Агент Федерации

 ФайАри-Джи
 Агент Федерации
 (первый рассказ из серии, написанной по мотивам замечательной игры "X-Tension")


Калейдоскоп красок, заливавший все иллюминаторы, наконец, исчез. Я очутился в бескрайнем черном космосе, недалеко от Врат. После приглушенных зеленоватых тонов гиперпространственного туннеля, яркий свет одной из двух звезд этой системы немилосердно жег мне глаза. Кажется, уже столько времени прошло с тех, пор как я очутился в этом мире жестоких и таких близких звезд, что можно было бы уже у ним и привыкнуть. Но не получается...
 
Я поспешил спрятаться от этого яркого света за раскрывшейся картой сектора. Как и предполагалось, меня занесло в уголок космоса, принадлежащий Империи Паранид, в сектор Жалость Жреца. Сюда мне, впрочем, и надо было попасть. Быстренько пробежав глазами по знакомому списку станций в секторе, я кликнул на интересовавший меня Завод сои. Просматривая открывшуюся глазам информацию о станции, с удовольствием отметил, что на ней все еще катастрофически не хватало Специй Стотт. Я удовлетворенно потер руки: похоже, что не зря пер эти вонючие специи из забитого ими до отказа завода, находящейся аж в четырех секторах севернее, в Облаках Атреуса. Здесь наклевывалась очень выгодная сделка. Этот Завод сои с руками оторвет весь привезенный мною товар, а на мой счет перекочуют новые тысячи кредитов. Красота... Разумеется, для меня гораздо выгоднее было бы продать где-нибудь товар этого завода — соевую шелуху. По-максимуму она бы стоила раза в три дороже специй, но, как известно, дареному коню в зубы не смотрят, а специи я нашел как раз почти что за даром. Да и потом, не зря же я угробил уйму кредиток на расширение трюма и улучшение двигателя собственного Аргонского Носильщика. Так что теперь можно особо не брезговать при выборе товаров и неплохо подзаработать даже на самых дешевеньких батарейках. Да и потом, подзаправиться шелухой я всегда сумею. Хотя бы и на этом самом заводе, который я сейчас и избрал своей целью.

Настроение у меня в связи с последними мыслями стало просто замечательным. Из головы до лучших времен выветрились воспоминания о пиратах, от которых я чудом спасся в предыдущем секторе, и я прибавил скорости. Мое тело с трехкратной перегрузкой вдавило в кресло, но уже через минуту я смог с удовольствием откинуться на спинку пилотского кресла, наслаждаясь полетом.

Я лениво следил за приближающимися станциями, которые без должной сноровки вполне можно было бы и не заметить на фоне бескрайности космического пространства. Среди них были и энергетические станции, и рудные шахты, и военные заводы, и вполне мирные фабрики. По крайней мере, они оставались мирными, пока в секторе не появятся вездесущие конкуренты. Тогда уж дело может дойти и до серьезных разборок между фабриками. В погоне за прибылью, победой и господством на рынке противоборствующие стороны мало перед чем останавливаются. А что еще делать? Ведь хорошо жить всем хочется, да и кредитки, как известно, не пахнут. Так что видимое спокойствие и умиротворенность, царившие вокруг, были обманчивыми.

Сбоку маячила красивая туманность. Помню, как в первые годы моей вынужденной ссылки, я мог бесконечно долго наблюдать за красочными туманностями этого участка космоса. Тогда мне казалось, что отсутствие таких красот возле Матушки Земли, в Солнечной системе, было огромнейшим недочетом со стороны Создателя по отношению к землянам. Но, как известно, все, даже истребление кровожадных ксенонов, может со временем надоесть. И теперь я совершенно спокойно относился к таким красотам, как туманности или межсистемные прыжки.

Мой взгляд все чаще останавливался на мониторе, показывающем местонахождение всех кораблей и станций в секторе. Невозможно было уследить за всеми этими Прометеями, Пегасами, Посейдонами, Ганимедами и еще множеством кораблей, не принадлежащих к верфям Империи Паранид. Каждый из них был занят своими делами и не обращал на меня никакого внимания. Кроме патрульных Пегасов, усердно выполняющих свой долг. Со времени моего входа в систему они сканировали мой корабль на предмет наличие контрабанды уже раз пять, но всякий раз улетали ни с чем. Это не могло меня не радовать.

