Танцор и киллер. Часть третья

Игорёк.

Я закрыл за Кириллом дверь, прижался к ней спиной, заплакал и осел на пол. Когда крик беззвучен, он особенно страшен. Ноющая боль поселилась в моей жизни, затухая и разгораясь с большей силой. Брошен, как грязная тряпка! Никто и ни когда не будет так же любим и дорог, как он.…Тьфу! Со мной постоянно жили сопливые песни о неразделённой любви. Они так замечательно шли под водочку. После месяца запоя, когда к алкоголю подмешивалось и снотворное, чтоб хоть как-то отключаться, я одумался. Рассмотрев неприятную харю в зеркале, решил, что на Мэрилин Монро не потяну, а, значит, не *** повторять её привычки. Касеты с набором слёз и соплей, вылетели в окно вместе со старым магнитофоном. Образ пафосной провинциально актрисы меня также утомил. Хватит.
Мобильных телефонов и интернета в России тогда не было, зато в двух рекламных газетах разместились объявления. Мол, молодой, красивый и спортивный, желает познакомиться и так далее. Отклики, немного более сотни, приходили на почту «до востребования». Встретился со всеми, я – вежливый мальчик. Секс получился не с каждым. Парочка женатых таксистов, официант, партийный функционер, прорыдавший на моей груди всю ночь от счастья, проводник, какие-то иногородние студенты.
Были и смешные ситуации. Эстетствующий урод, покрывавшийся пылью в квартире тётушки, оперной певицы. Батюшка, трахавший меня, крестясь и приговаривая: «С тобой не грех. Не грех». Несчастный пожилой композитор, чьего имени так никто и не узнал. Мясник с рынка, заваливший холодильник свежатиной, член которого приходилось искать по три часа в непролазных зарослях.
 Хорош был только один женатик, каталожно-красивый офицер, пропавший после двух трахов и своего окончания академии. Волков.
Итак, обилие спиртного и партнёров только усугубили чувство одиночества, да ещё раз убедили, что кроме Кирилла мне не нужен ни кто. Я искал его глазами на улицах. Сердце сжималось, если в толпе мелькал стриженый светлый затылок, переходящий в крепкую шею. Проезжающие мимо «БМВ», заставляли вздрагивать. Конечно, места их с ребятами посиделок, посещались с регулярностью смены дня и ночи. Город сотрясали шумные бандитские разборки. Я боялся, что он может погибнуть. Но в каких-то теленовостях, увидел только фотографию Славика. Бедный. Мальчику прострелили голову. Больше ничего.
Как-то, возвращаясь в дупель пьяным от очередного вялого любовника, я зарулил в забегаловку на Литейном. Жрать захотелось. Тот идиот, после того, как я героически трахнул его плоский невзрачный зад, заявил, что ему рано на работу, спать с кем-то он не любит, а готовить еду нет времени. Полуподвал пропах кислыми щами и пивом. Тупо разглядывая скукорженный ассортимент, я вздрогнул от резкого хлопка по плечу.
-Здоров, Игорян. – Томас широко улыбался. – Рад тебя видеть без петли на шее. У, да ты кривее бумеранга. Как житуха?
-Будь здрав, боярин. Ты один, горячий парень?
-Нет. – Том внимательно сверлил меня своими голубыми глазами. Настоящий полярный медведь. И такой же опасный. – Я скоро в Эстонию уезжаю. Навсегда. Вот, зашёл кое-что перетереть с пацанами.
-Будешь кильку ловить?
-Моя семья на хуторе живёт. У нас небольшое колбасное производство.
-Тоже дело. Запиши мой адрес, свежие сардельки высылать.
-Там Кирюха сидит.
-А кто это? Впервые слышу это дурацкое имя. – Но глаза уже нашли самое дорогое в этой жизни лицо. Он мельком взглянул на меня, вернувшись к разговору с незнакомыми мне парнями. Только Жека, показывая где-то утерянные передние зубы в улыбке, махал рукой. Я ринулся в омут.
-Всем привет. Извините. Кирилл, можно с тобой перекинуться парой слов на улице?
Томас и Жека сделали парням знак, что всё в полном порядке. Мы вышли на пустынный проспект. Он стоял рядом, застёгнутый на все внутренние пуговицы и молнии. То и дело осматривал улицу, стараясь не встречаться со мной глазами. – Ну? Что ты хотел сказать?
-Ты изменился, Кир.
-Ты тоже. Видимо поистаскался по объявлениям. Много хорошего надыбал? Или так, для здоровья, балуешься?
-После тебя, всё не то.
-Скажите на милость, какой комплимент. И от кого! Напоминаю, я ушёл не по своей воле.
-Скучаешь по мне?
-Нет, Игорёк. Даже не вспоминаю. Веришь? – Он улыбнулся. – Это всё? А то меня ждут.
-Понимаю. Мне так хотелось тебя увидеть.
-Насмотрелся? Свидание закончено.
-Подожди. Я люблю тебя, Кирюшка.
-Ты сам-то хоть раз пытался понять свои настоящие желания?
-Я хочу быть с тобой.
-Так, хватит. Мне пора идти. Пока. Руку убери.
-Ты сможешь меня ударить?
-Запросто. Гуляй, может, протрезвеешь.
