Выиграй миллион

«- Итак, в эфире программа «Выиграй миллион». Сегодня мы играем с Андреем Николаевичем Карским – инженером из Москвы. Андрей Николаевич, здравствуйте. Волнуетесь?
- Есть немного.
- Ну, ничего. Такое бывает у всех. Хотите выиграть наш главный приз – миллион рубле-е-ей?
- Постараюсь.
- Уж постарайтесь, Андрей Николаевич. А то наши продюсеры ругают меня за то, что вот уже пол года никто не выигрывает. А что вы с ним сделаете, если выиграете?
- Знаете, даже не задумывался над этим. Жене шубу куплю.
- Прекрасно. Давайте сделаем первый шаг на встречу к шубе для жены. Тур первый – Разми-и-инка…»

- Тань, глянь. А ведь это Карский.
- Какой Карский, Зин.
- Из шестого отдела, такой хухлик. Ему ещё Иван Петрович зарплату отказывался в прошлом месяце повышать из-за того, что он бороду отрастил.
- А, помню. Думаешь, он?
- Вот, сама посмотри.
- Действительно, он. Что он там делает?
- Ну, и дура же ты! Играет.

«- … Итак, первая несгораемая сумма - тысяча рублей: «Как до революции назывался город, в котором родился В.И. Ульянов-Ленин? Варианты ответа: А - Екатеренбург, Б – Ульяновск, В - Казань, Г – Симбирск.
- Так и хочется сказать, что Ульяновск, но правильный вариант Г – Симбирск.
- А может быть, Казань, Андрей Николаевич.
- Нет, Симбирск.
- Ох, я вам шанс давал, но вы его не использовали… И пра-а-авильно сделали! Город, в котором родился Владимир Ильич Ульянов – Ленин, назывался Симбирск. И вы выиграли первую несгораемую сумму – тысячу рублей».

- А я то думала, что там одни подставные играют.
- Да, ладно тебе! Вот у Ленки из отдела снабжения, сосед играл там – двадцать пять тыщ выиграл. Сама рассказывала.
- Так, отдел кадров как всегда не работает, а телевизор смотрит, - в помещение вошёл лысый грузный человек с увесистой папкой под мышкой. – Что сегодня показывают?
- Да вот, Пётр Ильич. Карский, из шестого отдела миллион выигрывает.
- Какой Карский, Зинаида Аполеренарьевна, тот, что с бородой что-ли?
- Он самый.
- Да, не выиграет он ничего. Там все не взаправду. У меня, тесть соседа играл, вроде, выиграл двадцать пять тысяч, - так ему ничего не отдали.
- Видишь, Зина. Я же тебе говорила, что там подстава одна.
- Да мне Ленка сама рассказывала!
- Тише, девочки, тише, - рассмеялся Пётр Ильич. – Вот тут я вам личные дела принёс из третьего отдела. Вы уж тут разберитесь как умеете.
- Хорошо, Пётр Ильич. Вы может быть, чайку с нами?
- Работы много. Но с вами не откажусь, посмотрю, как Карский миллион выигрывать будет.

«- … Андрей Николаевич, вы только что вы выиграли пятую несгораемую цифру – пятьдесят тысяч рублей. Сумма большая. Может быть пора остановиться?
- Я пришёл сюда выиграть миллион и выиграю его.
- Достойный ответ. Продолжим. Вопрос на сто тысяч рублей: Кто стал королём Аргоса, после того, как царица Клитемнестра убила своего мужа? А – Агомемнон, Б – Эдип, В – Эгисф, Г – Эрест… Задумались? Андрей Николаевич. Может быть, возьмёте вашу первую подсказку?
- Нет, не стоит. Я недавно Эсхила перечитывал, - поэтому отвечу сразу: Царём Аргоса стал Эгисф.
- После такого ответа, - мне ничего не остаётся, кроме того, как по-о-одтвердить ваши слова… Будете играть дальше?»

- Дурак, бери бабки и уходи!
- Пётр Ильч, что с вами такое? Разорались тут на весь этаж, - в комнату вошёл сухощавый тридцати летний мужчина. – А я к вам на чай, Татьяна Ивановна, решил заглянуть. Но, смотрю, у вас тут дела по интересней будут. Аж, Пётр Ильич покраснел от волнение. Что тут у вас?
- А ты, Серёжа, посмотри на телевизор.
- Так это ж Борода. Что он там делает?
- Миллион хочет выиграть.
- Да, ничего у него не получится. Мне Колька, из соседнего НИИ, рассказывал, что, если кто у них миллион выиграет, то их чуть ли не на три месяца всех зарплат лишают. Вот, они и специально вопросы так подбираю, что б никто не выиграл.
- А я, что вам говорил! – чуть не крикнул в сердцах, Пётр Ильич.
- Да, сразу ясно что ничего он не выиграет.
- Правильно, Зинаида Аполеренарьевна.
- Ой, Серёжа. Вон, возьми на холодильнике чашечку, налей себе.
- Спасибо, спасибо. Сейчас. Где у вас тут чайник.
- А вот, возле Тани.
- А кто придумал его Бородой называть, - спросил Пётр Ильич.
- Так, Колька – есть у нас такой хохмач в отделе…
- Иноземцев.
- Да, он самый. Он всем клички даёт. Меня чайником, например назвал.
- Это, почему?
- А потому, что люблю у Вас чай пить, Татьяна Ивановна.
- Ну, а как меня он обозвал.
- Ой, не давал он вам никакого прозвища, Зинаида Аполеренарьевна.
- Ох, врёшь, Серёжа.
- Ей богу не вру.
- Врёт, ещё как врёт, - рассмеялся Пётр Ильич.
- Будет ваш Колька зарплату с задержкой на двадцать дней получать, будет.
- Что Вы, Татьяна Ивановна. Не надо так строго.