Слушая умиротворяющую музыку, я постепенно приближался к заводу. Вдруг мой взгляд привлек к себе одинокий Сплитский Мул, который неторопливо двигался очень подозрительным курсом: как раз к выбранному мною соевому заводу. Кликнув в компьютере иконку этого грузовика, я поспешил дать команду "сканировать выбранный объект". Бортовой компьютер выдал информацию, и я непроизвольно выругался: трюм Мула был также как и мой забит Специями Стотт — это во-первых; а во-вторых: сплит был раза в два ближе к цели нашего полета, чем я. Намеренья торговца не оставляли ни каких сомнений. Меня охватило отчаяние: я совсем не был рад возможности потерять такую выгодную сделку. Потом в моем мозгу вскипела злость, а это гораздо полезнее первого в подобных ситуациях.

— Ладненько, сплитеныш, попробуй, уведи у меня денежки! — прошипел я и до отказа дернул рычаг форсажа.

Мой Носильщик рванул вперед с бешеной скоростью. За несколько секунд он сократил отставание от мула примерно на треть. У меня не было на борту пушек, потому не могло быть и речи о том, чтобы просто-напросто сбить его, так что оставалась возможность только прибыть раньше оппонента. Спустя секунду сработала блокировка, и форсаж выключился. Я проклял этот дурацкий механизм и его создателя, в душе понимая, что блокировка – единственное, что предохраняет мой корабль от взрыва двигателя. Затем сверил наши со сплитом скорости и с удовольствием отметил, что иду немного быстрее, но это еще не давало мне гарантий того, что я выиграю эту гонку. Тем более что сплит меня тоже засек.

— Эй ты, проваливай отсюда, а то я тебе башку оторву! Я первый должен продать товар, потому что я первый сюда прилетел, понял?! — злобно скалился на меня с монитора сплитский пилот.

— А я первый подумал, чтобы сюда прилететь, — кое-как парировал я и оборвал связь, крепче вцепившись в штурвал.

Я медленно, но верно догонял сплита. Его корабль продолжал все увеличиваться в размерах перед моими глазами, но станция приближалась еще быстрее, и это очень тревожило меня. Никто из нас не совершал никаких маневров, мы просто летели на максимальных скоростях к цели. Я уже отыграл вторую треть отставания от сплита, но до станции оставалось всего ничего. От напряжения на лбу у меня выступил пот. Еще пару минут — и я сократил еще одну шестую начального расстояния. Но тут я увидел зеленые огни, показывающие на док для стыковки завода — значит, сплит уже запросил разрешение на посадку. Автоматически пощелкав по коммуникатору, я тоже получил разрешение у компьютерного диспетчера станции, видимо компьютерами этой модели не было предусмотрено понятие "очередь", потому что он ни словом не обмолвился о заходящем в док Сплитском муле. Тем лучше... Сплит уже начал по дуге заворачивать в раскрывшуюся пасть ангара, и я понял, что не догоню его. Он заходил по самой оптимальной траектории с минимальной потерей времени. Я вновь выругался и, не думая ни секунды, дернул форсаж. Корабль заревел и рванул вперед. Спустя мгновение я оказался внутри ревущего, как раненый лев, корабля между открытым доком и залетающим в него сплитом. Я заметил удивленную физиономию сплитского пилота в иллюминаторе его корабля. Подмигнув ему, изо всех сил рванул штурвал, пытаясь развернуться. До сих пор любопытно, как я не выворотил его из приборной панели. А затем я дал газу...




Я с треском вдавил в панель кнопку "продано" и на мой счет потекли кредитки, а из трюма начал выгружаться груз. Люблю автоматические станции: слишком мало людей, чтобы придираться к таким мелочам, как, очередность посадки на станцию, и это радует. Я прикинул в уме мою выручку: по расчетам получилось около 57000 кредиток. Не плохо, даже очень неплохо, для одного полета. Я вылез из корабля и уже собирался идти снять себе каюту, как увидел сплита, который ругался на чем свет стоит, бегая возле опаленного носа своего корабля. Но он ничего не мог поделать, ведь это бизнес с его жесткими законами, где нет места таким мелочам, как справедливость. Потому все слова сплита были лишь бесполезным колебанием воздуха.

