Транспорт

Пожалуй, никто здесь не может претендовать на самый респектабельный вид. Кроме меня. Давайте не будем брать в расчет потерю галстука, довольно внушительного размера дыру (хоть и по шву) на рукаве дорогого пиджака, несколько жирных пятен на рубашке, очень грязные и кажется поцарапанные ботинки, боль в переносице и трещину на стекле наручных часов. Tissot. Подарок некогда любимой... Они еще и остановились. Значит, так любила... Я тупо потряс запястьем левой руки над ухом. Зачем? Не знаю. В общем, они не пошли, а продолжали показывать время около двух часов.
А сейчас четыре утра. Если быть точнее – 3:51. Как я догадался? Очень просто – посмотрел на большое табло, под которым на стенде было написано примерно следующее: «Аэропорт Домодедово является крупнейшим и наиболее перспективным аэропортом в России и занимает первое место в стране по внутренним и международным грузовым авиаперевозкам. Достижение столь значительных результатов стало возможным благодаря активной инвестиционной политике Группы компаний...» И так далее... В общем, я только что проснулся. И я был в маленьком и уютном зале ожидания аэропорта, где никто не обращал на меня ни малейшего внимания. Что, однако, меня ни сколько не задевало. Так, для справки и для тех, кто не в курсе (думаю, таких большинство) я живу в Калининграде. Это самый западный областной центр России. Я мог бы прочитать целую лекцию о геополитике и истории этого края, но в моем нынешнем состоянии это не доставит мне должного удовлетворения.
Как я оказался в Москве? На самом деле, в данный момент меня больше интересовал другой вопрос... Даже два других вопроса. Почему я до сих пор не в милиции и где мое пальто? Да, и еще – почему у меня болит нос? Ладно. Как я попал в Москву – вопрос слишком глобальный. Чтобы пройти из самолета в зал ожидания нужно, как минимум, попасть сначала в зал выдачи багажа и такое маленькое охраняемое помещение, где встречающие ждут прилетевших. Видимо, где-то там я и оставил свое пальто. Как меня пропустили в таком виде? Спросите что-нибудь полегче.
Я пошарил по карманам. Пачка с двумя сигаретами, одна из которых поломана, тысяча сто рублей с копейками, несколько одноразовых носовых платков. И все. Не густо. Но хоть что-то... Помню, что еще у меня был мобильный телефон. Видимо, сейчас он там же, где пальто.
С одной стороны, мне очень интересно, как я здесь оказался. С другой – плевать я на это хотел, потому что оставаться в аэропорту не было никакого желания. Но в данный момент мои желания и возможности шли вразрез друг с другом. Интересно, где здесь туалет? Это я к тому, что не помешало бы его посетить.
Встав с жесткого пластмассового сиденья, я почувствовал значительное изменение уровня внутричерепного давления. Первым желанием было сесть обратно. Кстати, вторым тоже. Однако, стоя, мне удалось отчетливо увидеть указатель с буквами WC в другом конце зала. Значит, мне туда. Преодолеть это совсем не большое по вселенским меркам расстояние оказалось делом не совсем простым. Точнее, совсем не простым. Было такое впечатление, что при каждом шаге правой ногой кто-то подло бьет кулаком прямо по макушке. В этот момент я почему-то подумал, что неплохо было бы иметь только одну ногу – левую. По крайней мере, в таких ситуациях.
Подойдя к зеркалу, я с радостью убедился в том, что все не так плохо, как я себе представлял. Нос выглядел очень даже ничего... Как обычно. Но почему-то больно было до него дотрагиваться. Щетина... А что? Со щетиной удобно. Например, зимой шарф, натянутый до носа, за счет щетины очень крепко держится. К тому же, когда в одной руке сумка, а другая чешется, то почесаться можно прямо об щетину. А еще хорошенькая бородка худит лицо и придает неплохой вид. Только мне бы крайне не хотелось, чтобы мое лицо стало еще более худым. Поэтому придется побриться... Сразу же, как только представится случай. Подумав об этом, я очень сильно расстроился. Потому что не имел ни малейшего понятия, когда это произойдет. Но сейчас есть прекрасная возможность умыться, почистить ботинки и как-нибудь (не знаю как) сделать свою внешность более опрятной. Казалось бы, обычный бытовой процесс. И совсем не трудоемкий. Но произведя несколько нехитрых манипуляций над свои лицом, одеждой и обувью, я чувствовал себя, как тот воин-гонец, который в сентябре 490 года до нашей эры пробежал сорок два километра от Марафона до Афин... И умер. В мои ближайшие планы не входило разделять его участь, но, тем не менее, чувствовал я себя не самым лучшим образом.