Господи, какая же я дура! Надо было кинуться ему на шею, умолять, плакать, сделать минет прямо на улице, наконец! Он же любит меня. Я же вижу это! Его широкая спина исчезла за дверью забегаловки.
«Мерседес» Томаса нагнал меня возле «Дома офицеров». Мы молча доехали до моего дома, также молча поднялись в квартиру. Он загнал меня в душ, что-то приготовил на скорую руку, потом заставил проглотить. Я ничего не сказал, когда огромное обнажённое тело оказалось в нашей с Кирюхой постели. Том вёл себя привычно, будто мы уже не раз делали это. Молча. Шероховатая кожа, небольшой жирок на талии, отсутствие волос на груди, зато мохнатые, как у медвежонка ноги. Угро-финская борьба, с полным набором силовых упражнений неожиданно вызвала во мне давно забытое удовольствие. Его жёсткие губы скорее не ласкали, а забирали, принадлежащее им по праву сильного. Он делал со мной что хотел. Настоящий воин из древних веков. Я чувствовал себя одновременно и безропотным пленником, и желанной добычей. Откуда-то взялось чувство защищённости. Хозяин. У бездомного пса появился настоящий эстонский хозяин. Суровые ласки принимались мной с жадной благодарностью, с неподдельным желанием выполнить любую его прихоть. Томас, на удивление бережно и умело, трахал, вкладывая в скупые ласки всю основательность и мудрость своего народа. Он даже отдавался так, словно это он меня имеет. Видимо я оголодал. Мне хотелось, чтобы это продолжалось бесконечно. До восьми часов утра, я кончил два раза, этот монстр – пять. У него что, член опадает только по приказу?
-Что ты ищешь? – Раздавленный, удовлетворенный и успокоенный, я тупо наблюдал, как Том роется в секретере.
-Твой паспорт.
-Верхний левый ящик. Зачем он тебе? Ложись спать.
-Нет времени. – Он неторопливо и в определённом порядке надевал свои вещи, лежавшие до этого на стуле аккуратной стопкой. – Надо успеть в эстонское консульство.
-А мой паспорт зачем?
-Ты уезжаешь со мной. – Он открыл обе входные двери, вернулся, поцеловал меня в губы, забрал ключи и ушёл.
Слушая, как методично закрываются все четыре замка, я перекатился на спину. Эстонская колбасница! Вот он, долгожданный приз всей жизни. Или я стану простой свинаркой? Боже, у них такой смешной язык! Никогда в жизни не научусь на нём разговаривать. А ещё они обожают петь хором и танцевать польку! Не выношу хоровое пение. С этими мыслями я провалился в сон, пытаясь представить себя в национальном костюме эстонского крестьянина и многочисленные янтарные украшения. К своему стыду, всю жизнь, проведя в Питере, дальше Нарвы на территорию ближайшей страны не проникал.
Дверной звонок, прерывающийся ударами в дверь, отдавался в похмельном мозгу дикой злобой. Кого там чёрт принёс? У Томаса и мамы есть ключи, прочие знакомые всегда предварительно созваниваются по телефону. Соседи, даже если их залило, сейчас должны быть на работе. Сколько там времени? ****ь! Всего четыре часа поспал!
-И, какого *** весь этот тарарам!!! – Не потрудившись одеться, я распахнул двери.
-Салют, потаскушка!
Я не успел ничего сообразить. Жека так стремительно влетел, прижал меня к стенке, схватив одной рукой за подбородок и приподняв. – Ты ждал меня? Специально разделся, и член стоит! – Он провёл по моему лицу липким языком. – Сейчас ты узнаешь, как надо ублажать настоящих парней. Брошенная большая спортивная сумка неприятно звякнула чем-то металлическим.
-Нормальная утренняя эрекция. – Я расслабил все мышцы. Ненапряжённое тело всегда весит больше. Ему невольно пришлось ослабить хватку и отпустить меня. Однако крепкие пальцы моментально впились в плечо. У, а какие у нас замечательные глазки! Не иначе дружок под какой-то дурью. – Что ты хочешь сделать?
-Водку достаю.
-Да в меня не влезет ни грамма после вчерашнего.
-Влезет. – Он растянул меня за запястья, широкими мазками вылизал шею, укусил за подбородок, неприятно потеревшись о член ширинкой джинсов. Затем очень больно прикусил левый, наиболее чувствительный к ласкам, сосок. Взял мой член в кулак вместе с яйцами и крутанул. – В тебя сегодня много чего ещё влезет. – Он вновь склонился над сумкой, извлёк водку, открыл. Жёстко взял меня за волосы, приставляя к губам бутылку. – Пей, сука.
Водочка пошла неожиданно легко. Я не умею её не глотать, как некоторые мастера, что вливают в себя бутылку, не отрываясь от горлышка. Пришлось притворно закашляться, плюнув водкой на него.
-Жаба, на тебе нет даже волос. – Он так резко дёрнул меня вниз, что я рухнул на колени. Совершенно невменяемая скотина! – Смотри, что я припас для тебя.
Из вывернутой сумки на пол попадали наручники, несколько искусственных членов, один другого больше, плети, маски, сапоги и прочие садо-мазо атрибуты.
-Жека. – Я по-собачьи заглядывал ему в глаза снизу. – Может, просто выпьем ещё? Я не люблю этих игр.