Вообще-то я не люблю сплитов. Я всегда считал их жестокими и тупыми фанатиками. Как поговаривает один мой приятель: "Если хочешь, чтобы сплит тебя зауважал — снеси ему башку". Чтобы понять сплитов, можно хотя бы посмотреть, на чем они летают:
Когда-то прямо в открытом космосе летали миллионы живых существ — космомухи. Они были абсолютно безобидны и, даже, служили санитарами космоса. Пролетающие мимо них пилоты не могли оторвать восхищенных глаз. Но в один ужасный день сплиты вырвались из объятий своей родной планеты в открытый космос. Встретив космомух, они не придумали ничего лучше, чем использовать беззащитных существ в двигателях всех своих кораблей. И теперь в космосе почти не осталось этих удивительных созданий. За одно это сплиты мне противны, ну и потом, на мой вкус, они чисто внешне какие-то уродцы в дурацких намордниках с шипами. Возможно, это предвзято, но тем не менее. И теперь в превосходном настроении, насвистывая, я пошел по коридору из ангара.

Я лежал на койке и смотрел в потолок, отдыхая после нелегкого полета, когда в каюту вошел мой старый знакомый Бен Данна, аргонеанец, из какой-то секретной службы Аргонской Федерации. Раз он пришел — значит по делу, и не просто по делу, а по делу Федерации, а это уже как минимум любопытно.
— Приветствую, у нас к тебе дело, — без предисловия начал он.
— Не сомневаюсь, выкладывай, — сказал я, поднимаясь с кровати.
— Нам нужен ты и твоя посудина для одной простой, но несколько щекотливой миссии, в которой мы бы не хотели использовать своих людей...
— Правильно, про такие операции всегда удобнее писать в отчетах о дохлых наемниках, чем о дохлых агентах, понимаю... — шутливо вставил я.
— Я рад. Тебе надо всего-навсего слетать на пиратскую базу в этом секторе, а потом сесть на одной станции в соседнем секторе.
— И это все? С этим бы справились даже твои агенты.
— Если бы ты хоть раз удосужился заглянуть в нашу историю, то знал бы, что Параниды не самая дружественная нам раса. Они не будут в восторге, если мы начнем тут проявлять излишнюю активность.
— Понял, — удрученно отозвался я. — Что еще насчет миссии?
— На твой корабль будет погружен специальный дрон. Когда ты прилетишь на базу, купи немного космической травки, а робот тем временем возьмет пробы их товаров прямо со складов. Это не займет более пяти минут.
Я сделал вид, что обдумываю его предложение, а потом спросил:
— Разреши вопрос. Зачем вам это?
Бан помедлил, но потом произнес:
— Разведка сообщила, что на этой базе производится новый вид травки, который должен попасть к нам, в Федерацию. Этот наркотик якобы очень опасный. Мы должны проверить эту информацию.
— А почему бы вам просто не захватить какой-нибудь корабль с этой базы? — не унимался я.
— Э-э-э… это государственная тайна, и тебе ее знать не положено, — отвертелся Бан. — Лучше скажи, ты все понял, что от тебя требуется.
— Вполне, но учти, награда должна окупить мне целый трюм соевой шелухи проданной по максимальной цене.
— Не волнуйся, окупит. Ну что, ты берешься?
Берусь ли? Конечно берусь! Я знал, что возьмусь еще когда Бан Данна только вошел в каюту. Знаете ли, временами смертельно надоедает быть простым торгашом и хочется разнообразия. Потому я и ответил:
— Ну ладно, старый мошенник, умеешь ты уболтать человека. Но учти, это последний раз, когда я делаю тебе одолжение.
Тогда он покинул мою каюту и пошел раздавать приказы.



