Близкие отношения

Летним утром Елена Матвеевна выходит из дома, недовольная недавно увиденным зрелищем. Зрелище было представлено бледно-зеленушного цвета лицом, темными кругами под глазами, депрессивно обвисшими прядями тусклых волос – и все это в зеркале. Пытаясь исправить положение, Елена Матвеевна решила поярче накрасить губы. Тогда эти яркие губы будут отвлекать внимание от тусклых глаз . Еще больше Елену Матвеевну расстроил вид ее расчески. Можно подумать, расческа обросла своими собственными волосами. Волосы просто лезли из головы, чуть не клоками. Весенне-летний авитаминоз! Хоть приклеивай. «А может, лысею?!» - мелькнула жуткая мысль. Тут же нарисовалась картина счастливых подруг, коллег, ведь что такое женское счастье – лысые подруги. В таком неудовлетворенном собой состоянии Елена Матвеевна отправилась на работу. В метро, как всегда по утрам, было не просто много народу, а была жуткая давка. Народ толпился, не успевая погрузиться в вагоны приходящих и уходящих поездов. В вагоне все плотно прижаты. Ни взглянуть, не натолкнувшись на чей-то взгляд, ни дышать, не вдыхая чей-то острый (летом) аромат…Ужасно тесно толпа прижала Елену Матвеевну к какому-то немолодому полноватому мужчине. Он интенсивно потел, Елена Матвеевна чувствовала его выпирающий живот. «Дышать живот в живот - подумала Елена Матвеевна.- Быстрей бы моя остановка». И тут действительно остановка. Поезд резко встал в туннеле. Тишина.
Вадим Петрович в это утро опаздывал на работу и потому сильно нервничал. Нет, нервничал он в последнее время из-за другой пустяковины – из-за жены. Она что-то все чаще и чаще строила козьи рожи- то молчит-молчит, тишь да гладь. То придерется к мелочи и устроит та-а-кой скандал… Вадиму Петровичу было немного смешно. После пятнадцати лет совместной жизни жена вдруг начала его ревновать и как ревновать. Вбила себе в голову, что «он так и косится по сторонам в поисках юбки, к которой приклеится». Допытывается, кто же эта новенькая, что на работу к ним пришла, да куда он с друзьями на рыбалку ездит (все ей вдруг интересно стало), то запахи ей какие-то чудятся, женские парфюмерные, конечно. Раз ехал с соседкой в лифте. Она вниз, а ему вверх надо. По-джентельменски он проводил соседку до первого этажа. Соседка Нина, конечно, в свои пятьдесят с хвостиком еще хоть куда, но все-таки дальше легкого флирта Вадим Петровича зайти не решился бы. Тут лифт приезжает вниз, двери открываются, а там жена стоит. Как резанула подозрительным взглядом, как надулась, так потом три дня и ходила. Что не так? Как будто и вправду, виноват в чем, а ведь не докажешь. Жена упрямо подозревает его в изменах.
Все это заставляло Вадима Петровича нервничать, а его желудок - болеть и громко урчать, особенно на людях. Этого Вадим Петрович очень стеснялся, отчего еще больше нервничал и усиленно потел: боялся, что услышат. И начнут смеяться. Сегодня Вадим Петрович опаздывает и чтобы еще и в пробке не стоять, Вадим Петрович едет на метро. И сейчас, стоя в вагоне полном плотно сбившихся тел, прислушиваясь к песне своих внутренностей, он молился, чтобы быстрее поезд проехал, открылись двери и он вышел. Еще ему очень не хотелось, чтобы молодая девушка, так тесно прижатая к его телу, услышала бурчания. Быстрей бы приехать уже! Но тут поезд начал медленно сбавлять скорость и неожиданно резко встал. О, нет! – пронеслось в голове у Вадима Петровича.
Толпа пошатнулась, люди качнулись, Елену Матвеевну плотно припечатало губами к воротничку рубашки толстяка. И он не заметил. «Ой, нет! – испугалась Елена Матвеевна. А вдруг он сейчас заметит? Сказать или не сказать? Сказать «извините»? - ярко-розовый отпечаток в форме рта на белом полотне рубашке мужчины, казалось, дерзко вызывал Елену Матвеевну на отважный поступок. Но ей не хватало смелости признаться. Только представлялось брезгливо искривленное лицо человека: «Ездят тут, со своими губами.!» или «Держи свои губы подальше!». «Ничего, он сейчас выйдет, пиджак оденет – незаметно будет» - утешила она себя. Тут Елена Матвеевна увидела два своих длинных рыжих извивающихся волоса на пиджаке этого самого мужчины. Повертев головой, она заметила своих отпрысков еще на платье женщины, стоящей справа.
«Скоро уже приедем? – волновалась Елена Матвеевна. Что они там возятся, бездельники!»