«- Андрей Николаевич, пятьсот тысяч – очень большие деньги. Вы сами знаете, что за всё время существования нашей передачи ещё никому не удавалось выиграть наш главный приз – миллион рублей. Вы итак стали первым игроком, который так близко подошёл к этому рубежу. Может быть, ваше везенье сейчас закончиться. Вы использовали уже все три подсказки. А для миллиона мы подобрали самый сложный вопрос. Может быть, пора остановиться?
- Меня не простит жена, если я не постараюсь выиграть миллион.
- А, может быть, жена не простит, если вы не купите ей шубу?
- Ничего, если проиграю – переживёт. А вот если не попытаюсь – нет.
- Хорошо, я вас отговаривал. Последний вопрос – вопрос на один миллион рублей. Играет Андрей Николаевич Карский, инженер из Мо-о-осквы. Как называлась дощечка, которые вручали древние греки своим послам? А -…
- Диплом.
- Я ещё не начал произносить варианты ответов.
- Зачем, лишний раз утруждать себя. Ведь ответ правильный.
- Ох, ну и сложнее же с вами играть, Андрей Николаевич… Но вы выиграли один миллион ру-у-ублей!»

- Ни х… себе, - полезли на лоб брови у Петра Ильича.
- Здравствуйте, можно войти? – в комнату вошёл гладко выбритый мужчина.
- Вам какого?- спросила Татьяна Ивановна, не отрывая свой взгляд от телевизора.
- Борода.
- Мамочки.
Послышался звон разбивающейся кружки, выпавшей из рук Зинаиды Аполеренарьевны.

- Ну что, Андрюша. Уволился?
- Уволился, дорогая.
- Зря всё это. Вдруг, они деньги не отдадут, обманут.
- Не переживай, они дали нам номер счёта. Я звонил утром в банк, деньги уже там. Всё будет хорошо. Одевайся, и мы пойдём.
- Страшно мне немного.
- Не бойся, Катюша. Всё будет хорошо. Возьмём деньги, - я тебе куплю самый большой букет роз в Москве, а потом мы поедем с тобой в «Прагу». Закажем самый дорогой обед. И будем пить шампанское с устрицами.
- Да ладно тебе, разошёлся. Надо по дому много чего купить, - Катя скользнула своим взглядом на почерневшие обои, обветшалую мебель, ржавую раковину. На стол, которому было уже больше двадцати лет. На окно, форточка которого была забита фанерой, после того как летом в него попал мяч, которым соседские мальчишки играли в футбол.
- Ремонт не делали в квартире как въехали в неё. Одежду детям купить надо. Да и себе что-нибудь. Да, и отложить не мешает.
- Всё купим, всё сделаем. Катя, теперь, у нас всё будет лучше прежнего. Отдохнём с тобой месяцок как люди. На море съездим.
- Какое море - зима на дворе, - заулыбалась Катя.
- Тогда в дом отдыха.
- Ну, а с работой то что? Денег много не бывает, закончатся, - оглянуться не успеешь.
- Да, что ты заладила: «Работа, работа»! Дай отдохнуть немного. Денег хватит. А работу и по лучше найти можно. Я на этот институт двадцать лет угробил. Хватит. Можно будет своё что-нибудь открыть.
Так, ты ещё не собралась? А ну, давай быстро! Пора ехать.