-А кого здесь интересует твоё мнение? Развяжи мне шнурки зубами. – Он взял в руки гибкую чёрную колбасу не меньше метра длиной. С психами лучше не спорить. Я наклонился, в нос шибануло нестиранными носками. Дьявол, а если ему припрёт обоссать меня? Взял зубами грязный шнурок, и тут спину обожгло. Зря Жека сделал это.
Схватив парня за щиколотки, я прыгнул головой вперёд, резко выпрямив ноги. Он упал, ударив головой об пол со стуком бильярдного шара. Миг, и я сидел сверху, нанося чудовищные удары в лицо. Остановился, только когда кулаки начали неприятно чавкать. Давненько у меня так планка не падала. Последний раз, когда один придурок ударил Кирюху лопатой по затылку. Меня тогда парни едва оттащили от тела, я серьёзно пытался порвать этому человеку рот от уха до уха указательными пальцами. Надеть наручники и располосовать ножом одежду, было делом двух секунд. Для щиколоток нашлось хитрое приспособление с липучками. Что там у нас в притащенной костюмерной? Прекрасно, сапоги со шнуровкой, шорты на молниях, нацистская фуражка и короткая жилетка мне подойдут.
- Оживай, мразь! - Я расстегнул молнию и, плохо понимая зачем, пустил в лицо парня струю мочи.
Кровь смывалась хорошо, за одно и продезинфицируем. Жека пришёл в себя, стал ловить ртом воздух, сломанный нос распух и не дышал, от чего в рот ему тоже попало. За что боролся. Мой мозг судорожно вспоминал виденное в порнухе.
-Перевернись на живот. – Не понятно, чего в его глазах больше, испуга, дури или восхищения? – Резче! – Я от души пнул его по печени.
-Оп, Игорюшка, ты бы полегче. Ребро заживает дольше носа.
-Заткнись. Рыло поднял. – Я не стал пользоваться фирменным кляпом. Зря, что ли он приволок столько членов? Стоя над Жекой, поводил ему по губам одной из игрушек, заставив имитировать минет. А потом, его чуть не вырвало, глубоко вставил дилдо в глотку. – Только блевани, уёбок! Заебёшься палубу вылизывать. Сраку поднял! Да, на колени встань, тупица! Жопу-то мыть надо. Хотя бы когда в гости идёшь.
Я уселся на его поясницу. Сначала хотел затолкать ему в зад без смазки весь тот чёрный агрегат, которым он меня так опрометчиво вытянул по спине, но тут взгляд упал на хлыст. Я вспомнил, как это делали в кино. Начал с легких похлопываний и щадящих шлепков какой-то, похожей на теннисную ракетку, резиновой хренью. Потом, когда его ягодицы стали почти бордовыми, пустил в ход хлыст. Жека что-то мычал, пытаясь уклониться от ударов. Пришлось сдавить ему бока коленями. Я вошёл в такой раж, что пот струился по лицу и телу потоком. И тут я возбудился! Хрен знает что такое, не хватало еще, чтобы я оказался садистом! Щедро выдавив ему на очко, да чистым оно было, это я соврал для образа, смазку, вонзил в Жеку свой налившийся член. Господи, да я его просто ****, как последнюю шалаву. Толи от водки, толи от необычности ситуации, финал не желал наступать. Чего я только не делал, как только ни менял угол входа и скорость, буквально разрывая его задницу. Ни фига! Мне уже порядком надоело, когда забрезжил рассвет, подкатило знакомое ощущение. Задёргавшись, словно попавший под напряжение, я быстро кончил, не забыв прорычать пару матерных комментариев Жеке, его родителям и всей родне. Никакой я не садист. Просто так получилось.
-Ты живой? – Я вытащил из его рта резиновую штуковину.
-Я ещё не кончил, а у тебя упал.
-Вот говнюк! – Я рассмеялся. Перевернул его на спину, ввёл в очко игрушку среднего размера и сел на его стоящий член. Кончил он быстро. Странные шляпки носила буржуазия! – О, братан, а у тебя глазки стали нормальными. Можно развязывать, или ещё полежишь так? Что ты принимал?
-Да, колёса одни. Всё нормально, развязывай. Ну, ты и лось.
-А ты олух. Я же сказал, что ненавижу эти игры.
-Но ты же кончил. Что, совсем не понравилось?
-Пришлось, исключительно из моей глубокой симпатии к тебе. Придурок. Ты хоть понимаешь, что я запросто мог убить тебя?
-Не мог. – Жека потрогал нос. – Смещения вроде бы нет. Что будем дальше делать?
-Мыться и убирать квартиру. – Отрезал я. – Или ты хочешь, чтобы я ещё тебе еще и в рот насрал?
-Благодарю. – Он расхохотался. – От таких изысков я воздержусь.
-Отчего же? Может как раз.
-На *** пошёл.
-Только что с него.
Я заставил его ополоснуться под душем, потом наполнил ванну. Пока Жека нежился, быстро ликвидировал следы безумства. Принёс к нему табурет, две рюмки, водку, пепельницу и нарезанную ещё Томом колбасу. Он валялся в пене, такой смешной, с распухшим носом и счастливой улыбкой. Мы пили, трепались, курили и нежно касались друг друга, пытаясь компенсировать недавнюю жестокость.
