Приключение

Евгений Витальевич Потехин проснулся от звука хлопнувшей двери. Утреннее солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы, разбросав веселые блики по мебели и паркету. Из кухни доносился дразнящий аромат свежесваренного кофе. За окном прозвенел трамвай. Евгений Витальевич встал, потянулся, хрустнул суставами, и, облачившись в длинный халат, отправился завтракать. На столе под тарелкой с горячей яичницей белела записка: «Любимый, поздравляю тебя с нашей годовщиной! Какое счастье, что 15 лет назад мы с тобой встретились. Целую, буду не поздно.» Довольно улыбнувшись, Евгений Витальевич уселся на стул и со свойственным ему здоровым аппетитом принялся за еду.

Метрополитен выплеснул на Потехина шум, свет и разноголосую толпу служащих всех мастей. Толпа подхватила Потехина, закружила и плавно внесла в вагон. Там он укрылся насколько возможно газетой от сонных пассажиров и, закрыв глаза, попытался продлить воспоминанием негу уютной постели, но неожиданно для себя провалился в ночные ощущения жаркой близости любимого молодого тела. Евгений Витальевич даже вспотел, опустил задрожавшую в руках газету и попытался успокоиться. Море качавшихся шапок, книг и газет обнажало во время отливов молодую девушку у противоположной стены. Девушка в упор смотрела на него.

Пробираясь к выходу Потехин растерял остатки наваждения. Уже подойдя к двери, он украдкой взглянул на красивую девочку. Поезд качнуло, и Потехин оказался прижатым к ней лицом к лицу. Насмешливые карие глаза, казалось, поглотили его целиком, и, выйдя из вагона, Евгений Витальевич долго еще блуждал в их прозрачной глубине и ощущал тонкий аромат Ее духов, напомнивший ему почему-то день, когда он встретил свою любовь: они познакомились в книжном магазине, потом в ближайшем кафе пили чай с жасмином и долго разговаривали, и смеялись как дети…

Снимая пальто, Потехин обнаружил в кармане женскую перчатку. Покрутил в руках и заметил внутри записку: « Кафе Делифранс, 19.00». Ухмыльнувшись, он вложил перчатку в обратно в карман и благополучно о ней забыл. Лишь вечером, разбирая последние бумаги, Потехин вспомнил о длинноволосой девочке с лучистыми глазами. Двадцать минут в такси показались ему вечностью, сердце колотилось в ушах.
В кафе клубился народ. За столиком у окна сидела Она и задумчиво ковыряла ложечкой мороженое. Потехин постоял в дверях, глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду, и …вышел на улицу. Высоко поднимая ноги, он месил снежную кашу на тротуаре, ветер швырял пригоршни льдинок ему то в лицо, то в спину, спутывал полы его пальто. Наконец Евгений Витальевич нашел приют в цветочном магазинчике. Он немного постоял, разминая затекшие пальцы, вдыхая сладкий запах умирающих роз, и, пытаясь отделаться от мысли, что упускает что-то очень важное, купил веточку жасмина, спрятал ее на груди и вышел в непогоду. На прилавке осталась смятая женская перчатка…

Прямо с порога Потехин крикнул: «У меня для тебя сюрприз, любовь моя!» Из спальни появился красивый хорошо сложенный мужчина: « Что-то ты сегодня поздно, милый.»