- Здравствуйте, нам сказали, что на наше имя перечислили деньги, - неуверенно произнёс Карский.
- Номер счёта и паспорт, пожалуйста, - попросила операционистка.
- Вот, пожалуйста.
Хотя он и убеждал жену, с уверенностью средневекового клирика, в своей правоте, Карский сам до конца не верил, что миллион действительно окажется сейчас в его руках.
- Подождите минуточку, присядьте за столик.
- Хорошо, спасибо.
Они сели с женой в удобные кресла из кожзаменителя возле стеклянного столика, на котором лежало куча рекламных проспектов.
- Андрюш, а почему они сразу нам ничего не дали. Может быть, ничего не получится?
- Катя, всё будет нормально, - произнёс Карский, стараясь придать своему голосу максимальную уверенность.
Но он сам волновался и даже не много удивился, когда обратил внимание, что у него не трясутся руки.
- Ну, и нервы у меня, - подумал он.
- Господин, Карский, вы рано; представители телекомпании ещё не приехали, - к ним подошёл мужчина в дорогом, тёмно-сером костюме. Хотя Карский надел самый лучший свой чёрный костюм, который они купили ещё в девяностом году за двести рублей, разница между качеством ткани и покроя его костюма и костюма банковского служащего не могла не броситься ему в глаза.
– Вы можете пройти в комнату ожидания, - продолжал мужчина. – Они должны подъехать в течении получаса.
- Спасибо, мы лучше здесь посидим, - не дала сказать своему мужу Екатерина.
- Может быть кофе? – не унимался дорогой костюм.
- Нет, нет, спасибо. Мы пока почитаем, - в это время, Карский взял какой-то буклет и стал с интересом рассматривать его.
- Ну что ж, не буду вам мешать. Как только приедут представители телекомпании, то я сразу вам сообщу.
- Да, да, спасибо, - не отрываясь от буклета, сказал Карский. – Катя, смотри. Если положить деньги на дебитную карту, то можно снимать их со счёта неограниченное число раз, при этом на текущий остаток будет начисляться до пяти процентов.
 - Дай посмотреть.
- Вот.
- Ну, и зачем тебе кредитная карта? Скажи мне.
Карский только улыбнулся и с любовью посмотрел на свою жену.
Как и обещал дорогой костюм, в течении получаса появились представители телекомпании. Их проводили в комнату для переговоров, где был уже накрыт для них фуршет. В торжественной обстановке Карскому вручили восемь пухлых пачек и одну потоньше тысячерублёвых банкнот.
- Тринадцать процентов удержаны в качестве налога на доходы.
- А, понятно, - немного разочаровавшись, произнёс Карский.
- Ну, Андрей Николаевич, теперь за новой шубой для жены? – спросил ведущий. который лично приехал поздравить Карского с выигрышем. Правда, больше чем радость Карского, его интересовал, конечно, фуршет.
- Шуба подождёт, - вмешался Катя. – Сперва, надо…
- Э, нет, Андрей Николаевич, - перебил её уже немного осовевший ведущий, вливая в себя залпом очередной фужер шампанского, и становясь от этого уже не осовевшим а пьяным. – Вы обещали выиграть миллион и купить шубу вс-е-ем нашим телезрителям и просто должны сдержать своё общение.
Катя стала дёргать Карского за рукав.
- Нам пора, - шептала она ему.
- Сейчас, мы с вами ещё немного выпьем и поедем в один замечательный магазин на Тверской. Вам там обязательно понравится. Я сам недавно для соей, - тут он немного замялся, - подруги своей одной шубу купил, так она до сих пор нарадоваться не может.
- Да, мы домой хотели побыстрее, - обречённо сказал Карский.
- Никаких отговорок. Вы клятвенно обе-е-е щали всем зрителям страны, что купите себе шубу и теперь просто обязаны это сделать, - заблеял ведущий.
- Я бы хотел поздравить ещё раз Андрея Николаевича с его великоле-е-епным выигрышем. А сейчас, он вместе со мной, отправиться выполнять обещание, которое дал всему народу бывшего СССР и поедет покупать шубу своим детям.
Сказав это, он направился к двери, схватив под мышку Карского, и объясняя ему преимущества покупки шубы именно в этом магазине и именно с ним.
- Они мне скидку большую обещали.
Катя, с поникнувшей головой идущего на казнь, последовала за Карским и уже окончательно пьяным ведущем.

От такого обилия меховых изделий, искрящихся в свете электрического освещения, как свете солнечных лучей, у Карского ослепло в глазах. А когда он рассмотрел ценники, ему стало ешё хуже. Катя уже ничего не могла говорить и стаяла как каменное изваяние в середине торгового павильона, в то время как ведущий кружил вокруг неё надевая и скидывая шубы, которые приносили услужливые девушки – продавщицы.
- Вот, Андрей Николаевич, по-моему, в самый раз.
Карский не успел открыть и рта, как ведущий уже успел его перебить.
- Посмотрите, этоже настоящая норка. Как играет её мех на солнце. – И словно не веря своим словам, он схватил рукав шубы и стал трясти его на уровне своих глаз. – Да, это же настоящая норка.
В это время он напоминал Остапа Бендера и продавца этого магазина одновременно.
- Он, что? Здесь подрабатывает? – подумал Карский.
- Так, девушка мы бе-е-ерём эту шубу. Сколько она стоит?
- Триста двадцать тысяч.
- Сколько? – чуть не подавилась Катя.
- Нормально, нормально, - сказал ведущий. – Андрей Николаевич, совету брать. Один раз в жизни можно позволить себе такую роскошь.
Действительно, один раз в жизни можно позволить себе такую роскошь. Вертелось в голове Карского. Сколько времени приходилось ограничивать себя, выбирая самую дешовую одежду, покупая самые дешёвы продукты. Экономя буквально на всём. Всё, хватит. Шанс выпал и пора его реализовать.
- Катя, мы её берём. Дай пакет.
Он подошёл к Кате и сильным рывком вырвал его, из не отпускавших его её рук.
- Это му-у-ужское решение, Андрей Николаевич, - подбадривал его ведущий.
- А теперь, в ресторан, покупку надо обмыть.
- И это правильно.

