Кое-что о снах и сновидениях

 Прошу дочитать хотя бы до середины…
 Начинающий автор

 В. Акишев
 Кое-что о снах и сновидениях
 

 Бухгалтер.

- Это было прекрасно, доктор! Как это все начиналось! Самый замечательный сон в моей жизни! Я скакал по изумрудной степи под лазурным небом на гнедом жеребце. На мне были доспехи вороненой стали. В своих сильных руках я держал огромный лук. Я был воином, я был охотником. Весь мир покорно лежал передо мной и ждал, когда я изъявлю ему свою волю. А я выслеживал добычу. Мне нужен был зверь, – тот единственный зверь, который меня достоин. Ветер в моих волосах пел мне песню силы, и я подпевал ему. Сокол парил в небе надо мной знаком моей будущей победы. Я смеялся и пел, и мой могучий голос далеко разлетался по степи.
И вот, наконец, я увидел его. Это был олень, но не просто олень. Это был король оленей. На его рогах мог уместиться маленький домик. В холке он был выше моего коня раза в полтора. Он был прекрасен! Меня просто заворожила его стать и изящная поза. Он стоял, полуобернувшись ко мне, его мускулатура была напряжена и бугрилась под кожей. Он был спокоен и невозмутим, словно лесной дух. Он ждал меня, чтобы начать игру, а я несся как ветер, нещадно подгоняя своего коня. Когда до оленя оставалось не более двадцати метров, он рванулся прочь. Я издал свой боевой клич и принялся пускать стрелы. Стрелы летели прямо в цель, но олень точно отбрасывал их от себя какой-то магией. Я никак не мог поразить его. Мой конь выбивался из сил, на его губах выступила пена. Мы неслись сквозь пространство и время: я, мой конь и прекрасный олень. И, наконец, наступил миг истины. Олень вдруг резко остановился и встал на дыбы. Я выхватил свой кинжал и вылетел из седла. Вечность полета, и вот, мы столкнулись. Олень победил. Его рога проткнули мою броню как картон и пронзили грудь. Секунду я чувствовал мучительную боль, а затем все для меня померкло.
Но самое удивительное, что сон на этом не закончился. После недолгой темноты я увидел свет. Это был свет в конце тоннеля, по которому я шел. Тоннель был сложен из плит черного мрамора, покрытых древними письменами. Я осознал, что мертв и направляюсь в потусторонний мир. Отчаянье овладело мной, я обернулся и вдруг увидел, что сзади следует фигура, закутанная в черное. Фигура была мрачной и величественной. Я замер в ужасе, а она подошла ко мне и легонько подтолкнула вперед к свету. Я послушался. Ужас сменился спокойствием и необычайной легкостью. Я вдруг почувствовал потребность рассказать черному человеку о своей жизни, исповедаться, очиститься. Я рассказывал ему обо всем, что меня мучило, открывал тайники моей души; а он меня слушал и молча кивал. Мне становилось все легче и легче, а свет тем временем приближался. Внезапно я почувствовал себя настолько легко, что смог лететь. Я за секунду пролетел оставшуюся часть пути и проник за грань света.
Там был рай. Но не тот прилизанный садик, о котором говорят проповедники, а настоящий рай для настоящих мужчин – Валгалла. Я это понял с первого взгляда. Предо мной расстилалось поле, усеянное сломанными мечами и пробитыми доспехами. Сверху раскинулось темно-багровое небо. А посреди поля высился замок из громадных глыб серого камня.
У ворот замка стояли воины и ждали меня. Их было пятеро. Я понял: для того, чтобы пройти в этот замок, придется их одолеть. Я пробежал поле и налетел на них как ветер. Я был настолько стремителен, что мои враги даже не успели пошелохнуться. Я вырвал у одного из них меч и принялся рубить направо и налево. От моих ударов щиты и шлемы летели в стороны, и враги валились один за другим. Когда все мои враги были повержены, двери замка распахнулись, и предо мной предстал Великий Один. Он был в серебряных доспехах, могучий и грозный. Я смотрел на него, и мое сердце преисполнилось отвагой и доблестью. Я ждал его воли. И он изъявил ее. Он взял меня на руки, как ребенка, и подбросил вверх. Ослепительный свет снова залил мне глаза, и я, наконец, проснулся. Это самый прекрасный сон в моей жизни! После него, доктор, я понял, что быть простым бухгалтером - не для меня. У меня душа воина, - великого воина! И я должен следовать ее зову. Доктор, что Вы мне скажете? Я могу изменить свою судьбу?
- Конечно, но…

 Конь.

