Зарисовка 3

Автобусные страсти.

Отвык я от автобусов.
Все автомобиль, да автомобиль.
Оно хоть дороже, но как-то уютнее.
Сам на газ давишь, сам тормозишь. Окошко открыл, чувствуешь – дует, взял да и закрыл.
Хорошо.
В автобусе, конечно, не так. Там с разных климатических поясов люди собираются.
Одним холодно, другим дышать нечем. Вот они, которым жарко, окошки и раскрывают.
А из окошка ветер. Пронзительный, зараза.
Выезжаешь здоровым, приезжаешь калекой. С насморком.
Да. За это автобусы не люблю. За несовпадение вкусов потребителей.
Но иногда на автомобиле до нужного места не добраться.
То есть мимо места проехать можно, а остановиться негде.
А уж припарковаться вообще невозможно. Исключительно за деньги. А их жалко.
Приходится на автобусе, хоть и противно.
Но человек привыкает ко всему, даже к автобусу. Приспосабливается.
И даже находит некоторое развлечение в самом факте поездки.
Лично я наблюдаю за пассажирами.
Не знаю, может кто-то наблюдает и за мной, но я стараюсь сесть сзади в углу, чтоб не напрягать людей
своей малозначительной внешностью.
Сижу, делаю вид, что дремлю, а сам смотрю, слушаю и даже нюхаю.
Развиваю органы чувств.
Впрочем, они сами включаются. Автоматически.
Все-таки не один едешь.
В коллективе.
А коллектив самый разнообразный.
Мужчины, женщины.
И все едут.
И вот они едут, а я смотрю.
На некоторых вскользь поглядываю, на некоторых пристально, но в общем больше слушаю.
И такие иногда вещи удаётся услышать, что забываешь о собственных проблемах и
радуешься, что у тебя все хорошо и твои неприятности вовсе и не неприятности, а так….
..прыщик на носу.
Вот, к примеру, заходит девушка с заплаканными глазами.
Только села – звонит мобильник.
Девушка смотрит на номер и нажимает «отбой».
Снова звонок. Снова отбой. И так раз пять.
Наконец берет трубку и, рыдая, говорит:
- Не звони мне. И не жди вечером. Я больше не вернусь.
Нет. Нет! А я говорю, нет!! Не знаю. Не скажу! Только попробуй!!!
У-у! Тут нешуточная драма. Прямо разводом пахнет. И прямо с утра.
Впрочем, тут все с утра, потому что как раз утро. Семь часов.
Девушка закрывает лицо платком, а все вокруг понимающе переглядываются. Знакомо.
Через пару остановок заходит парень.
По всему видно парень не простой, с характером. На кисти наколка в виде змеи.
Прическа ежиком. Мускулатура.
В общем, боевой такой пацан.
И тоже звонок.
- Алё!...Да. Да, Виктор. Кто? А….И что? Как, прямо сейчас? Ну-ка дай его сюда!
Дальше разговор на иврите. Не стану приводить его дословно, но суть в том, что в его
квартиру, похоже, вломились судебные исполнители и собираются выносить имущество.
Звонит, видимо, «понятой».
Жена в истерике, зовет Витю домой. Витя по очереди успокаивает жену, лается с «исполнителями»,
обещает утрясти все к вечеру, перезванивает адвокату и не дозванивается
(где вы видели адвоката в семь с четвертью утра).
В промежутках между звонками выдает русско-ивритские перлы, соответствующие моменту.
Чувствуется, что ивритом он овладел неплохо, а вот с похуизмом пока не все в порядке. Нервничает.
Объясняет, что находится на пути на работу и деньги будут к шести вечера.