По дороге в ресторан, Карский попросил остановить машину и купил жене самый большой букет, который был в бутике.
- Зачем такие траты, Андрюш.
- Ты достойна много большего.
- Вот, и ресторан. Петь, останови здесь. Мы выйдем, - сказал ведущий.
Свалившись из машины прямо в сугроб, ведущий увлёк за собой Катю, так что её огромный букет развалился, и сильный порыв ветра разметал его в радиусе пяти метров.
- Не переживайте. Я вам новый куплю. Пошли в ресторан.
Пока они спускались по крутой лестнице в ресторанную залу, ведущий умудрился упасть ещё три раза. И если бы не всё время подоспевавший Карский, то непременно разбил бы себе лоб.
- Не волнуйтесь так, всё нормально, - говорил в этот момент ведущий.
- Девушка, нам столик на троих в отдельных апартаментах.
- Здравствуйте, Сергей Вениаминович. Давно у нас не были, - сказала hostes, обращаясь к ведущему.
- Всё дела да дела. Так апартаменты свободны?
- Для вас, всегда.
- Тогда пошли… Нет, нет, шубу не снимайте. Не позволю, - выхватил из рук гардеробщика, который помогал Кате шубу, ведущий. - Вы будете сидеть как королева на троне с трофеем, который преподнесли ей её верные воины из дальнего завоевательного похода.
Тут не выдержал Карский. Оттолкнул ведущего и сам снял шубу с Кати.
- Жарко в ней.
Ведущий хотел вспылить, но то ли передумал, то ли тут же забыл об этом инциденте, так как уже направился к апартаментам в сопровождении hostes.
Даже не посмотрев в меню, и уверив Карских, что в этом ресторане он знает его наизусть, ведущий, с видом одновременно заправского кулинара и завсегдатая лучших французских ресторанов, заказывал блюда и напитки (преимущественно спиртные), комментируя свой выбор исчерпывающим объяснением достоинств именного этого блюда, именно в этом ресторане, по сравнению с другими блюдами и другими ресторанами. Когда же речь зашла о спиртных напитках. То тут ему бы уступили первейшие виноделы Франции и владельцы известнейших марок виски Шотландии: с таким знанием и прорвавшимся на ружу вкусом он перебирал названия и достоинства редчайших марок мира, останавливая свой выбор, по его мнению, только на самых достойных из них.
- Ну, за ваше здоровье, Андрей Петрович.
- Николаевич, - хотел поправить ведущего Карский, но не стал этого делать.
- Всё ровно, после этой рюмки уж точно ничего помнить не будет.
Карский ошибся только в том, что ведущий ушёл в небытие, не после первой, а после второй рюмки виски и начал буянить. Подоспевшие охранники, с помощью Карского, быстро успокоили его и вывели на улицу. Карский быстро нашёл машину, на которой они приехали.
- Петя, отвезёте его домой?
- Не в первой, Андрей Николаевич. Не волнуйтесь. Да, кстати, поздравляю вас с выигрышем, - улыбнулся водитель.
За весь день эта была первая искренняя улыбка, которую увидел Карский, и оттого ему стало тепло на сердце.
- Спасибо, Петя, - заулыбался в ответ он. – Так довезёте его?
- Не переживайте вы так, не в первой. До свидания.
- До свидания.
- Пётр Андреич, - вдруг проснулся ведущий, - дай я тебя поцелую, - вырывался он из машины.
- Шубу, шу-у-убу купить не забудь.
С выскочившим Петром, Карский смог засунуть в салон автомобиля ведущего, он тут же заснул опять.
- Может быть, я за вами через пару часиков заеду?
- Не надо, Петя, мы такси поймаем.
- Как хотите, мне бы это было не сложно.
- Нет, нет, не утруждайте себя. До свидания.
- До свидания, ещё раз.
Карский подождал пока удалиться машина и вернулся к Кате, в ресторан.

- Что-то ты долго. Как там он? - спросила она, когда он садился за столик.
- Да, пока его успокоили. Не бери в голову. Всё нормально.
- Зря мы сюда пришли, не по себе мне как-то здесь.
- Что ты всё переживаешь. Вкусная еда, вкусные вина. Приятная атмосфера. Можно позволить себе хотя бы раз в жизни. Вот так вот посидеть, ни о чём не думая, а только наслаждаясь окружающей атмосферой, тихой музыкой, работой услужливых официантов.
- Влетит нам этот романтический ужин в копеечку. А столько надо ещё купить.
- Купим, купим, - отвечал Карский закусывая чёрной икрой, виски.
- Ремонт в квартире надо сделать, - продолжала Катя, одежду детям купить, да и о себе не забыть… Зря ты с работы ушёл, - задумалась она.
- Новую найду, интересней. денег нам хватит, пока искать буду. Мне тут, кстати, Алёхин недели две назад предложил вариантик.
- Ой, твой Алёхин ещё неудачник тот. А ты всё за ним бегаешь.
- Ладно тебе. Нормальный он мужик.
- Давай не будем сейчас о нём говорить.
- Хорошо, не будем. Давай лучше ещё выпьем. Ты что будешь?
- Налей мне немного виски.
- О, правильно, хороший выбор, - заулыбался Карский.
- Давай выпьем за то, что бы у нас всё было хорошо.
- А у нас и так всё хорошо, - сказал Карский.
- Я не про деньги, я про нас.
Карский посмотрел прямо в глаза Кате. Ему больше не нужно было других слов, что эта женщина любит его так же как любила его все эти восемнадцать лет, которые они прожили вместе. И он любил её так же, когда увидел её в первый раз возле памятника Пушкину на Тверской. Её светлые волосы, белое платье, голубые, небесного света глаза заставили подойти к ней этого робкого юношу, который только что закончил институт, и опыт общения с девушками которого ограничивался лишь двумя-тремя минутами случаями вовремя сессий, когда одногруппницы обращались к нему за помощью. Это была любовь с первого взгляда.

