снег

Хаотичный, неуверенный снег в конце марта – самое странное послание этой весны. Воз-можно, последний в этом году. Но самый первый в моих глазах. Он естественней, чем тот, в середине октября. Да и как иначе, когда стоишь на пороге нового мира? В такие минуты взрослеешь больше, чем от первого поцелуя или последнего звонка. В такие минуты хо-чешь стать снегом. Впрочем, я и есть снег. Такой же потерянный, томительный и неуме-стный. Забавно, но иногда он падает вверх – подвластный капризным завихрениям ветра. А иногда замирает в невесомых раздумьях. Но рано или поздно касается земли – самой обычной, самой нужной, самой человеческой земли. То не тщетная попытка прикрыть пу-гающую черноту дорог, но прощальный вздох зимы. И даже небо – не тоскливо-серое, не истерично-голубое – белоснежное. Безупречное в своей наготе. Такое, что хочется быть небом. Но я не могу быть небом. Потому что на всех улицах, на всех крышах и потоках автомобилей, во всех песнях, мыслях и сердцах – снег.