картина третья


Действие происходит в квартире Инги

Двери в квартиру открываются, молодые заходят, на стене висит большой портрет деда в военной форме (с портрета сурово смотрит застывший актёр), Инга показывает портрет и квартиру, ставит на плиту чайник, Саша внимательно рассматривает портрет и фотографии на стене.

Инга. Это мой телевизор, который я долго прогреваю, перед тем, как сесть с ним в обнимку, а вот это рисунок подсолнухов, осколков солнечного дня, я его сама рисовала. А на этой картине беспризорный ветер гоняет во дворе осенние листья. А вот это мой дедушка, кстати - он любил поправляться пивком. А ещё он любил с рук кормить голубей и командовать войсками и бабушкой.

Саша. А что не любил твой дедушка?

Инга. Он не любил, когда его чесали за ухом.

Саша. Да. Видать серьёзный был мужик твой дедушка.

Инга. И ещё он у меня сиживал в тюрьме, имел, знаете ли, он когда-то такую неосторожность. За прямоту свою пострадал, когда прямые реформы в армии проводил.

Саша. Да. Тюрьма - это вещь такая, от неё, наверное, никогда зарекаться не следует. Особенно не угодному. В уголовном кодексе статей на всех хватит, лишь бы человек был хороший. А может быть, тюрьма деду где-то пошла и на пользу, подумал он там о жизни, когда сиживал в спокойненькой обстановочке, а до этого, поди, занятой был, наверное, и времени у него, никогда подумать то и не было. А так пораскинул мозгами и вот - стал генералом, правильные решения научался принимать и не пёр больше против ветра, не вставал поперёк дороги "Камазом". А до этого, наверное, норовил грудью пойти на баррикады…. Тюрьма деда видать более покладистым сделала.

Инга. Ты чай любишь с мелиссой, или как?

Саша. Можно и с мелиссой, а можно…. и или как.

Пьют чай, потом встают, неожиданно бросаются друг к другу, но останавливаются.

Саша. Даже не знаю, что со мной происходит, я не знаю, как мне сказать.

Инга. (Закрыв глаза) А ты положи мне руку на сердце, почувствуй, как оно у меня бьётся и скажи, все, как есть, что ты чувствуешь, и что у тебя на душе твориться…

Саша. У меня на душе творится…. Ну…. это какое-то высокое выражение горизонтального желания.

Инга. (Открывает глаза) И почему же вы мужики все такие, почему вы всё время думаете об одном и том же! Ведь Вы об этом, думаете - ровно каждые три минуты! Ведь тобой сейчас должны управлять тонкие духовные и лирические чувства…. в крайнем случае, выдержка. Давай спросим у деда, что он думает по такому поводу? Дед, а дед, скажи-ка нам, пожалуйста, что ты думаешь по этому поводу?

Дед. (С портрета громким голосом и шевеля бровями. Саша от испуга и удивления приседает и хватается руками за голову). Тут самое главное кроется в выдержке и расстановке. Выдержка - это очень важное качество для человека, а особенно оно важно для военных и женщин. Ведь в военном деле, к примеру, как? Если раньше времени в бой войска пошлёшь, может случиться конфузия, и тогда не видать тебе победы, а пошлёшь позже, то же плохо, могут сказать - долго думал, и опять бой проиграешь. А у женщин с этим делом так и вообще должно быть всё строго и выверено. Рано отдашься - молодой человек на тебе может не жениться, сочтёт ветреной или же того хуже - гулящей. Поздно, то же плохо, сочтёт холодной, и может уйти к другой бабе, и опять собака на тебе не женится. Тут надобно, что бы всё в самый раз было. Тютелька в тютельку. Вот такой вот у меня расклад. Стало быть – тут нужна точная выдержка.

(Дед громко кашляет в кулак, поправляет усы и снова застывает, Саша с Ингой бросаются друг к другу и сливаются в поцелуе, потом пропадают в темноте, в квартире разворачиваются яркие красные цветы и начинает бить залпами красно-розовый салют. Бога с ангелами выхватывает прожектор, они с удивлением смотрят вниз. Раздаётся заключительный и самый мощный залп, от которого у ангела загораются крылья, крылья тушат).

Всевышний. О! Господи! Да что же это такое там творится!? Война там началась, что ли!?

Ангел. Да нет!

Всевышний. А это что такое!!?

Ангел. Это любовь!!!

Всевышний. А то я уже было дело, подумал, что война! Видуха у тебя, как будто бы ты сквозь плотные слои атмосферы на большой скорости проходил!

пауза

Саша с Ингой счастливые появляются на балконе квартиры.