Я вновь сидел в своем пилотском кресле и бороздил космические просторы, летя к пиратской базе, которую мой новенький радар видел прямо по курсу. Надо отметить, что пираты — народ скрытный, и потому их базы очень трудно засечь. У них очень хорошие радары и они прослушивают абсолютно все переговоры в секторе. При первом же подозрении или чрезмерной активности военных кораблей в секторе их база, построенная из частей старых эсминцев, исчезает и появляется в совершенно другом месте сектора. По этой причине их так сложно уничтожить, но я пока, вроде как, и не собирался их уничтожать и мог беспрепятственно двигаться к базе под видом простого контрабандиста, летящего за товаром.

Я лениво слушал тихую музыку, изредка прерываемую сообщениями патрульных, типа "вы не везете никаких запрещенных товаров, можете продолжать свой путь", пока, наконец, не долетел до базы. Она сегодня находилась в северо-западной части сектора.

Меня долго сканировали у запертого дока, пока, наконец, не разрешили влететь. Медленно, под дулами стационарных пушек мой Носильщик дополз до ангарной платформы. Никто и в помине не вышел меня встречать, за бортом так и осталось безвоздушное пространство, единственное, что ознаменовало мое появление на базе, была загруженная в мой бортовой компьютер программа торговли с базой.

Уже прошло целых две минуты моего нахождения на станции, дрон работал во всю. Я же пытался выиграть время, усердно кося под дурочка, который впервые в жизни видит слова "купить" или "продать". Я очень не хотел, чтобы меня расщепили на атомы прямо здесь, в ангаре, потому уже к четвертой минуте я неожиданно прозрел и смог купить пять единиц космической травки. Еще чуть-чуть повозившись с открытием и закрытием трюма, я уложился как раз в пять минут. Когда дрон выдал мне информацию об окончании своей работы, я под радостное — для меня — молчание пушек вылетел со станции. Покинув станцию, я вытер выступивший на лбу пот и полетел от нее прочь. Лазерные башни, охраняющие базу снаружи, как и пушки внутри, молчаливо, но с какой-то зловещей угрозой провожали меня до самой границы действия их сенсоров. Только выйдя из этой зоны, я позволил себе немного расслабиться. Прошедший час был для меня весьма нервным. Все это время я чувствовал себя глупым котенком, решившим поиграть со здоровенным злым псом. Теперь оказавшись в относительной безопасности, я проложил путь для бортового компьютера и с облегчением откинулся на спинку кресла. Пока что, в целом, мне это задание нравилось, как-никак без особых трудов я летел навстречу своей награде. Я уже начал подумывать о том, как потрачу эти деньги. Прикинул, что неплохо было бы купить себе Пегас — легкий Паранидский истребитель. Я слышал, что двигатель этого корабля обладает огромной потенциальной мощностью. Если правильно его улучшить, то можно заставить его летать с невероятной скоростью, превышающей максимальную скорость моего Носильщика в десяток раз. С такой скоростью можно пролетать целые сектора за несколько десятков секунд. Подумать только...

Но меня не самым приятным образом вернул из мира грез короткий писк компьютера. С мониторчика, нацепив весьма серьезный вид, смотрел капитан Паранидского патрульного корабля.
— Вы везете в своем трюме контрабандные товары, выбросите их за борт или мы откроем огонь, — коротко, но весьма доходчиво произнес капитан.

Пока он дожидался ответа, я в панике рыскал в карманах, пытаясь найти маленький тонкий предмет. Достав его, я моментально всунул его в разъем компьютера и с дрожью в коленках стал дожидаться результата. Компьютер щелкнул, передав закодированный сигнал на паранидский корабль, и патруль, как ни в чем не бывало, поспешил продолжить свой путь. "Лопух, — корил я себя, — как я мог забыть о диске, который дал мне Бен в качестве "отмазки" от патрулей. Говорил он тогда, чтобы вставил его с начала полета, а я как последний дурак чуть на этом не засыпался. Ведь патрульные в самом деле открыли бы огонь на поражение, если бы не этот код на диске. Надеюсь, пираты ничего не слышали о множественном числе контрабандных товаров, а то мне, в самом деле, конец". Я с волнением вгляделся в монитор: вроде как никакого движения не заметно возле Пиратской базы. Пронесло!..

