Профессия - блондинка без мозгов. Пятница 1 июля

ПЯТНИЦА 1 ИЮЛЯ.
В полдень Ника и Анжелина сидели на кухне, попивая чай с черничным вареньем, которое Ирина варила великолепно.
Анжелина оказалась отлично сложенной брюнеткой высокого роста, с правильными чертами лица и большими карими глазами. Ника ее вспомнила – это была та девушка, которая раздавала анкеты при отборе на работу бухгалтеров, но сегодня при близком рассмотрении Анжелина показалась Нике только что сошедшей с подиума манекенщицей. К тому и наряд у нее был соответствующий: длинная скроенная по косой белого цвета юбка с фиолетовым бантом сбоку и в тон банту открывающий спину топ. Экстравагантно, ничего не скажешь, особенно для секретаря-референта генерального директора крупной компании. Сейчас то Ника знала в этом толк, а вот месяц назад могла сказать, что так тому и должно быть.
- Никогда не думала, что ты придешь сама, - произнесла бывшая госпожа Симонян, - мне казалось, пройдет не один день, пока ты решишься рассказать, как все было на самом деле. И ради этого мне придется за тобой побегать.
- Я не ради тебя пришла, а ради самой себя. Не хочу, чтобы ты была с Данилом.
- Вообще то я видов на него не имею, и меня несколько пугает его заинтересованность мной, - разоткровенничалась Ника, - Вчера он звонил посреди ночи и признавался мне в любви. Но какая может быть любовь между людьми, которые виделись всего несколько раз?
- Мне кажется, Данил, всерьез настроился на то, чтобы тебя завоевать, и с самого начала вашего знакомства. С первой встречи, так сказать. Ужасно, но он хочет на тебе жениться. А ведь ни я, ни Ларка не удостоились такой чести! – Анжелина топнула от злости ногой.
- Это глупо. Можно сказать даже, что смешно. Когда мы познакомились, я была замужем. А сейчас мне не до мужчин.
- Данила не знал и ничего не знает о твоем замужестве, но это не остановило бы его. Я то Данилу знаю как облупленного. Он из тех, кто добивается своего. Всегда добивается.
- Ты сказала, что пришла сюда, чтобы помешать Даниилу быть вместе со мной?
- Нет, ему я помешать не могу, а вот быть тебе с ним – да.
- Как интересно.
- Не понимаешь?! Сейчас поясню. Видишь ли, я считаю, что не одна нормальная женщина не согласится встречаться с мужчиной, зная, что его подозревают в убийстве. Виновен или не виновен, какая разница? Подозрение в убийстве – это ярлык. От него так просто не избавишься.
- Хочешь сказать, что Даня кого-то убил?
- Вот видишь, уже испугалась.
- Так рассказывай же!
- Вчера мне позвонил Данила, и попросил об одной услуге. Он желал, чтобы я солгала. Чтобы я пошла в милицию и заявила, что ночью с двадцать четвертого числа на двадцать пятое, он приехал ко мне в половине пятого и остался до утра.
- Это неправда?
- Конечно же, неправда! Ложь чистейшей воды. Когда Данил меня об этот попросил, я вмиг догадалась обо всем – ему на хвост сели менты, а алиби у него нет. Я из слухов, ходящих по фирме, знаю, что в ту ночь умерла эта несчастная наркоманка Ларка. Но какое же у Данилы может быть алиби, когда он дрых в собственной постели, как говорит? Если никто не может подтвердить слов Данилы, значит, он пропал. Его могут посадить. У тебя есть потрясающая перспектива, стать женой заключенного.
- И пойдешь в милицию и скажешь то, что он просил? Сколько он тебе заплатил?
- Нисколько. Он обещал убить меня, если я этого не сделаю.
- И после этого ты веришь, что он никого не убивал?
- Какая разница, во что я верю? Ты то хоть понимаешь, с кем ты связалась?
- С убийцей, - выдохнула из себя Ника, - Ларочка, зачем же ты пошла в ту ночь вместе с Даней? Что ж тебе дома то не сиделось?
- Ой, хватит причитать. У меня сейчас голова разболится. Ты сидишь дома, а мне еще на работе шесть часов пахать.
- И давно тебе Даня угрожает расправой?