Саша. После встречи с тобой, я открыл глаза и увидел свою жизнь совсем по-другому, теперь я смотрю на жизнь иначе. Наверное, я стал взрослеть. Как же поменялось у меня восприятие окружающего мира, я стал более ответственным, что ли…. В моей жизни наступил новый день, а новый день в жизнь каждого человека всегда нёсёт что-то новое. Сегодня мне встретился новый человек, а с новым человеком – всегда интересно, особенно в первое время Я счастлив. Этим новым человеком для меня оказалась ты. Теперь ты моя судьба, с красивым именем Инга. Я понял, ты и есть – та, ради которой я родился, вырос, живу, и буду жить дальше. Мы скоро с тобой поженимся, и у нас всё будет хорошо. Хотя нет, хорошо, это не совсем то слово, которое может выразить всю мою глубину мысли. У нас всё будет просто прекрасно, и так здорово, так счастливо и красиво…. о чем даже в самых сладких мечтах не могут, не то, что бы себе представить, а допустить многие женщины. Я буду приносить тебе каждый день свежие розы, а если же тебя не будет дома, то я их буду оставлять у дверей твоей квартиры.

пауза

Прожектор выхватывает Всевышнего с ангелом.

Всевышний. Ты запомнил, что генерал говорил? Или же о чем-нибудь другом думал? Уразумел, что главное - это выдержка. Всё должно быть вовремя, то есть своевременно и конкретно. Вот! А то с горяча, можно таких дров наломать…!

В темноте на верху раздаётся нарастающая возня, прожектор выхватывает из темноты чертей играющих в карты, всевышний разворачивается и пристально смотрит на них.

Всевышний. Тю! А эти-то, как к нам попали? Они же в аду должны быть? (Осуждающе смотрит на ангела).

Всевышний. Откуда здесь черти?! А? Я тебя спрашиваю!? За взятку, наверное, к нам попали, сейчас я им и тебе за одно рога то поотшибаю! А ну, колись окаянный!

Ангел. У меня нет рогов!

Всевышний. Тогда дам тебе между крыльев так, что ты ещё долго летать не сможешь! Щас я поправочку на дальность сделаю и рога то им поотшибаю, и будут они у меня или же однорогие или же вообще безрогие.

Ангел. И останутся тогда одни инвалиды и калеки. Ангелы без крыльев, а черти без рогов!

(Всевышний хватает скипетр, метко целится с поправкой, и стреляет в чертей молнией, попадает черту в рог, рог у черта отлетает и со звоном падает на землю прямо, на балкон квартиры, где стоят молодые).

Саша. Ой, смотри-ка, к нам чей-то рог с неба свалился. Наверное – это хорошая примета.

Инга. Неужели коровы и вправду летают…?

Саша. Ну, раз это такая хорошая примета – то всё, решено, мы женимся!

(Он подхватывает Ингу на руки и тут же медленно вместе с ней опускается, схватившись руками за спину).

Инга. Что с тобой, милый?

Саша. Да вот, в спину уступило…. Давно я что-то на руки ничего не поднимал…. Ерунда, пройдёт…

Инга. Да…. Мужиков оказывается надо беречь…

Саша. Всё! Как только спина пройдёт, сразу же женимся…!

Инга. Милый, как только у тебя пройдёт спина, мы с тобой поженимся, и ничто больше не сможет нас разлучить!

Саша. Если же только смерть…

Инга. Но даже если смерть нас разлучит, мы всё равно будем хранить верность друг другу. Правда, милый? Давай поклянёмся!

Саша с Ингой. Клянёмся в верности друг другу до самой гробовой доски, а если же мы нарушим нашу клятву, то пусть нас покарает всевышний! Клянёмся! Клянёмся! Клянёмся! (Делают надрезы на руке и клянутся кровью).

пауза

Свет гаснет, играет марш Мендельсона, слышны крики – "Горько!"

картина третья

Инга собирает Сашу на работу, целует, поправляет на нём галстук и т.д.

Инга. Смотри, не опаздывай сегодня к ужину, я тебя буду сильно ждать. Сегодня ровно три месяца, как мы с тобой живём в браке. Сильно, сильно буду тебя ждать – мой милый. Ну, всё, давай, сейчас соседка баба Нюра ко мне зайти обещала, новый рецепт мне расскажет, как пиццу стряпать.

(Инга целует Сашу, в след его крестит, потом присаживается у стола и пристально смотрит в окно. В дверь стучат, Инга бежит открывать, на пороге стоит соседка баба Нюра (похожая на одну из новых бабок).

Инга. Заходи баба Нюра, не стесняйся.

