Алгоритм

Валентин сидел перед компьютером, и лицо его выражало сосредоточенное страдание. Он подолгу, слегка щурясь, смотрел на экран, потом склонял голову над клавиатурой, отыскивал нужную клавишу, нажимал ее указательным пальцем левой или правой руки и снова смотрел на экран. Если то, что он там видел, его не устраивало, он кривился, цокал языком и стучал по клавише, на которой была нарисована стрелка влево. Валентин составлял докладную записку.
Центральный процессор компьютера, способный возбуждать в кристалле кварца более миллиона электрических колебаний в секунду, терпеливо дожидался ввода следующего символа, когда раздался телефонный звонок. Валентин ответил не сразу. Он еще некоторое время с тоской смотрел на клавиатуру, но, так и не найдя твердого знака, взял трубку. В нее сразу же заплакали.
– Ва-ле-ка! – простонал на том конце старушечий голос.
Валентин поморщился.
– Кто это? – спросил он. Даже голос у него поморщился. Когда у человека морщится голос, он становится скрипучим и немного злым.
– Валенька! Это Ани Кругловы мама, – женщина всхлипнула, – Анечка... Ох... Я не могу...
– Какой еще Ани? – продолжая морщиться, спросил Валентин. Он пытался вспомнить, кто такая Аня Круглова. – Кто дал вам этот номер?
– Анечка... ох... Анечка попала в больницу!
"Вот черт, да кто она такая?!" – подумал Валентин и тут же вспомнил: Аня Круглова – школьная любовь. Даже имя ее мамы всплыло в памяти.
– Вера Андреевна, успокойтесь! Что случилось?
– Валенька!.. Анечку избили!.. Ох...
– Кто избил? Что произошло? Вера Андреевна, я вас прошу: успокойтесь ради Бога!
– Валя... Валенька... Это так ужасно... Я никогда не могла подумать... Это же звери!
– Ну-ну-ну, успокойтесь, – забормотал в трубку Валентин. Он уже вспомнил, что несколько лет назад во время случайной встречи дал Аньке свой рабочий номер. А она записала его в маленький блокнотик с симпатичным котенком на обложке. Из вежливости записала. Он настоял. – Не волнуйтесь. Я же ничего не понимаю!
– Да-да, Валя, извините, – на том конце деликатно высморкались. – Это так... отвратительно. Я сама мало что понимаю.
– Не нужно волноваться. Расскажите по порядку, что произошло.
– Да-да, конечно, – Вера Андреевна судорожно вздохнула, – Понимаете, Валя, на Анечку напали хулиганы. Они отобрали у нее мобильный телефон и сильно побили. Я... Я совершенно не знаю, к кому обратиться.
– Вы правильно сделали, что позвонили. Что с ней, почему она в больнице?
– Ей... Ей сломали руку и нос... Я... Ох... – женщина снова расплакалась.
"Совсем охренели!" – зло подумал Валентин: "Найду - рога поотшибаю!". Это не было пустым бахвальством. Валентин знал, как реализовать свою угрозу, потому что владел алгоритмом. Способом, точно предписывающим, как и в какой последовательности получить результат. Человек с чувством юмора мог бы назвать подобный способ алгоритмом "Отшибания рогов". И для Валентина вдруг стало невероятно важно реализовать этот алгоритм. Он почувствовал оживление оттого, что появилась такая благородная и вполне достижимая цель.
– Вера Андреевна, ну успокойте Вы! – попросил он. – Скажите в какой больнице Аня, и я к ней съезжу.
– Валенька, я... Я так не хотела вас беспокоить. Но вы же знаете. Мне совершенно не к кому обратиться.
– Все в порядке, Верна Андреевна. Аня, вероятно, в травматологии?
– Да, Валенька, Я...
– Вера Андреевна, не беспокойтесь! Я съезжу к ней и перезвоню вам.
– Ох, спасибо вам, Валенька! Я...