- Доктор, это был какой-то кошмар. Мало того, что я весь день пашу как
проклятый, так еще и во сне должен терпеть мучения. Я так просто загнусь! Представляете, только я закрыл глаза, как очутился в какой-то степи. Было довольно ветрено, но в целом, погода неплохая. Главное - трава там росла сочная, и нигде не было видно моей жены. А то я с ней в одной упряжке весь день маюсь. Одно спасение - сон. Ну вот, только я принялся щипать травку, как мне на хребет падает сперва седло, а потом здоровенный толстяк, разряженный как клоун. Весу в нем было никак не меньше семи пудов. Хорошо еще, что одет он был в какую-то картонную ерунду, а то совсем бы мне хребет сломал. В руках у него был лук - типа того, какой мальчишки делают, только больше, и он им махал направо и налево. В общем, полный придурок. Как только уселся тут же начал пятками колотить в бока и орать. Ну, я решил, что надо покатать его немного, чтобы успокоился. Пошел рысью. Не спеша так, медленно. Мой лихой всадник заржал от восторга и чуть не свалился. Я был бы очень этому рад, но он все-таки удержался в седле. Тогда я пошел несколько побыстрее и периодически взбрыкивал, в надежде, что мой мучитель все-таки свалится. Но не судьба - придурок болтался на мне как поплавок в проруби, орал, смеялся, бил меня ногами, но никак не падал. Как будто его задницу приклеили к седлу. Мне стало казаться, что это не человек - а лошадиный черт, который пришел ко мне во сне, чтобы мучить. Мы с ним плелись по степи, и мне становилось все тоскливее. Внезапно я заметил оленя. Я вспомнил про лук в руке своего седока и, сложив два и два, решил, что олень может его отвлечь от удовольствия кататься на мне всю ночь. Может быть, он даже слезет с меня, и я смогу удрать.
Я рванулся к оленю. Рванулся, конечно, сильно сказано, потому что мой седок так сдавил меня ногами, что я толком двигаться не мог. Семенил только, как ишак. Но оленю это не помогло. Он стоял, словно полный идиот, и терпеливо ждал, пока мы до него доберемся. На половине дороги мой глазастый всадник заметил, наконец, куда мы направляемся. Тут начался полный дурдом. Он завизжал, натурально, как боров при кастрации и принялся пускать в беднягу оленя стрелы. До оленя было не более двадцати метров, и мишень он представлял замечательную. Наш Вильгельм Телль выпустил два десятка стрел, но умудрился ни разу не попасть. Стрелы летели во все стороны, но только не в оленя. Я аж весь обплевался. Когда до оленя можно было уже дотянуться, тот все же решил спастись бегством. Я так понял, что этот олень был сильно болен. Не знаю только: ногами или головой. Он сделал несколько прыжков прочь, а потом остановился, развернулся и встал на задние ноги. Знаете, доктор, у него был при этом настолько беспомощный вид, что я не удержался. Я резко затормозил и взбрыкнул, что есть силы. На этот раз все получилось – картонный придурок вывалился из седла и наскочил прямо на рога оленя. Я думаю, вполне справедливый финал.
Олень и человек тут же исчезли, и сон стал резко меняться в лучшую сторону. Я облегченно пробежался по сочной травке, вдоволь наелся, а потом невдалеке заметил олениху. Я не извращенец, но сон есть сон - там свои правила. А олениха была то, что надо: стройные ножки, атласная шкурка. И рога ее совсем не портили. Я галантно приблизился к ней и потерся о ее шейку. Олениха показала мне, что тоже отнюдь не прочь, и мы начали забавляться. Доктор, я не хвастун, но думаю, что оленихе понравилось. Я драл ее как сидорову козу, пока не проснулся. Коза это так, из другой оперы. Но, в целом, сон был полным бредом. И такая дребедень мне все чаще снится. Скажите, может, я приболел? Или, там, витаминов в сене не хватает?
- Да, нет. Это просто…