- Я посоветовала бы ему обратиться к психиатру, но что ему мои советы? Расскажу конкретный случай. Однажды я закатила ему истерику. Мол, мы уже три года вместе, а ты относишься ко мне как неодушевленному предмету. А я ведь женщина, я хочу счастья, семью, детей, ну, и так далее. Данила так разнервничался – у него в тот момент как раз роман с Ларкой был в разгаре, ну, и достал пистолет. Я, честное слово очумела. В голове одна мысль вертелась, прибьет.
- Успокоился?
- Если так можно выразиться. Выстрелил в моего кота, забрал твою фотографию и был таков.
- Ничего себе. Да, он же садист.
- То-то, знай, с кем имеешь дело.
- Подожди, Анжелина, ты сказала, что-то про мою фотографию.
- Фу ты, я имела в виду не фотографию, а анкету по трудоустройству с фотографией. Ты же была у нас на кастинге….
- И когда же произошла эта потасовка между тобой и….
- Кажется утром двенадцатого.
- Ё-моё, чем я могла заинтересовать убийцу Ларисы?
- Я то откуда знаю! Может быть своей мордашкой. Она у тебя – ничего. А я по твоей милости кота лишилась, между прочим.
- Ты любишь Даню?
- Не знаю. Но если он не достанется мне, то тогда уж пусть не достанется никому! – Анжелина подтвердила свои слова кулаком, упавшим с размаху на стол.
Ох, если бы Ника не владела теми сведениями, которыми владела, то обязательно подумала бы, что Лару убила из ревности Анжелина.
Когда Анжелина уходила, Ника задала ей вопрос:
- Откуда ты узнала, где меня можно найти?
- Твой номер телефона был в записной книжке моей шефини. А закладкой для этой страницы служила твоя фотокарточка. А уж по номеру телефона, я догадалась, где ты живешь. Я прекрасно осведомлена о Ларкиных координатах.

Наталья Егоровна нервничала. Она сидела за столом своего референта в приемной и пыталась накрасить ресницы. Грузная ста десятикилограммовая баба на месте красотки Анжелины, да еще с пятидесятью пятью годами на лице - со стороны это выглядело ужасно. Все-таки Козырьков предпочел бы сейчас видеть тут бывшую любовницу.
- Ну, и где эта пигалица ходит? Ничего ей ответственного доверить нельзя! Такие важные переговоры, а она опаздывает. Я что чай-кофе самолично гостям подавать буду? Надеюсь, что она оденется посексапильнее, как я ей и приказала.
- Успокойтесь, Наташа. Все будет хорошо, - выдавил еле-еле Данечка, несмотря на то, что у него возникло большущее желание дать Наталье Егоровне по черепу.
- Тебе легко говорить, Данила. Твоих то денег в этом новом проекте нет!
-Вашими стараниями, дорогая Наташа.
- Нечего было в казино каждые выходные ходить и не только. В городе всего два казино, и оба они сделали на тебе огромные деньги!
- Но ведь Вы, Наташенька, могли дать мне денег в долг, а не дали.
- И правильно сделала! – Наталья Егоровна смахнула со лба светлую челку и устремила свои жабьи глаза на Козырькова. Последнего чуть не стошнило. В буквальном смысле этого слова.
- Конечно, правильно, Наташа. Вы выкупили мою долю в компании, я смог расплатиться с долгами, а Вы теперь в одиночку рискуете с новым проектом. Это был Ваш, а не мой выбор. Я предупреждал, что Федор Алиевич Ваше начинание не поддержит ни материально, ни морально.
- Данила, не сошел ли ты с ума? С утра пораньше вымещаешь на мне зло. Чем ты меня попрекаешь? Тем, что я нашла для тебя идеальный способ пополнения кошелька без риска для жизни, здоровья и….
- Сколько можно об одном и том же, Наташа.
- Я это придумала! Я! И я должна получить свои сорок процентов, как мы и договаривались.
- Успокойтесь, получите. Все продвигается, лучше не придумаешь. Девчонка оказалась наркоманкой, а при таком раскладе после штампа в паспорте с ней можно делать все, что угодно.
- Дай бог, чтобы она умерла не раньше того времени, как ты на ней женишься, Данила.
- Наташа, можно мне Вас спросить?
- Валяй. Только не спрашивай ничего о новом проекте. Коммерческая тайна, сам понимаешь.