– Пока не за что, – сказал Валентин, – Знаете, я поеду прямо сейчас.
– Я вам так благодарна!
– Ждите моего звонка. До свидания!
– Дай вам Бог здоровья! Удачи вам!
Валентин положил трубку, откинулся на стуле и рассеяно посмотрел на экран компьютера.
"А тут ведь, пожалуй, не твердый, а мягкий знак нужен" – мельком подумал он. Далее Валентин принялся вспоминать Аню Круглову. Какие у нее ноги, какая грудь и какой характер. Характер ему решительно не нравился. Ноги и грудь – да, а вот характер – нет. Также ему нравилось ее лицо. Как оно выглядит теперь? Со сломанным носом? Еще он думал, что уличные грабители редко так сильно избивают своих жертв. Только если те сопротивляются. Аня могла. Думал он и о том, почему Вере Андреевне не к кому обратится. Видимо, Аня так и не вышла замуж. Характер.
Валентин придвинул к себе телефон. Это был кнопочный аппарат с тональным набором. Тон – это физическая характеристика звука, определяемая частотой колебаний. При наборе номера телефон генерирует по два синусоидальных тона для каждого нажатия. Об этом Валентин не думал. Он просто снял трубку и набрал номер. Он даже не заметил, что телефон издал два коротких звуковых сигнала. В первом смешались колебания с частотами 697 герц и 1336 герц. Во втором – с 852 и 1209. Таким образом телефон сообщил внутренней мини-АТС, что Валентин набрал номер 27.
– Ну? – проворчали на том конце.
– Иваныч, это Валентин.
– Ну?
– Слышишь, а кто у нас мобилками занимается?
– Костя.
– А какой у него внутренний?
– 31.
– Спасибо, Иваныч.
– Не за что. Он щас в отпуске.
– Вот черт! – Валентин хлопнул ладонью по столу. Он и забыл, как Костя всем встречным и поперечным живописал детали своего будущего отдыха. Видимо, будущее уже наступило.
– А номер его мобильного не знаешь, случайно? – спросил Валентин.
– Не.
– Черт! – Первый же шаг по пути реализации алгоритма "Отшибания рогов" оказался неудачным. – Ладно, Иваныч, спасибо.
– А чё те надо-то?
– Да так, узнать кое-что хотел.
– У Евгения Леонидовича узнай, – хохотнули в трубке, – Он в курсах.
– Ага, спасибо, – поморщился Валентин, – Обязательно у него и узнаю.
Он повесил трубку и снова посмотрел на экран. Он думал о том, что Иваныч – сука. Наверняка он знал номер Костиного мобильного, но почему-то решил не говорить. И Евгений Леонидович тоже сука. Поэтому совершенно бессмысленно к нему обращаться. И вот с такими суками приходится работать. Еще он думал о том, что сегодня вторник. Что, вероятно, вчера поздно вечером Аня возвращалась домой из гостей. Скорей всего, от этой своей Любки. Транспорта на улицах уже не было. А вот подонки всякие, напротив, были. Почему она не вызвала такси? Экономит?
Валентин задумчиво нажал клавишу с мягким знаком. Теперь он размышлял об Алуште. Именно там решил провести свой отпуск Костя. В Алуште Костя рассчитывал встретить симпатичную девчонку со стройными ногами, красивой грудью и покладистым характером. По мнению Валентина, солнце и море всегда положительно влияли на покладистость характера симпатичных девчонок. Поэтому он не сомневался, что Костя отыщет там нужную девушку. А вот как ему – Валентину – отыскать тут нужного человека? Алгоритм несколько усложнился, но оставался по-прежнему реализуемым. Валентин решил навестить Аню.
