Пик Гроссмейстера 26 Многогранность бытия

Новая жизнь ворвалась с самого утра, в виде кипы свежей прессы, принесённой консьержем. Почти со всех газет, с первых страниц на читателя смотрели Максим, Максим с Битти, Максим с сопровождающими лицами, а в некоторых, особо изобретательных, рядом для контраста приводилась фотография, сделанная в берлинском аэропорту. Эффект, конечно, был убийственный: на одной – дремучий туземец с диких тибетских гор, на другой – холёный денди из высшего общества. От туземца осталось только имя в цивилизованной обёртке – господин Дусван Сейми.

Некоторые упоминали его прежнее имя – Максим Шонеберг, но остальные предпочли о нём забыть – новое имя больше возбуждало публику. Зато Битти однозначно стала Кумари. Кто такая истинная Кумари, всю легенду о непальской принцессе и вековой традиции выбора живой богини в подробностях и красочных деталях описывали все газеты, слишком хорошо это сочеталось с тем, что произошло в реальной жизни.

Многие писали и о прошлой жизни Максима, кем он был в империи Александра Вундерберга, об их дружбе и его вкладе в процветание фирмы, при этом признавали, что он, несомненно, заслужил этот взлёт и вполне достоин занять пост управляющего компанией. Некоторые раскопали сведения о личном капитале Максима, он тоже был весьма внушительным.

Кумари по официальной версии считалась внебрачной дочерью Алекса. Её право на наследство никто не оспаривал. Воля усопшего – закон.

Максим пробежал глазами весь этот фейерверк публикаций - праздник для бульварной прессы, вздохнул и занялся утренними процедурами. Он понимал, что это – лишь начало. Сейчас с нарастающей интенсивностью пойдёт соревнование между газетёнками – кто быстрей раскопает и расскажет публике ту или иную неизвестную подробность из прошлого, настоящего и будущего новых героев сенсации, доберутся до всех близких, знакомых, и не очень близких и знакомых. Вполне вероятно, кто-то побывает и в Непале, пожалуй, и до посёлка в горах достанут.

Не хотелось об этом думать. Сейчас Максим уже очень смутно представлял, как он выберется из всего этого. Впрочем, шумиха и сенсация, наверное, скоро затихнут, наскучат публике, найдутся новые герои. Или жертвы, неважно, публике всё - равно. Но ему выйти из этой игры будет непросто.

Хотя он в неё ещё не вошёл. Ещё ничего не утверждено, не узаконено, формально и юридически они с Битти пока ещё – никто. Это всё должно произойти только сегодня.

Зазвонил телефон.

«Началось» - подумал Максим.

Это был Дональд.

- Мне поручили передать, что где-то через час за вами заедет машина. Поедем в нашу нотариальную контору. Собирается юридическая комиссия и все причастные лица. Будет оглашено завещание и сразу же юридически оформлены и закреплены все права. Само собой разумеется, ваше присутствие обязательно. Ну и наследницы, конечно, тоже. Насколько мне известно, потом, после небольшого перерыва на ланч, соберётся экстренный Совет Директоров, будут рассматривать этот и другие, сопутствующие ему, вопросы. И здесь ваше присутствие обязательно. Так что день будет насыщенный. Но, в общем, вы не волнуйтесь, всё уже решено, осталось только огласить принятые решения.

Максим выслушал, заверил, что он спокоен, через час будет готов.

Постучался Серж – консьерж. Уточнил, как мистер желает завтракать – в номере или в ресторане? Естественно, Максим предпочёл в номере. Серж продолжил уточнения – что закажет мистер? Максим не хотел фантазировать, попросил кофе и чего-нибудь к нему, только немного.

Через несколько минут Серж уже прикатил столик с кофейным сервизом под стать королевскому номеру, и прочей снедью, элегантно налил кофе, расставил всё на столике в столовой, включил телевизор и удалился.

