Крылья. Дорога Падшего

Стоящая вокруг темнота внушала страх. Видимость была на уровне вытянутой руки. Только под ногами серела бледная полоса, ниточкой вьющаяся и петляющая среди… среди чего? Узкая дорога была отдаленно похожая на лунную, только ее свет был неестественно болезненным. Все обволакивала темнота, готовая задушить любой свет, исходящий не от дороги. Царство Тьмы, властвующей здесь безраздельно. А дорога была… нет! Это было Царство Пустоты, поглощающей даже Предначальную Тьму. Дорога находилась в Нигде. Или может в Никогда? Нить вела через Ничто.
На бледной тропе кто-то стоял. Очертания фигуры то расплывались, то становились четкими до рези в глазах. Здесь это обычное явление, но заметить это некому, ибо в этом мире никого нет. В те мгновения, когда очертания Неизвестного принимали чёткую форму, его можно было разглядеть во всех подробностях. Сейчас как раз был такой момент, когда его суть не расплывалась в Пустоте.
Большая хламида серого цвета покрывала его с головы до ног и волочилась по “земле”. Порой из-под нее выглядывали странного вида ножны. На вид они были ничем не примечательны, но когда к ним протягивали руку, они нестерпимо жгли холодом. Клинок же был подстать им. Лезвие было едва заметно выгнуто, по типу катаны, и от него веяло спокойствием, холодным и безжалостным, но не кровожадным. Этот меч еще ни разу не вынимался из ножен, ибо его час еще не пришел. Выкован он был только с одной целью и только для одной единственной битвы. Для того часа, когда его отражением станет отмщение или же возмездие. Пока тот час не настал, он будет скован волей своего хозяина.
Но хламида служила не одеянием, а чем-то, что могло скрыть от посторонних глаз…
А глаза у Странника были иными. Они были бездонным колодцем, или отражали свет бесчисленных звезд. Пепельные волосы выглядывали из-под одеяния, впрочем, в этом месте все иначе и все меняется, здесь нет постоянного цвета. Так и волосы, то пепельные, то белоснежные, то черные как ночь.
Неизвестный брел по тропе медленно, как будто никуда не торопился. Здесь нет времени и нет расстояния. Это мир Пустоты и здесь залечиваются все раны. А главное, здесь просыпается истинный голос души. Странник посмотрел вверх, где в иных мирах горят звезды и плывут облака.
- Я залечил их… то, что Ты сломал много лет назад. И теперь они – скорбь, гнев, боль, отмщение. Омытые собственной кровью, опаленные собственным огнем. Пепел мира и песок времени несет в себе каждое перо. Пожалуй, я дам им новое имя – Крылья Возмездия. И ты еще увидишь их… когда придет время. А пока – Неизвестный издал смешок – я продолжу свой Путь. Путь к Вратам…

Задолго до этого...

Он начал приходить в себя. Перед глазами все плыло, точнее, так бы он сказал, если бы хоть что-то видел. Ничего не было видно, темнота повсюду, впору подумать, что наступила слепота. Все тело била крупная дрожь. Руки и ноги не слушались. Была только дрожь и боль, невыносимая боль.
- Где… где я? – это были первые слова, которые вырвались из его уст в этом месте. И ответом была – гулкая тишина. Каждое движение сопровождалось эхом. Оно словно надсмехалось над тем, кто попал сюда.
- Что произошло? – вопросов всегда больше, чем ответов. А ответчик здесь только один – ты сам. Ибо у Ничего нет собственного мнения на то или иное событие. Ответить же на собственный вопрос можно только тогда, когда придет понимание. Да и оно может быть ошибочным.
Падший сидел и задавал вопросы не зная усталости. Одни и те же, раз за разом. А эхо, постоянно смеясь, ответствовало ему. Так летело время, а он все сидел. Ничего не видя и не зная, не понимая, что с ним приключилось. Постепенно к изначальным вопросам добавились еще и другие. “Почему я? За что? Какой смысл вот так жить?”.
Лишь когда прошло много времени, Падший научился смотреть в темноту и различать в ней части своего тела. Остального он по-прежнему не видел. И вот однажды…