Он сохранил основательно недописанную записку и выключил компьютер. Потом сгреб со стола бумаги и засунул их в сейф. Ключи от него бросил сверху на документы и плотно прикрыл дверку. Заперев кабинет, Валентин миновал темный коридор и вышел во внутренний двор. Здесь он с помощью маленькой коробочки послал своему автомобилю ультразвуковой сигнал. Человеческое ухо не воспринимает ультразвук, поэтому автомобиль отозвался в диапазоне слышимых частот. Этим он подтвердил, что желание владельца – отключить сигнализацию – исполнено.
Когда Валентин завел машину, он испытал ту мгновенную перемену настроений, которая так свойственна людям. Как и многие владельцы двигателя внутреннего сгорания, Валентин имел избирательно чутких слух, позволяющий ему из огромного количества накладывающихся друг на друга звуковых колебаний вычленять те, которые свидетельствовали бы о неисправности его автомобиля. На долю секунды Валентину показалось, что он снова слышит звук, появление которого в прошлый раз стоило ему 350 условных единиц, без учета моральных затрат на проезд в общественном транспорте. Осознание неизбежности новых расходов и временных неудобств так искренне расстроило Валентина, что он совершенно перестал думать и помнить о чем-то другом. Однако уже в оставшуюся от упомянутой секунды долю, он понял, что ему показалось. И Валентин испытал живительное облегчение, которое наполнило его радостью и оптимизмом.
И тем и другим Валентин наслаждался около десяти минут. Именно столько ему понадобилось, чтобы добраться до ближайшей пробки. На перекрестке каток тщательно впрессовывал каменистую кашицу в смоляную лужу. Множество недоброжелательных глаз следили за его неторопливыми действиями. Большинство водителей думало примерно так: "Ну какого хрена они не ремонтируют дорогу ночью?!" Подобный вопрос может возникнуть только у человека, не читавшего КЗОТ. Потому что там, в статье 108, написано следующее: "Работа в ночное время (ст. 54) оплачивается в повышенном размере, установленном генеральным, отраслевым (региональным) соглашением и коллективным договором, но не ниже 20% тарифной ставки (оклада) за каждый час работы в ночное время".
И хотя Валентин – как и большинство нормальных людей – КЗОТ не читал, он не стал задаваться риторическими вопросами. Он вывернул руль до упора вправо, въехал на пешеходную дорожку и, посигналив случившейся на пути пенсионерке, свернул во двор, из которого, как он предполагал, должен был быть выезд на параллельную улицу. Ожидания его вполне подтвердились, однако проезд оказался перегороженным здоровенным бетонным блоком. Матеря жильцов, Валентин сдал назад и поехал совсем уж наугад. После непродолжительных маневров ему удалось проехать в соседний двор, а уж оттуда свернуть в какой-то переулок, по которому он таки добрался до желаемой улицы.
Мысли Валентина занимал алгоритм "Отшибания рогов". Он настолько увлекся всякими деталями и возможными нюансами, что, лишь взявшись за ручку двери центрального входа травматологии, подумал, что надо бы, наверное, купить чего-нибудь для Ани. Валентин выругался и направился в ларек-магазин, который, как он знал, имел место на территории больницы.
Тихо зазвенели колокольчики над дверью, и симпатичная девушка с усталым лицом равнодушно посмотрела из-за прилавка на Валентина. Левой рукой она прижимала к уху трубку радиотелефона, а правой рассеяно поворачивала туда-сюда бутылочку лимонада.
– Да... – сказала девушка в трубку, – Да... Я понимаю.
За все то время, что Валентин провел в магазинчике, она не произносила ничего кроме этих "да" и "я понимаю". Зато их она говорила достаточно часто. "Да" – примерно в два раза чаще чем "я понимаю".
– Да... – сказала девушка. – Да...
Валентин поочередно указал на пакет яблочного сока, бутылку минеральной воды и плитку шоколада. Потом он продемонстрировал девушке знак "победа" и снова показал на шоколад.
