Жила-была старушка, адаптация по Рэю Брэдбери

- Нет, молодой человек, я вовсе не желаю тебя слушать! Забирай свою корзинку – и скатертью дорога! Иди отсюда и не мешай мне вязать кружева… Ну вот, из-за тебя со счету сбилась! Какая это была петля? Я вяжу себе шаль. Зимы нынче холодные, а я уже очень старая стала, и кости все высохли, надо мне одеваться потеплее.
Темноволосый молодой человек весь в черном стоял, не двигаясь, и слушал тетушку Тилди. А она не давала ему и рта раскрыть.
- Я налью себе кофе. А тебе не дам, потому что ты нахальный, пришел без стука, без приглашения.
Черный человек сел.
- Этот стул старинный, ты с ним поосторожней,- предупредила старушка. И вновь продолжила свою речь.- Погоди, погоди! А где же я видела такую большую плетеную корзину с четырьмя ручками?.. А! Вспомнила! Два года назад, когда умерла моя соседка миссис Дуайр. Это для переноски трупов в морг. Но зачем вы принесли эту корзину ко мне? Вы хотите мне ее продать? Зачем она мне? Это же не бельевая корзина! И почему возле нее стоят четыре человека? Нести ее вчетвером – это же смешно! Она же легкая, как пушинка. Черный человек наклонился к тетушке Тилди. Он словно хотел сказать, что скоро корзина уже не будет такой легкой. В нее ляжет Тилди.- Вот приедет моя Эмили из Нью-Йорка, так она тебя шуганет из этой гостиной, ты и ахнуть не успеешь,- продолжала тараторить бойкая тетушка Тилди.- Эмили мне как дочка. Своих детей у меня никогда не было, двадцать лет назад умерла мать Эмили, она была моей подругой. И я взяла девочку к себе.
У Тилди была своя философия жизни – она не признавала смерть. Ни за что не хотела признавать глупую смерть! Во-первых, она утащила ее маму, когда Тилди была совсем крошкой, потом явилась за папой. Да ведь это просто дурость какая-то – живешь совсем недолго, а потом, оглянуться не успеешь, тебя зароют в землю, будто ты зерно какое; только ничего из тебя не вырастет. Что ж тут хорошего? Люди лежат в земле миллион лет, а толку никакого, - говорила Тилди. Она и на похороны отца не пошла, потому что он своей смертью отрицал ее философию жизни, а это было невыносимо. И замуж Тилди не выходила, чтоб ее муж нечайно не умер у нее на глазах. И Эмилию Тилди брать сразу не хотела, потому что после смерти матери Эмили верила в смерть, а Тилди – все равно нет.
Бойкая старушка открыла когда-то давным-давно в своем доме лавку древностей, то есть антикварный магазин – тем и жила счастливо до того момента, пока черный человек не заявился к ней в сопровождении четырех человек из морга со зловещей плетеной корзиной для переноса покойников.
Старинные часы пробили три.
- Как три? Они же уже били три часа, совсем недавно! – изумилась Тилди.- Наверно, я устала, мне нужно вздремнуть. И часы в ремонт не мешало бы сдать…- она погрузилась в легкий полуденный сон. Проснулась оттого, что часы пробили три часа.- Стыдно, мои дорогие, просто стыдно за вас! Придется все-таки отдать вас в починку.
Черный человек стоял у дверей. Тетушка Тилди удовлетворенно кивнула.
- Все-таки уходишь, милейший? Пришлось тебе сдаться, а? Меня не уговоришь лечь в эту дурацкую корзинку, я упрямая. Из этого дома меня не выманишь! Больше не трудись, не приходи сюда понапрасну!
Черный человек неторопливо, с достоинством поклонился.
Нет, у него и в мыслях не было приходить сюда еще раз.
- Забирайте отсюда свою дурацкую плетеную корзинку! – прикрикнула Тилди. Четверо мужчин, сгибаясь под тяжестью корзины, направились к выходу.
- Эй, вы! – Она встала, дрожа от гнева.- Вы что, утащили мои древности? Или книги? Или часы? Что вы напихали в плетенку?
Черный человек, самодовольно посвистывая, повернулся к ней спиной и поспешил за носильщиками к выходу. В дверях он кивнул на плетенку и показал тетушке Тилди на крышку. Знаками он приглашал ее приоткрыть крышку и заглянуть внутрь.
- Вот еще! Что я там не видела! Убирайтесь вон!
Черный человек нахлобучил шляпу, небрежно, безо всякого почтения поклонился.
Они ушли. На дороге за окном показалась Эмили. Она совсем не спешит, бледная, еле идет, как сонная осенняя муха. Вот Эмили, волоча ноги, входит в дом…
- Эмили! – радостно тараторит Тилди, но тут замечает, что девушка глядит на нее во все глаза,- Что ты так уставилась на меня, детка? А кричать-то зачем? Вставай, нечего валяться и корчиться на полу, что это на тебя нашло? Ну что ты съежилась, я ведь не кусаюсь! Почему такая истерика? Выпей вот лучше водички.
