Стройка

Каждый из нас был здесь не в первый раз. Это стройку забросили ещё лет пятнадцать назад, и с тех пор она стала огромной игровой площадкой и местом для посиделок всей окрестной шпаны. Те, кто помладше приходили сюда днём, чтобы в тайне от родителей вдоволь побегать по недостроенным, уходившим в никуда лестницам, погонять по подвалам крыс и в очередной раз, зацепившись за какую-нибудь ржавую железку, порвать очередные новые штаны. Ребята же постарше приходили в основном по вечерам для более, так сказать, взрослых развлечений – попить пива в перерывах между ором под гитару, потискать подруг-старшеклассниц или банально подраться. Новость о том, что столь любимую всеми заброшенную площадку вдруг совершенно внезапно окружили, за одну ночь возведёнными, рядами колючей проволоки, здорово удивила всю округу. И, как всегда бывает в таких случаях, среди масс стали ходить совершенно невероятные слухи. И мол что там нашли десяток обезглавленных детских тел, и что собираются строить очень секретный военный склад, и что там, как оказалось, обнаружили ни то бочку ртути, ни то гору непонятно откуда взявшегося радиоактивного мусора с рассадником сибирской язвы в придачу. Одним словом фантазии народа не было предела. С другой стороны основания для столь нелепых предположений у местных жителей всё же были. Посудите сами. Замороженную на десятилетия стройку вдруг ни с того ни с сего окружают по всему периметру колючей проволокой, обеспечивают круглосуточной охранной из ни то военных, ни то милиции и совершенно ничего не объясняют. И всё это в кратчайшие сроки. Тут есть над чем задуматься. Что, собственно, мы и сделали. Однако решили ограничиться не только мыслями.

Я и трое моих приятелей – Серёга, Санёк и Паша, сидели в кустах перед самым, как нам казалось, удобным для проникновения на территорию стройки месте. На часах было 23:15.
Из темноты вышел охранник. Зелёная форма без каких-либо знаков различия неспешно выплыла из темноты и проследовала мимо, буквально в двух метрах от нас. Дождавшись, когда человек скроется за поворотом, мы выскочили из нашего убежища, ловко накинули на колючую проволоку предусмотрительно взятое из дома старое одеяло и стали перелезать. Ещё минута и мы были на территории стройплощадки.
Для начала двенадцатого здесь было непривычно тихо. Тишина казалась какой-то искусственной, не настоящей, будто её специально включили именно в тот момент, когда опасная, щетинящаяся гвоздями проволока, осталась за нашими спинами. Сняв одеяло с забора, мы пригнувшись бросились к ближайшему зданию, недостроенному четырёхэтажному дому в котором в своё время не раз устраивали весёлые пьяные посиделки.
Услышав неторопливые, явно приближающиеся к нашему укрытию шаги мы одновременно присели на корточки и вжались в стену тёмного, грязного и пыльного коридора. В пустом дверном проёме появился человеческий силуэт с фонариком в руке. Он вяло поводил ярким пятном по стенам, но на наше счастье мы остались незамеченными.
- Фуу. Пронесло, - шёпотом проговорил Паша. – Вроде не заметили.
- Да уж. Пока везёт, - тихо ответил я. – Ладно, куда дальше?
Тут в разговор вмешался Санёк.
- Думаю к центру надо идти. Ну помните, там где колодец? Если они что-то и мутят, то только там. Иначе мы бы и со стороны всё увидели.
- Точно, - поддержал Паша. – Тут явно нехер делать. Давайте сквозь дома, потихоньку. Главное не запалиться.
- Я одеяло тут оставлю. Таскаться ещё с ним, – подал наконец голос Серёга.
- Ага.