читать дальше- Открой глаза! Смотри! – ласковый, текучий, словно вода голос, обратился к Падшему. Он звучал отовсюду, не имея единого источника, казалось, что сам воздух, сама темнота говорит с ним.
- Кто? Кто здесь? – здесь он все время задавал вопросы, как будто его речь и состояла из них.
- Не знаю. – уверенно сказала Та.
- Мне больно… - Падший мог жаловаться только самому себе, да так он и делал. Сейчас у него была уверенность, что с ним все так же шутит жестокое эхо.
- Я знаю – снисходительно проговорила неведомая собеседница.
- Кто ты? – он не унимался, хотелось хоть раз услышать имя, а не насмешку.
- Я? Пожалуй, можешь звать меня Целительницей – Падший был почти уверен, что в голосе послышалась улыбка.
- Что… зачем ты здесь? – пробыв долгое время в одиночестве, поневоле цепляешься за каждое слово, пусть даже ненастоящего собеседника.
- Разве тебе не нужна помощь? – Она искренне удивилась.
- Нужна. – слова уже вырывались против воли. Разум не поспевал за криком души.
- Так вставай же! И открой глаза! – толи она подшучивала нал ним, то ли в словах действительно было некоторое нетерпение.
Падший медленно, как бы нехотя поднялся. Тело все так же била дрожь, ноги то и дело подкашивались.
- Я… всё… я сейчас – тихо шептал узник.
- Да, ты совсем плох. Давай сделаем так! – ничего не было видно, но Падший почувствовал, как на плечи ему что-то легло.
- Так… намного лучше… - слова не вязались, он не мог понять, наяву ли это или же это его собственное воображение.
- Ну! Открывай глаза! – нетерпение усиливалось и, голос менялся.
- Я открыл… ничего не вижу.
- Да нет же! Открой! – узник почувствовал, как его начало обволакивать со всех сторон, воздух звенел и становился тяжелым.
- Что… что ты делаешь? Зачем!? – ему хотелось кричать, но слова тонули едва вырвавшись.
- Если ты сам не способен помочь себе, я сделаю это за тебя, хочешь ты того или нет! – голос полыхнул как молния.
- Молния? – узник удивился самому себе.
- А, значит, ты все-таки помнишь? Память вернется к тебе со временем. Смотри! – Падший открыл глаза, но мало что изменилось, все было так же темно и пусто.
- Я вижу?
- А разве нет? Если ты чего-то не видишь или не знаешь, это еще не значит, что этого нет! – голос был наставительным и, в нем даже проскальзывали нотки шутливости.
- Но… что мне делать?
- А что бы ты хотел?
- Найти свою дорогу…
- Так ищи! – это были последние слова, которые он услышал.

Еще много раз он обращался к Целительнице, бредя по бесконечным пустошам, в полной темноте. Но ответа не было, как будто не существовало этой самой Целительницы, а он разговаривал на самом деле сам с собой. Вновь потянулось время. Он шел и шел, не видя и не замечая перед собой ничего.
Падший не заметил, как под ногами начала виться тоненькая бледная нить, едва заметная.
Устав от бесконечных и бесплодных поисков, он остановился и сел, будучи на грани отчаяния, ибо не мог он найти свою дорогу.
Каким же было его удивление, когда, устремив свой взгляд туда, где должна быть почва, он увидел тонкую, слабо мерцающую ниточку.
- Почва? Земля? Да, я помню… - Падший внимательно всмотрелся в нить. – Что? Да, я понимаю! – нить в ответ ему слабо сверкнула.
Преисполненный радости, он вскочил на ноги и пошел по этой ниточке. И с каждым шагом он вспоминал и понимал всё больше. Пока однажды память к нему не вернулась. С того момента начался новый отсчет. Теперь он не возвращал то, что потерял, теперь он приобретал. Многое открылось, и каждый шаг приносил всё больше понимания.
- Теперь я понимаю, кто ты! Не Целительница, имя тебе – Пустота! – воздух в ответ зазвенел и, как будто послышалось: “Я рада”. Тогда Она замолчала снова, да и Падший больше не обращался к ней, разве что только в тяжких думах. Теперь он шел своей Дорогой…