баба Нюра. Ну, рассказывай милая, как Вы тут устроились? Уже почитай третий месяц голубками воркуете? Молодцы, стало быть, что всё у Вас хорошо получается. А, да, вот, слушай рецепт пиццы, мужику в еде и в сексе, разнообразие требуется, а то потом начнётся…

Инга. А что, начнётся то, баба Нюра?

баба Нюра. Да, с работы начнёт задерживаться, а потом и вовсе поздно приходить будет…. Ой! Да что же это я дура старая такое выговариваю…. Ну, это так, как бы это сказать, к слову. Короче, совсем я отвлеклась от рецепту. Значит так: Берём одну пачку свежего творога, но только в пачке, не перепутай, развесной не бери, и жирностью не менее 9%, не менее, а то толку не будет, и обязательно свежего. Яичко на пачку творогу, чуть, чуть сливочного масла и с мукой всё енто дело мешаем, мешаем, пока колобок не получится, что бы чуть к рукам прилипал. Потом раскатываем и на противень, а опосля кетчупа, огурчиков, помидорчиков, колбаски, грибочки, сырок шинкованный и в прогретую духовочку на двадцать минут. И всё, и пальчики оближешь и никуда от тебя потом, мужик не денется. Вот!

Инга. Баба Нюра, спасибо Вам, расскажите мне ещё что-нибудь. Ну, как Вы замуж вышли и как жили?

баба Нюра. Да я когда замуж то вышла, счастливая была. Ой, счастливая. И сразу же в семейную жисть стала внедрять разнообразие. Как только мой дед, а он тогда молодой был, ну в этот, в душ зайдёт, я ему руку свою туда просовываю сквозь занавески, и колокольчики ему делаю, ну, пальцами там ему перебираю и приговариваю – "Динь, динь, динь, динь…". А дед то мой молчит, нравились ему видать колокольчики. Тут я как-то пришла из магазина, вот, разделась, мой в душе моется, ну я зашла, и стала ему там делать колокольчики и вот, что-то тогда на меня нашло и я их с таким, каким-то особенным старанием ему сделала - "Динь, динь, динь, динь, бом, бом, бом…!". Ну, вот, сделала я стало быть ему колокольчики, и в большую комнату пошла. Глядь, а там мой Иван сидит и телевизер смотрит. Ой! батюшки! Сердце моё тогда оборвалось! Я стою и думаю, а кому же я тогда колокольчики то делала…?

Инга. Так кому же, баба Нюра?

баба Нюра. Так вот мой Иван мне и говорит. Поди, говорит на кухню и накрой стол. К нам только что приехал мой отец, на ночь останется, он сейчас в душе моется. А меня краской то всю заливает, заливает…. Вот, видишь, как бывает в замужестве. Ну, ладно родная, пойду я, однако, а ты давай ингредиенты собирай и пиццу супругу к ужину делай.

(Инга хлопочет по хозяйству, делает пиццу, катает колобок и начинает его высоко подбрасывать, выше и выше, пока он не прилипает к потолку. Инга берёт швабру и пытается сбить колобок. Промахивается и нечаянно попадает шваброй деду в лоб).

Дед. Ух, ё… твою! Поаккуратнее бы надо с этим инструментом, так ведь и убить можно!

(Инга смотрит на большие настенные часы с большими стрелками. На них уже шесть вечера).

Инга. Что-то моего Сашеньки нет…. Наверное, на работе задерживается. Наверное, что-нибудь там случилось, ведь он обычно так торопился ко мне домой, так торопился, а когда опаздывал, то всегда звонил.

(Инга сидя за столом смотрит на часы, на которых стрелки идут быстрее. Стрелки на часах подходят к двенадцати. Инга зевает, потом встаёт, и явно нервничая, ходит по комнате. Часы бьют двенадцать. Свет темнеет, Инга сидя за столом засыпает. Под окнами ходить смерть с косой и заглядывает в окна. Циферблат часов виден. Стрелки подходят к девяти утра. Раздаётся резкий телефонный звонок).

Инга. Да! Слушаю! Кто говорит?

Голос по телефону. Вас беспокоят из милиции. Ваш муж вчера вечером трагически погиб. На троллейбусной остановке неожиданно выскочил ребёнок прямо под колёса троллейбуса. Ваш муж бросился его спасать. Ребёнка спас, а сам спастись не успел. Завтра Вас будут ждать в морге для опознания трупа, пожалуйста, не опаздывайте.

(Инга падает на пол, катается и пронзительно кричит. Её жуткий крик долетает до небес, от которого спящий Всевышний вскакивает. Всевышнего выхватывает прожектор).

