Раздвоение личности новеллы

               
Раздвоение  личности

                (то, чего не может быть…)

Всё Николая конкретно достало! Свой паспорт он уронил в компот, любимая собака издохла прямо у него на руках, тяжело испустив свой последний собачий дух. С утра, чуть свет позвонил друг «Передоз» и сказал, что ему опять с перебору неважно, хуже, чем даже собаке, и что он скоро, наверное, тоже отдаст богу душу.
А неделю назад Николай на машине дал в такую хорошую ямину, да так хорошо, что даже мотор заглох, и в салоне зеркальце отвалилось, а противосолнечные козырьки от удара накренились вниз. Теперь, как только машина заводится, начинает сразу чихать и дёргаться, потом глохнет, потом снова заводится, и всё повторяется. Машину Николай ремонтировал тщетно, он всё на ней поменял, всё, что можно,  карбюратор, трамблёр и бензонасос, и даже прокладку между рулём и сиденьем, но дефект так и остался, а мастера в автосервисе только и делали, как разводили руками. Сосед сверху залил водой, нужно было делать ремонт квартиры, который так затянулся, в придачу ко всему уже приклеенные потолочные плитки стали  трещать и отваливаться, сосед деньги на ремонт отдавать не спешил. А тут ещё пришли электрики и что-то там поменяли в электрощите, что был за стенкой,  и это что-то  с вечера и до утра теперь  сильно гудело, выло и завывало, издавая ужасный вой и прочую какофонию так, что Николаю не удавалось ночью уснуть.
Он много раз звонил в домоуправление, но его каждый раз посылали всё дальше и дальше, после послали так далеко, откуда не возвращаются. Его терпение лопнуло,  он полез в тот самый электрощит и стал там по очереди отключать палкой все выключатели, на какой-то из них заискрило и во всём доме погас свет. Наступила мёртвая, но такая долгожданная  тишина, и Николай с женой хоть немножечко выспались. А утром снова приехали злые электрики и опять «врубили» всю эту «гудёжку». Последней каплей было то, что его компьютер схватил какой-то изысканный вирус, который забил в компьютере всё, что  можно было забить. Тут жара и духота, ещё это паспорт в компоте, без которого нельзя  получить деньги в сберкассе, которые были очень нужны.

- Да будь оно всё неладно…! - плюнул в сердцах Николай.

После многочисленных и безнадёжных попыток избавиться от изгоя вируса, Николай выключил компьютер, и, откинувшись на спинку кресла, тихо сказал сам себе:
- «Колян, спокойней нужно жить, спокойней, а то будет инфаркт…» - делал ударение он в слове спокойней на последний слог, в частности на букву «е».
А потом, от безысходности  закрыв руками лицо, старательно затянул: - «Неприятность эту мы переживём…» - повторял он фразу шесть раз на мотив песни, «а любовь девичья, не проходит, нет». После, ещё немного погоревав, вечером твёрдо решил  «нажраться» до полной потери памяти, до самой отключки и полного изумления организма, мол, да гори всё синим огнём и розовым пламенем!
В душе послав всех подальше, он взял супругу, и они  потихоньку поехали на своей «инвалидной» машине купаться (быстро она теперь просто не ездила). Жена осталась в машине читать книгу, "Рассказы чекиста", а неудачный пошел слегка охладиться.

Николай нырнул в воду и плыл, наслаждаясь прохладой. Он немного проплыл брасом, потом перевернулся на спину, и стал лежать и лежать на спине, жмурясь от удовольствия, пытаясь отвлечься от надоевшего и происходящего. Но за мыслями не заметил, как его голова, прямо на выдохе ушла под воду. Хватив ртом и носом грязной противной воды, он сильно закашлялся, и устремился обратно к счастливому берегу, где и выполз крокодилом на сушу. На берегу, продолжая откашливаться, он переоделся, и уже было пошел к машине, как его кто-то  окликнул…


Он обернулся, и здесь произошло, это самое - раздвоение  личности, что было  наподобие «глюка» в компьютере.
Теперь он - уже Николай первый, обернулся на зов, а в этот момент, его, как бы клонированный двойник, Николай второй, от него отделился и пошел дальше к машине, чего Николай первый сразу как-то и не заметил.  А когда понял,  что зовут не его, тоже поплёлся  к  машине.
Но то, что он дальше увидел, не лезло ни в какие рамки приличия. Он четко видел со стороны, как сам сел в свою собственную машину, стоящую на обочине вместе с его  женой, завёл мотор  и тихонько поехал…
Какое-то время Николай первый стоял в огромном недоумении, совсем ничего не понимая. Он был здесь, на газоне с ключами от машины, с сотовым телефоном, с документами, и провожал взглядом своего, невесть откуда взявшегося  двойника, который приспокойненько уезжал на его собственном автомобиле с его собственной женой всё дальше по улице, и по жизни.
- «Вроде и пива ещё не пил…?» - думал Николай первый, провожая взглядом,  автомобиль вмести с супругой, с недоумением глядя на ключи от замка зажигания, которые остались в руках, - «Дьяволиада какая-то, черт побери?!» - выругался Николай первый, и, оставшись не у дел на газоне,  стал набирать по сотовому 112.