Олень.
- У меня во сне всегда огромные рога. Раза в три больше настоящих. Я не знаю -
почему. Может, какой-то фрейдистский комплекс? Или подсознание так мне подсказывает что-то. Знаете - рога… Я своей жене, конечно, доверяю и люблю ее. Но, вообще, есть подозрения. Оленей у нас в зоопарке тридцать голов, вольер сделали здоровый: масса всяких закутков, домиков; вот жена и пропадает постоянно. То с подружками пойдет трепаться, то медведя нового смотреть. Я не знаю. Ну ладно, это так -к слову.
А вот сон меня действительно обеспокоил. Настоящий апокалиптический кошмар. Я стою в поле, опять с этими громадными рогами, а на меня прет лошадь с каким-то ужасным человеком верхом. Человек визжит как кабан и кривляется страшными рожами. Они приближаются медленно и неотвратимо, а я двинуться не могу от страха. Я просто омертвел от ужаса, даже чуть не обделался. А они все ближе. Человек поднимает свой лук и начинает стрелять. Стрелы проносятся в миллиметре от меня. Мне никогда так страшно не было. У меня чуть сердце не остановилось, стою, дрожу как осиновый лист, а двинуться не могу. Убийца все ближе и ближе. И тут, наконец, я скачу прочь; но стрелы летят вокруг, и я понимаю, что мне не скрыться. Я пытаюсь что-нибудь придумать, мысли роятся в голове, но ничего путного не приходит. Последняя стрела царапает шкуру, времени не остается совсем, и тут я поворачиваюсь и встаю на задние ноги. Этому фокусу научила меня моя мама. Понятия не имею, почему я решил, что это должно мне помочь, но помогло. Представляете?! Как только я встал на задние ноги, лошадь моего преследователя остановилась и взбрыкнула, после чего ужасный человек вылетел из седла и напоролся прямо на мои рога. Тут я проснулся.
Я не хотел, доктор, поверьте мне. У меня и в мыслях не было его убивать – я нормальный травоядный олень без каких-либо комплексов и маний, абсолютно душевно здоровый. Я очень обеспокоен тем, что мне приснилось. Я даже поплакал немного, когда проснулся. А заснуть я в ту ночь так и не смог. Стоял в темноте, маялся и смотрел, как жена спит. Вот у нее со сном все было в порядке: она так изгибалась и стонала, как будто ее трахали. Шлюха! Так и не призналась, что ей снилось. Говорит, что-то про море. Какое море?! Где она его видела?! Знаете, доктор, у меня иногда возникает желание ее забодать. Совсем забодать - напрочь.
- Не нервничайте, Вам надо больше…

 Смерть.