пауза

Всевышний. Что такое!? В чем дело!? Что случилось!?

(Посохом толкает в бок спящего ангела. Тот вскакивает и спросонья начинает в страхе убегать. Всевышний его ловит).

Ангел. Что такое!? В чем дело!? Что случилось!? Что произошло!?

Всевышний. Это я тебя должен спросить! Что там произошло? Быстренько смотался и разобрался, в чем там дело? Да смотри, что б без пива и через эти самые, плотные слои атмосферы поаккуратнее, не обсмолись там как сатана. Давай живо. Ты там и так редко бываешь, как солнце в тундре. Смотри там у меня! Этот самый, да этот, как его? Континуум пространственно-временной не нарушай!

(Ангел по спирали начинает медленно опускаться на землю. Попадает в туман).

Ангел. Надо бы идти на бреющем полёте, а то погода ссовсем не лётная. Не разбиться бы. Но всё равно хорошо лететь над землёй матушкой!

(Слышан оглушительный звук пролетающего самолёта).

Ангел. Фу! Черт! Чуть меня не сбил - окаянный! Еле разлетелись! Разлетались тут! И куда только пилоты смотрят? Очки им надо одеть!

(Ангел садиться в густом тумане, на что-то там натыкается, гремит и громко ругается).

Всевышний. Ну, что у тебя там за проблемы при посадке?

Ангел. Всю морду себе разбил! Сколько раз себе говорил, нечего в тумане приземляться!

Всевышний. Давай, скорее там разбирайся и поднимайся! А если чего, шли СМСы.

(В тумане слышно звук работающего компрессора. – Ду - ду - ду- ду!).

Ангел. Разобрался! Разрешите взлёт?

Всевышний. Взлёт разрешаю! Лети сюда, герой моего кошмара!

(Ангел разбегается, машет крыльям и взлетает).

Всевышний. Ну, что там? Боец-огурец!

Ангел. Там произошла авария человеческой души! Девушку обожглась жизнью. Обстоятельства выбросили её на обочину жизни. Любимый человек геройски погиб, спасая ребёнка из-под колёс троллейбуса. Девушка сейчас чувствует себя обломком кораблекрушения. Троллейбус не пострадал.

(Хватается рукой за голову).

Ангел. Там компрессор весь день тарахтел, зараза, как будто бы шли жестокие бои. Теперь голова от него болит. В ней теперь такой кабордаж. Да и спуск был тяжелый, пришлось мне при спуске петь песню китайских парашютистов. (Всевышний пристально смотрит на ангела).А почему Вы на меня смотрите, как на игуанадона?

Всевышний. А ну, дыхни…?

Ангел. Только саму малость, с устатку…

Всевышний. Он что? Конкретно погиб?

Ангел. Кто, компрессор?

Всевышний. Да нет же, болван, тот парень?

Ангел. Так точно, он весь мёртвый и холодный, как холодильник…

Всевышний. Всё! Со всем этим срочно надо что-то делать! Так больше не годится! Всякая пьянь и рвань и дрянь, понимаешь ли, живёт, да ещё и другим нервы трепет, а хорошие люди – мрут как мухи не за понюшку табаку! Будем проводить реформы! Повелеваю, от сих пор даровать жизнь всем геройски погибшим! И просто хорошим людям! Уразумел?

Ангел. Тат точно! Уразумел! Скажите, а как Вы это себе всё представляете…?

Всевышний. Я сказал, и баста! И быть по сему! Приказываю! В срочном порядке разработать механизм возвращения хороших покойников, - эээ… людей обратно на землю!

Ангел. Слушаюсь и повинуюсь! Ваше высокое высочество!

Всевышний. Хватит бороться с банальностями! Душу вместе с телом ко мне! Волков бояться – в лес не ходить! Ещё раз поясняю для непонятливых, тупых и убогих. Реформы, реформы и ещё раз реформы! А что это там мужик в церкви так сильно молится? А?

Ангел. Детёныша своего от армии спасает…

Всевышний. А я то думал он мне славу возносит…

Ангел. Увы! Ему до неба высоко, а до Вас далеко. А детёныша от армии спасать ему надо сейчас!

Всевышний. Ну, это не ко мне. Это в военкомат…

(Наверх медленно поднимается шарик серого цвета).

Ангел. Ловите его, ловите, Ваше высочество! А то улетит.

(Всевышний ловит шарик и держит в руке).

Всевышний. А это что такое?

Ангел. Как что? Душа покойного, как Вы и приказывали.

Всевышний. А тело?

