В гостях у Сказки

- наша крыша небо голубое, наше счастье жить такой судьбою….
 Молодяче-жеребячие голоса,как ведро воды махом, миллион капель бисером в воздухе. А потом еще дружно :
-На-на, на-на, нана…
и конечно, кто нибудь в конце, тот самый осел. Черным маркером, себя, жирнее, выше других:
-е-ее-ее!
Благим матом:
-Тум-дурудум-дурудум…
И так все сдобрено и зацеловано юным энтузиазмом и задором, что не придерешься. Даже не пытайся. Таким мог быть саундтрек к нашему путешествию на бардовский фестиваль.Бардовский… одно название, попроси в душной, закуренной комнате с народонаселением в 20 человек, исполнить «шо нибудь, бардовское!» Словно малыш из приличной интеллигентной семьи, на цыпочках аккуратненько продирающийся сковзь толщу соотечественников к выходу в автобусе:
-Прошу прощения,разрешите, ой, извините!
 Безразличие казенных спин и молчаливое:
- да иди ты!
 А голосок все висит в воздухе:
-Визбор, Окуджава, а может быть Щербаков?...
-Я свобооооооден, словно птица в небесах!
 И БАМ…
-Я ищу таких как я, сумашедших и смешных, сумашедших и больных!!!
 Да все мы тут сумашедшие, чего скрывать то. И не нужна нам никакая бардовская песня. На фиг не нужна, понимаете?
Свитер грубой вязки, пыль семи планет на сапогах, паутинка раздумий и исканий на челе, гитара - верный друг и соратник в заскорузлых пальцах. Бард. Познавший суть всех вещей, пропустивший скозь себя гекалитры, легко впихивающий вселенский смысл в простые,теплые, белые и пушистые слова. Странник,минизинегр, пеллигрим, министрель, и бог еще знает, что.Радующий плетением словес, своим нездешним, игрушечным миром. Скажешь, штампы? Конечно, не все так прянично там, но…
Один кладет несчастного Беранже на свои шесть, и с залихватским видом, с щенячим восторгом своих 50, посылает в потолок искристые рулады.Словно уверен, что старик Беранже слышит сие, и «эстестно», радуется его французская душа.
Другие семейная пара, красиво у них так все так, душа в душу. Он - благородная седина, она - лучистый взгляд направленный в самое основание супруга. Дуэт. Дама, что-то про осенние листья, которые разумеется кружат, в загадочном гипотетическом пространстве где:
-Нет ни бурь, ни гроз. А лишь любовь.ООООО!
Супруг выдавливая из себя остатки голоса, стараясь как можно ниже, преданно вторит жене.И все глазами, глазами… Никитины, блин…

Ну, - это лирическое отступление, так сказать. Впереди, нас ожидало знакомство с прекрасным.

Кирпичные башенки, золотым по красному, аки хохлома- «Сказка».Театральная декорация, все ярко и выпукло,для детей. Пионер лагерь, не пионер лагерь, турбаза, санаторий? Больше смахивало на санаторий. Беленько, чистенько, все такое евро-евро, аж противно нашему бардовскому глазу стало. Где ж привычные, родные половинчато синие(зеленые) стены, раздолбанные тумбочки, кровати, шо бы как сел,так до пола? Условия обязывали к приличному поведению. Неловко, будто в чужой одежке, на размер меньше.И тяпло, оч даже, нашим закаленным в загородных лагерях организмам, было не привычно хорошо.

Все как всегда, по сложившейся традиции,все завалили к нам в комнату. Товарищи, пожалейте! Она расчитана на 5 человек, а не на 25.Тщетно. Наверняка, рядом с нами какая нибудь аномальная зона, сгусток, энергетический узел всех дорог и тропинок,пересечение всех параллеей и мередианов. А мы ничего. Мы за коллектив, за мир во все мире, за Анджелу Девис.Хорошие мы девочки.

Обед. В 13.30 прослушивание.

Авторы, исполнители,дуэты,ансамбли. Глядя на действо, хотелось внести коррективы в программу: клоунада, жонглеры, оригинальный жанр, факиры, «А вам слабо?». Вышло бы оч занимательно, и главное, качество и формат нисколько не пострадали, а даже приобрели…

Просторное светлая комната, ареопаг в кол-ве двух старейшин индустрии, вдумчивые взгляды, натренированные уши, список претендентов. Судьбы решаются.
Эх, молодо-зелено! Многие участники, явно не врубились, что приехали на БАРДовский фестиваль:

- Ты всегда в моей душе Виктор Цооооооооой! Ты светишь мне как путеводная звездаааааааааааааааааааааааааааааа!