-Кирюха с парнем встречается.
-Это его право. Симпатичный?
-Смазливый. Парикмахер. Сразу видно, какого цвета ягодка.
-У него живут? Адрес знаешь?
-Поедешь на разборки, я с тобой.
-Зачем? Просто ночью подложу гранату под дверь, либо в окно бутылку с бензином брошу. – Я поцеловал его в губы, стараясь не коснуться сломанного носа.
-У тебя, наверное, давно секса не было. Такой ласковый.
-Не обольщайся. Это проявление дружеской симпатии. Или акт прощания.
-Не хочешь меня больше видеть?
-Не смогу. За четыре часа до тебя ушёл Томас. Мы уезжаем в Эстонию вместе. Буду пасти свиней, делать колбасу, косить сено и учить эстонский язык.
-Он тебя давно любит. Я его быстро раскусил. Знаешь, а ведь они дрались на карьере из-за тебя с Кирюхой? Насмерть. Если бы шеф не вмешался, один бы другого точно укокошил.
-А вчера из-за меня стрелялись два молодых лейтенанта. Я так хохотала. Это из «Сильвы», балда. Том меня любит. Я тоже это сразу понял, он тогда себе-то в этом боялся признаться. С ним всё так непривычно. Впервые кто-то решает за меня. Он замечательный.
-Съезди. – Мы ещё выпили. – Быстрее вернёшься.
-Поросёнок.
-Вода остыла. Он когда должен вернуться?
-Не сказал. – Я хитро посмотрел на Жеку. – Но в одном замке есть предохранитель.
Мы лежали под одеялом, согревая и лаская друг друга. Жеке было немного трудно двигаться, ему крепко досталось, поэтому, предложив ему не шевелиться, я взял управление, как обычно, в свои руки. Это было прощание. С прошлой жизнью, городом, с Кириллом. Он мне не мешал, не спрашивал, почему я плачу, покорно выполняя мои желания. Его по-мальчишечьи крупный член недолго испытывал мои оральные ласки. Закинув ноги парня на плечи, я приподнял его корпус, и бережно вошёл. Торопиться не хотелось. Просунув руки Жеке под поясницу и ласково целуя его, я медленно доводил нас обоих. Он безропотно отдавал мне ласку. Видимо, чувствуя, что мы больше никогда не увидимся. Много позднее, я узнал, что Жеку зверски убили и сожгли тело. Но тогда у него впереди было целых две недели жизни. И он был весь мой.
Я кончил, помог кончить ему. Какое-то время мы обнимались. Наконец, он оделся, мы допили водку.
-Игорёк, если тебе что-то будет нужно.
-Спасибо, мой хороший. Я сильный мальчик, сам справлюсь.
-А если я приеду в Эстонию?
-Томас не Кирилл, делиться ни с кем не будет.
-Тут ты прав, обоих прибьёт. Желаю счастья?
-Желай.
Мы поцеловались. Я знал, какой дорогой он пойдёт, её видно из окна. Жека повернулся, мы помахали друг другу. Возможно, только в моей памяти он остался хорошим, ребята не любили его, говорили всякое. Это их право. Прощай, Жека.


Кирилл.

Жизнь моя устоялась только внешне. Мой новый друг, Серёга, ничем не походил на Игоря. Настоящая домашняя клуша! Мы часто принимали у себя его друзей, педрариум на выезде, сами выбирались каждую субботу либо в клуб, либо в тусовку. Меня это не трогало, скорее, компенсировало возросшее число заказов. Пацаны гибли пачками, многих повязали, кое-кого посадили. Жеку убили. Это от него я узнал, что Томас увёз Игоря в Эстонию. Сбылась мечта молчаливого прибалта, овладел своим сокровищем. Из-за Игорька мы даже дрались насмерть. Жеку я тогда в травмпункте встретил, надо было рентген кисти сделать. Я бы его не узнал, если б он сам не подскочил.
-Привет, Кирюха! Как дела у тихого ангела смерти?
-Чего орёшь? Ты под танк попал?
-Под нашего Игорька. – Братан почесал репу. – Сдуру решил поиграть с ним в садистские игры. Он и взбесился.
-Так тебе и надо. На свою силу понадеялся? – Меня неприятно резануло это «нашего». – Я никому не рассказывал, смотри и ты, не трепись, Игорек пару раз меня так отделал, что, мама дорогая. А я неплохо драться умею, сам знаешь.
-Да, забыл я. Захотелось экзотики, придурку.
-Устами младенца. – Я похлопал парня по спине. – Что? Там тоже шрамы? Крепко ты его достал.
-Зато потом всё было чики-пуки, как в мелодраме. – Он сказал это специально, желая меня уколоть. – Его Томас вчера к себе повёз. На хутор имени колбас и сосисок.
-Игорёк сбежит. – Меня так скрутило, не будь сейчас рядом Жеки, начал бы крушить всё кругом, чтобы унять боль. – Томас не терпит своеволия, всё должно быть по распорядку и только как он решил. А Игорь импровизатор.
-Я ему говорил. Вы, две такие сильные личности, не уживётесь.
-И что?
-Что, что? Уехал.