Максим расположился напротив окна и, вполуха слушая бормотание телевизора, стал неспешно завтракать – широкая панорама из окна привлекала его больше, чем говорящие головы и новости сумасшедшего мира. Панорама раскрывалась не только вширь, но и вдаль. С верхнего этажа открывался вид на весь город до самых причалов, дальше до горизонта раскинулся океан.

Чуть-чуть пожевав, потягивая кофе, Максим блаженствовал, пока его не оторвал вновь затрезвонивший телефон.

- Мистер Сейми – заворковал незнакомый голос. – Вам звонит Дэниель Хокинг, утверждает, что вы ждёте его звонка. Будете с ним говорить?

«Вот так, брат Максим, теперь у тебя личная диспетчерская с телефонистами, охраняющими от нежелательных звонков».

- Да, буду.

- До вас невозможно добраться - услышал он голос Дэниеля. - Ваша охрана или секретари установили железный забор и никого не пропускают. Я их еле убедил, что вы ждёте от меня важных сообщений. Хотя я их понимаю. Представляю, сколько чудаков, сумасшедших и прочего сброда сейчас жаждет заявить вам о своём существовании. Многие из них вовсе не беспомощны и прекрасно знают, как и где вас найти или дозвониться. Ну ладно, ближе к делу. Короче, я уже вернулся, скопировал всё с винтов Курта. Когда мы можем этим заняться?

Максим задумался. Не скоро. Возможно, только вечером.

- Дэн, дай мне свои координаты – номер мобильника или как ещё тебя достать? Или подожди, у меня здесь офис с выходом в Интернет, сейчас попробуем связаться через электронную почту.

Максим подошёл к офисному углу, осмотрелся, что где расположено и как запускается, включил компьютер, вошёл в Интернет. Всё работает. Отправил тест Дэниелю.

- Лови, Дэн, я тебе тест отправил.

- Сейчас, сейчас… Да, есть, всё работает. Ну-ка держи отзыв.


Заморгал конвертик – пришло письмо.

- Всё, Дэн, есть связь. Значит так и будем общаться. Сейчас я уезжаю, и, наверно, не скоро освобожусь. Но это дело для меня очень важно, так что при первой же возможности я связываюсь с тобой, и займёмся. Ты не пропадай.

- Нет, я жду – Дэн чему-то засмеялся. – Я, пока пытался пробиться, узнал всю вашу программу на сегодня. Могу рассказать, где, в какое время и чем вы будете заняты. И когда освободитесь. Так что буду ждать, когда вас отпустят.

- Ну, пока, Дэн.

Скоро должны уже подъехать. Максим оделся и пошёл в номер к Битти. Осторожно постучался, мало ли, там должен быть полон номер женщин. Его запустили. Битти-Кумари уже приготовили, она была в полном королевском блеске.

«А ведь её и раньше наряжали в пух и прах, до катастрофы – подумал Максим. – Так что ей не привыкать. Хотя вряд ли она помнит».

Вскоре за ними зашли. Они спустились, расселись в лимузинах и отправились в адвокатскую контору. Это было совсем близко, в одном из небоскрёбов делового центра. Их провели в небольшой зал, почти все уже были в сборе, ждали главных действующих лиц. Максим никого из присутствующих не знал, кроме адвоката, доставившего их из Непала, и переводчика.

Когда все расселись и притихли, в зал вошли главный нотариус и секретарь с бумагами. После короткого вступления нотариус зачитал текст завещания и заключение комиссии по наследству. Ввиду несовершеннолетия Бригитты Грюнвальд – так она была названа в завещании – и её недееспособности до исполнения ей восемнадцатилетнего возраста назначается опекун над наследством – ближайший дееспособный родственник – приёмный отец … Дусван Сейми, в прошлом Максим Шонеберг.

После оглашения решения последовала процедура подписания документов. Максиму подсунули несколько бумаг для ознакомления, объяснили, о чём в них говорится, он подписался в каждом экземпляре, и на этом вся церемония завершилась.

