Письмо в небо

Здравствуй, любимый. Прости, что я так долго не писала. Впрочем, о чем это я, ты ведь все равно мне не отвечаешь. Ну ничего, я буду тебе писать. Знаешь, мне так тяжело без тебя! Неважно, любимый! Если бы ты мне мог ответить, знаешь, о чем бы я попросила рассказать? Например, о чем шепчет ветер в листве клена? Почему так горько плачет осенний дождь? Тоскует ли о ком-то море? Отчего цветы в саду так нежно покачивают лепестками? У меня так много вопросов к тебе…
Представляешь, сегодня на меня нахлынули воспоминания. Таким светлым, золотым листопадом. Помнишь, как мы с тобой познакомились? Была весна, стояла чудесная погода. В парке цвели персики, роняя свои лепестки под ноги прохожим. Ты шел куда-то по делам, наверное, спешил, а я просто гуляла, кружилась, пытаясь поймать нежные слезы весны. Знаешь, ты казался вырванным из этого дня , из времени. В светлом калейдоскопе солнечного света, белых цветов и пронзительно-голубого неба ты смотрелся черной вороной. Я так засмотрелась на облака над головой, что сбила тебя с ног… Очень ярко помню ворох желтоватых листков бумаги, тотчас взвившихся в воздух. Через них просвечивало солнце, можно было заметить какой-то рукописный текст. Бумага плавно опускалась в лужи, моментально намокая. Ты тогда был готов накричать на неуклюжую девушку с косичками, но почему-то не стал. А я сидела в воде и просто на тебя смотрела. Такой нелепый и в то же время такой незабываемый. Черные волосы, черное пальто, черные туфли и черный рюкзак. Бледная кожа и такие необыкновенные карие глаза…
 Хотелось кричать от восторга и смеяться, смеяться, смеяться… но я боялась спугнуть момент, боялась, что сказка, которая меня окружает рассыплется фейерверком золотых веснушек, вспорхнет стайкой лазоревых бабочек. Мечта, она такая мимолетная, моргнешь- и ее уже нет… Но моя никак не уходила. Ты протянул мне ладонь и помог подняться. А потом повел в кафе греться, позабыв о намокшей рукописи.
Жизнь казалась мне продолжением сна. Все было так нереально, что я каждый миг боялась проснуться. Ты был не такой,как все. Ты никогда не дарил цветов, утверждая, что это низко доказывать живую любовь мертвой красотой.
Но снам суждено заканчиваться, а спящему- просыпаться. В тот вечер я стояла на улице и ждала тебя. Было холодно, ветер пробирал до костей, заставляя дрожать и плотнее кутаться в вязаный шарф. Минуты тянулись часами, я не хотела верить в то, что ты не придешь. В голове вертелись мысли, одна страшнее другой: «Он меня бросил!», «у него есть другая.», «он меня предал…». Предал, предал, предал…эхом отзывались губы.
Пошел снег… первый снег. Морозная крошка с тихим шелестом сыпалась на землю. Окончательно стемнело, но я не уходила. Мой мир рушился, а я стояла и смотрела на его осколки.
Вернувшись домой, я упала на кровать и разрыдалась…
 Квартира была такой пустой без тебя, стены, казалось, смыкаются, ломая мое время, мою жизнь… В темноте тускло мигала лампочка автоответчика. Мне не хотелось никого слышать, но я подошла к аппарату. Несколько слепых движений руки- и в комнате раздался противный щелчок, а женский голос спокойно объявил, что ты в больнице, что что-то произошло… Я мчалась к тебе, проклиная непослушные ноги, мокрый асфальт и плохую погоду. Я ненавидела себя за свои мысли… Больно вспомнить, но я тогда жалела, что ты меня не предал. По лицу струились слезы, а в груди отчаянно билось сердце, и в его прерывистом стуке мне слышалось : «Только бы не поздно… только бы не поздно…». Я бежала, спотыкалась и падала… Почему-то мне не пришла в голову мысль о том, чтобы вызвать такси.
В больнице на меня смотрели, как на дурочку… наверное, так оно и есть… Как в кошмаре, я помню бесконечные коридоры, десятки дверей, белые облупившиеся стены и кафельный пол. Кто-то меня звал, хватал за руки, пытался остановить. Спутанные слова, мысли, неверные шаги, горячий бред. Кажется, я охрипла,пока выкрикивала твое имя…
 Наконец кто-то отвел меня к тебе… Я долго стояла на коленях возле кровати и целовала твои ладони, щеки, глаза, губы, а ты только слабо улыбался и гладил меня по голове, повторяя: «Моя маленькая девочка». Ты был такой теплый, такой бесконечно-родной и любимый…
 Твои черные волосы разметались по подушке, кожа была бледней, чем обычно, а под глазами залегли глубокие тени…
 Но я ничего этого не замечала, я сбивчиво шептала что-то, сотни раз признавалась в любви, почему-то извинялась. А ты все гладил меня по голове и называл своей маленькой девочкой. Рядом с тобой мне всегда хотелось быть именно такой, маленькой, хрупкой и беззащитной…
Прошла неделя, каждый день я боялась проснуться и узнать, что не проснулся ты… Я шла в больницу, видела тебя и улыбалась, сквозь слезы, превозмогая боль… Мы с тобой смеялись и мечтали о том, как весной будем гулять по цветущему парку, как будем ловить лепестки персика и загадывать желания…
 В воскресенье я, как всегда, пришла к тебе… Ты прошептал :«Моя маленькая девочка.»
 Знаешь, ничего не было в моей жизни страшнее твоей внезапно потяжелевшей руки и пустого взгляда, в котором больше не читалось теплое слово «люблю». Мне каждую ночь снится это утро… утро моей смерти…
Милый, почему ты мне ничего не сказал? Ты ведь знал… ты всегда все знал. Боже, какая я эгоистка… Тебе ведь было так страшно и одиноко… Почему ты ничего мне не сказал? Почему, почему не лечился?
Нет! Лучше скажи мне, о чем думает пламя костра и что чувствует одинокая сосна во время бури?
Люблю. Твоя маленькая девочка.