После этой встречи мы ещё несколько раз мельком встречались. Последний раз Жека представлял собой сильно обугленные кости, опознанные только по коронкам.
Наступил май. Мы с Серёгой и тремя его друзьями зависали в клубе. Меня иногда напрягало, что дружок нарочито липнет и виснет на мне, называя мужем и всячески демонстрируя нашу близость окружающим. На меня многие бросали заинтересованные взгляды, но после нескольких визгливых скандалов, прилюдно устроенных Сергеем, предпочитали держаться подальше. Я иногда развлекал себя, стреляя глазами и вводя парней в краску. Как ни странно, рутинный супружеский секс отбил охоту новых впечатлений. Сергей обожал пускать пыль в глаза, угощая всю компанию, держась при этом королевой бала. Хм, кто же откажется от дармовой выпивки? Даже если за это придётся изображать глупого подпевалу.
-Кого я вижу! Давненько мальчика мы не встречали. – Тихо пропел спортивный Димка, вызывавший у меня симпатию. – Я даже свечку за упокой поставил, думал, помер наш король.
-Что-то он растолстел. – Подхватил Андрюха, самый неприятный из всех Серёгиных приятелей. Манерный, называвший себя в женском роде Андреевной в любом месте и громко, пытаясь хоть этим обратить на себя внимание. – Один. Странно. Где же наша свита?
-Не, это на нём такой прикид дебильный. – Имя этого парня я не расслышал. – Он сейчас в прекрасной форме, я видел Игорька в работе. Супер модель, да и только.
-Шлюха он. – Припечатал Сергей. – Шлюхой был и шлюхой помрёт.
-Замолчи ты, мастер бигуди и ножниц. – Димка шлёпну моего партнёра по руке. – Сам был влюблён в него до безумия, чуть вены себе не вскрыл.
-Дурой была! – Серёга прижался к моему плечу, гладя по лицу ладонью. – Это были издержки юности. Мы всего-то один раз покувыркались в кровати, ничего особенного. А вот наш Димулька, всю сцену цветами забрасывал.
-Не ревную. – Я чмокнул Сергея в висок. – Прошлое и у меня есть. – Повернулся и остолбенел. Он снова почти сбрил волосы, снова носил какие-то мешки вместо одежды. Не похудел и не поправился. Взрослее стал, это точно. Или всё дело в татарской, обрамлявшей рот, бородке?
-Прямо Джордж Майкл. – Пропел кто-то за нашим столом.
Игорь лениво рассматривал народ. Неужели, правда, один? Наши глаза встретились. Как тогда, у метро. Мне показалось, что его взгляд засветился от счастья, он помахал рукой и направился к нам.
-Димка, зачем ты его позвал? – Вернул меня на землю Серёгин шёпот. – Сейчас будет тут выделываться, да к моему Кирке клеиться. На хрен надо!
-Ни к кому он клеиться не будет. – Отрезал Димка. – Никогда этого не делал. Просто подходил и брал, кого хотел. А мне, может и перепадёт чего сегодня ночью. Он же один.
-Позвольте присоседиться. – Игорь не спросил. Поставил нас перед фактом, что сядет, даже если ему не позволят. – Привет всем знакомым. Для незнакомых, можете звать меня Игорь.
-Привет, привет. – Протянул Серёга. – Давно не виделись. Кстати, Кирилл мой муж. Красивый, правда?
-Правда. Димок, а ты всё хорошеешь. Один?
-Пока тебя не было, был один. Сейчас не знаю.
-Я могу вас угостить? Что пьёте?
-Коньяк. – Наврал Серёга, мы хлебали яблочный сок. – Расплачиваться натурой будешь?
-Не будет у них столько, чтобы мою натуру окупить. Эй, официант! Четыре бутылки коньяка, оливки, лимон, бутерброды с сыром. Кто-нибудь ещё чего хочет? А, вот этому, - он показал пальцем на Сергея, - Плитку чёрного шоколада. Девочка не удовлетворена, а шоколад, говорят, помогает.
-Стерва.
-Расплачиваться будешь эстонскими кронами? – Встрял я. – Спроси, нет ли в меню, свежей колбаски, прибалтийского разлива. Мне нравится твёрдого копчения.
-А, так Серёженька у нас только пассивный? Как это неудобно. Вибратор-то в доме есть? Могу подарить. – Он нагло посмотрел на меня. – Купить за эстонские кроны.
-Кирочка, не лезь к нему. – Серёга вцепился в мою руку. – Тут охрана из ментовки. Зачем тебе лишние проблемы.
-Простите меня. – Игорь примирительно поднял руки. – Я немного одичал без людей, потому такой колючий. Мир, Сергунок? Ну, давай поцелуемся, как сёстры.
-Ехидна твоя сестра. – Капризно надул губы Сергей. Однако они троекратно поцеловались. – Глазки на Кирюху не пяль, выцарапаю.
-Как скажешь. Димка, позволишь сегодня за тобой поухаживать?
-Конечно. – Тот расплылся в улыбке. – Можешь даже приставать, я свободен, квартира тоже.
-Нет, вы только гляньте на эту дурёху! – Серёга всплеснул руками. – Она готова не только лечь, но и ноги раскинуть. Разуй глаза, идиотка! Это же мадам Ларсон собственной персоной! Сейчас зальёт за воротник, и пиши пропало. Захомутает каких-нибудь фирмачей и вперёд к победе, за валюту. Игорь, я прав?