Я обрадовался и напомнил себе о том, как опасно разгильдяйство в этой, так мало похожей на родной мир Земли, части космоса. Ведь если бы не моя находчивость и собранность в критические моменты, меня бы уже давно не было бы среди этих звезд.

Мне часто снится по ночам Земля и мой дом на зеленой лужайке; картины из детства; тот проклятый эксперимент по изучению подпространственных прыжков; последние секунды отсчета диспетчера и, наконец, сам роковой прыжок. Потом меня выбросило на моем маленьком кораблике из родной Солнечной системы сюда, прямо под летящий Теладианский эсминец. Капитан эсминца — какой-то жабенок в костюме — первым давал мне, одинокому потерявшемуся пилоту, советы по выживанию в этой вселенной, типа: "просто покупай все, что можешь дешевле, а продавай, где можешь дороже, вот и все, удачи". Этим и ограничилась вся их помощь. А я остался один на один с целым миром. Потом были мои первые неуверенные шаги, когда я только начинал прокладывать новые торговые пути, знакомиться с другими расами. Потом была война с ксенонами, в которой, как бы это нескромно не звучало, и я сыграл не последнюю роль. Картины той войны навсегда останутся в памяти. После нее меня называли Героем, с большой буквы, даже сектор нарекли моим именем, правда, пиратский сектор... Все это время мною двигало одно желание — вернуться домой. Именно поэтому я сдал свой корабль-прототип на опыты и поселился в одном из аргонских секторов в надежде, что умные головы смогут вернуть меня на Землю. Со временем, как и все в этом мире, моя слава ушла в прошлое, и я, покинутый своей надеждой, взяв маленький кораблик и немного кредитов, начал во второй раз с нуля восстанавливать свое имя. И я прорвался. Черт побери, прорвался! Чтобы вот так, как сейчас, по-идиотски, чуть не сгинуть по собственной глупости. Да лучше бы я...

Мое восторженное чтение самому себе морали, чуть не послужило причиной моего конца. Благо, что в свое время я не поленился увешать всю кабину мощными динамиками и научить компьютер отличать врагов на расстоянии. При первых же звуках знакомой до дрожи "военной" мелодии, я забыл про всякую мораль и мертвой хваткой вцепился в штурвал, отводя его в сторону. Как выяснилось, только это и спасло меня от гибели. Ведь спустя мгновение за стеклом над моей головой пронеслась стена огня, которая по задумке ее отправителей должна была стать моим похоронным салютом. После одного единственного взгляда на монитор, я понял все. Значит, не пронесло! Все-таки услышали, гады! Такие мысли заполнили мою голову, когда я увидел трех Баямонов и двух Ориноко, которые благополучно уселись мне на хвост.
— Суши весла, подлый диверсант! — кричала уродливая физиономия на мониторе. — У тебя есть пять секунд, чтобы твоя лоханка остановилась, и тогда твоя смерть будет легкой.
— Да вы что, парни, — начал я, лихорадочно пытаясь найти выход, — я просто мирный торговец...
— Создателю это расскажешь... через две секунды! — перебил меня пират.
— Вы что?! С ума сошли... — я не на шутку обеспокоился, — из-за пары унций травки...
— Какой еще травки?! — удивился пират, но твердо добавил. — Все, диверсант, время истекло. Мочи его, парни!!!

Очередной залп полетел в мою сторону, но я был готов к этому, увернулся и рванул вперед. Безумно маневрируя в отчаянной попытке стать хотя бы движущейся мишенью, я потратил пару мгновений, чтобы понять, где я нахожусь. Потом, послав всех пиратов, их родственников и даже домашних животных к чертям, я направился к Паранидскому торговому доку — самой близкой от меня станции.