- Я про ту девочку. Откуда Вы узнали про ее наследство? И про то, что она получит свои деньги только в том случае, если ей уже есть девятнадцать лет и она при этом замужем?
- С чего такой интерес?
- Хочется знать, насколько правдивы Ваши слова.
Наталья Егоровна нанесла на лицо пудру и начала отвечать. Лицо ее при этом засветилось каким-то невиданным доселе Даней светом.
- Я, мать Ники и Марианна Лужина были когда-то тремя закадычными подружками. Жизнь у нас была несладкая. Мы работали в одной сфере. И у всех троих не сложилась личная жизнь. Вот мы и держались друг за друга, буквально жили по принципу: «Один за всех, и все за одного». Вероника умерла, но я и Марианна продолжаем хранить тайны нашего тройственного союза.
- Да, но госпоже Лужиной не пришло в голову воспользоваться сведениями о наследстве, которое должна получить дочка ее покойной подруги.
- Ты опять меня попрекаешь! Да, Марианне просто-напросто не нужны деньги! У нее всего один ребенок – дочь Злата от последнего брака, малолетка еще, и баснословно прибыльный бизнес, а меня два контракта на носу, сын женился на оборванке, старшая дочь замуж собирается, а младшая влюбилась в пройдоху, он ее бросил, а внука я должна на своем горбу тащить, так ладно бы одного, врачи подозревают двойню! Всех надо обеспечить, а получу ли я от проектов ту прибыль, на которую рассчитываю, неизвестно.
- Успокойтесь, Наташенька. Я просто хотел узнать, достоверными ли Вы обладаете сведениями.
На пороге приемной показалась Анжелина. При виде ее наряда Козырьков присвистнул.
- Очень старалась, как Вы и просили Наталья Егоровна. Потому на полчаса и опоздала.
- Супер! – похлопала в ладоши шефиня, - Это стоило того. Милая моя девочка, если бы ты на таких стариков, как Данила не заглядывалась, то давно бы уже по Миланским подиумам ходила.
Едва собравшая с секретарского стола в косметичку все свои прибамбасы директриса фирмы и ее бывший компаньон, скрылись за дубовыми дверями, Анжелина схватилась за голову. «Вот дрянь! – пробежало током из одной стороны мозга в другую, - Я ненавижу тебя. И никому не желаю такой начальницы как ты. Надоела мне такая жизнь! Думаешь, если ты работала шлюхой в гостинице «Советская», то все должны повторить твой путь? Нет, если ты сегодня в очередной раз подложишь меня под какого-нибудь толстого урода, я все расскажу Нике. Надо же, закадычная подруга ее матери называется. И Данил тоже хорош. Нищий. Какого фига мне нужен нищий? Нищий убийца. Зачем только я в него влюбилась? Да, он же убьет Нику, как только женится, чтобы заполучить все ее денежки в полном объеме. И может быть права Ника, считающая Козырькова настоящим убийцей Ларки, а я и не подозревала…, - по спине пробежал могильный холод, - Вдруг Ларка узнала про задумку Натальи Егоровны и Данилы, и последний ее за это прибил? – молодая женщина поднялась из-за стола, ее взгляд коснулся двух чашек, стоявших со вчерашнего вечера на подоконнике, - Что за дурацкая участь у секретаря – мыть грязную посуду. А не буду ка я ее мыть, и не буду дожидаться того, подложит ли меня сегодня Наталья Егоровна под кого-нибудь из бизнес-друзей, как стельку в чужую обувь. Я должна подумать о собственной жизни, а она – в опасности. Если Козырьков убрал одну из своих любовниц, лишь бы она не претендовала на роль жены, то уберет и вторую».

Даниил вышел из кабинета в приподнятом состоянии духа. Кофе – вот что было ему нужно, чтобы до конца умаслить Наташу. Директорша кофе обожала, и дула по семь чашек в день.
Наташа разрешила Козырькову курировать проект, а это означало, что в скором времени в его кармане зашуршат баксы. Уж он то придумает, как отмыть часть денег из проекта на собственные нужды.
Анжелины в приемной не было. «Наверное, вышла покурить», - подумал мужчина. И тут в его голову пришла гениальная мысль: через минуту Наташа подпишет нужные бумаги и он станет руководителем нового проекта, а максимум через месяц он женится на богатой наследнице - Нике Дорошиной. А очень скоро и самой Ники не станет в живых. Так что же мешает ему убрать зажравшуюся стерву, дабы не платить сорок процентов от Никиного наследства? Ничего не мешает.
