Леха

Леха лучше всех в классе читал стихи. Не скажу, что мы плакали слушая его. Да и какой сентиментальности можно ожидать от кучи шалопаев, мечтающих об очередной перемене? У Лехи была манера. Появилась она у него, наверно, классе в седьмом. Он четким шагом выходил к доске, приподнимая правую руку и щелкая пальцами ритм. Откашливался и звонким голосом объявлял произведение. Затем начиналось чтение. Все свое нутро он вкладывал в говорение и поддержание интонации. Было видно, ему нравится выступать. Леха поднимал вверх подбородок, но как-то удивительно получалось, что его голова почти на половину уходила в туловище. Вкупе с жестикуляцией рук и периодически появляющимися гримасами, это заставляло весь класс просто дико ржать, глядя на него. Кто-то издалека даже произносил: "Вот урод". Дикий хохот никак не влиял на Леху. Читал он всегда четко, без малейшей запинки.

Он был неординарной личностью. Друзей у него не было, но тем не менее каждый имел к нему особое отношение. Пожалуй, лучше всех его охарактеризовала не по годам развитая Галька, прозвавшая его Иисусиком.

Была перемена перед геометрией. Леха сидел прямо за мной и нагло зубрил теоремы. Я повернулся и закрыл ему учебник. Он взял книгу, отыскал страницу и снова принялся читать. Я опять закрыл, он открыл. Так продолжалось раз пять. Никакой реакции с его стороны. Меня это задело, подсев к нему, я хлестко "продал лося". Леха схватился за ногу. Больше всего меня злило его молчание, ну должна же быть хоть какая-то реакция!
- Леха, прокричи на весь класс "Я петух!" - предложил я.
- Не буду.
- Еще лося хочешь?
- Нет.
- Тогда кричи.
Громким голосом троекратное "Я петух" раздалось над классом. Все обернулись, сказали: "А, ну это Леха" и продолжили свои дела.
- Слушай, ну скажи мне, неужели тебя это не оскорбляет? Ну хоть раз ты ответь мне, хоть раз пошли меня куда-подальше. Хоть раз! Да на тебя сразу же по другому смотреть будут.
Леха только кивнул головой, мол, все понял.

Я оказался на больничном и не ходил в школу. Нужно было узнать домашнее задание. Обычно, для этого я звонил девкам или ходил с пивком к друзьям, но на этот раз я пошел к Лехе. Парень чем-то меня заинтересовал, притягивал к себе, и очень хотелось посмотреть как он живет. Я ожидал увидить типичное жилище пай-мальчика из обеспеченной семьи.

Дверь открыла пожилая женщина.
- Вам кого?
- Лешу.
- А зачем?
- Мы учимся вместе, а я пропустил. Надо узнать домашнее задание.
Это была его бабушка, натуральный "божий одуванчик". Она позвала его. Для Лехи сам факт, что он кому-то нужен был крайне необычен, а увидев меня, он совсем расстерялся, но, тем не менее, впустил и даже объяснил что-то новое из алгебры.

После этого он меня еще более заинтересовал. Леха жил с мамой и бабушкой, отца своего не знал. Жили чуть ли не впроголодь. Мать работала няней в детском саду, плюс бабушкина пенсия. Все вещи в его доме пахли временем, купленные в благополучные для семьи времена, они символизировали собой другую эпоху. Обои на стенах совершенно пожелтели, но, тем не менее, всюду был порядок, ни одной пыльной полочки. Чувствовались уют и забота доброй женщины.

Как-то так получилось, что с этого дня мы подружились. Он был самым необычным другом. Для себя я поставил цель хоть как-то изменить этого беспомощного ребенка, совершенно не приспособленного к жизни. Раз в неделю мы играли в футбол. Я привел и Леху на занятия. Для него это был просто подвиг: идти куда-то без мамы для 13-летнего парня было величайшим проявлением независимости. Всякий раз, когда я заходил за ним, его бабушка просила присмотреть за Лешенькой и обязательно проводить до дома.
Летом, по утрам, мы нарезали круги на стадионе. Зимой, катались на катке. У Лехи были удивительные олдовый советские коньки. Я пытался приучить его и к хоккею, но в этом контактном спорте он выглядел мальчиком для битья. Так что хоккей у нас не прижился.

Он увлекся спортом. Активный образ жизни дал свои плоды. Было видно - парень окреп, а читая стихи его голова уже не вваливалась в тело.

Наша дружба была очень странной. Моя жизнь была удивительно разгульна: ночные посиделки с водочкой и шалавами в гаражах, да всякое было. А тут Леха - совершенно безгрешное существо. Но как-то мы с ним сошлись, всегда находились темы для разговора, нам было интересно. Он совсем проникся ко мне доверием и открыл, что пишет стихи, даже читал мне иногда что-то, разумеется, в своей манере. Мне его стихи нравились. Позже я прочел Есенина, так вот Леха в стихах - это Есенин. Как-то раз я попросил показать всю тетрадь.
- Нету.
- А где?
- Да я... сжег ее в общем...

Постепенно, как мне кажется, я его понимал. Он был гипер-чувствителен. Смерть комара была для него трагедией, что уж и говорить о реалиях жизни. Но он все это удивительно скрывал, умел держать в себе. Он не был трусом, как я сначала думал, просто своим повиновением демонстрировал вызов тому миру, где все рвут и мечут, где нужна звериная хватка. Такой глупый, никому не нужный и никем не понятый, но так необходимый Лехе вызов.

Собрались поступать в институт. В один и тот же. Вместе ходили на подготовительные курсы. Возвращались обычно поздно. И вот идем мы по железнодорожной насыпи, к нам подвалили три молодчика. Один, за двадцать лет, совсем блатной, ну а двое других - наши ровесники.
- Пацаны, деньги есть?
- Есть.
- Давай сюда.
- Не дам.
В общем, завязалась у меня с блатным высокоинтеллектуальная дискуссия. В это время один из его свиты начал обрабатывать Леху.
- Есть че? Мобила там...
Леха дрожащей рукой полез за своим стареньким Siemens`ом, который ему подарили на день рожденья...
- Нет у него телефона, - сказал я.
- А че ты за него впрягаешься? Посмотри, он уже обоссался. Щас мы тебя завалим и что, вступится он за тебя? Да он сразу дернет отсюда.
Удар блатного ногой в грудь был очень не хилый, меня отбросило на рельсы. Злость просто адским пламенем заполыхала внутри. Вскочил, прыгнул на противника, но тот был тренированный боец. Через 5 секунд я снова на земле.
- Вот и смотри, какой у тебя друг, - и они ушли.
Леха продолжал стоять на месте. Я был очень зол и двинул ему с правой по лицу, разбил губу. В общем, тогда и прошла наша дружба. Его покорность мне так и не удалось изменить...

Экзамены сдали. Я на платный, он на бюджет. Я и семестра не отучился, ушел. Леха получил образование, работает в крупной фирме на хорошей должности. Купил нехилую иномарку, построил дом за городом. Я рад за его маму и бабушку. Может хоть сейчас поживут как люди.

Интересно, он все так же пишет стихи?