-Нет, сестра моя, Ехидна. С прошлым покончено.
История повторялась. Мы пили, травили анекдоты, обсуждали всех и вся. Он, как всегда, был душой компании, самым желанным мужчиной и моим любимым. Я хотел, всегда хотел, и любил только его. И он любил меня, ни чуть не слабее, чем раньше. Это чувствовалось.
-Серёга, - я прочистил горло, - это же клуб для сексуальных меньшинств?
-К чему это ты? – Мой друг уже туго соображал.
-Вы с Димкой, как девочки, можете потанцевать друг с другом. А я, как мальчик, хочу пригласить Игоря, как другого мужчину.
-Хорошо. – Сергей махнул рукой. – Один танец. Но после этого сразу домой. Понял?
-Понял.
Его запах волновал по-прежнему, гибкие руки на моей шее будили столько воспоминаний. А полуоткрытые губы, как всегда, вызывали неодолимое желание поцеловать их.
-Знаешь, - он запустил руки мне под пиджак, - лучше тебя никто не умеет целоваться.
-Жека погиб. – Почему-то ляпнул я
-Томас мне говорил. Ты знаешь, где он похоронен? Хочу съездить на могилку. Мы почти дружили.
-Вместе съездим. – Он внимательно посмотрел мне в глаза. – Поднялся на цыпочки и поцеловал. – За что?
-Просто так. – Игорь пожал плечами. – За то, что ты есть.
-Ты здесь часто бываешь?
-Нет, здесь погано. Знал, что ты с супругой будешь сегодня, вот и приперся. Не улыбайся так. Я даже знаю, где вы живёте, ваш телефон, и что тобой здорово интересуются на Литейном четыре.
-Откуда дровишки?
-Сплю со следователем по особым делам. – Насколько я знал Игоря, сейчас он не шутил. – У тебя редкая фамилия, а в кровати любовниц, простите, любовников, женатые люди могут обсуждать либо жену, либо работу.
-Не будь этой информации, ты бы меня искать не стал?
-Стал. Хочешь убедиться? Твоего Серёгу увезут с сердечным приступом, есть один такой хитрый удар.
-Он не виноват, что ты псих и любишь меня.
-Виноват. Мы оба любим друг друга по-прежнему. Только не ври, что это не так. Я не поверю. Томас потому и отпустил меня. Сказал, что больше не хочет постоянно ощущать Кирилла третьим в постели.
-Как тебе там жилось?
-Нормально. – Он рассмеялся, вспомнив что-то. – У них там настоящее эстонское гнездо. Отец, мать, бабушка, три сестры с мужьями, два брата с жёнами и ненормальное количество белобрысых детей. Глухая Эстония. По-русски никто не говорит. Специально. Я проверял, понимают всё. Работают, как каторжные с утра до ночи.
-Как Томас тебя родным представил.
-Как любимого. И все восприняли это спокойно. Отдельную горницу выделили с большой кроватью.
-Никогда не поверю, что ты вписался в сельское хозяйство.
-Я умею доить коров, косить, водить любой трактор. Мой отец был из деревни, куда возил меня каждое лето до шестнадцати лет. А убивать свиней длинным ножом не сложнее чем… – Он прикусил язык. – С этим я тоже справился неплохо. Отец Томаса меня всегда в пример остальным сыновьям ставил. А после того, как я приготовил рождественский ужин, мать просто влюбилась. Провожая, все рыдали.
-Верю. Не трогай Сергея, пожалуйста. Обещаю, что разберусь сам до конца недели.
-Время пошло. – Он отстранился. Я обернулся, уходя, Игорь и Димка сидели обнявшись.
На следующую ночь нас с Сергеем разбудили непрерывные звонки у входной двери. Кого это чёрт прислал? На часах высвечивалась половина первого. Я попросил Сергея осторожно посмотреть в глазок. Он выглянул, закатил глаза, покрутил пальцем у виска и распахнул дверь. Мы спим в пижамах, как добропорядочные буржуа. Сергей утверждает, что это намного эротичнее, когда партнёры раздевают друг друга. А голыми спят только плебеи.
-Приветик! Какие миленькие турецкие пижамки! Одна голубенькая, другая розовая. Сразу вспоминаю моих эстонских свинок. Ребятки, я тут мимо проезжал, думаю, дай, загляну, коньячку выпьем. Возможно, и троечку распишем. Улыбочки изобразите. Ну? Вот так. Сделали нарядные рожи и проводили гостя на кухню! - Он с трудом вошёл в прихожую. Абсолютно голый, на члене завязан яркий бумажный бантик, за спиной кожаный рюкзачок, а в руках две бутылки коньяку. Но самое главное, Игорёк стоял на фигурных коньках! Мы так ржали все трое, что соседи начали греметь замками, пришлось втащить остряка внутрь и захлопнуть дверь.
Уже потом, сидя на кухне, он раскололся, что действительно случайно оказался рядом, купил на последние деньги коньяк, коньки увидел на помойке, моментально пришла в голову мысль нас повеселить. Чуть не лопнул от смеха, когда раздевался и прятал вещи в рюкзак на лестнице, представляя наши вытянутые физиономии. Игорь был очень пьян. Сергей не захотел оставлять его на ночь. Когда коньяк был допит, он попросил меня накинуть халат и посадить шутника в такси.