– Да... Я понимаю... – девушка перестала крутить бутылочку. Ловко действуя правой рукой, она поставила на прилавок перед Валентином сок, минералку и положила две плитки шоколада. Потом она взялась за один из пачки висевших за ней полиэтиленовых пакетов и попыталась придать лицу вопросительное выражение. Лицо все равно осталось усталым и равнодушным. Валентин кивнул. Девушка дернула пакет и положила его рядом с остальными покупками. На пакете было написано "Спасибо за покупку". Валентин, не двигаясь, внимательно смотрел на девушку. Тогда она одной рукой сложила все в пакет и протянула его Валентину.
– Да... – сказала она. – Да.
Пощурившись на ценники, Валентин дал девушке деньги, отмахнулся от сдачи и, зазвенев колокольчиками, вышел вон.
– Да... – успел еще услышать он. – Я понимаю.
Войдя в больницу, Валентин сразу же направился в нужное отделение – он знал, куда доставляют потерпевших с подобными травмами. Возле двери со списком больных курили несколько человек. Судя по виду, их фамилии присутствовали в этом списке. У одного была сломана челюсть. Для того чтобы обогатить свою кровь никотином, ему приходилось терпеть страшные мучения. Валентин вдруг понял, что ему тоже уже давно хотелось курить. Компания, однако, не располагала. Да и Аня никогда не одобряла этой его привычки. Как и многих других. Поэтому он внимательно просмотрел список и проследовал в 7-ю палату.
Кроме Ани в палате никого не было. Она стояла у открытого окна и, наклонив голову, наблюдала, как ветер гоняет по больничному скверу пакеты, одноразовые стаканчики и другие свидетельства отсутствия урн и хорошего воспитания. Ее натурально светлые волосы были собраны аккуратным узлом на затылке. Голубой домашний халатик с разноцветными цветочками не скрывал утонченного изящества фигуры, а беленькие носочки с забавными зверушками чудесно оттеняли легкую смуглость ее стройных ног. Поэтому неудивительно, что застывший на пороге Валентин испытал истинно мужское волнение. Однако он тут же вспомнил, что у Ани сломан нос и рука, и ему стало немного стыдно. Чуть-чуть.
– Здравствуй, Аня, – сказал он.
Девушка вздрогнула и обернулась. Всяческое волнение у Валентина прошло. И это тоже неудивительно. Когда человеку ломают нос, его лицо становится похожим на маску, создатель которой пользовался в основном желтой, черной и синей красками и понятия не имел о правильных пропорциях. Правая рука у Ани была в гипсе и покоилась на перевязи.
– Здравствуй... Валя, – ответила Аня. Говорила она с паузами, потому что дышать ей приходилось через рот.
– Мне позвонила Вера Андреевна, – Валентин зашел в палату.
– О господи... где она номер-то твой нашла.
Валентин пожал плечами.
– Садись, – Аня указала на стул.
– Да я и так почти весь день сижу, – сказал Валентин.
– А я думала ты... за бандитами гоняешься.
– Гоняются младшие чины, – усмехнулся Валентин. – А я бумажки перекладываю.
– Так ты теперь... большой чин?
– Средний, – Валентин сообразил, что разговор пошел куда-то не туда, – Ты-то как?
– А ты как думаешь?
Валентин думал, что плохо. Ему тоже когда-то сломали нос. И еще два ребра. Руку ему не сломали. Он только как-то выбил себе палец.
– Ты тут одна? – это было спрошено для того, чтобы заполнить помещение звуковыми колебаниями. Валентин знал ответ. Он прочел его на листке со списком больных. Кроме А. Кругловой в палате были прописаны С. Терехина и Н. Савва.
– Не одна... Тут еще женщина... которую муж избил... и бабушка... с лестницы упала.
"Любопытно" – подумал Валентин: "Кто из них С., а кто Н." Любопытно ему не было. Просто в его голове возникли именно эти слова.
– Я тут тебе принес кое-что, – Валентин приподнял пакет.
– Спасибо, Валя... Не стоило...
– Куда положить?