Ангел. С телом будет сложнее. Континуум пространственно временной не боитесь нарушить? Ведь потом там совсем никто не разберётся…

Всевышний. Всё будет нормально. Давай скорее сюда тело?

(Внизу на сцене, в углу стоящего гроба крышка с силой захлопывается, и гроб с телом взлетают, гроб летает над сценой и по возможности над залом, и, в конце концов, попадает к Всевышнему).

Всевышний. Ангел, а ну-ка, п-п-п-помоги-ка мне…

(Ангел осторожно приподнимает крышку гроба, Всевышний под крышку из шарика начинает выпускать (душу) – воздух. Из-под крышки летит пыль, ангел с Всевышним чихают и машут руками. После, крышку закрывают).

Ангел. Ну и что теперь?

Всевышний. Будем ждать, пока душа не приживется.

Ангел. О! Господи! А вдруг она как-нибудь не так приживется? А? И получится что-нибудь такое страшное и невообразимое…

(Хватается руками за голову. Тук, тук, тук…. Раздалось из-под крышки гроба).

Всевышний. Ха, ха, ха…. Сработало! Открывай крышку!

Ангел. Я не трус! Но я боюсь…!

(Открывает крышку. Покойник садится в гробу и начинает читать стихи).

Быть может, светлым утром ранним,
Я окажусь на жизненном краю.
Душою в небе тихо замираю,
И вот я перед господом стою…

Прейдет тот день, совсем мне не желанный,
И ангелы мне хором запоют!
Куда определят меня, не знаю,
Пока я не в аду и не в раю…

Из поднебесья вам махну рукою.
С тоской окину Родину свою,
На синем небе душу успокою,
И улечу в космическую мглу…

Всевышний. Ну, всё! Никуда ты теперь не улетишь голубчик! А теперь слушай сюда! Мы от всей души хотим тебя воскресить!


(Покойник, теперь снова Саша, опять падает в гроб, крышка с грохотом захлопывается, летит пыль, ангел с Всевышним снова чихают и машут руками).

Ангел. Вы, наверное, что-то не так сделали…. у него, наверное, от таких мыслей череп треснул.

Всевышний. Вот скажи-ка ты мне, пожалуйста, почему, когда я тебя вижу, у меня всегда появляется изжога? Почему ты мне всё время лезешь в душу грязными руками? Ты должен понимать, что каждое начало – тяжелое…. Это немецкая пословица. И у меня есть целый арсенал способов воздействия.

(Смотрит пронзительным взглядом на ангела).

Ангел. Вы мне своим взглядом в башке чуть дыру не прожгли…

Всевышний. Ты вдохновился моей идеей? А то я сейчас развяжу узелок ненависти…

Ангел. Так точно! Вдохновился! Я теперь от усердия буду биться головой об стену, и грызть землю зубами! Но мне всё равно кажется, что Вам очень нужна - губозакатывательная машинка…

Всевышний. Открывай урышку по новой! И отойди…

(Ангел открывает и медленно отходит. Саша снова садится в гробу).

Всевышний. Спокойно, без обмороков. Мы проводим на небе реформы по возврату хороших людей обратно на землю. И ты будешь первым в этом эксперименте. Механизм возврата ещё не отработан, по этому вполне возможны разные нестыковки. Но директива уже принята. Ты всё понял?

Саша. Ддддд… Да…. понял…

Всевышний. Теперь слушай сюда дальше. У нас возникли некоторые проблемы с материализацией твоего тела. И для того, что бы твоё тело на земле полностью материализовалось, тебя там, внизу на земле должны ждать и любить…. И эта любовь поможет тебе окончательно вернуться в прежнюю жизнь. А пока ты всё это время будешь, как бы это сказать полегче, слегка не материализованный. Сейчас я скажу новое заклинание и в путь. – Шахер махер, парикмахер! Шахер махер лети на…. Лети мой друг, лети…

(Над гробом появляется облачко и Саша исчезает).



Действие второе



Картина четвёртая

(Морг. Тусклый свет, Инга в трауре на процедуре опознания).

Инга. Я вот к вам, по повестке.