Сидим, смотрим, слушаем. А легко ли? Лидок с гитарой, и смеется в нее, прикрыв породистые зубки своей фигуристой подругой. Наденька, ныряет своей хорошенькой головкой за Лидка.Оксанку не вижу. А я? На лобном месте. Трудно мне. Тяжело.Смешно.

И какой собственно, Цой? Парнишке лет 14, чтобы он там понимал? Ан, нет, он в его душе оказывается.

Кто по умнее, старается вписаться в формат.
Вот пожилой, убеленный сединами товарищ, слагает вариации на тему Визборовского «Пора в дорогу, старина». Мол и дочка выросла уже, а я все плаваю, летаю, хожу,ныряю, ползаю. Пойми старина и прости и тд.и тп. И топ-топ, в такт 70-ым, пыльным ботинком. Не хорошо спикулировать на авторитетах. Пошло. Банально. Не интересно.

Конская челка, гордая поступь, взгляд не мальчика,но мужа.

- Моя песня называется «Философский дворик»…

Многозначительная пауза, томный взгляд из под челки - вот я какой, не ТОКА красивый, но еще и умный.
Ну,там знаете, подтекстики разные, глубокий смысл, знаете ли… ну, кому дано, тот поймет.

И пошел, про местного алкоголика Васька, про детей, песочницы, мат, музыкальные предпочтения соседей.Про загнивающее наше российское сегодня. Сижу мол я, на подоконнике, с пером в руке, гляжу вниз, тобишь под ноги. А там быдло, быдло…



Мужчинка средних лет вдохновенно выводит:

- Бог создал этот мир и облака и бездны и эфир-ррр.

Нежненько у него так выходит, будто в церковном хоре.И лицо, ну прямо сейчас и вознесется. «И пел его голос, летящий в купол…»(Да простит меня Блок, которого люблю) Нет, ничто высокое нам не чуждо, не такие уж мы брутальные тетки. Хорошо поет, душевно.

Сидим, впитываем. Скоро Лидок будет выступать,Надька с Оксанчиком, надо дождаться. В некоторые моменты возникает ощущение, словно ты куда -то улетел или спишь. А усталость дикая, как три пары отсидел. Порой немного стыдно за исполнителей. А глядишь, им самим ничего. Вот, что тщеславие делает с людьми.Лишает их понимаешь, гражданского сознания. Напрочь.

Вокал спасал содержание и наоборот.

- Я проснулся, пожелал тебе добра. Удачи и конечно же добра.

Бархатным голосом разливался белокурый крепыш, с самоуверенной манерой исполнения. Лаурет многих фестивалей местного масштаба Сергей К. Короткую толстую ножку вперед, гитарку – оп! Как даму в танце, разворот на зрителя, сафиты:
- Любви, тепла...
Б***, как в театре муз. Комедии. Герой любовник, милый пастушок.

Ну, вот мой юный друг: «Какой желчный автор!» подумаешь ты. Дружок, автор строг, но справедлив.
И никогда не скажет плохо, там где хорошо.
Автор, ни на что не посягает, он просто видит и понимает.

Претендентов излить душу было еще множество. О сколько несчастных любовей, моря слез, километры лунных ночей, землятресение брошенных трубок, тонны носовых платков. Короче, все в крови и в губной помаде. И страдали по большей части мужчины. Парадокс.

Судьи слегка подустали. Глаза на претендентов не поднимались. Головы склонились в бессильной скорби за генофонд нации.

Каждый стремился плюнуть в вечность, и от этого было тошно.
Лидок, насмотревшись на народ:
- Ну, что, лучше спеть? «Беатриче» или «Хороводило»?
Я:
- Давай, Хороводило!
- А как исполнять, сидя или стоя?
- Лучше стоя.
«Беатриче». Сидя.

Все мои девочки выступили и мы дружно покинули помещение. Дабы не взорваться.

Зачем народ приезжает на фест? Чтобы пообщаться с друзьями, попеть-попить,исполнить новое(свое,чужое), зарядиться позитивом и уставшими, но счасливыми уехать домой. И только маленькие наивные дети, с Цоем застрявшим в душе, желают явить себя миру.Это не наказуемо, культуру в массы. Но зерна от плевел, обязательно. Учиться и понимать, меняться и прогрессировать. Расти.