Аня кивнула на тумбочку. Валентин осторожно поставил пакет.
– Что говорят врачи? – спросил он.
– Оперировать будут... нос, – Валентин покивал.
Аня снова повернулась к окну. Так они и стояли некоторое время. Аня у окна, а он – возле тумбочки. Валентин все хотел подойти и обнять ее, но не решался. Не знал, как она воспримет.
– Валя, – сказала она, слегка повернув голову, – Я... мне очень приятно, что ты... навестил меня... Не обижайся, пожалуйста... Ко мне тут должен прийти... один человек... Мне не хотелось бы...
Валентин вздохнул. Характер. Он был уверен, что Аня никого не ждет. Иначе стала бы Вера Андреевна ему звонить. Хотя...
– Конечно, – сказал он, – Я уже ухожу. Только мне нужно задать тебе пару вопросов. О случившемся.
– Так ты из-за этого... приходил?
– Не только.
– Я думала ты бумажки перекладываешь... А бандитов младшие чины ловят.
Валентин промолчал.
– Спрашивай, Валя... Меня уже спрашивали, но все равно...
– Когда это произошло?
– Вчера вечером... Почти ночью.
– Где?
– Возле самого дома... Помнишь, там у нас гаражи.
– В центре города?!
– Плохо твои чины их ловят.
– Сколько их было?
– Двое.
– Внешность?
– Какая внешность, Валя... Обычные ребята... У одного, кажется, светлые волосы... У другого – темные.
– Кажется?
– Кажется.
– Одежда?
– Обычная одежда. Футболки темные... Джинсы.
– Приметы?
– Не помню... Тот, что с темными волосами – слегка полноват... Кажется.
– Что они говорили?
– Сказали: давай деньги и телефон.
– А ты?
– Полезла в сумочку...
– Так.
– Там у меня был газовый... баллончик.
– Черт!
– Да.
– Потом?
– Не надо, Валя... Я же уже все рассказывала...
– Они тебя?..
– Нет... не насиловали...
– Между собой переговаривались? Как-то друг друга называли? Характерные слова-паразиты?
– Господи, Валя... Ну какие у них слова-паразиты?... Сам ведь знаешь...
– Что они взяли?
– Деньги, телефон и баллончик.
– Портмоне?
– Нет.
– Сколько денег?
– Мелочь, гривен двадцать.
– Что за телефон?
– Siemens c-35.
– Господи, – выдохнул Валентин. Из-за такого барахла человеку сломали руку и нос. – У тебя, случайно, не сохранился его заводской номер? Обычно он в гарантийном талоне записан.
– Не было, Валя, гарантийного талона. И номера нет.
– Жаль. А какие-нибудь характерные приметы у телефона имеются? Царапины, выбоины? Корпус нестандартный?
– Нет.
– Черт! А что за баллончик?
– Обычный... газовый...
– Понятно.
– Валя...
– Да. Все. Я уже ухожу. Извини, – Валентин все-таки приобнял ее и поцеловал в щеку. – Выздоравливай.
– Спасибо – сказала Аня.
– Валя, – окликнула она его, когда он был уже на пороге.
Валентин обернулся. Он почувствовал, что сейчас она скажет что-то очень важное.
– Валя... У телефона... У него был новый аккумулятор... Литиевый.
Валентин не ошибся. Это была важная информация.
– А что за производитель? На сколько ампер-часов?
– Я не знаю... Он не фирменный... Китайский, наверное.
– Спасибо, Анька! Это должно помочь.
– Удачи.
– Счастливо.
Валентин прикрыл дверь палаты и в задумчивости зашагал по коридору. Он был несколько расстроен тем, как встретила его Аня. Валентин объяснял это ее состоянием. Ведь, не может же один взрослый человек держать обиду на другого со школьной скамьи? Однако холодность и отстраненность Ани ни в коей мере не повлияли на решимость Валентина реализовать алгоритм "отшибания рогов". Тем более что последние сведения должны были несколько облегчить его реализацию. Еще один нюанс вызвал у Валентина отнюдь не профессиональное любопытство. И его правоохранительный ум нашел способ удовлетворить это любопытство вполне профессиональным методом.
