Величавая Ангара. Письма матери. И как только мы жили друг без д

Глава 37
 
Наше хозяйство. Коммуна. Обкомовская столовая.


 Это из песни. А в жизни Ангара, дочь Байкала, была очень холодная и даже в самые лютые морозы не замерзала. Холодный туман от реки стелился и по студенческой улице 25 Октября. И когда мы ранним утром бежали на физкультуру в университет, дыхание перехватывало от туманной свежести Ангары. Летом в реке не купались- холодно. Можно было на лодочке поплавать, взятой напрокат. Плывешь в лодке и смотришь на дно- далеко дно, а копейка блестит между камней, не говоря уже о консервной банке. Такая прозрачная в Ангаре вода.
 Началась великая комсомольская стройка в Ангарске, и мы ездили туда с концертами.
Дует свежестью ночь сибирская.
Собрались мы все у костра.
Ты навеки нам стала близкая,
Величавая Ангара.
 В Иркутске в то время мы не наблюдали новостроек, дома были старинные, много было частных домов за заборами. Институтов в городе было достаточно- иняз, горный, финансовый, медицинский.
 В университете было восемь факультетов, три огромных общежития. Контингент студентов был в основном из сельской глубинки. Жили на 22О рублей в месяц, редко кому помогали. И студенты придумали, как выйти из голодного тупика, чтобы « не пропасть поодиночке». Наша комната в составе семи человек стала питаться коммуной. Собирали по двести рублей и питались два раза в ден в обед варили суп, вечером нас ждал ужин. Дежурили мы по очереди. Вкуснее всех кормила Надя Софронова. Она нас научила варить гороховый суп из куска копченой грудинки и делать овощное рагу. Бедствовали мы во время дежурства Марты Спивак. Спортсменка и горячая натура, она не была создана для кухни.
 Выручали нас готовые пельмени, по 13 штук на человека в киллограмме. Деньги были строго рассчитаны. Кажется , Надя и была казначеем. Заготовляли мы на зиму и картошку. Покупали два мешка на колхозном рунке и высыпали в нижний ящик платяного шкафа, который стоял у двери. Щи и суп варили без мяса, к борщу покупали сметану. Удавалось купить и сосиски. Однажды в новогодний вечер нашу кастрюлю с сосисками «увели» с плиты.
 В магазине всегда было сливочное масло, копченая колбаса, большой выбор конфет и печенья. В центре был небольшой фирменный магазин, где мы к праздникам покупали красное вино. Любили « Узбекистон» и « Алеатико». Одна бутылка стоила 2-2О. Хлеб и мороженое были вкусными.
 Мы с Неллой Павловной выискали так называемую обкомовскую столовую и приходили туда обедать. Самообслуживания в те времена не было. В зале работали официантки. Любили мы еще одну маленькую закусочную на три стола. Там были котлеты с зеленым горошком. Из дома мне ежемесячно присылали триста рублей и посылки. Мать продолжала шить мне платья, кофты и даже пальто.Как я была рада пойти на вечер в новом платье! В посылке обычно лежала копченая колбаса, тушонка. Конфеты, а то и горсточка изюма. Тепло дома и материнских рук согревали меня все пять лет учебы.
 Сколько писем я от матери получала! Больших, содержательных и теплых. Спустишься , бывало, на первый этаж к столу вахтера и внимательно просматриваешь конверты , разложенные на нем. И чаще всего мать меня не разочаровывала- письмо было. Я узнавала конверт по своеобразному почерку мамы и химическому карандашу. Чаще всего им она писала мне письма. Вернешься в комнату с письмом, ляжешь на кровать и с тихой, ни с чем не сравнимой радостью читаешь дорогие строки. И как только мы жили друг без друга!