Патологоанатом. Ща разберёмся. Тэк-с, дорогая Вы моя, хочу Вам дать один совет, как профессионал. Душевные раны выравниваются заботами. Ща мы приступим к опознанию. Ща начнём, вот. Уже начинаем. У Вас как с нервишками? Вам валидол сразу дать…. или же после того, уже как…? Ща я пузырёчки приготовлю…. Вот у нас, к примеру, как - у анатомопатологов: Вот придёт к нам человек, живой, я имею ввиду…. А ты, как профессионал высокого разряда, почему-то уже покойником его видишь, уже знаешь, как он изменится. Хотя смерть, я Вам честно скажу, положа руку на сердце, ещё ни кому не была к лицу! Ща мы повесточку то отметим…. А то вернётся мой склероз с прогулки и я всё тогда поперепутаю. А когда поперепутаешь покойнечков, крику-то, крику-то, сколько поднимается…. Аж мёртвые вздрагивают. А один тут у меня недавно, только я хотел вскрытие делать, соскочил прямо со стола и рванул к выходу! Я сам тогда чуть богу душу не отдал…. А он оказывается, живой был! А его за мёртвого приняли. И куда только врачи смотрят? А? Во, дают…. Тэ-экс…. Минуточку внимания. А ну-ка, взгляните, не этот ли? Ой, ну что Вы так сразу перепугалисьи в лице изменились? Он же Вас не укусит. Тогда, наверное - этот? Нет? Вы уж меня извините, уж больно скучно тут у нас, поговорить даже не с кем. Все молчат как партизаны. Вот и тянет нас анатомопатологов на разговоры, с живыми нам уж больно хочется поговорить. Ну, вот. Всех мы голубчиков теперь пересмотрели. Стало быть, Вашего покойного супруга среди них нету…

Инга. Как нет? А где же тогда он?

Патологоанатом. Не могём знать. Может быть, он ушел? Может быть, он тогда вовсе не умер? Был у меня, знаете ли, один такой случай…. Тут у меня один, только я начал вскрытие делать, соскочил прямо со стола и рванул к выходу! Я сам тогда чуть богу душу не отдал…. А он оказывается, живой был! А его за мёртвого приняли. И куда только врачи смотрят? А? Во, дают…. Тэ-экс…. Опять я чего-то запамятовал. Опять, наверное, мой склероз с прогулки вернулся. Ах, да - вот что. Я должен буду Вам написать справочку, что труп Вашего мужа не найден - то есть, он без вести пропал.

Инга. Как пропал? Как так…?

Патологоанатом. Так…

пауза

Всевышний. Бедная девочка…. Как же ей объяснить, что он у нас…. Ну, ладно, не будем выносить сор из избы, хотя бы до того времени, пока он не полезет через крышу…. Видать назад крутить поздновато, так как лёд уже тронулся…

Ангел. Я же Вам говорил! Начнутся нестыковки…. Вот видите - они уже начались…. А если же сор из избы не выносить, то изба превратится в помойку!

пауза

картина пятая

Инга сидит дома, читает справку и плачет. Над ней часы, на которых стрелки идут в обратную сторону.

Инга. В моём сознании притаилась тишина, я долго ждала, томясь в нетерпении. Думала, хоть мёртвым своего Сашеньку увижу. А тут на тебе, увидела справку – "Труп пропал без вести". И всё это лавиной обрушилось на мою голову. Истерзанное сердце бьётся в моей груди, в нём осталось боль невосполнимых потерь. И всё это среди серых стен молчания. Страх затмил моё сознание. Если бы мой Сашенька был бы жив, то он от всего этого бы помер второй раз. Видать, небеса не могли подождать…. у меня в этом морге сердце сжалось, так и не разжимается до сих пор…. И что мне теперь делать? Как мне жить? Ведь даже и похоронить мне некого. У меня ведь даже и места то такого не будет, куда бы я могла прийти и поплакать…

Саша иногда проходит по сцене тенью, в разных направлениях. Из-за кулис выглядывает смерть с косой.

пауза

картина шестая.

(Поздно вечером баба Нюра проходит мимо дома и направляется в подъезд, видит сидящего под окнами Сашку с цветами. Сашка с ней здоровается, а баба Нюра трижды крестится).

баба Нюра. Свят, свят, свят! Прости ты меня господи! Совсем уже из ума выжила, чудится старой. Ведь он же покойник. Почитай, уж три месяца как помер. Правда говорят, его труп так и не нашли. Свят, свят, свят!

Саша. Баб Нюр? Чего ты со мной не здороваешься? А? И шепчешься там чего-то?

баба Нюра. Да вот стою и думаю? Ты это или не ты…. Ты же, вроде бы, как того…. Ну, этого…. Ой, я, наверное, совсем из ума выжила…

Саша. Чего того то…? Баба Нюра?

баба Нюра. Ну, этого…. Пропал ты куда то…. Вроде бы, говорят, как помер…? Свят, свят, свят! Прости ты меня господи! Свят, свят, свят! Слушай, Саш? А можно я тебя потрогаю? А?

Саша. Да можно то оно, конечно же можно, только я до конца ещё не материализовался.

баба Нюра. То есть, как это так это…? Не материализовался?