К счастью, атаковавшие меня пираты, не были большими знатоками тактических маневров в космическом бою. Им никак не удавалось построиться для стрельбы по мне мощными залпами, но и одиночные попадания, с которыми мой щит еще мог справиться, были весьма неприятными. Пару раз защитное поле даже сокрощалось до критических 10 %. Но я держался! Мой корабль буквально пылал от пиратского огня, но верно приближался к станции. Сотрясаемый пиратскими удачами, выполняя немыслимые маневры, я все же ухитрился связаться со станцией и запросить разрешение на посадку. На идиотский, по моему мнению, вопрос компьютера:
— Нужна ли вам помощь?
Я не сдержался и, чуть не надорвавшись, крикнул роботу-диспетчеру:
— Да, черт возьми, дурья твоя башка! Спасай меня быстрее, а не то я твои платы даже с того света пожгу, понял?!

Робот понял, и уже через полминуты док покинул первый Прометей, который не преминул сразу же включиться в бой. На противоходе он двумя залпами взорвал один из Баямонов, заставив остальных притормозить. За Прометеем последовали еще несколько кораблей. Они совместными силами отвлекли пиратов на себя, а я смог с горем пополам влететь в док. Влетая на станцию, я был ужасно зол. Но меня согревала мысль, о том, что как раз на этой станции несколько месяцев назад я приберег для пиратов один хорошенький подарочек...



Я, сломя голову, бежал по коридору к дальнему ангару. Выла сирена, горели красные огни, всюду бегали взволнованные параниды. Я бежал, не обращая на все это внимание. Даже мысли не возникло о том, что можно было спокойно отсидеться на станции, пока все не утрясется. И еще я понимал, что пираты скорее взорвут всю станцию, чем отступят. И чем я их так разозлил? Не пробами же товаров?!

Вбежав в один из ангаров, я предстал перед голубым уплощенным корпусом моего собственного Прометея. Это была моя, так сказать, "подарочная машина". Когда мне надоедала жизнь простого торговца или я уставал от постоянных пиратских наездов, я садился за потертый штурвал этого корабля и раздавал энергетические подарочки недругам, которых во все времена было немного больше, чем хотелось бы. На борту красовалась гордое имя корабля "EGOSOFT" . Я не могу точно сказать, почему назвал свой корабль таким именем, но я был уверен, что в боях это имя приносит удачу. Временами мне просто феноменально везло на этом корабле, но везет, как известно сильнейшим, и это меня радовало.

Когда я садился в корабль, мой боевой дух был на самом высоком уровне. Скрежеща зубами от нетерпения, с горящими глазами включил двигатель и, следуя зеленым огням, вылетел в космос...




Повидав на своем веку немало мест, похожих на Ад, я был достаточно опытен, чтобы признать им открывшуюся моим глазам картину. Передо мной, за мной, вообще со всех сторон мелькали ослепительно яркие красные, синие и зеленые огни, освещая все вокруг себя. Если бы за бортом был воздух, то он бы точно разорвался от многочисленных взрывов. Здесь шла настоящая война. Не представлялось возможным подсчитать количество сил на обеих воюющих сторонах. Это был просто хаос. Многочисленные корабли вылетали из доков, стреляли, и взрывались, а на их смену вылетали все новые и новые и так без конца.

Я еще не успел остыть и потому, не медля ни секунды, присоединился к Паранидскому флоту. Я заметил, что в битву уже включились корабли как минимум трех Паранидских станций против охраны одной Пиратской базы, но пираты всегда славились многочисленностью охранных кораблей на своих станциях, потому на победу было рассчитывать еще рановато. Чем больше кораблей включалось в битву, тем ожесточеннее она становилась.
 