- Будут! Точно, точно! Да будут, я тебе говорю!! (Козел, бля!)
Автобус не дышит. Все напряженно вслушиваются в диалоги.
Еще бы – такая бесплатная юридическая консультация в лицах.
В конце концов, Виктор добивается отсрочки до вечера, успокаивает жену, одевает наушники и
впадает в медитативное состояние.
Веселенький ему денек предстоит.
Чтобы понять, что я имею ввиду, говоря, что нервишки шалят, вот встречный диалог.
На сей раз своими радостями и печалями делятся две коренные израильтянки.
Судя по всему мать с дочкой.
В полдень еду обратно, они сидят передо мной.
Как водится, звонит телефон. Причем звук вызова имитирует душераздирающий
младенческий вопль. Все вздрагивают. Некоторые, не сообразив, оглядываются в поисках подкидыша.
Старшая достает телефон и включает его на громкую связь.
- Йоси, как дела? Что слышно? – орет она на весь автобус.
- Нормально, - отвечает Йоси. – Вы где?
- В автобусе. Едем в суд.
- А…..а зачем?
- Да счет арестовали.
- Понятно, - отвечает Йоси. – А вечером в бассейне будете? (Про суд он уже забыл, да и собеседницы,
похоже, не считают это темой для разговора).
- Будем, но позже. Нужно заехать к Габи. Он завтра едет в Барселону, хотели кое-что заказать ему.
Барселона – это дело. Об этом должны знать все. Жаль динамик телефона не озвучивает улицу.
А суд – пфуй, какая мелочь.
Мне бы их нервы….
**********************
Если для меня поездка в автобусе лишь получасовой эпизод между подъемом и началом работы, то для многих автобус - жизненное пространство.
Заходишь в автобус, а на переднем сиденьи молоденькая девушка разложила маленький дастархан из коробки с бурекасами, термоса и непроливаемого стаканчика.
Естественно, коробочка с влажными салфетками, зубочистка и пакетик с кетчупом.
И так она аппетитно хрумкает всем этим хозяйством, просто душа радуется.
Завтракает, голубушка. Так и хочется пожелать приятного аппетита.
Кушай, девочка. Развивайся.
Хуже, когда аппетит просыпается у представителя старшего поколения, да еще в "час пик".
Вот рядом со мной вдавливается дедушка лет за девяносто.
В руке пакет. В пакете что-то объемное, сочно-пачкливое.
Дедушка осторожно держит его на весу.
Вдавливаюсь в стекло. Не хочется запачкаться об тот пакетик.
Может там котенок, или сырое мясо.
Вдруг дедушка ставит пакет на пол (на полу сразу образуется мокрое пятно - так и знал)
и вынимает из него большущую подмятую с одной стороны грушу.
Груша перезрелая и уже практически жидкая.
Старик внимательно ее оглядывает, высматривает съедобные места, и тут делает такое, чего я, видавший всякого, никак не ждал..
Он лезет свободной рукой в карман, вытаскивает вставные челюсти, с предвкушением вставляет их в рот, жамкает, прилаживаясь, и.... набрасывается на грушу, как крокодил на обезьяну.
Груша пишит и брыжжет! Сок течет по дедушкиному, плохо выбритому подбородку.
Я хочу стать приведением, чтоб просочиться сквозь кучу тел и выпорхнуть на волю.
Но я зажат со всех сторон и молюсь лишь о том, чтобы дедушка не вытер об меня руки.
Пусть умрет своей смертью. Сколько там ему осталось.....

