Попрыгунчик

текст: Артем Кодолов, Олег Грешняков


— О, Ген, ты сегодня побрил подмышки и там…мне так приятно гладить твое нежное тело. У тебя такие упругие ягодицы, стал ходить в качалку небось? — спросил Павел.
— Да, а у тебя увеличились кубики на прессе! — воскликнул шепотом Гена.

В темноте два друга обнялись и поцеловались в засос. Один обнял задницу второго, нежно поглаживая ее. В образовавшейся тишине были слышны только чмокания, но в самый не подходящий момент послышались шаги за дверью, кто-то вставил ключ в замочную скважину парадной…

— Черт, жена, — возбужденно произнес один, — что делать?

Один замок отперся и другой ключ вошел во второй.

— В шкаф? — спросил второй.
— Нет, она начнет раздеваться и в шкаф… — рассуждал квартирант.
— Тогда на балкон?
— Там велосипед и кастрюли с капустой! — задумался первый и обратил внимание на скрип двери, — в окно!

Он схватил одевавшегося любовника и швырнул в приоткрытое окно.

— Здесь высоко… — удалялся крик.

Жена вошла в коридор и писклявым голосом позвала мужа:

— Геночка, пупсик, я дома!
— Ой, Любочка, привет, как раз тебя жду, — Гена вышел в прихожую.
— О, да ты обнажен и возбужден во всю длину, я сейчас приду.

Жена ворвалась в комнату, увидев открытое окно.

— Закрою окно и задвину шторы, а то сосед с дома напротив снова будет подглядывать в бинокль и мастурбировать на нас, — Люба подошла к открытому окну и не увидела Павла, который успел ухватиться за раму, свисал на подоконнике за окном.

Люба захлопнула створку, потом ещё раз, но уже до конца.

— Дорогой, у нас окно плохо закрывается, завтра посмотри, — сказала жена, а в это время Павел летел вниз с переломанными пальцами.

Маша встала с постели и подошла к зашторенному евро-окну из дерева, начала потягиваться и с расслабления или с напряжения, пукнула и хихикнула. Вдруг раздался грохот, подобно стуку по подоконнику со стороны улицы. От неожиданности или от испуга, Маша пернула так сильно, что люстра и хрусталь в антресоли зазвенели.

— Что там за хрень? — Мария схватила клюшку и откинула ею шторы в сторону, но за окном никого не было. Тогда Маша, не отпуская хоккейный габарит, открыла ставни и осторожно высунулась на улицу.

На мокрой траве, она увидела молодого человека, в семейных трусах, натянутых до ушей. Павел тяжело дышал и ловил кайф, потеряв сознания от переломленного ребра.

— О, смотрите, наркоман из окна выпал! — прикалывались две проходящие мимо шалавёшки.

Мария, с голыми титьками, торчала в окне и разглядывала несчастного парня, лежавшего на мокрой траве. Она ужаснулась и выронила клюшку, которая угадила Павлу в лоб и он совсем потерял сознание.

— Я вызову скорую! — закричала Маша и побежала к телефону, но споткнулась о ковер и упала в кошачье испражнение носом. От сильного удара у девушки помутнело в голове и она забыла, куда шла. Мария подняла голое тело и в забытьи высунулась обратно в окно с разбитым и измазанным носом, как к телу на траве подошли бабушки.

— Убивца! — крикнула одна из пожилых женщин, увидев в окне обнаженную девушку со следами борьбы на лице, и остальные подхватили этот возглас.
— Я? Нет! — удивленно воскликнула Мария и прикрыла грудь рукой, а другой схватила штору, — я этого человека впервые вижу.
— Хто там жа фум? — спросила Люба, когда её рот был занят.
— Что? — спросил муж Гена и тут же добавил, — я ничего не слышу, продолжай, не отвлекайся!
— Что стоишь, злорадствуешь? — кричали на Машу прохожие зеваки, кто-то кушал поп-корн и попивал коку, — вызови 01…то есть 02, блин скорую иди вызови, он же скончается!
— А? Да, конечно! — Мария уже набирала на сотовом знакомый номер. Нажав в спехе 0 и 3, её «NOKIA» произвела быстрый набор подруги.
— Машка? Привет, чего хотела? — спросила Таня по телефону.
— Алло?! Кто это? — озадачилась Маша.
— Ты чего, опять накурилась дури? — поинтересовалась подруга.
— Еп, я тебе перезвоню! — гаркнула Мария и нажала сброс.

Сбитая с толу Маша, схватила городской телефонный аппарат и, дрожащими руками, набрала 01.

— Да?! — раздался пьяный мужской голос.
— Скорее… тут… нужно, срочно! — не могла сказать ничего необходимого Мэри. Кое-как промямлив адрес, она бросила трубку, где раздалось, — Выезжаем! — и побежала ждать помощи.

Прошла половина часа.

— Эй, толпа, разойдись! — кричал высунувшейся из окна пожарной машины огнеборец.

Толпа расступалась впритык с «пожарной». Машина как будто разрезала кучи людей. Автомобиль заехал на газон и вдруг он на ходу приподнялся и снова опустился, будто наехал на большого «лежачего полицейского».

— Стой! — крикнул командир, — Тормози!
— Поди на кошку наехали! — произнес водитель — пожарный.
— Толстые нынче кошки пошли.
— Британцы видимо…

Толпа тупо всматривалась в окна, ища дым и источник пожара.

— Какое ЧМО вызвало пожарных? Где скорая? — поинтересовался зазевавшийся зевака.
— А где вообще наш попрыгунчик? — все стали всматриваться под ноги.

Люба, стоя уже на коленях, спросила Гену:

— Нет, там точно что-то случилось, пойдем посмотрим.
— Погоди, ты сейчас в моей любимой позе сзади, я уже близок.

Пожарные стали подавать лестницу.

— Боря, чуть левее, выше, давай… ну ты чего тормозишь, идиот?

Мария снова подошла к окну в слезах и споткнулась о тапочки, ударилась о появившеюся пожарную лестницу и выпала в окно…

— Смотрите! Любовница не выдержала страданий и покончила с собой — крикнули в толпе, показывая на падавшую тушу Марии.
— Ну что за шум-гам, разойдитесь, опергруппа! — пробирался не спеша сквозь толпу зевак участковый, — Ох ты бабушка моя боец ОМОНа, эка их угораздило.
— Они там сначала во что мир стоит спаривались, а потом, видать, посра… поссорились, стали драться и она его вышвырнула, — диктовал на протокол Борька-пьянчужка.
— А дальше? — интересовался милиционер.
— А что дальше? Ну, вышвырнула она его, а потом и сама сиганула, окрестя голову. Совесть ведь никуда не денешь, — продолжал свидетель, запихивая не заметно от следователя спертые у трупа золотые часы в карман.
— И ты все это сам видел?
— Вот этими глазами, начальник! — указал он мимо –7 линз своих очков.
— Ну, все понятно — убийство из ревности и самоубийство…