А вот и чашки для коктейля из кофе с ядом. Хорошо, что немытые, ведь на них остались отпечатки пальцев владельцев. Вот личная чашка Наташи, а вот чашка, из которой всегда пьет чай и только чай ее секретарь-референт.
Анжелина ненавидит директрису всеми фибрами души. Это ни для кого не секрет, кроме, разумеется самой Натальи Егоровны, так что мотив для убийства есть. Осталось только после подписания бумаг подсунуть Наташе кофе в чужой чашке, и Козырьков очень надеялся, что старая стерва не разорется на всю фирму и не испортит ему тихий праздник торжества собственного ума.

После обеда Ника забрала из больницы Марию Тимофеевну. Мать Вани и Гали была радостной и счастливой, и, щебеча, как птичка, рассказала, что ей многое объяснили по поводу предохранения от нежелательной беременности, и по ее же просьбе поставили спираль.
- Давайте заедем в аптеку, - предложила Ника, вспомнив, что кроме Марии, незащищенными от капризов собственного организма остались ее взрослые сын и дочь.
- А что такое? – поинтересовалась Мария.
- Сейчас поймешь.
Посредине рабочего дня в аптеке толпились лишь бабульки, да мамаши с малыми детьми. Первых интересовали мази от ушибов и растирания для ломящих по вечерам суставов, а вторых – подгузники и детские витамины.
Когда стоящая в середине очереди Ника заявила, что ей нужно пятьдесят упаковок презервативов «Контекс» и пять упаковок противозачаточных таблеток «Диане» на пробу, бабульки завозмущались.
- Да, что ж это такое происходит? Совсем молодежь обнаглела! Тут же дети!
- А мать ее, смотрите, никак не реагирует! Тоже пропащая!
- Да, это ее воспитание! Яблоко от яблони недалеко падает!
- При чем тут яблоки? – ретировалась Ника, - Мария никакого отношения к моему рождению не имеет. Просто мы обе едем … в Китай, и нам сказали, что через границу больше одного ребенка не пропустят.
- Да, - ничего не оставалось делать Марии, как поддержать Нику, - в результате мне придется оставить Кирюшу на попечении старших детей, и взять с собой лишь полуторагодовалую Лялю.
- Ляля – это Оля? - спросила одна из мамаш.
- Нет, это Елена. Оля – это Лёля.
Ника вошла в роль.
- Думаете, я хочу остаться бесплодной? – закричала она, - Меня или стерилизуют по прибытии в Пекин, либо мне придется доказать, что никаких детей от китайских мужиков я рожать не собираюсь! Вы же знаете, какая у них там политика. И при всем этом у них дефицит презервативов!
- Это противоестественно, когда за рождение второго ребенка налагают штраф, - посочувствовала китайским матерям одна из русских мамочек.
- Олимпиада Петровна, то, что говорит эта девушка – правда? – спросила у своей подруги интеллигентная старушка.
- Евдокия Алексеевна, так оно и есть. Численность китайского населения превысила миллионный рубеж. Вы разве не смотрите «Новости»? Часть китайцев давно перебралась жить к нам на Сахалин! У них нет места для самих себя.
- Какая печальная участь тебя ждет деточка, - посочувствовала Нике Евдокия Алексеевна, - На, возьми, - протянула она девушке десятирублевую купюру, - купи еще одну упаковку этого «Контекста». Никогда бы не подумала, что наши аптеки, в которых так редко появляются бесплатные лекарства, лучше китайских. Обязательно возвращайся в Россию, - посоветовала Евдокия Алексеевна, - Наши парни – лучшие в мире, - старушка еле сдержала смешок, но Ника приметила ее улыбающиеся глаза. Во время первой мировой войны шестнадцатилетняя Дуняша познакомилась со столькими мужчинами, что могла судить об их качестве не понаслышке. Был у нее и итальянец Франко, и американец Джон, и украинец Петро, и два француза Анри и Грегуа, а любила она всю свою жизнь русского мальчика по имени Володя, имевшего неосторожность подорваться в сорок пятом году на немецкой мине, - Люби русских, дорогая, - добавила пенсионерка, - И рожай только от них. А китайцы пусть живут своей собственной жизнью.