Вернувшись в зал ожидания, я повалился на ближайшее кресло и закрыл глаза. Почему-то я совсем не думал о том, как буду возвращаться домой. А чего тут думать? Позже куплю карточку и позвоню Андрею... Или Артему... Пускай заберут меня отсюда. Хотя, по большому счету, они вовсе не обязаны этого делать. Ведь в Москве я оказался по собственной глупости. Эту глупость зовут Таня.
Мы познакомились с ней в прошлом... Хотя, нет... Уже в позапрошлом году на конференции, посвященной комплексному обеспечению безопасности городов. С тех пор мы больше не виделись ни разу. Писали друг другу письма по электронной почте и пару-тройку раз в месяц созванивались. Мне нравилось это состояние влюбленности в Таню... Влюбленность – это, знаете ли, невозможность оторваться от клетки с экзотическим обитателем. Правда, если она перерастает в любовь (особенно, большую и светлую), необходимо помнить о том, что в последствие придется жить со всем зоопарком. Я с ним не жил. Поэтому и обожал влюбленность в Таню. У нее был муж... Я сказал «был»? Да, я именно так и сказал. Не знаю, чего он там объелся, но, видимо, это были мало съедобные продукты.
Вчера днем (как хорошо, что я отдаю себе отчет в том, какой сегодня день и, главное, год) я позвонил Тане, чтобы поздравить ее с праздником. Она плакала. Я не люблю, когда женщины плачут. Даже не смотря на то, что это придает им особое обаяние, шарм и неповторимость. Оказалось, что от нее ушел муж. И не просто ушел, а ушел к другой женщине. В итоге свои поздравления мне пришлось отложить для лучших времен, а вместо них в течение часа говорить Тане банальные фразы из серии «Все будет хорошо», «Не переживай» и так далее. Я пообещал ей, что обязательно использую затяжные выходные по назначению и приеду к ней в гости. Как видите, под воздействием алкоголя (я много выпил еще на земле, а потом, чтобы иллюзорно избавиться от страха полета, пил в самолете) сроки официального визита к Тане неожиданно изменились. Причем, она об этом не знала. Сейчас, сидя в холодном зале ожидания, я уже совершенно не хотел ехать к ней, несмотря на то, что до цели осталось совсем немного. Каких-то сорок километров... Или около того. Дело в том, что в отношениях (если это можно так назвать) с Таней меня все устраивает. Если бы дружба между мужчиной и женщиной существовала, нас можно было бы смело назвать друзьями.
Кто-нибудь наверняка скажет, что для истинной дружбы не существует пола. Я в этом не уверен. Мои ближайшие друзья – мужчины. Я дружил и с женщинами, но ни одна из них, честно говоря, не принадлежала к внутреннему кругу моих доверенных лиц. Видите ли, со мной в жизни случались такие вещи, о которых мне никогда бы не пришло в голову рассказывать в смешанной компании. Я бывал слаб, жалок и уязвим (как сейчас, например), и я не стал бы упоминать об этом в разговоре с женщиной. Возможно, женщина в состоянии быть другом, а возможно, нет, потому что, если секс спрятать с глаз долой, он некрасиво оттопырит карман. Одно из двух – или вы хотите ее трахнуть, или вы не хотите ее трахать. Неизвестно, что хуже, но с друзьями так не поступают. Мы принимаем друзей как данность, мы можем их даже не замечать. Но чей номер вы наберете, когда ваша женщина соберет чемодан и оставит ключи у соседей? Кто молча сядет рядом с вами, когда вы узнаете о смерти своих родителей? Кто потянется за бумажником, когда вы потеряете работу?
– Сержант Такой-то, предъявите документы, – этот усталый, но вместе с тем грозный, голос вернул меня в реальность.
Прямо передо мной стоял здоровенный мужик в форме. Интересно, сколько часов занимает в школах милиции курс «Произнеси свою фамилию так, чтобы никто не понял»? Хороший вопрос. Я кажется сейчас отправлюсь прямиком в отделение. Как там говорят – как Новый Год встретишь, так его и проведешь. Гениальная перспектива. Вообще-то, по идее, у меня должен был быть паспорт (ведь я как-то купил билет на самолет). Но теперь он, скорее всего, находится там же, где пальто и мобильный телефон. Я уже приготовился к самому худшему, как вдруг...
– Где тебя носит? Сколько можно тебя искать? – периодически достаточно больно ударяя по моему плечу маленьким кулачком, отчитывала меня неизвестно откуда взявшаяся девушка приятной наружности, которую я раньше (мамой клянусь!) никогда не видел. Во всяком случае, я этого не помню. – Молодой человек, – это она уже обращалась к милиционеру, – простите нас, пожалуйста. Мы только что прилетели и уже едем домой.