Я сразу же сел на хвост первому попавшемуся Ориноко и, не теряя ни секунды, открыл огонь. Две мои плазменные пушки выпустили смертельные языки убийственно энергии. Три секунды — и Ориноко взорвался, разлетевшись на мелкие осколки. А я уже выбрал новую жертву и шел с ней на сближение. Это был Баямон, который летел мне на встречу, стреляя из всех своих четырех орудий. Я, не обращая внимания на его выстрелы, с хладнокровием убийцы неторопливо прицеливался прямо в пилота. Я уже готов был нажать на спуск, но услышал сообщение компьютера о приближающейся сзади ракете. Молниеносный взгляд на монитор, рывок вверх — и Баямон взорвался, получив ракету от одного из своих соратников. Я вошел во вкус. Выбрав среди врагов одного из тех пиратов, кто первыми на меня напали, я пошел к нему. У него оставалась только половина щита, и пират попытался скрыться от меня за одной из паранидских станций. Но не тут то было!
— Суши весла, пижон! — прокричал я и выпустил световую очередь во врага. Затем пошла еще одна, и еще, и еще. Мой палец уже не отпускал спусковой крючок. И чем больше я стрелял, тем больше терял над собой контроль. Мои глаза заслала кровавая пелена, а руки управляли кораблем сами собой. Я превратился в военную машину, не знающую пощады. Я помню только то, как взрывались мои враги. С завидным постоянством их одного за другим поглощал огонь. Одного за другим...

Я пришел в себя только когда оказался в некотором отдалении от центра битвы, нещадно поливая огнем очередного Ориноко. Еще оставался один залп, и корабль разлетелся бы на мелкие кусочки, но я помедлил. Я выждал, пока пиратский щит немного восстановится, и дал залп так, чтобы у пирата снесло всю защиту, но не убило его. Спустя мгновение он сделал то, чего я и добивался — пират, немного подумав, катапультировался, оставив свой корабль полностью под моим контролем. Я был рад этому, ведь мне сейчас на халяву свалилось как минимум десять тысяч, и потом не маньяк же я, в самом деле.
— Молодец! А теперь давай проваливай отсюда! — крикнул я ему в коммуникатор.

Оставив без внимания нелицеприятный ответный жест пирата, я занялся трофеем. Я выкинул кораблю щит из своего трюма, ведь его собственный восстановлению не подлежал. Я уже собирался дать ему команду спрятаться на какой-нибудь станции, но почему-то передумал и оставил его возле себя, дав команду охранять своего хозяина.

Теперь я уставился на радар. Битва еще не собиралась оканчиваться, и если бы не новые персонажи на этой сцене, я бы вновь с головой окунулся в нее. Однако я заметил звено Аргонских Элит, влетевших в западные врата. Оно, не обращая внимания на битву, летело прямиком к базе пиратов.
— Здорово! Мы летим взрывать базу. Присоединяйся! — увидел я гуманоидную голову аргонского капитана, обращающуюся ко мне, с монитора.
— Она же исчезнет, — в некоторой растерянности ответил я.
— Черта с два она исчезнет! Тебе спасибо! — сказал капитан и отсоединился.
— Да за что спасибо-то?! — не надеясь на ответ, прокричал я.

Заинтригованный, я пристроил свой Прометей вместе с Ориноко к правому крылу звена и полетел с ними. Битва оставалась справа от нас, а мы неслись к пиратской базе, которая мало того, что и не собиралась исчезать, так она еще и угрожающе смотрела на нас тремя лазерными башнями. Лазерная башня — страшное и мощное охранное оружие. От первого же их залпа наш ведущий погиб. Но оставшиеся в живых не дрогнули и хладнокровно перешли атаку. Мы разделились на три отряда – каждому по башне. В сражении с ними нет никакой сложной тактики: все сводится к простому петлянию перед башней и поливанию ее огнем, когда представляется такая возможность. Главное — не оставаться на одном курсе более трех секунд, а то башня своего не упустит. И я петлял, как только мог. На моем борту было всего пятнадцать Шершней — самых мощных ракет, что только можно купить — и потому я их старался экономить. Прошла уже минута ожесточенной схватки. Две Элиты из моей группы составили компанию своему ведущему, но я еще летал, и мало того мой Ориноко тоже не был сбит. Но тут я допустил ошибку. Я попытался приблизится к башне для убойного залпа, но не рассчитал время — и я уже не успевал вырваться из перекрестья ее пушек. У меня не осталось времени ни чтобы помолиться, ни чтобы подумать о правильности прожитых мною лет, только мои пальцы сами собой успели пробежаться по коммуникатору и дернуть штурвал. Спустя мгновение огненный луч пламени ослепил меня, произошел беззвучный взрыв и...