Через пять минут в руках Ники была кипа десятирублевых купюр. Таким образом, милые бабульки выразили свою солидарность с Евдокией Алексеевной, а к ним присоединилась и пара молодых мамаш. Мария насчитала сто двадцать рублей.
Фармацевт крикнула из окошка:
- Вы скупили весь «Контекс». Идите в другую аптеку.
И повесила табличку «Перерыв 10 минут».
К счастью для отоваривавшихся открылось второй окошко, и очередь за лекарствами начала медленно, но убывать.

- Мария, - заговорила в машине Ника, - ты, кажется, ревностная прихожанка, могу я тебя попросить отдать эти деньги в церковь?
- Хочешь сделать пожертвование? Батюшка Иннокентий как раз реставрировать старинный иконостас собирается.
- С миру по нитке - голому рубаха. Вот вам на иконостас три тысячи сто двадцать рублей. Но это не от меня. Это от Ларисы и тех людей, что были в аптеке.

На даче Жоржа грязища стояла неимоверная, а наводить порядки Ирине было некогда. Поднаряженные Никой Галина и ее мама отмывали до блеска дом, а сама Ника пыталась разобраться в убийстве сестры.
Кто из трех рыжих кошек совершил это зло? Для ответа нужен был свидетель. Тот, кто видел одну из рыжеволосых женщин поблизости от дачного домика Жоржа. Ника обошла две улицы, но хозяева либо отсутствовали, что вполне естественно – будний день как никак, либо шарахались от нее как от прокаженной – лишних неприятностей с милицией им не было нужно.
Девушка сидела в гамаке под лучами яркого летнего солнца и тщательно вглядывалась в лица предполагаемых убийц, как будто это могло дать ответ на мучавший Нику вопрос.
Из кустов крыжовника выглянул восьмилетний внук соседки и задал девушке интригующий вопрос:
- У тебя шоколад есть?
- У меня нет, а вот у Галуньки – да. Она пол моет в доме.
- А кого ты искала у бабушки?
- Никого не искала. Я просто хотела узнать, видела ли твоя бабушка кого-нибудь из этих трех тетенек днем двадцать пятого июня, - Ника показала мальчику фотографии.
- Красивые, - с мужской сметливостью отметил он, - А вот эта, - мальчик ткнул пальцев в лицо, которое Ника до сих пор считала самым честным и чистым на свете, - Красивая, но злая. Она на меня накричала. Я ничего плохого ей не сделал, а она накричала.
- Где накричала?
- Мы с Алешей и Яшей играли на последней улице в вышибалы, а вот эта, - мальчик в очередной раз ткнул в фотографию пальцем, - вышла из леса, и накричала на меня. Но я же не виноват, что попал в нее мячом. Я не хотел. Я вообще целился в Алешку!
- Я знаю, что не хотел. Эта тетя ведь только накричала, правда? Она ничего тебе не сделала?
- Нет, не сделала. Только волосы у нее тогда были черные. Она была похожа на ворону. На очень красивую ворону. Я знаю, она перекрасила волосы в другой цвет. Моя мама тоже красит волосы. То они у нее белые, то красные, а недавно получились синие. Отмывать пришлось «Фейри», но не помогло. Теперь все полагают, что мама носит парик. Хорошо еще что она – художница, а не менеджер по работе с клиентами, как мама Яши, иначе ее выгнали бы с работы. Папа уже как две недели называет мою маму Мальвиной.
 - Мальвина. Как мило. А ты не помнишь, когда ты встретил тетю с фотографии?
- В пятницу. Лешкины баба и деда каждую неделю приезжают в пятницу утром, а вместе с ними и Алешка. Они не живут как моя бабушка все лето на даче, - добавил мальчик, - А в понедельник утром они все уезжают.
- Ты уверен? Может быть, это было в субботу или воскресенье?
- Вот заладила! – скусил личико ребенок, - Говорю же, была пятница. Мы по пятницам играем в вышибалы и футбол. Всю субботу проводим вместе с родителями на пруду. А в воскресенье делаем и то и другое, но только Яши по воскресеньям не бывает. Он уезжает в субботу вечером, у его мамы – воскресенье – рабочий день, зато пятница – выходной.