Школьница, ученица десятого класса Таня Смакина ехала сегодня на диспансеризацию. Она вообще редко бывала в метро. До школы она шла пешком, до курсов ехала на автобусе. Сейчас она, прижатая к куче плотных жестких тел, обливалась холодным потом ужаса. Чья-то липкая рука нагло щипала ее за зад. Или не щипала, но как-то трогала. Хорошая девочка Таня боялась открыть рот и проорать грубое слово, ей оставалось только беспомощно вертеться, пытаясь освободиться от лапы. «Извращенец! – думала Таня и ей представлялся пожилой, мерзкий хмырь в серо-зеленом пальто и вспоминались наставления учительницы по ОБЖ: Надо громко сказать : «Убери руки, я сейчас буду громко кричать! Я позову милицию». Или закричать». Помнить-то все это Таня помнила, но ее как парализовало. «Быстрей бы поезд приехал. Выйду раньше. Больше в метро ездить не буду. Старый мерзкий извращенец!»
 У Виктора Валерьевича была жена, кое какая работа (не пробуждавшая, однако, в нем энтузиазма), и дочка семи лет. Приносило ли все это ему удовольствие? Вероятно. Но вкуса жизни он не чувствовал. И цвета не видел. Пока не попадал в метро, или в автобус, или не важно куда, но где была толчея, много народу. Виктору Валерьевичу доставляло удовольствие ощущать своим телом все изгибы и выступы чужого, неважно чьего – мужского или женского. Чем больше народу терлось вокруг, подпирало, пихало локтями, упиралось бюстом или задом, тем сильнее чувствовал Виктор Валерьевич блаженное единение с человеческой массой тел. Так что сейчас Виктор Валерьевич ни о чем не думал и ничего не делал. Он просто получал удовольствие. Его жена, кстати, едет в том же вагоне, но в другом его конце. Она отпросилась с работы чтобы, успеть к семейному психологу на прием. Ее мучают семейные проблемы, в частности странный с некоторых пор вялый настрой мужа и не менее странный энтузиазм в отношении поездок в общественном транспорте.
Старшеклассник Мишка Понюшкин ехал к другу, у которого был заготовлен косяк для него. Мишка еще ни разу еще не курил марихуану, но жаждал попробовать. Вообще, как он считал, пора начинать взрослую жизнь. Пока что, правда, втайне от родителей. В толпе в вагоне Мишка заприметил двух знакомых людей из школы. Внимание одного из них он старался не привлекать, в то время как внимание другого ему было нужно. Первой персоной была классная руководительница Б класса, училка по математике Валентина Викторовна. Для Мишки было шоком встретить ее в метро, по интересной привычке школьников, он где-то в глубине души, неосознанно предполагал, что учительницы ЖИВУТ в школах . Видеть ее сейчас было полной неожиданностью, но если ОНА его увидит, то потом может настучать его класснухе, с другой стороны, что она скажет? Что видела его в метро? Отмазка уже придумана - Мишка ехал довезти документы на подготовительные курсы. Второй персоной была Танька из того самого Б класса. Не то, чтобы она сильно ему нравилась. Просто она одним своим тормозным видом вызывала у него желание подшутить над ней, приколоться. И он прикалывался – дергал за косички, взрывал петарды у нее за спиной, задирал и без того короткие юбчонки, которые она все время носила, устраивал мнимые вызовы к директору. Танька стояла спереди, на расстоянии вытянутой руки и его, Мишку, она не видела. Он протянул руку, намереваясь ущипнуть ее за ляжку. Но тут поезд резко остановился, люди не удержались и навалились друг на друга. Мишке пришлось ухватиться за Танькину ягодицу. Придавленный чужими телами, Мишка не скоро смог освободить руку. Почти невинная шутка превратилась во что-то странное... Впоследствии Мишка так и не смог рассказать Таньке, что это был он…

Эпилог

Когда Вадим Петрович пришел домой, жена очень внимательно его оглядела, отпрянула, резко влепила пощечину и ушла из дома, и все это в полном молчании. Вадим Петрович сначала переживал, похудел даже, потом чуть-чуть успокоился. Через три месяца жена к нему вернулась, раскаялась, призналась, что у нее был любовник, но теперь все в прошлом. И опять они жили мирно и счастливо. И живот у Вадима Петровича больше не бурчал…
Елена Матвеевна теперь по утрам губы вообще не красит, купила витамины и абонемент в фитнесс - зал, а вино и домино бросила, и ходит к косметологам, а не в кино.
Танька через полгода стала моделью, через полтора купила машину и больше в метро не ездила.
Мишка учится в университете, живет в общежитии активной половой жизнью. Через четыре года он снова встретит Таньку на выставке в EXPO центре, и через год станет ее законным мужем.
А Виктор Валерьевич так и ездит в метро.