-Его рубит. – Сказал я Серёге. – Придётся проводить до квартиры.
-Делай, что хочешь. – Капризно фыркнул он. – Хоть в кроватку уложи. Только чтобы этого чудовища в моём доме не было. Понял?
-Понял. – Я оделся. Взвалил своё счастье на плечи, мгновенно поймал тачку и легко назвал адрес. Зачем же ждать неделю? Всё решилось само собой. Прощай, Серёжа, возможно, ты хороший парень, но не для меня. Игоря усадили на переднее сидение. Честно говоря, я прекрасно помнил его любовь к оральному сексу в такси, и побоялся сесть вместе на заднее. Всю дорогу он вёл себя тихо. Я думал – спит. Нет, глаза ясные и трезвые.
-Артист. – Подавая руку, я не мог сдержать улыбку.
-Ты всегда очень долго раскачиваешься.
-Серёгу обижать не хотелось.
-Плевал я на Серёгу.
Мы не поехали на лифте, неслись на пятый этаж через две ступени. Он волок меня за руку. Хорошо, что у Игоря шикарная мышечная память: мы не отрывали губ, пока стояли у двери, он доставал ключи и открывал замки на ощупь. Одежда осталась валяться в прихожей кучей. Меня совсем не смущало, что у его кожи солоноватый привкус и лёгкий запах мальчишеского пота. Это же был он! Как я соскучился по этому телу! Этим мягким губам, этим рукам, успевающим быть всюду одновременно, этому красивому, сильному члену и мускулистой заднице. Мы так торопились, что не успевали понять, кто же чего хочет, кто что делает.
-Стоп. – Игорёк, тяжело дыша, упёрся в мою грудь обеими ладонями. – Ляг и успокойся. Я больше соскучился, значит, руковожу я.
-Не будем спорить. – Я попытался его поцеловать, но пришлось выполнить приказ и лечь на спину. – Командуй ты, как старший.
-Сволочь. – Прошептал он, поглощая мой член.
-Тогда, как более мудрый. Так лучше?
Как ему удаётся настолько точно предугадывать мои желания? Или он делает так, что они у меня возникают? Его рот исполнял настоящую симфонию. Я умирал от счастья, и улетал в космические дали, так искусно язык Игоря ласкал ствол, головку, яички и промежность под ними. Он заставил меня встать на плечи, положив ноги и часть спины на стену. Сам встал надо мной. Перед моим лицом оказались гладко выбритые яички и попка. Он развлекался с моим членом, а я, действуя пальцами и языком, доставлял себе сказочное наслаждение, вновь изучая каждый квадратный миллиметр его промежности. Дырочка приветливо впустила мой язык в себя. Вот что, значит, оказаться дома после долгого отсутствия! Он наклонил мои бёдра вперёд, окуная лицо между ягодиц. Я застонал, отрываясь от своего прекрасного занятия. Воспользовавшись моментом, Игорёк встал на ноги, силой опустил свой член вниз и вошёл в меня. Он у него загибается вверх плавной дугой, как турецкий ятаган, в отличие от моего, прямого, словно ракета. Не прерывая процесса, я плавно перекатился через голову, становясь раком. Он сдавил меня коленями, дав почувствовать себя мустангом. Потом я лёг, уместив его на себе, даже каждая нога лежала на соответствующей ноге. Подыгрывая любимому ягодицами, я весь отдался ощущениям. Мной вновь владел тот, ради встречи с которым я и появился на свет! Он целовал моё ухо, успевая гладить тело. Иногда я поворачивал голову, чтобы наши губы встретились. По усилившимся точкам, стало понятно, что Игорёк пошёл на взлёт.
Он поднялся на вытянутых руках и пальцах ног. Я больше не чувствовал его тела на себе, зато прекрасно ощущал только член, празднующий возвращение в моей заднице. Отклячив попку вверх и раскинув ноги, я обеспечил любимому самое глубокое проникновение. И он воспользовался этим, трахая меня с всё возрастающей скоростью!
-Кирюшенька мой, как я мог думать, что смогу жить без тебя? Я люблю тебя. Ты самое замечательное, что было у меня в жизни. Господи, я больше не могу сдерживаться!!!
Он почти закричал, падая на меня всем весом и заливая мои внутренности спермой. Чувствуя, как его член бьётся во мне, я старался попасть в ритм, сжимая сфинктер. Он весь дрожал, покрывая мой затылок поцелуями и шепча какие-то нежные глупости.
-Если ты меня сейчас не выпустишь, случиться страшное. – Сообщил я. И, действительно, побег к унитазу был просто необходим. Игорёшка успел подмыться на кухне, и курил в кровати.
-Сигареты другие. – Я потянул носом воздух.
-Другие. – Он затушил окурок. – Дешевле и крепче, чем тогда. Иди ко мне.
И вновь он возбудил меня своим ртом до потрясающего стояка. Сел сверху, вытянув ноги, и поднял мой торс. Я обхватил его за талию. Что мой член начал ходить внутри, приходилось раскачиваться вперёд-назад. Но так можно целоваться не отрываясь! Я, поддерживая свою драгоценную ношу под попку, встал на пол. Ух, и задал он мне жару, поднимая и опуская тело силой бедренных мышц!