Все стали поздравлять Максима и ничего не понимающую Битти – так уж положено. Кто-то предложил спуститься в ресторан, выпить шампанского. Большинство поддержали это предложение, особенно женщины бурно выражали восторги и радость за крошку Кумари. Не часто приходится присутствовать при вручении наследства в несколько миллиардов долларов.

Собственно, почему бы и нет, почему бы не порадоваться вместе со всеми? Максим не стал возражать. Все спустились в банкетный зал ресторана в нижние этажи громадного здания, к ним присоединились стоявшие за дверью и причастные к этому лица, даже охрану подозвали.

К Максиму подошёл Дональд, психоаналитик, до этого оттесняемый широкими спинами, искренне поздравил и чокнулся хрустальным бокалом с пузырящимся шампанским.

Максим поблагодарил и поинтересовался, когда будет Совет Директоров, не пора ли отправляться?

- Нет-нет, не беспокойтесь, без вас не начнут – рассмеялся Дональд. - Ещё успеем и шампанского выпить, и закусить-перекусить. Я с вами еду. Я теперь везде буду вас сопровождать, осуществлять связь с общественностью и внешним миром.

Он – психолог – видел и понимал, что это кипение эмоций угнетает Максима, может быть считал виной этому тихий, уединённый, спокойный мир, в котором Максим пребывал до сих пор и к которому крепко привык. Ещё немного потолкавшись, съев пару бутербродов, он решил, что можно удалиться, и сказал об этом Максиму. Они покинули гулянье, набиравшее обороты, охрана последовала за ними.

Рассевшись в своих лимузинах, помчались по центру, выехали на Конгресс-стрит, с неё на Атлантик Авеню, на федеральную автостраду, и понеслись за город.

Империя Александра Вундерберга - комплекс центральных офисов, лабораторий и производственных корпусов - располагалась в южном пригороде Бостона, на берегу залива, не доезжая Плимута.

Они подъехали к центральному, возвышавшемуся над другими, зданию, поднялись на верхние этажи, где размещался конференц-зал. Их встретил пожилой, сухощавый господин очень солидного вида.

- Добрый день, господин Шонеберг, весьма рад вас видеть. Вы не возражаете, если я буду обращаться к вам по вашему старому имени, к новому я всё-равно не привыкну? Я очень рад за вас, благодарю бога за то, что он помог вам перенести все эти трагические события, в целости и сохранности вернул к нам. Более достойного преемника Александра трудно подобрать, уверен, он бы одобрил этот выбор. Я всегда вас очень уважал, и считаю, что вы по праву займёте его кресло. Вы прекрасно выглядите, несмотря на все беды, выпавшие на вашу долю.

- Позвольте вам представить мистера Эдварда Вендрока, наверно, вы его не помните – вмешался Дональд. – Это наш распорядитель-администратор, он следит здесь за порядком и всех строит. Ребята зовут его церемониймейстером.

«Ребятами», как понял Максим, были члены Совета Директоров.

Старик Эдвард провёл их в зал, показал, где что находится, на каком месте должен сидеть Максим, продемонстрировал, как управлять видео-, аудио- и прочими медиасредствами с пульта на большом столе, потом провёл в смежную комнату.

- Это один из ваших рабочих кабинетов, здесь вы будете готовиться к совещаниям.

Кабинет был обставлен по высшему разряду. Большие окна, или точней прозрачные стены, открывали обзор на всю территорию зоны, на луга и холмы за её пределами, вдали был виден открытый музей, всемирно известная достопримечательность Плимут Рок, городок Плимут. На востоке за прибрежной полосой шумел океан.

Приглядевшись, Максим разглядел далеко в океане, на самом горизонте, узкую и длинную, тянущуюся на юг и пропадающую за горизонтом косу. Это был Кейп-Код - мыс Трески. От этих необъятных просторов веяло свободой, энергией и непоколебимой верой в прекрасное будущее.

«Вот откуда идёт заряд, двигающий вверх всю компанию» - догадался Максим, но тут же сообразил, что для того, чтобы задумать, спроектировать и построить всё это компания уже должна была иметь очень большие средства и высокие позиции.

