Какая сложная штука эта наша жизнь

КАКАЯ СЛОЖНАЯ ШТУКА ЭТА НАША ЖИЗНЬ

Эта история началась много лет назад. Тогда я был глупым юнцом мечтавшим из-менить мир. Но эти мечты разбились о скалы обыденности настоящего. Мне всегда хоте-лось чего то возвышенного, что казалось мне настоящим. Я задумывался о карьере исто-рика, вгрызающегося в глубины веков, дипломата, ищущего выход из самых запутанных международных кризисов. Но этим мечтам не суждено было сбыться.
С самого раннего детства мне внушали, что я должен обязательно получить высшее образование.
- Главное во всём этом корочка, а остальное приложиться.
Как ты заметила, в этой фразе не было и слова о знаниях. И о том помогут ли эти знания в моей будущей жизни.
Я был юн и глуп, и, к тому же, слишком подвержен влиянию родителей. Я поверил, что действительно: мне нужен только диплом, а остальное приложится. Тем более - это было просто, когда решают всё за тебя. Но как я ошибался.
Меня пропихнули в МАИ - институт, к которому у меня не лежала душа, на специ-альность радиоэлектроника - область, в которой я совершенно не разбираюсь. Но понача-лу я не понимал всей глубины этой ошибки. Я продолжал плыть по течению жизни. При-родная обязательность и аккуратность, помогали мне учиться на первом курсе; я сдавал предметы, совершенно не зная их, а те которые не мог сдать, мне помогали пробить дру-зья (пропихнувшие меня в институт).
Студенческая жизнь мне нравилась. Порой, приезжая в институт к первой паре, я встречал одногруппников, и вместо лектории мы шли вкушать дары природы, которые развязывали нам язык и дарили нам удовольствия. Много незабываемых историй отложи-лось в моей памяти с тех пор.
Шли годы. Я всё больше вписывался в беззаботную жизнь. Зачем, что-то учить? Ведь тебе всё равно всё поставят. Зачем делать курсовые и расчетки, если можно сдать прошлогодние. Посещение института превращалось в формальность. Я практически не появлялся на занятиях, променивая их на сабантуи с друзьями. Не осознавая этого, я ста-новился лентяем, человеком с целями, которые невозможно достичь. А те, которые воз-можно - это всего лишь пятьсот рублей на ближайшею пьянку.
Но ничто не проходит бесследно.
На первом симместре пятого курса у нас появился новый предмет. Я затрудняюсь вспомнить его название. Но речь не об этом. За четыре года - это был первый предмет, ко-торый надо было учить. Его невозможно было проскочить "на халяву" или проставить че-рез знакомых. Его вёл человек, который, казалось, был сделан из стали. Он приходил на лекции и давал материал. Его речь была спокойна и взвешена. Его уверенность в себе пе-редавалась окружающим. У него не было ни любимчиков, ни плохих студентов. Оценки он ставил только за знания. Объективность в чистом виде.
Всё эти впечатления я могу изложить только по результатам одной лекции, на ко-торой побывал за весь курс. А жаль.
Когда наступила сессия, я, как обычно, был абсолютно к ней не готов. Как всегда, я рассуждал, что "и так поставят". На такое-то число был назначен экзамен по вышеупомя-нутому предмету. Я пришёл, думая о том, что если его не сдам сейчас, то сдам в следую-щий раз. Так и вышло, только без последней части. В конце-концов, я вышел на комис-сию. Если ты не знаешь, что такое комиссия, то я объясню. Комиссия - это последняя воз-можность сдать экзамен, когда исчерпаны все три предыдущие попытки. На ней присут-ствуют четыре человека: преподаватель, два приглашённых с кафедры человека и началь-ник моего курса. Если человек не сдает её, то вылетает из института. Не буду тебя томить: так оно и вышло - я не сдал её
Я пришёл на последний экзамен; готовился к нему целых три дня. Выучил, как ду-мал, всё; мог процитировать все билеты. Но, когда сел за парту, то, словно вихрь вынес все с таким трудом вдолбленные знания из моей головы. Я не мог вспомнить ничего. Мо-жет быть, сказалось то, что в этот день я выпил только один стакан воды. А экзамен на-чался только в пятнадцать часов. Но как бы то ни было, когда пришла моя очередь, я не смог ничего ответить. Дрожащим голосом я воспроизводил фразы, которые ещё остава-лись в моём мозгу, но все они не относились к билету.
Как и следовало ожидать, мне поставили «неуд». Я выходил из аудитории, как главный герой фильма "Lock, stock and two smoking berrels", когда он проигрался в карты; в моей голове звучал этот мотив, перед глазами всё плыло...
Возможно, тебе покажется слишком преувеличенным этот пересказ моих ощуще-ний. Но клянусь, так оно и было. Натура я слишком чувствительная.
Очнулся я на четвёртом этаже корпуса, где проходил экзамен. Я долго пытался по-нять, что случилось. В конце-концов, наступило осознание того, что потерян ещё один год. Что мне снова придется пройти через всё это, что бы получить заветный диплом. Но самая неприятная мысль, которая и поразила меня больше всего, была та, что я бесцельно потерял уже пять лет своей жизни и потеряю ещё два года. Что проучась четыре с полови-ной года в этом институте, я не получил ровным счётом никаких знаний, который помог-ли бы мне в дальнейшем. Что я обречён ещё на два года бесцельной жизни, что бы дож-даться этот проклятый диплом. А ведь я мог бы пойти по иному пути. Я мог бы порабо-тать пару годков после школы; понять, чего хочу, и что мне действительно интересно, а потом пойти в тот институт, пускай и платный, где я получил бы нужные мне знания.

Только много позже я узнал о том, что мог пробить и этот экзамен.

К.А. Тавридов
14.11.2006