-Вернёмся в кровать, любимый. Положи меня на спину.
Видимо я поторопился, так как положил Игорька слишком близко к краю. Он взял себя за пятки, скрещивая свои руки и ноги на моём затылке.
-Упрись пятками в пол. Удобно? Давай, малыш, я так долго мечтал об этом.
Я посмотрел в его глаза, и понял, что пропал. Мы сделались одним целым. Что он вытворял подомной, описанию не поддаётся. Я мог замереть и продолжать секс, так уверено владели внутренние мышцы, попавшим в их плен «малым». Ради шутки, я приподнялся на вытянутых руках, но наши тела не расстались даже на микрон! Усиленно заработав только тазом, я понял, что невольно повторяю его.
-Давай, Кирюшка! Давай, мой хороший!
Оставив ноги на моём загривке, он отпустил руки, и упал на спину. Гладил моё лицо, ягодицы, торс. Умудрялся дотягиваться до яиц, и меня пронзала волна наслаждения. Я впился в его губы, чувствуя приближение финала. Он оторвал мою голову руками и прижал её к своей шее. Правильно, когда кончаю, не контролирую себя, губа Игоря запросто могла оказаться прокушенной!
Казалось, этому не будет конца. Из меня извергалась вся сперма за десять лет вперёд! Неожиданно Игорь застонал, вцепился железной хваткой в мои плечи и несколько раз дёрнулся.
-Что с тобой, Игорёк? – Я так растерялся, что вытащил, продолжавший кончать член. – Тебе плохо?
-Мне хорошо. – Он засмеялся. – Просто я кончил второй раз, идиот.
На его животе блестели перламутровые капли, которые я благоговейно слизал. Он точно демон. Самый настоящий. И мой. Навсегда.
Он уснул первым, подвернув мне спину, а мои руки прижал к своей груди. Жаль, что ни один из нас не может родить от другого. Только интересно, что у мужика при беременности бы разносило? Поясницу или горло? Господи правильно говорят, что от счастья люди глупеют. А я счастлив. Кто бы знал, как я счастлив.

Послесловие: В этой небольшой повести я не выдумал ни одной ситуации и ни одного события. Все они имели место. Правда, кое-что упустил. Например, что, проверяя меня в начале знакомства, Кирилл застрелил на моих глазах человека, что Томас при мне отрубил женщине лопатой голову. Что меня возили к их шефу на разборки, очень не довольному, что его мальчики совсем не любят девочек. Спрашивается, при чём тут я? Это гены. Кирюхины собратья по бизнесу не только угрожали, но и как-то здорово начистили мне рыло. Мы потом свели с ними счёты, вдвоём.
Наше счастье после воссоединения длилось до сентября. Потом на него открылась настоящая охота. Мы бежали на машине в Швецию, оттуда, через Данию и Бельгию во Францию. Сажая меня на самолёт до Питера, он плакал.
Меня вызвали к следователю только через пол года. Третий раз за две недели. Первый, в связи с наводчиком воров на квартиры богатых педиков, мы несколько раз трахнулись с этим щенком. Его посадили. Второй, из-за маньяка, уродовавшего мальчиков в лифтах, вытаскивая им кишки через задний проход. Тоже случайный любовник, почему-то решивший, что я – мужчина его мечты. И третий.
-Интересный у вас круг знакомств. Фотографию узнаёте? – Следователь не был моим знакомым. Он был полный мудила и хам. Чекист.
-Да.
-Ну, рассказывать будем сами, или надо применять специальные методы?
-Применяйте. – Я нагло закурил. – Возле вашего дома меня ждут несколько корреспондентов крупных газет и машина с телевизионщиками.
-Вам светит статья.
-Ни фига мне не светит. Статью отменили. Кстати, те, которые ждут моего выхода той же ориентации.
-Вы были любовником киллера! За это можно привлечь лет на пять!
-Какая неожиданность. А он говорил, что работает лаборантом.
-Я бы вас пидарасов своими руками душил.
-А вот за это можно привлечь уже вас.
Отпустили. Но следующее время вспоминается нервозным состоянием. Однажды ночью позвонил незнакомец. При встрече мне передали фальшивый паспорт на чужое имя и билет до Лондона. Два час в аэропорту «Хитроу», не зная языка, почти без денег, с единственно пачкой сигарет, это просто ужас!
Меня напоили кофе, купили сигарет и успокоили два крашенных в белый цвет милых паренька из Киева. Спасибо, братья славяне, они же сёстры педики! Кирка ворвался в зал бурей. Мы пробыли вместе неделю. Действительно последнюю неделю. Не занимаясь сексом. Он собирался жениться на дочери хозяина оружейного магазина, испанке по национальности. Очень красивая и умная девушка. Я понял, что в его жизни буду просто лишним.
У меня единственная его фотография от 1997 года: он, она и их сын Игорь.


Рецензии
Очень понравилось...
Язык живой, все вполне цельно, ни чего лишнего.
Спасибо автору большое за его труд - прекрасное произведение.

Елизавета13   25.12.2012 06:39     Заявить о нарушении
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.