- Алло, милиция! У меня только что угнали машину вместе с женой! Номер такой-то «Газель» синего цвета с багажником наверху и двумя газовыми баллонами, движется неуверенно в сторону перекрёстка улицы Свободы и Лодочной к Восточному мосту. Сказав это, он тихо без всякой надежды побрёл в том направлении, которое и указал. Он шел, ничего просто не понимая…

На этот раз милиция была расторопной. На перекрёстке как раз был тот самый передвижной пост ГИБ2Д, который и не то, чтобы машину там задержал – или, скажем, остановил, если сказать точнее, она сама заглохла  как раз напротив милицейского патруля как-то совсем невпопад. Сержанту милиции только лишь  и осталось, как подойти, и, козырнув потребовать у водителя документы.

- Ваша машина? - строго спросил водителя милиционер, внимательно разглядывая документы, которые не вызвали совершенно никаких подозрений. Посмотрев документы, сержант  замялся, очевидно, не зная, что ему  делать. Водитель и документы были в полном порядке, машина была собственная.
- «Может, кто пошутил?» - подумал сержант. Но тут к ним подбежал Николай первый, который стал говорить, что его машину угнали, и протянул сержанту свои документы. Те к большему удивлению сержанта, тоже были в полном порядке, таким образом, два комплекта документов оказались на одну и ту же машину.
- «Ну и ну!» - присвистнул сержант, снимая фуражку.
Перед ним стояли два совершенно одинаковых человека с совершенно одинаковыми документами. Они были абсолютной копией! Такого сержант ещё в жизни не видывал и не встречал…
- Придётся вам всем того, этого, в отделение по этому случаю, за мной бы проехать -  забрав документы у всех, сержант с кавалькадой отправились за патрульной машиной в милицию.

В милиции было тихо и очень спокойно, жизнь отделения шла своим чередом. Сержант и два Николая отправились в «дежурную часть», где сидел хмурый капитан.

- Слушай, тут одна машина, вроде бы как в угоне, а хозяев у неё двое и один говорит, что её у него угнали, а документы у них в полном «поряде», и мужики оба, как две капли воды.
- Разззззберёмя! – сказал ему капитан. Он внимательно посмотрел на документы, на мужиков, сверил их фотографии, и, подумав, что они, наверное, братья-близнецы, стал «прокачивать»  это дело.
- Таких нет, есть только один - сухо ответили ему в телефонную трубку из базы зонального центра.
- Во, дела! - удивился дежурный, и пошел в отдел экспертизы, благо тот был совсем рядом.
- Документы подлинные и настоящие, и права, и техпаспорта - сухо ответили в экспертизе.
Что теперь делать, дежурный не знал, но почуял каким-то шестым чувством, что это не совсем по милицейской части, ибо такого не может быть, как и того, чего не может быть - никогда! Постояв и ещё немного подумав, дежурный стал склоняться в область астральной магии.
Ещё раз пораскинув мозгами, он для порядка составил протокол на временное изъятие у  обоих Николаев документов, и, взяв с них подписку о не выезде, отпустил последних домой с миром, предложив им прийти завтра, в чем те молча расписались и согласились.
Но только они вышли из кабинета, как в дверь тут же пулей влетела жена Николаев. У неё были  круглые и удивлённые глаза, как у насмерть перепуганной кошки. По её понятиям выходило, что у неё теперь стало -  два мужа…?
- Как мне теперь с ними быть-то, с двумя…? - сбиваясь,  переспрашивала она дежурного офицера.
- Как, как? Так… Завтра мы разберёмся. Если бы они вам, чем-то там угрожали, или  ещё чего? А так пока живите, что «ей» будет? Потом он поправился и уважительно произнёс… - Вам будет…? -  ещё раз извиняясь,  сочувственно и неопределённо пожал плечами дежурный, - вы сами сказать нам не можете, кто из них ваш муж?
- Нет! - твёрдо ответила женщина.
- Тогда какие могут быть претензии к нам, к милиции, если же вы их сами толком не можете различить?
- Так что, получается гражданка, на настоящий момент у вас два мужа… - серьёзно определился сотрудник милиции.
- Получается два… - с тихим ужасом в голосе заплакала женщина, - а как же мне… теперь, с ними с двумя… спать…? - снова пыталась она возразить.
- Не знаю - в ответ засиял капитан, - приходите к нам завтра, там разберёмся, основания для их задержания у нас пока нет - развёл руками сотрудник милиции.