Возможно, молодой человек и поверил бы ей, если бы я выглядел не так презентабельно. Но, видимо, его смена уже подходила к своему завершению, и он был не в силах спорить с кем бы то ни было. Поздравив нас с Новым Годом и выразив надежду, что эта наша первая и последняя встреча, он удалился. Пронесло, подумал я. В хорошем смысле.
Моя спасительница, сидя на соседнем кресле, смотрела на меня и улыбалась. А я смотрел на нее и думал о том, что если бы ее увидела Наташа (бухгалтер с моей прошлой работы), то обязательно в очередной раз упрекнула бы меня в том, что мне нравятся девушки с большим носом. На самом деле, это всего лишь ее мнение. Но хорошо хоть нет мокрой химии.
– Ты меня не помнишь? – спросила девушка и стала улыбаться еще шире. Наверное, она поняла, что ее вопрос риторический и что я ее, естественно, не помню. – Меня зовут Алена. Я стюардесса с рейса, которым ты прилетел из Калининграда.
Я понимающе кивнул. И после продолжительной (на мой взгляд) паузы сказал:
– А я Никита – пассажир с того рейса.
– Очень приятно, – Алена пожала мне руку. – Куда ты теперь?
Я сделал недоуменное лицо и пожал плечами.
– Наверное, в Калининград, – я усмехнулся, понимая всю нелепость своего ответа. Алена тоже поняла всю нелепость моего ответа.
– А зачем ты приехал в Москву? – спросила она, перестав улыбаться.
Мне страшно не хотелось быть в ее глазах полным идиотом. Но я уже им был.
– Теперь это уже не имеет смысла, – в моем голосе прозвучала такая печаль, какой не было даже в голосе Михаила Трухина, когда он играл Гамлета во МХТе имени Чехова.
– Ясно, – уверенно резюмировала Алена. – Сейчас мы поступим так – поедем ко мне, ты приведешь себя в порядок, а завтра вместе полетим обратно утренним рейсом.
Эта девушка спустилась с небес, решил я. И тут же поймал себя на мысли, что это действительно так.
– Ну, как-то не удобно... – замялся было я.
– Боюсь, что у тебя нет другого выбора, – перебила меня Алена. – Может быть он и есть, но тебе вряд ли понравится. У нас еще полчаса до автобуса, так что можно пойти выпить кофе. Тебе не помешает.
И все-таки она ангел, решил я, когда сидел за столиком в практически пустынном кафе аэропорта, а Алена несла мне кофе. Вообще-то я не пью кофе... Но в таких глупых ситуациях я тоже обычно не оказываюсь.
– Я раньше страшно злилась на пассажиров за то, что они все как один в самолете напиваются, – улыбаясь, рассказывала мне Алена. – Или какой-нибудь будет ходить за тобой весь рейс и рассказывать какая у него жена, какой дом в Саратове и какая собачка. Только единицы могут признаться, что им страшно лететь. На самом деле – все боятся. Я им улыбаюсь, успокаиваю, беру под свое крыло. Это мало кто знает, но одна рюмка в небе действует так же, как две на земле. Очень быстро напиваешься. Там же такой воздух специальный. Считается, что из-за него мозги хуже соображают. Например, читать тяжело. У нас стюардессы вообще считают, что этот воздух мозг сушит. С другой стороны, они же говорят, что из-за него мы все молодо выглядим.
Это правда, подумал я. Алена действительно замечательно выглядит. Да и вообще она замечательная. А еще я подумал, что даже не знаю, как отблагодарить ее за то, что она взяла меня под свое крыло. Вот как бывает – ехал к одной, а нашел другую. Потом в автобусе, который вез нас в сторону Москвы, я заснул, и мне снилась Алена. Значит, она действительно произвела на меня такое сильное впечатление. Люди знакомятся разными способами. Нас с ней познакомил транспорт. Я так считаю. Почему-то сразу вспомнилась фраза «Летайте самолетами «Аэрофлота». Ведь не сядь я на тот рейс, все могло бы быть совсем по-другому.

«Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту Храброво, температура за бортом...», – это был голос Алены. Даже в унисон с металлическими нотками, сопровождавшими его на выходе из динамика, он все равно звучал божественно. С момента нашей встречи прошли сутки с небольшим, но мне казалось, что мы знакомы (без преувеличения) целую вечность. За всю мою жизнь еще никто не был так добр ко мне, как эта девушка. Интересно, это уже любовь или еще влюбленность? Было бы не плохо жить со всем зоопарком. По крайней мере, я не имею ничего против.

Когда мы с Аленой прощались у входа на терминал, она поцеловала меня и сказала:
– Восстановишь паспорт – приезжай в гости. Только уже трезвый.