Пытаясь не шуметь в кромешной тьме и вдобавок не попадаться на глаза повсюду снующим охранникам мы, перебегая из одного строения в другое, двигались к центру стройплощадки. До того, как всё это прикрыли, там был пустырь размером с пару-тройку футбольных коробок с замурованным ещё во времена активности строительства круглым колодцем. Что же там находилось сейчас мы и пытались выяснить. Пустырь должен был быть за следующим домом.
Подбегая к последнему дому, из окон которого мы надеялись увидеть что же происходит в центре, мы услышали негромкий, монотонный гул. Будто находишься под мачтами высоковольтных линий. Но звук был странный, казалось он проникает глубоко в мозг, оставляя там свою частичку, которая продолжает шуметь уже самостоятельно.
- Эй, парни! – прошептал Саня. – Погодьте, что-то мне нехорошо стало.
- Чё, зассал? – с усмешкой прошептал Паша.
- Пошёл ты! Голова что-то вдруг резко разболелась. От звука чтоль этого.
- А, ну конечно, - не унимался Паша. – Давай ещё что придумай.
- Да я серьёзно. Давай тут ещё минутку посидим.
- Ладно, давай. – сказал Серёга смотря на нас с Пашей. – Пара минут погоды не сделает.
Мы согласились, хотя и пришлось вернуться в предыдущее убежище. Сидя на полу в подвале одного из зданий мы молча вглядывались в уже ставшую привычной темноту. На полу валялись вёдра, куски полиэтилена и прочий строительный хлам в перемешку с бетонной пылью, которая так и норовила залезть в нос. Хотелось немного расслабиться, но таинственный шум не выходил из головы, создавая неприятное ощущение дискомфорта. Я закрыл глаза.

Несмотря на пасмурную погоду, я продолжал идти по пустынному пляжу. Хотя, в 5:17 утра любой пляж будет пустынным. Я всё гадал, начнётся ли дождь или нет и не заметил как подобрался к маленькому и обветшалому деревянному причалу. Вместе с ним семь перевёрнутых, кое-как накрытых грязным брезентом лодок, расположившихся чуть поодаль, тот час же рисовали в душе картины беспросветного одиночества и этакой всепоглощающей грусти. Той самой, благодаря которой ощущаешь всю ничтожность этого мира и собственной жизни по сравнению с вечной Вселенной и предаёшься глупым аналогиям про крошечную песчинку в бесконечном океане бытия. А мрачное серое небо и монотонный шум то и дело накатывающих на берег волн, были прекрасно подходящим фоном к данной иллюстрации. Я подошёл к лодкам, дёрнул за казалось бы висевшую в воздухе золотую ручку и открыл дверь.
Темнота.
Мягкий песок чуть проваливался под моими босыми ногами слегка щекоча пальцы, тёплый ласковый ветер развивал волосы, а жаркое южное солнце, пронзая каждую клеточку моего тела, щедро заливало своим светом всё вокруг. Спокойное море простиралось до видимого края горизонта, лаская глаза своим глубоким нежно-голубым цветом, а приятный звук бегающих наперегонки друг с другом волн, успокаивал и услаждал слух.

Я открыл глаза. Мы с Серёгой стояли у колодца. Прежде, сколько я себя помнил, он был замурован, его даже использовали в качестве импровизированного стола, но сейчас в центре бетонного круга зияла дыра. С четырёх сторон колодец освещали направленные на него прожекторы. Свет был очень ярким, но почему-то совсем не резал глаз. Санька и Паши рядом не было. Таинственный звук, который мы недавно слышали отсутствовал, но его след оставался где-то в глубине разума и постоянно напоминал о себе вспышками неконтролируемого страха. За пределами освещенного лампами пространства всё казалось абсолютно чёрным. Стояла абсолютная тишина. Странная и невероятно пугающая. Казалось ещё немного и я услышу стук собственного сердца, а затем и стук сердца друга. Мне вдруг показалось, что во всём мире кроме нас с Серёгой никого нет.
- А где ребята? – тихо спросил я.
- Ты не помнишь? – мягко ответил товарищ.
- А что я должен помнить? Мы сидели в подвале, а потом… потом..
- А ты знаешь, - хмуро проговорил Серёга, - у меня ж мать две недели назад померла. Я и с вами-то пошёл, чтобы хоть немного развеяться. Дома хоть на стенку лезь.
Послышались шаги. Я напрягся всем телом. Стук сердца резко увеличил свой темп.
- Угу. Знаю, знаю. Тихо! – быстро прошептал я, заметив приближающегося охранника.
Серёга замолчал. Охранник прошёл мимо как будто не заметив нас, и я вдруг почему-то подумал что наверное обидел Серёгу. Он со мной трагедией хотел поделиться, а я «Тихо!». Нехорошо вышло. Надо будет потом извиниться.

Вдруг Серёга подошёл вплотную к колодцу и посмотрел вниз. Немного поколебавшись я сделал тоже самое.
- Ну, вспомнил? – спросил Сергей и улыбнулся.

Из тёмной глубины колодца на нас так же внимательно смотрели два лица. Кем они были? Далёким неосторожным отражением или двумя живыми людьми, точно так же всматривающимися в дно другого, своего колодца, на своей заброшенной стройке, в надежде найти ответы на точно такие же вопросы?