Ой, моя остановка!
Позвольте выйти!
Дедушка подхватывает пакетик, и, хватаясь за все подряд, освобождает проход.
Народ прыскает от него, как мальки от щуки.
Ой! Свобода. Воздух. Выхлопные газы. Какое счастье быть живым и чистым.

*********************************

Покуда жизнь не повернулась ко мне своей филейной частью, приходится пользоваться тем, что доступно.
Кажется, при разделке говяжьей туши эта часть идет под номером 14.
В общем, продолжаю кататься на автобусе, а автобус продолжает радовать встречами с разными людьми.
Интересное наблюдение (я не первый, но приятно убедиться), любое, произвольно взятое количество людей содержит все основные элементы общества.
Тут и деловые дамы, и скромные труженики, и проститутки, и маньяки, и просто мизерабли – жалкие,
ничтожные люди, невесть куда едущие, и неизвестно для чего существующие.
Впрочем, причины нашего с вами существования тоже достаточно туманны, так что не станем
их рассматривать во избежание разочарования в собственной ценности для общества.
Сегодня утром еду чуть позже обычного, поэтому знакомых лиц нет.
Новый комплект пассажиров.
Вот входит тетя неопределенного возраста. Судя по всему, из религиозной семьи.
Парик со встроенной ленточкой, бесформенная рубашка, черная, заношенная юбка по щиколотку,
и очень ёмкий ридикюль, в котором, кажется, находятся все ценности, накопленные хозяйкой
за всю свою нелегкую жизнь.
Она чрезвычайно чем-то озабочена. Поминутно открывает свой ридикюль, достает оттуда записную книжку,
что-то быстро записывает, хмуря брови и шевеля губами. Каждый раз она книжку прячет, а потом
долго выкапывает обратно.
Может она математик и записывает формулы неведомых уравнений, а может учительница и
прикидывает план занятий по богословию. В любом случае, суетливость явно не приносит ей
больших доходов.
Вот она заканчивает писать, прячет книжку, выуживает из своего хранилища вареное яйцо, быстро очищает
и глотает не жуя.
Бульк! Яйцо исчезло.
Осталась лишь скорлупа, которую она сует в пластиковый мешочек и прячет в тот же ридикюль.
Интересно, сколько подобных мешочков хранится у нее там? Наверняка ведь забудет выбросить.
Бог с ней.
Внимание отвлекается на крупную, лет сорока, "вокзальную" проститутку, которая вваливается в салон, как в бордель, захватывает два сидения, распахивает все окна, до которых дотягивается, и тотчас же устраивает скандал.
- Водитель! – орет она, - включи мазган (кондиционер)!! Жарко! Ох, как жарко! Ну и жара!
Между тем не так уж и жарко, а одета она более чем легко.
На ней кусочек синей материи, символизирующий юбку, колготки телесного цвета, мушкетерские ботфорты
и огненно-красная блузка.
Размер бюста впечатляет.
Если бы ее интеллект был пропорционален размеру бюста хотя бы 1:10, то быть бы ей нобелевским лауреатом в любой области естествознания.
Знойная женщина!
Она тоже приводит себя в порядок перед началом рабочего дня. Для этой цели у нее имеется губная помада жгуче-красного цвета, которую она размазывает по губам без зеркала.
Она стремится сделать свой рот как можно более привлекательным, и поэтому замазывает
помадой всю нижнюю часть лица.
В сочетании с шапкой спутанных, обесцвеченных волос, этот макияж дает сногсшибательный эффект.
При заполненном, как обычно в час пик, автобусе, четыре сидения вокруг свободны.
Всякий, вновь вошедший, сначала радостно прыгает на свободное сиденье, но уже через пол минуты
сбегает в дальний конец салона.
«Чур меня, чур!» - написано на их лицах.
Но не для всех общение с местной Магдалиной заканчивается так безобидно.
В автобус входит уже знакомый дядечка-маньяк со своей сумкой-тележкой.
Он промышляет какой-то гадостью. То ли бутылки собирает по мусорным бачкам, то ли просто тырит,
что плохо лежит. Главное, он всегда со своей сумкой и она всегда набита какой-то дрянью.
Собственно он не маньяк, а как бы полуманьяк.
Его основная задача – сесть рядом с девушкой и поставить свою торбу между ног. При этом его ноги раздвигаются и упираются в ноги сидящей рядом девушки.
Дядечке кайф, у девушки шок от «тесного общения» с таким «аполлоном».
И вот сейчас наш «щикотило», не разглядев объекта, плюхается на свободное место рядом с красоткой,
вонзает тележку между своих коротеньких ляжек и готовится порадоваться на культурологический
шок невинной девчушки.
Ха! Как говорится, «этот поезд не идет на Бердичев, так вы хотя бы сядьте к нему лицом».
Внимательнее надо быть. Мадам реагирует мгновенно и профессионально.
Правой рукой она обхватывает соискателя за плечи, а левой хватает за упругую ляжку.
- Сладкий мой! – вопит она, как раненная динозавриха, - Хочешь развлечься?
«Сладкий» поднимает глаза и его лицо искажается ужасом.
Вместо привычно-растерянного лица обыкновенной девчушки, перед ним маячит голова гарпии,
готовой вцепиться в его ширинку.
Народ вокруг злорадно скалится.
Незадачливый маньяк срывается с места, но тележка и толпа не дают быстро уйти.
В конце концов, он прорывается в середину салона, а вслед ему несутся сладострастные призывы,
перемежающиеся проклятиями.
- Сын проститутки, - визжит обманутая в ожиданиях труженица.
Народ помирает со смеху, и я вместе со всеми.
«Поделом вору и мука»