- С воскресеньем мы разобрались. Отпадает. Теперь нужно выбрать между пятницей и субботой, - не прекращала свои расспросы Ника, - Вспомни еще что-нибудь про субботу.
- Тогда уж лучше про пятницу. Спроси про нее у Любы Коростылевой. У ее родителей дача на третьей улице.
- А при чем тут Люба? Какое она имеет отношение к пятнице?
- Двадцать пятого июня в пятницу у нее был день рождения! Я по тому эту пятницу и запомнил! Любка никогда раньше субботы в поселке не появляется, а тут ради дня рождения приехала. Был та-а-а-а-кой праздник! Фейерверк даже был. И все ради юбилея: десять лет как никак. И в ту же пятницу за час до празднования Любкиного дня рождения на меня вот эта… накричала, я об этом и Любке и ее маме с папой, и всем остальным мальчикам и девочкам рассказывал на дне рождении. Да, на меня даже мама так не кричит, когда я нашкодю!
- Ясно. Ты не сердись на меня, хорошо. Просто то, о чем я тебя спрашиваю очень важно, и тут нужна точность. Я попробую сходить к Корыстылевым. Да, и скажи мне, пожалуйста, где я могу найти Алешу и Костю, вероятно, и они эту тетеньку запомнили, а я тебя за это угощу печеньем и твоим любимым шоколадом. Галя у нас сладкоежка, но, думаю, такой компании как ты будет только рада.
- А ты не скажешь бабушке? Бабушка говорит, что кушать много сладкого вредно, а я сегодня уже съел одну половину плитки шоколада, вторую она заперла на ключ в шкафу.
Ника звонко рассмеялась над проблемами ребенка. Ей бы такие.
- Твоя бабушка ни о чем не узнает, дай пядь.

Ника машину водить не любила, а вследствие этого, за рулем сидела мало и водила из ряда вон плохо. Потому она предпочитала всем говорить, что прав не имеет вообще. Сначала ее возила везде мама, потом Тигран и его ребята, порой выручало такси, а вот сейчас без собственного автомобиля было не обойтись.
Авто было не собственное, а принадлежало Ирине, но за рулем его сидела Ника. Она неслась из поселка в город по шоссе с максимально высокой скоростью, ибо как только ей позвонила Эля и сообщила, что салон красоты ограбили, Ника решила, что это неспроста, и телиться она не имеет права.
 Кто-то украл всю выручку, что собралась в кассе за три дня, и устроил совершенно анекдотичный погром. Произошло все это ночью, свидетелей, естественно, не было, никто из работников не пострадал, но Эльвира находилась в панике, и целый день как не могла прийти в себя. Она считала, что если ее карьера бизнес-леди началась столь плохо, то успеха в бизнесе ей не видать как собственных ушей.
Маникюрша Катя принесла Нике и новой хозяйке салона по стакану минеральной воды и поспешила удалиться.
- Катюша! - окликнула девушку Ника.
- Да.
- Ответь, пожалуйста, на один вопрос. Почему ты увольнялась из салона в начале июня, а потом вернулась? Тебе новое место не понравилось?
- Бог с тобой, Ника, - была удивлена маникюрша, - Я никогда не увольнялась, и полгода как не брала больничный, а за свой счет я брала отпуск на два дня в мае, чтобы спокойно дописать курсовую работу. Какое же это увольнение?
- А в день моей свадьбы с Тигром?
- Яна Григорьевна дала мне за хорошую работу дополнительный выходной.
- То есть она сама попросила тебя не выходить на работу?
- Да.
- Спасибо, Катя. Иди.
Как только Эльвира открыла рот, чтобы пожаловаться на судьбу, зазвонил Никин мобильный.
- Госпожа Дорошина? – спросил знакомый мужской голос на другом конце провода.
- Да, это я.
- Вас беспокоит капитан Куравин. Сегодня утром Вы написали заявление, в котором говорится, что Вы уже как полмесяца не можете разыскать свою маму.
- Да, это так.
- У нас есть для Вас новости. Сможете заехать к нам в шесть часов?
- У меня тоже есть для вас кое-какие новости, - усмехнулась девушка, - Предлагаю встретиться на моей территории. В семь часов вечера в салоне красоты «Ника», что на улице Нижней. Вас всех встретит нынешняя владелица салона – госпожа Эльвира Золотарева.