И мой Ориноко, прикрыв хозяина, навсегда исчез в пламени огня. Но я остался жив. И я воспользовался удачным моментом по полной программе. Заходя в тыл башни, я успел взглянуть на обломки Ориноко и подумать: "Как пришло — так и ушло". Я завис позади нее на мгновение, а в следующий миг пять Шершней уже полетели к ней на свидание. Первые четыре ракеты с зеленой вспышкой растворились в щите башни, но пятая, долетев до ее корпуса, огненной стрелой вонзилась в башню и взорвала ее.

Я развернул корабль, чтобы не ослепнуть очередной раз за день и оценить ситуацию. Элиты уже добивали последнюю башню без моей помощи. Мы вновь построились в боевой порядок и, стараясь не думать о павших товарищах, понеслись на базу, возле которой уже построилась шеренга Оринок — последний оплот базы. Ориноки — не самые мобильные корабли. Поэтому мы просто проскочили мимо их рядов, не вступая с ними в бой. Пока они разворачивались, мы успели обрушить ракетно-огненный дождь на серый шар базы и ушли на второй заход. Сделав разворот, мы вновь оказались перед шеренгой защитников, вновь закрывших собою базу. Они были серьезно настроены стоять до последнего. Ракет у всех нас осталось очень мало, и мы не могли позволить себе отвлекаться на корабли защиты, давая этим самым базе шанс восстановить щиты после первого захода. Мы просто летели вперед, прорываясь через сплошную стену огня к базе, готовя смертоносные ракеты. Так погибли два Аргонских корабля под нещадным огнем Оринок. Но первые Элиты уже выпустили ракеты, и их ничто не могло остановить. Я шел последним и понимал, что мои ракеты станут решающими. На мгновение я представил себе тех пиратов, что как кильки в консервной банке ждали на базе своего последнего часа. Моя рука чуть дрогнула, но я постарался представить себе и те невинные жертвы, которые погибли под пиратскими лазерами или от отравления их наркотиками, и это предало мне уверенности. "И потом, — проносилось в моей голове, — они сами выбрали свой путь, могли бы заняться чем-нибудь другим, а не пиратствовать. В конце концов, здесь идут звездные войны, черт подери, а не вечеринка у приятелей". Я рукой, мгновенно вернувшей себе твердость и решительность, выпустил целым залпом все оставшиеся в трюме пять ракет и включил форсаж...



База взорвалась, уничтожив все возле себя, но это было уже достаточно далеко за нашими кормами и нам ничего не угрожало. Ее пламя пожрало и корабли защиты, и останки Элит из нашего звена. Нас осталось всего пять кораблей — меньше трети звена, но мы предрешили исход этой маленькой войны, зачинщиком которой, похоже, пришлось стать мне. После такого фейерверка судьба оставшихся пиратов в секторе не вызывала сомнений. Но в этом я уже мог не участвовать. Заложив руки за голову я вновь с былым восхищением смотрел на красочную туманность.
— Спасибо тебе за помощь! — сказал с монитора лейтенант Гант Раннал, теперь ставший ведущим. — Без твоей помощи с базой не было бы покончено. Мы уже давно были обеспокоены их налетами на наши корабли.
— Всегда, пожалуйста, — сказал я, и, наконец, задал интересующий меня вопрос, — только хотелось бы знать, что такое выдающееся я совершил.
— Да брось ты притворятся! — не поверив в мою искренность, ответил Гант — ты еще скажи, что не собирался забрасывать пиратам на базу наш аппарат, глушащий им их маскировочную аппаратуру.

Он весело засмеялся, а мне пришлось задуматься. Только теперь до меня начал доходить истинный смысл моей аргонской миссии в этом паранидском секторе. Аргонцы не могли в открытую воевать в этом секторе и с моей помощью развязали здесь маленькую войну, чтобы уничтожить эту базу под предлогом военной помощи Паранидам. Они меня просто использовали! Но я не держал на них зла. Меня полностью умиротворил взгляд на весело растущий денежный счет и показатель "Герой" в Аргонском рейтинге уважения.
— Ну и черт с ними, с этими интриганами, лишь бы платили хорошо, — сказал я, с удовольствием развалившись в кресле…


Сентябрь 2003