Впереди что-то на мгновение вспыхнуло и потухло, как будто звезда сорвалась с небес и рухнула на землю. Её поглотила Пустота. Но там, далеко, опять появилось слабое сияние, то белоснежное, то радужное. Оно приближалось, сначала не спеша, но потом сорвалось с места словно гончая. Вскоре оно настигло его. Перед взором Падшего возникла парящая фигура в радужных одеждах, каждый взмах белоснежных крыльев наполнял окружающее пространство некоей “живостью”. Он смотрел на Неё и молчал. Наконец Ангел заговорила сама.
- Кто ты? – в глазах читалось удивление и в то же время недоверие.
- А ты не видишь? – бывший “узник” горько усмехнулся и откинул свою хламиду, обнажая спину.
- Ох! – лицо Ангела исказилось болью, и Она отвернулась – Прикрой! Ты… Падший?
- Да – он передернул плечами и закрыл свои изорванные крылья, измазанные кровью и грязью.
- Ты прогневал Всевышнего и был наказан… - шепотом проговорила Ангел.
- И ты пришла, чтобы сказать мне это? Зря тратишь время – с усмешкой проговорил Падший и, отвернувшись, пошел дальше.
- Постой! Куда ты? – окликнула его Ангел.
- Иду своей дорогой. – остановившись, но не повернувшись бросил странник.
- А можно я пойду с тобой? – подавшись вперед, не скрывая тревоги, промолвила Она.
- Над мои Путём развевается знамя Боли и Печали… - идя со мной, ты будешь ведать одни лишь лишения! – Голос Падшего переменился.
- Я попробую! – Ангел подлетела к нему и опустилась рядом.

Они шли вместе, проводя время в длительных беседах, или отвечая друг другу молчанием. Удивительно, но у них нашлось много общего. Они помнили вкус свободы, ветер, ударяющий в крылья, когда летаешь в Поднебесье.
Однажды она сказала ему:
- Я люблю тебя!
- Я тоже тебя люблю. – ответил странник склонив голову, чтобы в этот момент она не увидела его боли.
Ангел верила во всё лучше, Её смех радовал сердце Падшего. Но кто знал о его думах, когда смех прекращался, и наступало время сна-забвения?
Он знал и понимал слишком много, но ничего не говорил Ангелу. Он видел Её судьбу и молчал. Смеялся, когда она смеялась, печалился, когда Её было плохо. Но истинную свою горечь скрывал глубоко внутри.
Постепенно, он начал понимать, что она начнет увядать, словно цветок под палящим солнцем. И не было в душе его покоя, ибо знал он, что нужно делать и знал, чем это кончится.
- Мой Путь ведет через Пустоту… - голос Падшего был тихим.
- Тогда я пойду с тобой! – уверенно заявила Ангел.
- Это моя ноша, ты погибнешь, идя со мной! – он умоляюще посмотрел Ей в глаза.
- Я помогу тебе! Я покажу тебе Свет! – Она взяла его за руку.
Падший склонил голову, он почувствовал, что пробил час.
- Я не люблю тебя – тихо проговорил он.
- Что? – Ангел обеспокоено посмотрела на него.
- Я не люблю тебя! – вскрикнул Падший.
- Нет! Я… я… я не верю тебе! Ты лжешь! – она натолкнулась на его холодный взгляд – Ты… ты чудовище! – Её глаза пылали и в них стояли слезы, но она по-прежнему видела в его глазах холод. Тогда Ангел взмахнула крыльями и понеслась прочь, быстрее ветра. Прочь из губительной пустоты.
Падший смотрел ей вслед.
- Ты так ничего и не поняла… - с горечью проговорил он.