Зарисовка из жизни

Встреча

"Какая попка,"- это была его первая мысль о ней, когда он впервые увидел её на автобусной остановке, где она ждала их общий, как скоро выяснилось, автобус. Сама девочка тоже оказалась симпатичная и, судя по всему, он ей понравился. Всю дорогу от метро они проулыбались друг другу. Она то отводила взгляд, стараясь скрыть смущение, то дерзко вскидывала на него свои большие, широко расставленные, светло-голубые глаза. Он тоже несколько раз опускал взор, потом, словно не мог удержаться, поднимал снова. Всё это очень его забавляло. Так что, в конце концов, он с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться.
В её улыбочке таился вызов, а во взгляде ожидание. Знакомая ситуация: когда испытываешь неловкость от того, что получаешь удовольствие и получаешь удовольствие от испытываемой неловкости. При этом каждый старается повести себя уверенно, но оба в глубине души сомневаются.
Что сулит эта, казалось бы, такая приятная на первый взгляд встреча? А нужна ли она вообще? Что последует за ней? Знакомство? Свидание? Как интересно! И так волнительно...
Они ещё не успели пресытиться. Им ещё не стало скучно жить.
И всё же он не подошёл, чтоб узнать как её зовут и попросить позволения позвонить как-нибудь. Не предложил проводить до домa. Он даже не обернулся ей в след, хотя они вышли на одной остановке. Казалась ему всё равно, что она навсегда уходит из его жизни. Но вскоре они опять встретились, в том же автобусе. Как старые, пусть и случайные (только теперь ни один из них уже не верил в случай) знакомые. "Разве не удивительно,- размышлял он - долгие дни, недели и месяцы мы жили неподалёку друг от друга, может в соседних домах, ходили в одни магазины и ни разу наши пути не пересеклись. Она всё время опаздывала на "мой" автобус, а я приходил раньше или же я садился в маршрутное такси, а она предпочитала трамвай. И не разу мы не встретились на одной остановке. Но вот настал час. И даже если я не подойду познакомиться сегодня, мы всё равно встретимся снова, потому что время пришло." Он испытывал судьбу. Он оказался прав.
Она

Её каштановые волосы спускались ниже плеч слегка завивающимися прядками... может правильней называть их локонами? Она походила на хищницу. Скорее на дикую кошку, чем на тигрицу. Не, пожалуй даже не на кошку,а на камышового котёнка с кисточками на ушах. Трепетные ноздри. Большой рот с мелкими ослепительно-белыми зубами. Смугло-розовая кожа. Ещё до того как впервые прикоснулся к ней он был уверен, что эта персиковая кожа должна оказаться на ощупь тёплой и гладкой.

Она подарила ему свою фотографию, на которой она с голыми коленями в коротенькой школьной юбочке в клеточку и в складочку прижимает к груди учебники. На ногах светлые гольфы, волосы собраны и заколоты у висков. Фотография хорошенькой ученицы пред-выпускного класса. Ученицы, которая на уроке литературы хотела у доски всему классу рассказать о своём любимом романе Набокова. Такая была тема. Но учительница вежливо отклонила её предложение, предпочла выслушать тех из учеников, кто читал «Защиту Лужина», «Приглашение на казнь» или хотя бы «Машеньку».
Он не читал, но смотрел «Лолиту» с Джереми Айронсом и Доменик Суэйн в главных ролях. Фильм ему нравился.
У него было много других её фотографий. Он смело вставлял в альбом её обнажённые изображения, которые смеясь рассматривала его старшая замужняя сестра. Одна только эта школьная фотография была сделана до их первой встречи. Только её она подписала с обратной стороны красным фломастером, после лучшей в её жизни ( по её собственному признанию) пасхальной ночи. Нужно ли говорить что ту ночь они провели вместе? И он надолго запомнил, что был лучшим в её молодой жизни любовником.

Другой

И всё же она была одержима тем другим, который носил такое же, как у неё имя. Другой ничего из себя не представлял. Тиранил её, делал больно, изменял. Она ревновала, плакала, злилась на собственную беспомощность. Другой – неуверенный в себе эгоист. Для него ничего не значил её внутренний мир. Он сам тоже был болен ею, тоже хотел излечиться, как и она. Она не уважала того другого. Боялась и ненавидела свою зависимость от него. Ничтожество. Жалкое самовлюблённое ничтожество. И всё же она бегала к нему. На скучные безрадостные свидания ради которых врала, изворачивалась. А когда поняла, что беременна разве к нему она обратилась за помощью. Не он провожал её серым сырым утром в дом, где на входной двери операционного кабинета кто-то наклеил чёрно-белый плакат с мордашкой грудного младенца и надписью на английском – Быть или не быть? Он никогда не узнал как, после 20 минут блуждания по коридорам собственного подсознания, она вернулась в реальность с ледяной грелкой на животе и вся в слезах. Нет его не было рядом, и всё же, после всех испытаний, что она прошла не с ним, после долгого перерыва, когда она осталась одна и у неё появилось время, чтобы подумать, она вернулась к нему. К тёмному, терзающему, губительному прошлому память о котором жила вопреки её воле и желанию. Глубоко в ней сидел маленький мазохист-самоубийца. Он желал ей зла и он победил.
Конец


На память о ней, кроме фотографий, ему осталась мудрая и трогательная сказка о Маленьком Принце Антуана де Сент-Экзюпери. Он никому не давал читать эту красивую книжку с яркими красочными иллюстрациями в блестящем жёлтом переплёте, с пожеланиями красным фломастером на развороте. Конечно же книга тоже была её подарком. Эту детскую сказку для взрослых она подарила именно ему потому что чувствовала – он поймёт. Она не ошиблась. Он не остался равнодушен и не стал смеяться. Он перечитал историю Маленького Принца много раз.
Ему не понравилось лишь окончание. Потому что она вдруг ушла из его жизни. И это случилось так неожиданно и было так непонятно. Он уже начал привыкать к ней, капризной и покорной, разной. Он уже стал засматриваться на других и вдруг без сцен, болезненно и очень тихо она взяла и вышла из под контроля. Ему стало грустно, потому что он растерялся. В самом начале он ввёл для себя в обязанность её удивлять. Теперь пришла её очередь. Она признавала что ни с кем ей не было так хорошо, ей нравилось подчиняться. Его эта игра иногда чуть-чуть напрягала и всё же он вёл её до самого конца.

Она признавалась ему в изменах, а он смотрел ей в лицо, на её губы и хотел сказать, что всё это не важно. Она так дорога ему, в любом случае. И ведь они счастливы вместе. Но он промолчал. Подумал – ей это не нужно.
Позже, много позже он понял, что может напротив именно этого она от него и ждала, чтоб удержал. Маленькая глупенькая школьница. Это ему было не нужно...

Картинка их прошлого сжималась до микроскопических размеров. Самые живые воспоминания превращались в ничто и исчезали, растворялись в бесконечностях вселенной.