Счёт, который принёс официант за ужин несколько обескуражил Катю, но ничуть не смутил Карского. С лёгкостью русского коммерсанты начала двадцатого века, он извлёк из пакета стопку банкнот и расплатился, говоря:
- Сдачи не надо.
- Всё больше никаких ресторанов. Все деньги только по счёту.
- Конечно, - отвечал ей, пьяный Карский. - Где твой номерок?
Катя стала рыться в совей сумочке.
- Скорей, не можешь найти?
Катя замерла, медленно опуская руки.
- У ведущего остался.
- Что у ведущего осталось? – с волнением спросил Карский.
- Номерок.
- Какой номерок?
- От шубы.
- А зачем ты его ему отдала?
- Не помню.
- Извините, - Карский обратился к гардеробщику, - дело в том, номерок остался у нашего друга. Не могли бы вы отдать на нашу шубу, а завтра мы свяжемся с ним и подвезём номерок.
Гардеробщик немного ответил, что это запрещено правилами, и он должен подозвать администратора. Подошедший администратор ответил Карскому то же самое. Но добавил, то их шуба здесь будет в полной сохранности, и что как только они привезут номерок, получат её обратно. Мягкий и сочувственный голос администратора успокоил Карского, так что он даже попросил прощение у него за беспокойство.
- Завтра я дозвонюсь до ведущего, и мы заберём нашу шубу назад, - сказал он Кате. – Сейчас поймаем такси и поедем домой.
Он помог надеть на Катю её старую куртку, и они вышли из ресторана. Ветер подкатил к ногам катил розу из рассыпавшегося огромного букета. Карский поднял её и отдал Кате.