А если без сарказма и критики, мой юный друг, то…. То фестивали и выезды – это заМЕЧТАтельно. Бешеная концентрация хорошего настроения, коллективный забег в творчество, позитив с большой буквы П. И каждый тебе - друг товарищ и брат.

Ну, шо то я лиризьма напустила. Из амплуа критичного автора не выходим. Продолжаем.

Незаметно наступил вечер. Мальчики дождались, когда можно уже без зазрения совести, официально усугублять.Национальное русское веселье, которому все возрасты покорны. Зачем же нам изменять традициям? Никчему это.
Владимир,с густым голосом и и щедрой манерой наливать, нес пост у тумбочки служившей баром. Весь вечер то и дело напоминал:
- Меня зовут Владимир, вам налить?
Владимир, это вам не Вова. Солидно.
 В один из заходов в нашу обитель, сообщил:
- Здравствуйте, всем! Меня зовут Владимир.
(Ну, достал…….)
 Пойду знакомиться с кем нибудь, кто еще не знает, как меня зовут. Под дружное ржание, удалился.
Все они такие маленькие, хорошие, милые. Как ручные щенята.Но, пьют…
-Но вумен, но краааай, нет баб нет слез! - голосил на весь этаж, Илюша. Милый, юный, взросший на дрожжах летнего лагерного раздолбайства. С пирсингом в языке.
 
Рядышком на казенном одеяле, свесив ножки в бурых пыльных носках, сидел Антон и потайными тропами древних африканских племен, выводил нас к священному Джа. Растянутые рукава цвета горчицы, поднимались и опускались на кажанную плоть барабанов( или черт занет, как их там еще зовут) создавая первобытный мотив.Весело, товарищи.

Народ валялся на кроватях, невзначай припав головами на девичьи колени. Регламент фестиваля делал некие вещи простыми и лишенными церемоний.

Когда дело доходит до « А не спеть ли мне песню, о любви…», ясно, шо петь больше пока не надо. На данном этапе вспомнили и спели оч многое.Да, простит меня Чиж.
 Бутылочка, хорошая такая детская, ан нет, экскьюзми… Совершенно не детская игра. А я бы сказала русская народная забава. А мы что, не русские люди? И ничто человеческое нам не чуждо.

Пустая бутылка из под лимонада в руках определенных товарищей, останавливалась почему-то на вполне определенных дамах, причем на одних и тех же. Поскольку дам в принципе было не много, а согласились играть вообще две,то женскому полу пришлось туго. Зацелованные в усмерть, во втором часу ночи, мы решили успокоиться и лечь спать.
В два с копейками Илюша оч сильно захотел посетить концерт барда с звучной фамилией Тучкин-Залесский или что-то в этом роде. Который проходил в зале на другом конце «сказочной» территории. Еле отбилась, убедив ребенка:
-Что никакой Тучкин, нам не нужен. И пора баиньки!
Кое-как обяснили всем, что спать надо в принципе в своей комнате. Уф!

Не вполне трезвый Илья, как блудный кот улегся на мою кровать и твердо решил:
- Шо спать один он не будет. Не хочет. Страшно ему.
 Проявив чудеса дипломатии и такта, нежданного гостя удалось ликвидировать. Сказав все, что он обо мне думает, возмущенный малыш ушел в другую комнату.
Но… вечный бой, покой нам только снится. Он вернулся и решил помириться. Поскольку понял:
- Шо очень обидел Фиму. Оч-оч.
 Склонившись над моим несчастным лицом и дыша пивом и чипсами, которые судя по запаху, он только что употребил.Илья начал настойчиво, внятно и членораздельно звать меня в коридор:
- ПАГАВАРИТЬ!
Но, я была неприступна, как женщина востока. Ушел.

Утро встретило меня сливочным солнцем и кедами Пушистого, кои я обнаружила у себя под носом. Увалившись на соседнюю кровать, наш пушистый друг забыл снять обувь. А может пожалел наше обоняние. В любом случае,мы не в обиде.

Собрав все крошки-бумажки(бутылки), мы покинули волшебную «Сказку». Чтобы когда нибудь вернуться снова.
 Итоги конкурса решили огласить на концерте широко известного в кругах моей бабушки барда. С добровольно-принудительным посещением сего действа.Концерт осилили не многие.
Вернулись в родные пенаты жутко довольными. Пропитынные с ног до головы табаком и … позитивом. Как бы по-дурацки это не звучало.