Эдвард сказал, что Совет скоро начнётся. Выйти надо будет, когда все будут в сборе – так тут принято. Он сам вызовет Максима.

«Действительно, он тут всех строит – ну пусть потешится, это простительная стариковская слабость».

Дверь в зал осталась чуть приоткрытой, и Максим слышал, как собирается Совет. Происходило это довольно шумно, с громкими приветствиями, смехом. Наконец Эдвард пригласил Максима.

Директора были больше похожи на студентов старших курсов или завсегдатаев университетских клубов по научным интересам – молодые, раскованные.

«Да, этих ребят трудно строить. Наверно Эдварду не просто с ними» - решил Максим. И ещё он понял, насколько всё-таки разумно выбрано место для строительства главных объектов компании. Бостон не только крупнейший финансовый центр Восточного побережья. Он ещё – поставщик интеллектуальной элиты для Соединённых Штатов.

Кэмбридж и Гарвард – первые номера в списке самых престижных университетских центров страны, являются пригородами Бостона. Алекс и его менеджер по кадрам непосредственно под боком подбирали самых способных и перспективных сотрудников для компании, снимали сливки, опережая всех прочих потребителей интеллектуальных мощностей. И все эти директора – вчерашние обитатели этих университетских городов. Вот откуда их молодость, независимость и интеллект. И отсюда же - стремительный взлёт компании, рост её акций, капиталов, рейтингов и позиций в списках крупнейших мировых олигархий.

Эдвард в вступительном слове коротко рассказал о том, о чём все и так знали, о чём уже давно ходили разговоры в коридорах империи и о чём кричали все газеты. Представил сначала Максима, а потом – Максиму – каждого из членов Совета.

Они-то все хорошо знали Максима, а он никого из них не помнил. Ему оставалось надеяться на понимание и деликатность своих новых подчинённых. И ещё он рассчитывал на постоянное присутствие Дональда – пусть помогает.

Впрочем, все его заботы прекрасно понимал и Эдвард, возможно, с подсказки психоаналитика. Главным пунктом повестки Совета Директоров было взаимное знакомство, сведённое к тому, что каждый из членов Совета кратко рассказал о себе, о своей сфере деятельности в компании, что уже сделано и приносит стабильный доход, и какие перспективные направления сейчас исследуются в лабораториях его предприятия.

Протокол уже готовый лежал на столе Максима, и он знал, что может позже, на досуге, внимательно изучить его и составить полное представление обо всех направлениях производственно-финансовой деятельности компании. Эдвард хорошо знал своё дело.

Максим внимательно выслушивал каждого, пытаясь за словами увидеть личность, заглянуть в душу каждого. Ведь все они были его друзьями, все они ими и остались, кроме него самого, не помнившего ничего и никого. Они все жили одной семьёй в той, прошлой жизни, так грубо разрушенной злой волей исчадия ада в человеческом обличье.

Эти мысли напомнили Максиму об ожидавшей его информации из компьютеров Курта, и он подумал, что этот вопрос можно решить официально прямо сейчас. Когда представления закончились и перешли к свободному общению, он стал выяснять, в чьём ведомстве работает Дэниель Хокинг. Выяснив, рассказал, чем они занимаются с Дэниелем, и попросил посодействовать ему.

Этим повестка внеочередного совещания была, в общем-то, исчерпана.

- А не выпить ли нам кофейку… в тесном кругу? – предложил Максим. Он решил, что будет полезно ещё более сократить дистанцию. – Эдвард, устрой нам, пожалуйста, по чашечке.

Максим так и не понял, одобрительно или отрицательно отнёсся Эдвард к его инициативе. Зато молодёжь оживилась, задвигались стулья, некоторые, предпочитающие другие напитки, стали заказывать их у Эдварда. Тот, пригласив секретарей, передал им все просьбы.

Максим вопросительно взглянул на Дональда, тот, перехватив взгляд, одобрительно кивнул, мол, всё нормально. Максим пересел из-за своего стола за общий, им принесли напитки, и они по-дружески продолжили общение.