- Я так больше не могу. Я со своей работой с ума сойду. Мало того, что пашу как
проклятая, так еще и во сне подрабатывать приходиться. Вот, прошлой ночью, послушайте: только глаза закрыла – поле. Большое такое - как Куликовское. Ох, я тогда… Ну ладно, не об этом. Смотрю дальше, человек едет на коне. Он мне сразу не понравился. Здоровый боров, на коне держится как всадник без головы, орет, визжит, коня почем зря молотит. Отвратительный жутко. И одет как клоун – картонные доспехи и детский лук в руке. Я уж хотела ему помочь упасть поудачнее, но он, гад, словно приклеенный к седлу был. Не оторвешь. Ладно - сон есть сон. Смотрю, что дальше будет. А дальше этот клоун на оленя охотиться вздумал. Я на оленя поглядела, у меня аж все сердце сжалось. Бедняжка! Стоит такой миленький, такой рогатенький, такой несчастный. А этот упырь на него прет и стреляет вовсю. Хорошо еще стрелять умеет хуже слепого: одну стрелу даже умудрился назад пустить. Чуть в меня не попал. А олень все стоит и с места сдвинуться не может. Я, главное, вижу свою печать у него между рогов. Судьба ему сейчас умереть. Но смерть я или не смерть?! Решила: что угодно сделаю, но вместо оленя этого клоуна заберу. И тут, на счастье, олень встает на задние ноги, конь брыкается, и клоун летит вперед, правда, с кинжалом в руке. Тут и я помогла ему немного. Приземлился удачно – прямо на рога.
Ну, думаю, пойдем, дружок, отправлю тебя в чистилище. Пусть там с тобой разбираются. Взяла его душу – она, представляете, тоже в эти дурацкие доспехи одета – и повела его на наш свет. Сама сзади иду - общаться с этим орлом у меня никакого желания не было. А он, гад, сам обернулся и меня заметил. Господи Боже, что с ним тут стало! На колени бухнулся, заревел и давай мне всю свою жизнь выкладывать. Причем такие подробности выбирал, что меня чуть не мутило. Ну, как Вы, доктор, отнесетесь к тому, что какой-нибудь Ваш пациент рассказывать в красках будет, как он по ночам ходит на кухню, снимает трусы, встает на четвереньки и ест пирожные. Ну?! И таких гадостей мне этот извращенец с три короба наговорил. Я уже только об одном мечтала: чтобы от него поскорее избавиться. Толкаю его вперед, а этот гад все валит и валит на меня свое … До детства дошел - про сестер, братьев, про игры свои мерзкие в пионерском лагере начал. Ну, тут уже у меня всякое терпение лопнуло, взяла я его за шкирку и дала пинка так, что он полетел. Правда, немного не рассчитала - вместо чистилища его в Валгаллу запустила. Мне потом шеф вставил за это, причем довольно крепко. Не посмотрел даже, что это сон был. Вот как в таких условиях жить? Невозможно! Уйду к чертям собачьим. Давно зовут.
- Успокойтесь, не надо …

 ХХХ

- Я иногда жалею, что не могу спать. Причем не для того, чтобы сны видеть, а как
раз наоборот. Я на это безобразие уже смотреть не могу. А приходится. Иначе нечистый таких дел там натворит, что хоть новый потоп объявляй. Господи! Боже… свой.
Так о чем я? Ах, да, про сны. Люди вытворяют там, что хотят. Я все понимаю: свобода воли, отдых от правил, игры подсознания… В конце концов, сам все это и придумал. Но должны же быть какие-то рамки? Вот, один такой молодец, спаси Я его душу, залез непосредственно ко мне домой. В Валгаллу. Если не знаете: это у меня один из гостевых домиков. В свое время чересчур много удальцов всякого рода развелось, дома их держать хлопотно было - вот и устроил Валгаллу, чтобы могли спокойно в свои игрушки играть. Паренька там токового посадил присматривать, конкурсы разные, состязания… В общем, весело было.
Ну, народ сейчас поспокойнее стал, да и измельчал, если честно. Так что буянов настоящих маловато, и домик почти пустует. Мне это только на руку – наконец смог там порядок навести. Смотрителя на повышение двинул, а сам перепланировкой занялся. Декор, дизайн… Ну, чтоб все красиво. Приятно иногда посидеть, доспехи поперебирать, повспоминать былое. Манекенов еще у ворот поставил – точные копии самых великих героев. Им, кстати, тоже нравится. В общем, приятное местечко стало. И тут появляется в Валгалле один чудак. Снится ему все это, видите ли. Я понимаю, что пора его будить, но решил человеку приятное сделать, появиться перед ним в силе и величии – пусть порадуется. Только на пару минут задержался - доспехи выбрать, а он уже всех манекенов изуродовал. Испортил окончательно. Мне не жалко - новых сделаю, но совесть-то должна быть у людей? Я дверь открыл, а он стоит, довольный такой, смотрит на меня. Ну, я не удержался, подзатыльник ему дал и разбудил. Потом сон его пересмотрел и кое-кому разнос устроил за нарушение инструкции и эмоциональный подход к служебным обязанностям. А вот теперь думаю: может, я сам немного эмоциям поддался? Может, нервным становлюсь. Было у меня уже такое. И Сын мне тоже последние пару тысяч лет твердит, что я дерганый. Не знаю. Вы мне не поможете, доктор? Пару тестов… сеанс гипноза. Как Вы? Аминь.
- Давайте попробуем. Вот Вам небольшой…

 Доктор.

- Приснится же такое!