На следующей день Карский стал дозваниваться до ведущего. Он позвонил на телецентр, там ему сказали, что он уехал на неделю в командировку, и как только он приедет назад, то тут же сообщат ему, что он его искал. Карский не очень расстроился. Но не может же такой известный человек заниматься воровством. Когда вернётся, непременно отдаст.
Сегодня они решили с Катей и детьми отправиться по магазинам – обновить гардероб себе и детям.
- Ремонт подождёт, - сказал Карский. – Сначала надо одежды накупить.
Они отправились в ГУМ. Он никогда не обращал внимание на свой внешний вид. И ему было всё ровно, какую одежду носить: от итальянских модельеров или от модельеров с Черкизовского рынка. В ГУМ настояла поехать Катя. Она всегда мечтала часами бродить по огромным залам этого центра, заходя в дорогие бутики, и по долгу рассматривая различные модели одежды.
Карский чувствовал себя неуютно в роскоши огромного торгового центра. Яркие дорогие витрины справа и слева смотрели на проходящих меж ними Карских. Только дети, двое мальчиков и одна девочка, чувствовали себя абсолютно свободно и расковано в этой роскоши. Собственно говоря, это далеко были уже не дети, а вполне сформировавшиеся молодые люди, которые, кто через год, кто через два должны были закончить школу. Выигрыш отца ничуть не удивил их, и они с особой гордостью хвастались им перед своими одноклассниками. Первое время им никто не верил, но как только, позавчера, вышла передача, они сразу почувствовали на следующий день особое внимание на себе своих одноклассников. И учителя обращались с ними как-то по-особому.
По началу, стушевалась и Катя. Но женщина всегда остаётся женщиной и через каких то десять минут она уверено водила свою семью от одного торгового павильона к другому, по долгу выбирая платья, куртки, рубашки и другие вещи для себя и своих детей. Наконец, настала очередь Карского.
- Давай, зайдём сюда, – сказала Катя, указывая на павильон, торгующей мужской одеждой дорогой итальянской марки.
- Не надо, Катя, у меня и так костюм есть.
- Ага! Твоему костюмы уже лет двадцать. Пора обновку небольшую сделать.
Они зашли в бутик и стали бродить по павильону. Долгое время к ним никото не подходил. Продавцы - консультанты нарочито не обращали внимание на них, пока Катя не окликнула, стоящего рядом с ними.
- Извините, можно Вас?
Продавец тут же оживился, словно мраморная статуя проснулась и превратилась в живого человека.
- Да, слушаю.
- Нам бы костюм подобрать на него. И пару сорочек и галстуков.
- Какой вам нужен?
- Не знаю. Что вы посоветуете?
- Могу предложить вам модель из новой коллекции. Она только на прошлой неделе пришла к нам из Италии. Это великолепный однобортный тёмно-серый костюм на трёх пуговицах. Вот можете его примерить.
Он проводил Карского в примерочную комнату. Через пару минут Карский вышел из неё. Костюм сидел на нём великолепно.
- Ну, как тебе, Андрей, - спросила его Катя.
- Хорошо, наверное. А у вас нет, что бы разрез сзади был один, - обратился он к продавцу.
- К сожалению, нет, тем более, сейчас модно носить пиджаки с английским покроем.
Так, какую сорочку вы бы хотели? – спросил он у к Кати. – Могу порекомендовать бледно-голубую сорочку с Итальянским воротом на запонках.
- Это как? – спросила Катя.
- А почему именно с воротом Акула, - спросил продавца Карский.
- У вас худощавое лицо. Вам он пойдёт больше всего.
- Он же сказал Итальянский.
- Это одно и то же, - ответил Кате Карский.
Продавец принёс две сорочки: одну голубую, другую акриловую. Они подошли к костюму. И примерив ещё четыре галстука, Карский взял их все. Покупки в ГУМ’е обошлись Карским в сто девяносто тысяч рублей.
- Зайдём, пообедаем, - спросил Карский жену. – Есть хотите, - обратился он к детям.
- Опять ресторан, - недовольно произнесла жена.
- Да, заладила ты, давай пообедаем нормально. Пускай дети хотя бы раз в жизни в нормальном месте побывают.
На следующий день, когда Карские поехали покупать новый телевизор, они снова побывали в нормальном месте. Они стали бывать в нормальных местах каждый день: когда, в четверг ездили с детьми в Аквапарк. Когда в пятницу, в первый раз за всю жизнь, ходили в Большой театр. На выходных, когда всей семьёй отправились на семь дней, в тур по городам золотого кольца. Каждый день Карские тратили по двадцать, а то и тридцать тысяч рублей и не обращали на это внимание. О ремонте они уже почти забыли. Только изредка, Катя, словно спохватившись, напоминала Карскому о том, что на кухне надо переклеить обои. На что Карский неизменно отвечал, что всё успеется.
Чрез две недели он снова позвонил на телецентр, но там ему сказали, что ведущий приехал и тут же был вынужден улететь во французскую Каледонию, на съёмки новой программы. На вопрос Карского, когда он вернётся. Он получил неопредёлённый ответ, что скорее всего, съёмки продлятся не менее двух недель. Он не стал особенно переживать.
- Как пришло, так и ушло, - сказала ему жена.
Вечером этого дня в квартире Карских раздался звонок в дверь.
- Ты кого-нибудь ждёшь? - спросил Карский.
- Нет, - ответила Катя.
- Это, наверное, к детям пришли, - сказал Карский. – Лена, пойди, открой дверь.
Лена встала из-за стола и направилась к входной двери.
- Папа, это к тебе, дядя Лёша приехал.
- Алёхин, ты ли это? – радостно воскликнул Карский.
- А кто же ещё? – сказал Алёхин. – Если гора не идёт к Магомету, Магомет идёт к горе. Не хорошо, не хорошо, забывать старых друзей. Выиграл миллион, зазнался совсем.
- Принесла его нелёгкая, - пробурчала себе под нос Катя.
- Да, ладно тебе. Здорово. Как твои?
- Хорошо. Слушай. У меня предложение: давай сейчас в какой-нибудь бар-ресторан, - там и поговорим немного.
- Давай, только оденусь. Катя, мы, с Алексеем сейчас на пару часиков.
- Да иди уж, - недовольно сказала Катя.
Она не любила Алёхина. Он не нравился ей своей моложавостью, хотя он был ровесником Карского. Своей взбалмошностью, будто не было у него жены и ребёнка. Каждый раз, когда он приходил к ним домой, она ощущала какой-то дискомфорт. Словно это был не лучший друг её мужа, а какой-то коммивояжёр, от которого так и веет притворством.

- Ну, куда пойдём?
- Не знаю, Лёшь. По твоему выбору.
- Эх, я тебе сейчас выберу. Поехали в Карнавал.
Пару дней назад Карский уже хотел с женой зайти в это место. Но их остановила надпись: «Вечерняя программа. Стриптиз». Вот и сейчас, он покраснел, вспомнив этот день.
- А может быть, в куда-нибудь ещё?
- Да ты что! – воскликнул Алексей. – Там тебе понравится. Девочки просто атас!
- Самому уже сорок лет. А рассуждаешь, прям как ребёнок маленький.
- А ну, как же. «Вечно молодой, вечно пьяный».

Часы отсутствия Карского тянулись мучительно долго. Катя не могла найти себе места. Она переходила из одной в комнату в другую. Хотела попить чай и даже вскипятила чайник (новый так они и не купили), но не стала этого делать. Дети занимались своими делами. Лена готовилась к завтрашнему сочинению. Алексей и Иван играли в шахматы. Даже кошка и та занималась делом, совершая свой моцион. Карского не было уже целых два часа.

