Женская сущность...

Уже слегка подвыпивший Сергей Сергеевич, опрокинул в рот содержимое очередной рюмки, вытер ладонью рот, разглаживая в стороны пышные усы, кашлянул и сказал:
- Да-а-а! Бывают же случаи непутевые, марающие наше мужское достоинство, возвышая и выворачивая наружу женскую сущность…

Он икнул, хлопнул себя большим кулаком в грудь и продолжил:

- Годков семнадцать мне было, когда я первый раз влюбился. Новенькая девчушка, эдакая принцесса, отличница у нас в классе появилась. Ну, я тоже видный парень был. Значит ухаживать стал. Конфетки покупал, открыточки, там всякие. Портфель до школы и домой носил. Тяжелый, словно она в него кирпичи складывала.

Как-то мы с ней встретились в гостях, на дне рождения одноклассника. Погуляли, повеселились. Дело поздней осенью было, темнеет рано. Собрались домой, значит. Я как истинный джентльмен, вызвался ее провожать.

Идем темной улицей. Она под руку меня взяла, прижалась. Вокруг ни души. Я осанку выровнял. Франт эдакий, гоголем вышагиваю.
На свет уличного фонаря выходят четверо. Я их раньше не видел. Что-то внутри шумнуло, холодком промеж лопаток пробежало.

- Куда гуляем молодежь? – так вежливенько один спрашивает.
- Да вот домой идем. Дайте пройти, - казалось, говорил я твердо, но что-то в голосе попискивало, то ли позвякивало. Моя попутчица так искоса на меня посмотрела. Хмыкнула.

- Домой всегда успеете. А, ну пройдемте, милые…- эдак быстренько нас под ручки и в ближайшую подворотню, - не рыпаться и не кричать.

Обступили нас, один фонариком осветил мою подругу, потом меня:

- Глянь, а шапчонка то и на ем и на ей натуральные. Еще морозов не было, они в меху греются, а мы мерзнуть должны… А ну скидывай…

Кто-то грубо меня толкнул, другой ловко шапку с головы. Я дабы в глазах попутчицы в грязь не упасть сопротивляться было стал, да быстро понял, бесполезно. А моя подруга как завизжит.

- Перестань дура орать… - пригрозил один.
- Да, отстань от нее. Даме холодно, чего обдирать-то…

Отстали от нее, а с меня уже и шубу стягивают, а я им:

- Ребята, да где ж справедливость. Отбираете, дак двоих обдирайте. Чего с меня одного-то? И вообще я ее знать не знаю. Снимайте с нее все, а меня отпустите. Домой мне надо. Мама ждет…

- Мама ждет… - передразнил меня один из парней, - а ну, скидывай костюмчик и часики… а ну, покажи… ух ты, импортные…

Стою я в подворотне в нижнем белье и носках, холодом пробираюсь, а из-за негодования и ненависти к своей попутчице, аж в жар кидает. Меня тогда обобрали до нитки, а она с ними и ушла.

- Вот такая женская сущность, - заключил свой горький рассказ Сергей Сергеевич.