Эмили протягивает руку к тетушке, рука проходит сквозь Тилди.
- Сейчас же убери руку! Убери руку, слышишь! – ругается старушка.
- Тебя здесь нет, ты мне привиделась, ты умерла, - стонет девушка.
- Ага, вон оно что! Они утащили мое тело, Эмили! Воры проклятые! Хватит киснуть, Эмили. Немедленно вставай с пола, подай мне шляпку. Мы срочно едем в морг за моим телом, пока с ним что-нибудь не сделали. Ну, ты понимаешь, о чем я говорю? Но они не всю меня утащили, придется мне пока обойтись тем, что осталось. Эмили, ты получишь подзатыльник, если не встанешь с пола и не перестанешь дрожать.
- Что ты задумала, тетушка?
- Как что? Отберу у них свое тело! Пошли!
 * * * * *
Мотор взревел. Тетушка Тилди трясет от злости зонтиком: Быстрее, а то эти прозекторы разрежут мое тело на куски.
- Ох, тетушка, тетушка, зря мы туда едем. Все равно толку не будет,- вздыхает девушка.
- Вот мы и приехали,- деловито заявила Тилди.- Поторопись!
Возле морга стояли носильщики с той самой плетеной корзиной.
- Эй, поставьте ее! – крикнула Тилди.
- Не мешайте работать,- носильщики пошли по коридору в прозекторскую, где их уже ждал человек в белом халате. Он сказал старушке:
- Сударыня, даме здесь не место.
- Именно это я и пыталась объяснить вашему черному человеку.
- У нас такие не работают.
- Какая разница! Неважно. Мне здесь не место – сами сказали. Поэтому отдайте тело!
Он отмахивается от нее, как от мухи.
- Джордж! Проводи эту даму.
- Пошел вон, дурак! – яростно кричит старушка.
Джордж хочет взять ее за плечо, но его рука проходит сквозь тетушку Тилди.
Чудны дела твои, Господи! В таком почтенном возрасте – и вдруг такой дар!
- Видали? – тетушка Тилди гордо их оглядывает. – Вам от меня так просто не отвязаться! Отдайте тело!
Прозектор открывает корзину. Не может быть! О нет! Он таращит глаза.
- Это…э…ваша родственница?
- Это я!
- Так не бывает! Везите тело на вскрытие.
На шум приходит президент похоронного бюро.
- Не мешайте работать. Они уже начали выкачивать кровь.
- Только посмейте! Я распугаю всех ваших клиентов. Я буду стоять здесь днем и ночью и всем говорить, что вы воруете чужие тела и выкачиваете из них кровь.
Прибежали еще три вице-президента похоронного бюро.
- Вы погубите своими заявлениями нашу фирму! Неужели вы решитесь?
- Еще как решусь! – зло усмехается тетушка Тилди.
- Ладно, можете забрать свое тело.
- В целости сохранности?
- В целости-сохранности.
- С кровью?
- С кровью! С кровью! Забирайте его, ради Бога, и уходите
Принесли знакомую плетенку, в ней лежало бездыханное тело. Вид самый обыкновенный,- подумала Тилди и втиснулась сверху в свое тело. Сразу стало очень холодно, ее затошнило, закружилась голова.
Вице-президенты со страхом наблюдали за тетушкой Тилди, прозектор только посмеивался да пожимал плечами.
- Да оживай же, черт возьми! – прикрикнула тетушка Тилди на свое тело. – Ну-ка поднимайся!
Тело зашевелилось и чуть привстало.
- Не ленись! Согни ноги!
Тело ощупью поднялось.
- Увидь!
В слепые глаза проник свет.
- Чувствуй!
Тело ощутило теплый воздух.
- Шагни!
Тело ступило вперед – медленно, тяжело. По приказам старушки тело услышало, стало думать, говорить, а в конце концов и расплакалось блаженно-счастливыми слезами…
 * * * * *
Если вы вздумаете когда-нибудь навестить тетушку Тилди в ее антикварной лавке древностей, то не обращайте внимания на большой траурный венок, что висит на входных дверях. Старушка нарочно его оставила с той самой поры, как побывала в морге. Такой уж у нее характер!
Тетушка Тилди угостит вас чашечкой крепкого кофе, а если вы ей понравитесь, то даже покажет кое-что! А именно – под белым кружевом на шее аккуратный длинный синий шов, что был сделан прозектором при вскрытии.
- Недурно сшито, и не подумаешь, что мужская работа,- снисходительно скажет она. – Что? Еще кофе? Пейте на здоровье!