Книжные страдания.
********************

Известно, что книжные магазины, как магнитом притягивают всякого рода людей с неустойчивой психикой.
Заходят непризнанные гении и признанные дегенераты.
Заходят нищие финансово и нищие духом.
Заходят мизантропы и социопаты
Про жуликов уже и не говорю.
Есть узкие специалисты. Кто по музыке, кто по книгам.
Узнать такого легко по той тщательности, с которой он рассматривает надписи на диске или кассете. Тут главное не стесняться и стоять к нему вплотную, что порой нелегко из-за специфического запаха.
Впрочем, если они заходят по двое-трое, то уследить крайне сложно.
Один отвлекает, второй прикрывает, третий ворует.
Однажды углядел того, кто ворует.
Сунул, щучий сын, в карман шесть дисков МР-3.
Подошел к нему, обнял за плечи и говорю:
- Айда, поговорим.
Подвел к двери, вынул диски из карманов, установил его точно в створ и дал пинка.
Эх, красиво пошел. Аж до проезжей части вылетел. Даже кроссовки потерял.
Друзья его было вздыбились, но я сказал:
- Дети мои. Я знаю вас всех по именам. Знаю где вы живете и что ели на завтрак.
- Одно ваше нервное движение – луноход уже в пути. Надо?
- Нет, - отвечают, – в другой раз.
И ушли.
Хорошие ребята. Вежливые.
С хамами труднее. Не сразу соображаешь, что ответить.
Вот заходит дядя с начитанной мордой. В очках благородство и хроническое чувство оскорбленной невинности.
Я с дежурным вопросом, - Что-то подсказать?
- Благодарю, - говорит, - свои ошибки я делаю сам. (и верблюжья морда)
Ах, ты ж козел! Самую большую ошибку сделала твоя мама, когда легла под твоего папу.
Но вслух же не скажешь. Работник, как никак, культуры жеж.
Поэтому ухожу за стойку и делаю вид, что сильно занят.
Вижу – не может сориентироваться. Крутится у полок, а где лежит нужное, не видит. Гордость, однако, не позволяет спросить. Ну, ходи, милый. Свою ошибку ты уже совершил.
Зато под вечер полный оверкиль.
Вваливаются двое. То ли муж с женой, то ли просто попутчики по жизни, но род занятий угадывать не нужно – побирушки. Со всеми сопутствующими атрибутами - вонью, костылями и рваными авоськами с харчами.
Но это они в рабочее время побирушки, а вечером их тянет к прекрасному.
Они страстные меломаны. Обожают Буйнова и группу «Валдай».
Переворачивают магазин вверх дном, набирают шесть дисков музыки и расплачиваются мелочью, которой у них пудовый мешок.
Мелочь я не считая ссыпаю в целлофановый мешок, заливаю мылом и долго промываю.
Прости меня господи, хоть и говорят, что «деньги не пахнут», уверяю вас – еще как пахнут, не сказать бы хуже.
Следующим номером выступает юноша с макияжем и пушистыми ресницами.
Он жеманно показывает пальчиком на интересующий его диск, долго рассматривает и просит фильм того же режиссера (кажется Бенюэля), но не в сборке, а отдельно. Чтоб качество, значит, присутствовало.
Обещаю заказать ему такой фильм и спрашиваю телефон. Он диктует телефон мамы, и когда я спрашиваю – кого спросить, он потупясь отвечает, - Спросите Лёвушку.
- Как?!
- Лёвушку.
- Прямо вот так? Не Леву, не Льва, а именно Лёвушку?
- Да.
- Э-э-э….хорошо….Лёвушка. Я позвоню.
Левушка.....коровушка...блин
................
 На днях вваливается тетя:
- Дину Рубину, пожалст, последнюю.
- Извиняюсь - кончилась. Наши ташкентские все расхватали.
- А я не из Ташкента. Я из приличного места.....
.........??
Ну что тут скажешь? Неприличное место, Ташкент.
Уф, граждане. Нелегкий труд у нас, книгопродавцев.


Рецензии