- Макс, - обратился самый непосредственный «директор». – Ты действительно ничего не помнишь, или только прикидываешься? – некоторые засмеялись. – А то тут, понимаешь, слухи ходят, говорят, ты иногда такое выкидываешь!? – опять смех.

Максим тоже улыбнулся:

- Я и сам до конца не понял… Там со мной, наверно, что-то случилось. То ли головой сильно ушибся (смех в зале), с одной стороны и в самом деле ничего не помнил, даже своего имени, а с другой, наоборот, новые способности появились.

- А какие, если не секрет?

- Да нет, не секрет… Иногда сны снятся - приснится что-нибудь, а потом и наяву происходит.

- Ну, это со всеми бывает. И это всё?

- Да вот в шахматы ни с того ни с сего заиграл.

Все опять рассмеялись - то, что он заядлый шахматист было известно всем. Кто-то, всё-же, не удержался:

- Ну ты и раньше неплохо играл. Или ты и это забыл, думал, о камень ударился, и научился?

Все грохнули. Максим не стал вдаваться в детали, смеялся вместе со всеми.

Но про Дэна он не забывал. Улучив момент, он обратился к директору, под началом которого тот работал:

- Я бы сейчас поработал с Дэниелем Хокингом. Мне не терпится узнать, что он мне привёз.

- Сейчас я узнаю, если он на месте, то вы можете прямо здесь встретиться – он позвонил по мобильнику.

Переговорив, сообщил, что тот готов и сейчас подойдёт.

- Я выйду, пусть подождёт у входа – Максим встал, попрощался со всеми, поблагодарил за тёплый приём и, кивнув Дональду, вышел.

Дэну идти было дальше, они подождали его пару минут. Максим предложил заняться винчестерами в офисе его номера в отеле – там он чувствовал себя свободней и мог работать хоть всю ночь. Сразу же и поехали. Охрана неотступно следовала за ними. Дэн на своей машине пристроился в хвост колонны.

Проезжая через центр, Максим обратил внимание на огромный, сияющий золотом, чайник у входа в какое-то заведение. Это оказалась обычная (впрочем, пожалуй, не совсем обычная) кофейня. Такой рекламой, наподобие вывески ремесленников, владелец завлекал зевак и туристов.

Максим решил, что в этом интересном городе его ждёт ещё много чудес.

В отеле они сразу же поднялись в номер, прошли к компьютеру. Дэн деловито открутил винты, снял кожух, подключил винчестер и запустил систему. Потоптавшись по клавишам, он вывел в эксплорере головную папку привезённого винчестера.

- Всё, можешь изучать – повернулся к Максиму.

- Ну, спасибо, Дэн. Ты хорошо сработал. Надеюсь, из этого удастся выудить что-то полезное.

И он, расположившись поудобней, углубился в просмотр, забыв обо всём на свете.

Собственно, интересного было мало, точней такого, что было бы интересно Максиму. Можно было по содержимому представить довольно полный образ владельца компьютера. Этот образ вызывал у Максима резкое неприятие. Наряду с высокоинтеллектуальными разработками в рабочей папке диски были заполнены материалами, входящими в круг увлечений Курта, – сайты, игры, фильмы, музыкальные хиты и прочая дребедень, всё это своей тематикой и уровнем, в отличие от проектов, над которыми он работал, говорило об отсутствии души, нищете духа. Компьютерные игры, которых было очень много - наверно они и были главным его увлечением - все были агрессивные, с кровью, изощрёнными убийствами, расчленениями, и озвучены под стать этому содержанию.

Провозившись довольно долго, Максим, в конце концов, всё-таки нашёл, что ему хотелось посмотреть – ту самую таблицу Курта, которую он видел во сне. В ней прибавилось несколько ячеек, в том числе за Ричардом. Но последние события отмечены не были – Курт уже был в бегах.