- Так, девушка! Будьте любезны, ещё бутылочку Ballantines.
- Лёш, а может хватит?
- Андрюх, ты ещё мне скажи, что жена тебе пьяным домой не разрешает приходить, - рассмеялся Алёхин.
- Шутки шутками, а у меня уже как месяц без алкоголя и дня не проходит.
- Ах, да! – спохватился Алёхин. – Расскажи кА мне лучше, Карский, как это ты миллион умудрился выиграть?
- Ну, почитал не много - и выиграл.
- Не прибедняйся. Знаю, что ты можешь, чуть ли не всю БЭС наизусть процитировать. Давай, рассказывай. Небось, с телевизионщиками делиться пришлось?
 - Нет, всё по честному. Только подоходный пришлось отдать «родному» государству.
- А как всё было то.
- Я же по образованию схемотехник.
- Да, я то же. Можешь себе представить, - рассмеялся Алёхин.
- Они это учли. Так, что все вопросы связанные с этой областью и смежными областями, они исключили. Но в своей анкете, я не указал, что увлекаюсь художественной литературой. Так, что большинство вопросов были связаны с ней.
- Хитрец.
- Пути к победе могут быть различны.
- Как миллион потратить собираешься?
- Да, в принципе, ремонт, с Катей, хотим сделать. Съездить куда-нибудь не мешало бы. Ты, кстати, говорил, что-то на счёт какой-то работы. А то, денег вряд ли на долго хватит.
- А, как обычно, всё наперекосяк пошло, так что, я больше этим вопросом не занимаюсь. О, стриптиз начинается.

Где же он? Почему его так долго нету. Думала Катя. На часах было уже час ночи. С этим Алёхиным вечно так. Ещё в вытрезвитель попадёт, как в прошлый раз. А деньги, наверняка, все пропьют. Надо, на всякий случай, не много приготовить.
Она подошла к секретеру, где лежала оставшаяся сумма. Они никогда не прятали денег от детей. А так как жили они скромно, если не бедно, то и от воров не было смысл прятать то же. По началу она немного удивилась. На полочке, где ещё совсем недавно подобием кирпичной кладки были сложены пять пачек тысячерублевых купюр, оставалось только три тысячи рублей. Она взяла их в руки, пересчитала, потом пересчитала ещё раз. Потом, резко отбросила их и лихорадочно стала возиться по остальным полкам и проёмам секретера. На пол спадали белой листвой: квитанции за квартиру, документы, паспорта, ручки, ещё старые советские купюры, какие-то клочки бумаг, старые газеты. Денег в секретере не было. Она стала рыскать по всем шкафам, полкам. Весь пол был уже устлан бумажной продукцией. От шума проснулись дети.
- Мама, что случилось? - спросила заспанная Лена.
- Всё хорошо, всё хорошо… Хотя, нет. Ваня ты не видел…
Она резко направилась к двери и пошла в детскую. Там она повторила ту же процедуру, которую совершала в зале. Алексей бросился к матери, когда та стала открывать шкаф, в котором хранились его вещи.
- Мама, что ты делаешь?
В Её глазах что-то мигнуло. Она из влекла портфель и стала вытряхивать его содержимое на ружу. Из него посыпалась пачка порно журналов. Алексей покраснел. Ваня хмыкнул. Лена покраснела то же и вернулась в зал.
- Что это? – спросила Катя.
- Понимаешь, это Петька дал…
Катя махнула рукой, и не дослушав, быстрыми шагами направилась на кухню. Алексей стал собирать трясущимися руками журналы.
- Дурак, ты, - сказал Иван.
Катя стала рыскать по всей их небольшой обшарпанной кухне. Даже, зачем то, открыла холодильник. Но ничего не нашла. Уставшая, она села за стол. Ей вспомнилось увольнение Карского, поездка в банк, шубы, пьяный ведущий, потерянный номерок, поход за одеждой в ГУМ, поездка по Золотому Кольцу, каждодневные обеды, ужины, а иногда даже и завтраки в ресторанах. Она посмотрела на так и не отремонтированную кухню, и по её правой щеке покатилась слеза. На кухню зашла Лена, она подошла к матери и обняла её.

- Ты посмотри какие буфера!
- Как ребёнок маленький, - расхохотался пьяный Карский.
- Дай мне штукарь, я ей сейчас за подвязку засуну.
Карский вытащил из кошелька деньги и дал их Алёхину. Алёхин помахал купюрой в воздухе, словно платком, надушенным благовониями, так быстро к ним подошла стриптизёрша. Она стала танцевать возле них, касаясь своими формами Карского и Алёхина. У Алёхина был вид загипнотизированной лошади, разве что слюнки не текли. Карский уже не краснел, но старался не смотреть в сторону танцующей. Подошла ещё одна девушка и стала танцевать возле Карского.
- Мы ещё тут не много посидим и через Химки ко мне на дачу поедим, - подмигнул Карскому Алёхин из-за спины девушки. – Понимаешь, что я имею в виду.
В сердце Карского что-то ёкнуло. Он вспомнил Катю. Он подумал, что сидит сейчас здесь, рядом с пьяными Алёхиным. А она ждёт его и, наверняка, волнуется. Ему стало стыдно от этого не пристойного предложения Алёхина. Зачем ему ехать к нему на дачу с какими-то девицами, от которых будет разить дешёвым пивом и сигаретами, когда дома его ждёт любящая жена. От этих мыслей он даже протрезвел.
- Я домой.
- Чего, - не расслышал его Алёхин.
- Я домой, - повторил Карский, доставая из кошелька все деньги и кладя их на стол.
- Ты чего? – спросил удавлённый Алёхин, пытаясь приподняться со стула, но стриптизёрша не дала ему это сделать. – Погоди. Ночь только начинается.
- Меня Катя ждёт, - сказал Карский и направился к выходу.