(Баба Нюра трогает Сашу, но её рука проходит сквозь его тело, она дико кричит и убегает в подъезд, а Саша кладёт цветы у двери Инги, потом снова садится на лавочку.


Саша. Да. С визитом к супруге мне пока придется повременить, а то ещё перепугаю жену насмерть как и бабу Нюру, а то и вообще, Инга может сознания лишиться.

(Смотрит вверх).

Саша. И что они так долго с материализацией возятся? Болтаюсь я из-за них между землёй и небом, как огурец в проруби. Уж скорей бы уж. А то не пива тебе попить, ни покурить толком не получается. Да и жене бы показаться не мешало. Будет меня теперь баба Нюра в душе судить. А судить да не знать, это всё равно, что с закрытыми глазами дрова колоть, что вилкой зёрнышко из бочки выловить. Со всеми этими экспериментами…. Это когда хочешь съесть, боишься костями подавиться. Но ничего, может быть мы ещё и поживём хоть маленько…

пауза

Всевышний. Как там у нас дела с материализацией? И что сейчас за модный коктейль изобрели, надо бы как-нибудь попробовать….

Ангел. С материализацией у нас некоторые проблемы. С начала бы Вам надо было их решить, а потом уже указы издавать. А с коктейлем. О! Это очень хороший коктейль, в его состав входит сахар, молоко и ром. Сахар – это сила. Молоко – энергия. А ром – куда применять эту силу и энергию.

Всевышний. Да. Человек всегда хочет оставить что-нибудь после себя в том виде, в каком он это создал. Хотя говорят - первые пол жизни, человек только и делает, что совершает ошибки, а вторые пол жизни он их расхлёбывает

Ангел. К чему это Вы сказали? Да так. Нашло что-то, словно поймал момент между ударами сердца. Да. Замунтузили мы это дело…

пауза

К Инге приходит соседка баба Нюра. Инга в трауре до сих пор, она сидит за столом.

баба Нюра. Ну что же ты милая так убиваешься? Ведь и время то уже порядком прошло. Что делать то теперь, господи? Что делать? Но жизнь то на этом не кончается? Надо тебе как-то попробовать стартонуть в жизни по-новому…. А то ты совсем капитулировала. Ведь так можно совсем из жизненной обоймы выпасть. Инга, тебе нужно свою жизнь срочно менять. И это верняк. В твоих глазах должен снова светиться калейдоскоп огней. А так, горюй теперь, не горюй – теперь то, что толку козырями светить. Менять тебе свою жизнь надо, подумай, может быть тебе замуж выйти? Как же тебе тяжело то? Бедненькая ты моя. У меня у самой, глядючи на тебя, от волнения видения какие-то не хорошие начались…

Инга. Какие, баба Нюра?

баба Нюра. Да вот, Сашка твой мне не так давно привиделся. Будто бы сидит он с букетом цветов у подъезда…. Со мною поздоровался. А я то дура старая не верю, ведь он же помер, дай-ка, думаю, я его руками потрогаю. Стала трогать, трогаю и не чувствую, моя рука сквозь него проходит. Я тогда испугалась и как заору! И в подъезд забежала. Аж до сих пор меня всю колотит…

Инга. Баба Нюра, а может быть Вам тогда, вовсе не привиделось? А? Я тогда эти цветы у порога своей квартиры нашла…

баба Нюра. Ой! Батюшки…

Инга. Мне самой сколько раз привиделось. Один раз он на другой стороне улицы, на остановке стоял. Я хотела через дорогу перебежать, да чуть сама под машину не попала. А потом автобус подошел, и все уехали. А другой раз я его на улице догнала, хватаю его рукой, а его вроде бы как и нет…

баба Нюра. Ой! Батюшки…. Да что же это такое творится? Это, наверное, его душа бродит и помина просит. Надо бы его помянуть…

Инга. А вдруг это на самом деле? А? Ведь не одной же Вам показалось…?

баба Нюра. Свят, свят, свят! Да быть такого не может, по тому, что такого не бывает! По тому, что такого не может быть – никогда…!

Звонит телефон. Инга берёт трубку. Звонит её подруга.

Инга. Алло? Я Вас слушаю…

голос подруги. Инга, хватит тебе убиваться! Я тебе такого мужика нашла, будешь у него, как у Христа за пазухой! Одумайся, не век же тебе в трауре то ходить…


пауза


Инга. Дед. А ты то, что скажешь…?