Женщина нерешительно закрыла дверь кабинета, полностью погрузившись в интересные мысли. Она ужасно и просто панически боялась момента, думая как ей теперь быть, с двумя собственными мужьями…? Как быть, для неё была просто загадка.

Жара на улице не спадала, солнце светило и брызгало своим апельсиновым соком, а жизнь продолжала бить дальше ключом  в своём русле. Два Николая с женой шли домой, который находился  не так уж и далеко от милиции. Люся всё понимала, но поделать с собой ничего не могла. Она была умная женщина, поэтому всё решила воспринимать именно так, как есть. Она незаметно для себя быстренько с ними сдружилась, так как деваться ей было просто-напросто некуда. И как она  не пыталась межу мужьями найти хоть какую-то разницу, всё было напрасно. Оба Николая были как  две капли воды. А для Люси всё было очень серьёзно. Николаи между собой весело разговаривали, и каждый из них надеялся на то, что вместе  проблем  будет  меньше и, судя по всему, им обоим  так даже нравилось.

- А не махнуть ли нам холодненького пивка? - одновременно пришли Николаи к единому мнению подходя к дому,  потом они отправили Люсю разделывать селёдку, а сами пошли за пивом.
- Смотрите там у меня, много пива-то не берите! - по привычке погрозила она им (как когда-то ему). А они много его и не брали, решив, что ящика на двоих будет вполне достаточно, с чем довольные вскоре вернулись.
Николаи сидели за столом, весело шутили, болтали и пили пиво.  А Люсе пиво просто не лезло, она сидела и продолжала внимательно  вглядываться. И вот, в последний раз окинув их взглядом, она поняла, что это один и тот  человек, только их теперь  двое. И сотовый, у них звонил почему-то одновременно. Но как она не пыталась оттянуть то самое время, когда нужно было идти спать, оно коварное наступило.

Оба Николая легли на широкий диван, оставив посредине место для Люси. В электрощите по-прежнему что-то гудело, но Люсе сейчас было не до того. Она пошла в душ, а Николаи смеялись и шутили:
- Люсь, ну скоро ты там, а то мы по тебе все соскучились?! Из душа она зашла на кухню, не спеша убрала посуду, и, достав из лавочки кухонного уголка, когда-то  спрятанные двести грамм  водки для разных компрессов, разом махнула, потом неприятно поморщилась…
Из кухни Люся вышла в халате,  расстёгивая его на ходу, и едва успев выключить свет,  с возгласом - У-иих! - завалилась, как раз аккурат между мужьями, правда ещё горя от стыда, ведь их было все-таки двое.
 Эта ночь запомнилась ей на всю жизнь…

***

Но где-то под утро, гул в электрощите, что был за стеной, пропал, его как топором отрубило. Люся проснулась, и, перевернувшись на другой бок, хотела, было обнять и второго мужа, но там, увы - было пусто…
Люся встала, включила ночник, посмотрела, но ни другой одежды, ни второго сотового телефона, ни шлёпанцев, и ни всего того, что могло бы ей напомнить о втором Николае, просто-напросто не было, она так ничего и не нашла. Николай второй - её второй супруг пропал без вести, словно испарился или провалился под землю.

- «И плитка на потолке теперь не трещит» - подметила она про себя, заглянув на кухню, где тарелок в раковине осталось – три…, - «снится мне это, что ли, чертовщина какая-то?» - подумала Люся и сладко зевнув, отправилась досматривать свой утренний сон.
Рядом на диване как  всегда, спал, похрапывая её тот - единственный и ненаглядный, иногда во сне причмокивая губами. И тут Люся поняла, что с утра её грёзам не суждено было сбыться. С ней спал только один Николай, который из них, из тех двух, она уже и не знала…
- «Жалко, один это вовсе не двое» - вздохнув, подумала она про себя теперь уже с сожалением.
Потом она легла поудобнее, и спали они с мужем долго, пока их не разбудил телефонный звонок.
На этот раз звонили из милиции и сказали, что когда они у себя открыли сейф, то в нём были только одни документы, хотя по протоколу туда положили два одинаковых комплекта.  Люсе стало опять немножечко грустно, она стала уже привыкать к такой жизни, ведь это было так здорово,  чего она так испугалась? Потом проснулся Николай и спросил:
- Где Колька? Но не получив ответ, опять захрапел погрузившись в глубокий сон.
А Кольки второго, уже просто не было…

Люсе теперь не спалось, она лежала и думала, что всё это жизнь, в которой может случиться всё, что угодно. Хотя такого, наверное, никогда и ни с кем ещё не было, потому,  что такого не может быть никогда… А вот с ней – было! От чего на душе ей стало светлее, теплее и  радостнее.

                Андрей Днепровский - Безбашенный.  (A’DNEPR)

                25 июля 2003г


Всё на свете может быть,
И того лишь быть не может,
То, чего, не может быть…                (Великие)