Катя сидела на диване в зале, укрывшись тёплым пледом. На её колени склонила голову Лена. Она уже уснула. Мать гладила шелковистые волосы своей дочери. Во круг валялись разбросанные бумаги. Через окна, которые не были закрыты шторами, комнату освещал свет полной луны
Послышались звуки, открывающейся входной двери. Это пришёл Карский. Он зашёл, на свет, сперва, на кухню. Там никого не было. Потом прошёл в залу. Катя посмотрела не него. От Карского разило алкоголем и женскими духами. В свете луны его пьяное лицо выглядело ещё пьянее. Она посмотрела ему прямо в глаза.
- Деньги кончились.
Карский ничего не сказал. Он был готов к такому известию.
- Завтра пойду на завод.
- Я тебя люблю, Карский.
- Я тебя люблю, Катя.
Он подошёл к ней, поцеловал в правую щёку. Взял на руки дочь и отнёс её в свою комнату.

Иван Петрович сразу принял Карского, как только ему доложили о нём. Он по-доброму встретил его и сразу попросил секретаршу принести два чая.
- Ну, как погуляли, Андрей Николаевич?
Карский промолчал.
- Ничего, ничего, со всяким бывает. Вот вам ручка, листок бумаги. Пишите заявление о приёме на работу.
Карский сел за стол и написал заявление. Иван Петрович прочёл его и отдал секретарше.
- Отнесите, в отдел кадров, пожалуйста.
А вам, Андрей Николаевич, я зарплату повышаю по сравнению с прежней.
Карский поднял голову.
- Чему вы удивляетесь. Я же вам в прошлом квартале сказал: сбреете бороду – повышу зарплату.
Карский заулыбался.
- Так, что можете приступать к своим прежним обязанностям хоть сейчас, хоть завтра.
- Спасибо, Иван Петрович.
- Не за что, Андрей Николаевич. Такие сотрудники как вы на дороге не валяются. Думаю, через пару месяцев можем поговорить о вашем повышении. Только, ради Бога, не играйте вы больше в эти азартные игры.
- Так это не азартная игра была.
- Для меня все игры, в которых приз - деньги, игры азартные. До свидания, Андрей Николаевич.
- До свидания.

- Ну, как. Взяли.
- Взяли куда ж они денутся.
- Хорошо, - сказала Катя и обняла мужа. – Ты ужинать будешь?
- А ты уже приготовила.
- Да, хоть и не ресторанное меню, но всё же котлеты у меня всегда хорошо получались.
Они сели за стол.
- Ни в одном ресторане такой вкуснятины не едал, - сказал Ваня.
- Язык проглотить можно, - добавил Алексей.
- Да, ваша мама любому шеф-повару сто очков вперёд даст, - похвалил свою жену Карский.
Неожиданно, в раздался дверной звонок.
- Я открою, - вскочила Лена.
- Папа, мама, это к нам.
Карский удивлёно посмотрел на дочь. За ней, в прихожей стоял ведущий.
- Андрей Николаевич, здравствуйте. Куда же вы пропали. Я вам весь вчерашний день звонил. Совсем забыл про вашу шубу. Весь месяц как белка в колесе: то в Лондон надо лететь на съёмки, то в Каледонию. Даже в Зимбабве был. Вы уж наверное подумали, что украл Гавкин вашу шубу, - и он сам расхохотался своей шутке. – Не-е-ет, вот она. в полной сохранности. Я даже почистил её за свои деньги. Да вот ещё. Ей, Петя, принеси.
На кухню вошёл водитель Пётр с огромным букетом чайных роз.
- Это взамен того, что я вам испортил тогда, возле ресторана. Вот вам, кстати, ещё один презент.
Он извлёк из кармана шубы видеокассету.
- Здесь за-а-апись того, как вы миллион выиграли.
- Спасибо, - сказал Карский, беря в руки кассету.
- Может быть, поужинаете с нами, - спросила Катя.
- Нет, нет, совсем нет времени. Нам пора в аэропорт.
Они всей семьёй проводили нежданных визитёров до входной двери. Вернулись на кухню. Возникшею паузу прервала Лена.
- Какая красивая шуба мама.
- Пап, а давай посмотрим кассету, - сказал Ваня.
- Давай, вставь её, - попросила Катя.
Они пошли в зал.
- Катя надень шубу, - сказал Карский.
Она заулыбалась и одела её.
Усевшись всей семьёй на диван, они стали смотреть передачу.
«- Итак, в эфире программа «Выиграй миллион». Сегодня мы играем с Андреем Николаевичем Карским – инженером из Москвы…»

Кирилл Тавридов, 25-27.06.2007