Посвящается С. П

Петр Степанович был очень видным мужчиной. Все женщины села смотрели на него с восхищением: сильный, умный, добрый, а ,главное, хозяйственный. Построил собственный дом, занимался садом, сам вел хозяйство. Только вот жил он один.
Одному-то скучно небось?
Да живем потихоньку… ты-то как баб Марф?
Да, ниче, Слава Богу, жива-здорова.


Работал Петр Степанович в школе завхозом. Все учителя его уважали, одобрительно кивали головой, услышав, что Петр Степанович так решил. (Все, что делалось Петром Степановичем было, несомненно, нужно школе и ученикам) Дети же души не чаяли в своем завхозе. Он был для них всем: и всемогущим богатырем, и добрым волшебником. (Он и стул мог починить, и рассудить друзей в споре). Детское сердце доверяло ему, давало решать вопросы не шуточные, решать, что справедливо, а что нет.
Так наш герой и жил день за днем: в школе – дела, дома - хозяйство; дома – дела, а в школе – хозяйство.
Сам себе господин, хозяин и друг.

Рано утром у Петра Степановича сильно заболела голова. Боль приходила откуда-то извне и проникала в кору головного мозга. Пилила, пилила, опускалась все ниже и ниже прямо к сердцу. Было тяжело дышать.
Днем кто-то постучал в дверь. Пришла телеграмма: « Мама умерла»


Степаныч-то… куда пропал? – недоумевали соседки, - Палыч, сходи к Степанычу-то! Уж чай как третий день из дому не выходит!
Вернувшийся Палыч вещал соседкам:
Я захожу – он лежит. Думаю – не уж помер! Нет – смотрю, дышит. И говорит мне: «Палыч. Зачем пришел? Уйди… Один я буду»
 Ну, я пошел. А там телеграмма на столе. Вон в чем дело, думаю…
Да не тяни ты, Палыч, скажи уж!
Мать умерла. У него.


Петр Степанович не поехал на похороны. Просто не смог. Так было тяжело и боль, резкая и невыносимая. Так было сложно дышать.

На работу он больше не вышел. Сад забросил.
Степаныча тут видела. Ой, постарел! А такой был видный мужчина, просто загляденье! Гляжу, бывало, глаз не могу оторвать. А тут, как-то ссохся весь!

Однажды утром Петра Степановича увидел кто-то на вокзале. Пошли слухи, что уехал к каким-то родственникам или на лечение или Бог знает куда…


Прошел год. Заросший сад хотел жить, и новые ростки тянулись к свету.
Петр Степанович вернулся домой. Да не один, а с тремя совсем еще маленькими детьми и с хозяйкой, как думали соседи, женой.
Вроде бы все как прежде, только никто не называет его просто Степанычем, от всех слышишь только: «Что Вы, что Вы, Петр Степанович!!!»
Палыч просвещал молодежь:
Как же! Это раньше он был завхоз - и все! А теперь, вишь, первый человек на селе! Как должность называется-то!… Глава ентой… Ну, Марфа, скажи, чтоль!..
Да откуда я помню!
Ниче ты не помнишь! Ага! Администратии!..

Так и живет Петр Степанович до сих пор.


Эпилог.

Что было – не помню,
 Что будет – не знаю,
 Что дано было – не использовано осталось,
 Что потерял – навечно, уже не вернуть…