Дед. Да я уже как-то высказывал свою точку зрения. Тут самое главное кроется в выдержке. Выдержка – это очень важное качество у человека, а особенно оно важно для военных и женщин. Ведь в военном деле, к примеру, как? Если раньше времени в бой войска пошлёшь, может случиться конфузия, и тогда не видать тебе победы, а пошлёшь позже, то же плохо, могут сказать - долго думал, и опять бой проиграешь. А у женщин с этим делом так и вообще должно быть всё строго и выверено. Как тут угадаешь…? Если ты вдова – смело выходи замуж! А если нет – не выходи!

Инга. Как у тебя всё просто и по-военному…? Ладно, ещё не много подумаю и, наверное…. выйду…. Ведь никто не держит человека давать обещания и никто не обязывает его, их выполнять.

пауза

картина седьмая

Идёт свадьба. Собрались гости, кричат "Горько!". Лысый толстый жених стоит рядом с Ингой с крестиком лейкопластыря на лице. Вдруг тишину прорезает жуткий дверной звонок, от чего гости застывают на месте. Подруга Инги бежит открывать двери. На пороге стоит Саша. Он проходит в комнату, гости перед ним расступаются, смотрит на свой портрет в траурной рамке, потом останавливается и смотрит на Ингу.

Саша. А как же… наша клятва…? Ведь ты пока моя жена…

Жених. - А! Не ржавеет старая любовь!?

Свекровь. - Ты нас всех обманула, стерва! Вон твой любимый, явился, не запылился! Ты нам всё наврала, на деньги позарилась?!

Саша. Мы же с тобой эту клятву кровью писали…. – До самой гробовой доски, как бы там чего не случилось…. А я ведь пока ещё не умер, я всего лишь пропал без вести. Я так хотел, что бы меня ждали и помнили. Может быть, я тебя сейчас и подставил, но ты меня подставила ещё больше. Теперь мои последние надежды на новую жизнь - рухнули…

Инга. Какую новую жизнь…?

(Инга падает в обморок. Начинается драка. Родственники невесты бьют жениха и т.д.).

пауза

Инга. - Ты зачем пришел…? Зачем?!! Где ты был так долго, ведь я же тебя ждала?!! Я всё это время помнила о тебе!!! Уходи!!! Уходи туда, откуда ты пришел!!! Уходи, раз ты покойник, и не мешай нам живым жить дальше!…

Саша. - А я ещё не покойник, я - пока ещё просто без вести пропавший…. Мне не нужно было спасать этого ребёнка. А виновата в его судьбе, оказалась, всего лишь та мамаша, которая за ребёнком не доглядела, и которую потом даже и не нашли, а я вынужден за всё это расплачиваться такой большей ценой…. Этот благородный поступок оказался совсем никому не нужен, кроме того малыша…. Как же мне вас всех жалко? Какие же вы все сволочи…?!

пауза

Ангел. Ведь говорил же я, нестыковки получатся, говорил же Вам, русским языком говорил…

Саша. Жизнь устроена совсем не так, в ней всё по-другому, не по правильному. И в школе нас совершенно другому учили.
Наверное, люди правильно говорят – К прошлому возврата нет. Что было – то прошло…. Ведь какая же это страшная штука – время! Мой благородный поступок оказался совсем никому не нужен, кроме того малыша…. Да идите вы все наклеп!!! Нет мне больше места среди живых…

(Саша наливает себе водки. Тело его растворяется, и в небо начинают подниматься разноцветные шарики. Звучит песня Михаила Круга "Постой душа, моя постой, я за тобой, я за тобой…. Махну 100 грамм и не спеша, и полечу, с тобой душа…").

Гостей обдаёт могильным мигающим светом, Сашин стакан со стола падает и разбивается.

Свекровь. На счастье!

Инга. Саша, подожди меня…! Я больше не хочу оставаться в этом заскорузлом мире. Я с тобой….

Набат рвёт воздух! Её тело тоже растворяется, снова поднимаются вверх шарики. Набат сменяет реквием Моцарта!

Всевышний. Смотри-ка, их души превратились в облака. Смотри – как они красиво плывут. Как-нибудь, в облачную погоду, оторвитесь на мгновение от своих дел и мирских забот, и обратите свой взор к небу…. Может быть, вам удастся увидеть два облака…. Вы их сразу же узнаете. Это души Инги и Александра, они всё время будут вместе парить над планетой. Двумя красивыми кучевыми облаками. Теми самыми облаками - облаками безмолвия. Может быть, вы задумаетесь, что когда-нибудь и в вашей жизни пройдёт всё, и плохое и хорошее…. И вы позавидуете их жизни, и их любви. Вот что из всего этого у нас получилось…

Андрей Днепровский - Безбашенный.

5 декабря 2005г


Рецензии