Примерно Бог

Я решил исповедоваться.
Причин было две.
Первая – я ни разу этого не делал.
Вторая – я как раз проходил мимо церкви.
Церковь была вовсе не церковью, а приемным пунктом при церкви.
Небольшое одноэтажное здание с табличкой над дверью: «свадьбы/похороны. Исповедование: понедельник и среда с 11.00 – 14.00. Спросить Александра (Отца). Почасовая оплата. По остальным вопросам обращаться к Богу».
Я немного удивился.
Это ведь надо – принимают по будням, когда все работают!
Я зашел внутрь, взглянул на ксерокопию иконы, пришпиленную кнопкой с обратной стороны двери, и подошел к столику, за которым сидела старушка.
- Добрый день. Я хотел бы исповедоваться, - обратился я к ней.
Старушка раскладывала свечки по коробкам и ела огурец.
- Исповедоваться надо не хотеть Бы, а хотеть Наверняка, – раздраженно буркнула она, не поднимая голову.
Я усмехнулся.
- Вы понимаете, что это ответственный шаг? – спросила она, выходя из-за стола.
- Да, я понимаю, но я..
- Вот держите. – она вытащила из шкафа какой-то предмет, завернутый в газеты.
- Что это? – удивился я.
- Это передашь Шур… Отцу Александру, пояснила старушка и села обратно за стол.
Я покрутил в руках сверток.
- Ну что стоишь? Иди, - прикрикнула на меня старушка и махнула в сторону двери, что располагалась у нее за спиной.
- Спасибо.
Я прошел по узкому коридору. По стенам все так же были развешены черно-белые копии икон. Я остановился у одной. На ней был изображен какой-то святой. Копировальная машина видимо дала сбой, и по лицу святого прошла черная размытая полоса.
- Удивительно, - подумал я. – И как они их копируют?
Наконец, я оказался в небольшой комнате. Посередине стояла маленькая будка. Вокруг на табуретках горели зажженные свечки. Некоторые почему-то были в форме Деда Мороза.
- Видимо, остались с Нового Года, - подумал я.
Я подошел к будке. Проповедника там не было. Зато там был телефонный аппарат.
Я посидел немного. Но никто так и не появился. Тогда я поднял трубку и нажал кнопку «Вызов». Через секунду услышал голос:
- Алло.
- Алло, - повторил я и замялся. – Мне бы Отца Александра.
- Это я, - недовольно отозвался голос. – Сейчас спущусь.
Действительно, через пару минут в комнату вошел долговязый мужчина в рясе.
- Добрый день, - поздоровался я.
- Бог с тобой, - сказал на это Отец Александр.
Я не понял, но переспрашивать не стал.
- Вы хотите заказать свадьбу, отпеть кого-нибудь, а может поставить свечу за упокой, за здравие? В таком случае, вам придется купить свечку на входе, она стоит..
- Нет-нет! – успел вставить я. – Я хочу всего лишь исповедоваться.
Священник поднял бровь.
- Всего лишь? – выдавил он из себя, сжав зубы.
- Да, - ответил я, немного испугавшись.
- Хорошо, - все тем же тоном сказал священник и уселся в будку.
Я его больше не мог видеть. Нас разделяла перегородка.
Я вздохнул и вытер пот со лба.
Но тут, сбоку от меня что-то заскрипело, и я увидел лицо Отца Александра, высунувшееся из окошечка.
- Обувь сняли? – спросил он грозно, и вытянул шею, пытаясь увидеть мои ноги.
- Да, - соврал я.
- Отлично.
Священник отодвинул лицо, и я услышал шелест страниц.
- Сейчас будет читать молитву, - подумал я.
- Имя! – рявкнул священник из будки.
- Что? Зачем? – удивился я.
- Бог с тобой, - снова рявкнул Отец. – Имя!
- Павел, - ответил я.
- Павел..? –выглянул священник.
- Чертов, - нерешительно ответил я.
Священник на мгновенье задумался и закатил глаза.
- Наверно, вспоминает, можно ли исповедовать людей с фамилией от сатаны, - нашел я оправдание его странной гримасе.
Отец Александр исчез в будке, я услышал, как он записал мое имя. Потом проповедник потребовал оплатить прием. Я протянул в окошечко сторублевую бумажку. Рука взяла ее. Я услышал, как он хмыкнул в глубине будки. Потом Отец опять протянул мне руку и сказал:
- Целуй.
- Не буду, - отпрянул я.
- Бог с тобой, - нервно ответил он и убрал руку.
- Боже! - прошептал я.
- Не упоминай Божье имя в суе! – крикнул священник, опять что-то записывая.
Я устал сидеть на твердом стуле и уже подумывал, как бы уйти отсюда поскорее, но тут из будки послышался напористый низкий голос:
«Господь Наш милостивый..!»
Голос монотонно начал читать молитву, не прерываясь, не спотыкаясь.
Я откинулся на спинку стула и внимательно слушал.
- Расскажите о своих грехах, - приказал мне голос через некоторое время.
- Ну.. – замялся я. – Недавно я раздавил кузнечика. А еще вчера..
- Это серьезный грех! – выпалил голос, не дав мне закончить.
Потом последовало продолжение молитвы.

- Я отлучусь на пару секунд, - тут из будки вышел Отец Александр и направился к выходу.
Я обалдел. Голос продолжал молитву. Проповедник исчез.
Я некоторое время сидел, полностью обескураженный.
Потом не удержался и заглянул в будку. На полу стоял магнитофон.

- Расскажите, какое зло вы причиняли своим близким? – спросил голос.
- Я не ходил в туалет целый день, - злобно ответил я, раскачиваясь на стуле.
- Это очень, очень тяжелый грех! – пожурил меня голос. – Но Бог прощает вам его.
- Благодарствую! – сказал я и поднялся со стула.
Я вдруг вспомнил про сверток, который дала мне старушка у входа.
Терять было нечего, и я развернул газету. То, что я увидел внутри, меня уже нисколько не удивило. Я вышел из комнаты, а магнитофон еще продолжал отпускать направо и налево мои грехи.

- Спасибо, - поблагодарил я старушку у входа и вышел на улицу.
На крыльце стоял Отец Александр и докуривал сигарету. Заметив меня, он затянулся посильнее и сказал, выпуская дым изо рта:
- Что, пленка уже закончилась?
- Да, - соврал я. – Вот ваши фильмы, - протянул я ему сверток.
Священник бросил окурок на землю, размял его ботинком, и взял кассеты.
- Прощайте, - сказал я.
- Бог простит, - машинально ответил Отец Александр, с нескрываемым интересом разглядывая обложки.

30.06.2006