И ещё много полезной информации Максим нашёл в его почтовой программе. По её содержимому – письмам, сообщениям, адресной книге, можно было проследить круг общения Курта, его связи, если всё это очень тщательно исследовать, может быть можно даже найти направления, где его искать.

После нескольких часов напряжённого всматривания в экран Максим, наконец, оторвался от компьютера. Сходу, за один присест невозможно было исследовать всё громадное пространство памяти, и он решил отложить на потом, вернуться к нему позже.

Его гости не скучали – обнаружив в баре большой выбор напитков, намешали себе экзотических коктейлей по вкусу и, потягивая их, сражались в шахматы на найденной в журнальном столе шахматной доске. Наверное эта игра пользовалась большим успехом среди сотрудников компании.

Максим решил сделать паузу. Позвал Сержа, попросил приготовить кофе. Тот прошёл на кухоньку, быстро и ловко заварил каким-то своим методом крепкий ароматный напиток, разлил по чашкам, подлил сливки, подсыпал сахар, ещё чего-то, и разнёс каждому. Кофе получился удивительно ароматным и вкусным, Максим понял, что эта процедура – фирменный знак Сержа, его коронный номер.

Дэн с Доном тоже сразу оценили его способности по достоинству, начали допрашивать, как это ему удаётся, тот отнекивался, говорил, что сам не знает, просто делает и всё. То ли скромничал, то ли не хотел раскрывать фирменный секрет. По его смуглой южноамериканской внешности Максим рассудил, что это – фамильное, и передалось ему по наследству.

Побродив с чашечкой по комнатам, полюбовавшись видами из окон, Максим вернулся к компьютеру. Надо бы и почту посмотреть, раз уж занялся.

А вот тут его ждал сюрприз. Внезапная, свалившаяся с неба известность не проходит бесследно. Личные контакты ограничивались охраной и служащими отеля, телефонные звонки тоже контролировались и отсекались, а доступ к почтовому ящику пока ещё остался открытым. Первая волна «поклонников и почитателей», тех, кто спешил опередить других, уже разнюхала адрес его почтового ящика и успела отметиться письмом, сообщением, поздравлением, просьбой, приглашением – кто на что способен.

Деваться некуда, надо всё просмотреть. Среди этих барханов песка могли оказаться и золотые песчинки. Максим вздохнул и приступил к просмотру. Публика эта была самая разношёрстная. Их объединяло только то, что они умели обращаться с компьютером и электронной почтой и обладали в достаточной мере наглостью, позволявшей вламываться в чужую жизнь.

Разделался с ними Максим довольно быстро. Все письма на этот раз оказались пустым «песком», это он определял с первых строк. Но после просмотра он сделал вывод, что дошла только первая волна. Доступность и анонимность электронного метода переписки даже робких делает смелыми, так что скоро пойдёт такой вал, что в нём захлебнётся вся служба, предоставившая ему почтовый ящик. Чудаков и сумасшедших в виртуальном пространстве – пруд пруди. Надо что-то предпринимать.

Максим высказал свою заботу Дэниелю. Тот, немного подумав, успокоил – всё это можно взять под контроль. В компании есть всё, чтобы справиться с этой проблемой, есть даже соответствующая служба. Ведь раньше они обслуживали почту прежнего шефа – Алекса. Сейчас надо эту службу переключить на Максима, возможно, это уже делается, и они только ждут сигнала, чтобы запустить механизм.

Выслушав, Максим успокоился, значит, надо только официальное обращение от него, и всё будет сделано.

Время склонялось к вечеру. Максим устал, проведя много часов за компьютером.

«По горам легче ходить, чем сидеть на одном месте и пялиться в экран» - решил он.

Глядя в окна на раскинувшийся город, он подумал – не прогуляться ли? Своих помощников он отпустил, Дэниель попрощался и удалился, а Дональд стал выяснять, чем он намерен заняться. Выслушав, неодобрительно оглядел Максима.

- Вы ещё не до конца поняли, что с вами произошло… в эти дни… и кем вы стали – назидательно, как несмышлёному ребёнку, произнёс он.

Ах, ну да! Максиму вспомнился «феномен первых космонавтов». Утром они уходят на службу никому неизвестными, а вечером или через день-два, когда возвращаются из космоса, их знает вся планета, и они уже не могут просто так посидеть во дворе на скамеечке, сходить в булочную, пройтись по городу. Вот это и с ним сейчас произошло.

- Но вы не расстраивайтесь. Немного можно прогуляться, если принять меры предосторожности. Я уже знаю, куда мы сходим. Там, во-первых, много интересного, а, во-вторых, совершенно безопасно.

- Куда же?

- Сейчас всё увидим – он вызвал Сержа. – Как бы нам взглянуть на Бикон-Хилл. Отсюда мы его увидим?

- Из этого номера – нет. Но у нас есть отличная смотровая площадка наверху. С неё виден весь город, а Бикон-Хилл – как на ладони. Желаете посмотреть?

- Да, проведи нас.

Они вышли из номера, Серж вывел их на широкую смотровую галерею. Она была прекрасно оборудована для обзора, несколько мощных бинокуляров были установлены на перилах.

- Вот, пожалуйста. Вот он – Бикон-Хилл.

За сквером, разбитым под окнами отеля, пролегла широкая автострада, а сразу за ней, отгороженный звукогасящим забором, раскинулся до самого берега реки большой жилой район с невысокими одно-, двух- и трёхэтажными домами, большинство из них были сложены из тёмного красного кирпича, наверно, ещё в позапрошлом веке. Если на восток, куда выходили окна номера, надо было смотреть снизу вверх на небоскрёбы, то здесь всё было внизу. Там зритель был Гулливером в Бробдингнеге - стране великанов, а здесь – Гулливером в Лилипутии. Там был XXI век, а тут – XIX.

- Что это? – изумлённый, спросил Максим.

- Аристократический квартал. Бикон-Хилл. Не желаете в нём прогуляться?

- Я думаю, это самое интересное, что можно тут посмотреть – одобрил предложение Максим.

- О-о, здесь есть и более интересные места – рассмеялся Дональд. - Хотя бы за нашим городком, где мы были на Совете Директоров… А вон там, за водохранилищем, Кэмбридж – он указал вдаль, на запад от Бикон-Хилла.

Так далеко уже трудно было что-то разглядеть. Максим подошёл к бинокуляру, навёл его на горизонт и долго рассматривал далёкие домики университетского городка, известного на весь мир. Городок тоже был похож на старинное голландское или английское поселение.

- Ну давай, сходим – нетерпеливо предложил он.

Они спустились, вышли из отеля, Дональд сделал знак, и прятавшиеся охранники последовали за ними, не мозоля глаза. Пересекли сквер, вошли в большой тенистый парк. Дойдя до края, спустились в длинный подземный переход, на другом его конце вышли уже в Бикон-Хилле.

Дональд сразу повёл Максима узкими улочками по самым интересным местам. У Максима создалось полное ощущение, что они попали в средние века. Тесно прижатые ухоженные дома, цветочные мансарды, будто из сказок Андерсена, белые ставни, газовые уличные фонари, как в Лондоне сто пятьдесят лет назад. В этой идиллии казалось невероятным, что совсем близко возвышаются суперсовременные небоскрёбы финансового мегаполиса. И люди, днём работающие в тех небоскрёбах, остальное время живут в этих древних особняках.

 Они ходили до самой темноты, пока не зажглись фонари, призрачный свет которых дополнительно усилил иллюзию средневековья. Дональд, чтобы не усложнять жизнь охране, предложил вернуться в отель. Они не спеша побрели домой. Распрощались у входа, Дональд сказал, что утром заедет, и Максим поднялся к себе в номер. По пути он зашёл к Битти. Малютка никак не могла приспособиться к резкой смене часовых поясов, всё ещё путала день и ночь. Совместными усилиями они заиграли её до утомления и уложили спать.

Продолжение следует.