В небольшом тупике молоденькая дежурная медсестра переносила записи из одной общей тетради в другую. "Эффектом Доплера" – писала она – "называется изменение частоты колебаний, воспринимаемой приемником, при движении источника этих колебаний и приемника относительно друг друга". Медсестра и не догадывалась, что гулкие шаги приближающегося Валентина дают ей прекрасную возможность наблюдать эффект Доплера в действии. Валентин, в свою очередь, не догадывался, чем так занята медсестра. Он решил, что она делает отметки в чьей-то истории болезни. На самом деле она переписывала конспект по общей физике. Она училась в медицинском университете.
– Здравствуйте! – сказал Валентин, остановившись возле медсестры.
– Добрый день, – хмуро ответила та, не поднимая головы.
Валентин отрекомендовался и показал удостоверение. Это произвело впечатление. Медсестра отложила конспект и внимательно смотрела на Валентина. Валентин был хорош. Он улыбался и демонстрировал расположение. "Ничего себе, Доплер!", – наверное, подумала медсестра.
– Вы ведь дежурная сестра? – спросил Валентин.
– Ага.
– А как вас зовут?
– Катя.
– Катенька, не могли бы вы оказать мне небольшую услугу, так сказать, в интересах следствия.
– Да-да, конечно.
– В седьмой палате лежит некая Круглова А. Меня интересует, будут у нее сегодня посетители или нет. И если будут, то кто.
– Но я не все время тут сижу, обходы...
– Ни в чем себе не отказывайте! Ходите, гуляйте – все, что нужно молодому красивому организму! Это так, если вдруг заметите, – Валентин был уверен: если кто придет – заметит.
– А как мне вам... сообщить?
– А я вам вечерком позвоню, идет?
– Идет.
– Тогда давайте номер!
Да, Валентин был хорош. Выйдя из больницы, он с удовольствием закурил. Впереди его ждал самый сложный и непредсказуемый этап реализации алгоритма.
В городе функционировало два радиорынка: "Мотодром" и "Маяк". Последний, будто бы оправдывая свое название, служил настоящей путеводной звездой для желающих сбыть подержанный телефон сомнительного происхождения. Приторговывали, конечно, и на "Мотодроме", и даже в иных салонах мобильной связи... Вот только топорная работа грабителей в центре города выдавала в них новичков и, мягко говоря, отморозков. А куда пойдет отморозок с ворованным телефоном? Валентин решил сделать ставку на "Маяк". Он сел в машину и выехал со стоянки.
Пробки-пробки. Настроенный философски медик-водитель мог бы подумать так: зарождающаяся автомобильная пробка похожа на атеросклеротическую бляшку, выступающую в просвет сосуда и, тем самым, сужающую его. Кровяные тельца – машины – все еще движутся по пораженной артерии дороги, но просвет неуклонно сужается. И вот уже происходит острая закупорка (окклюзия) просвета артерии тромбом – сформировавшейся автомобильной пробкой. Это неминуемо приводит к образованию очага некроза (инфаркту). Подобный процесс называется атеросклерозом. К счастью, кроме медиков-философов, есть еще врачи-практики. Они знают, что регулярная мышечная активность является едва ли не лучшим способом профилактики и лечения атеросклероза. Это справедливо и для автомобильных пробок. Ходящие пешком люди – в них не застревают.
Опытный Валентин снова поехал переулками и дворами. Это сэкономило ему массу времени. К тому же, он удачно припарковался возле детской площадки, от которой до "Маяка" было рукой подать.
Людей на рынке было полным-полно. И все считали своим долгом наступить Валентину на ногу, толкнуть в плечо или, в крайнем случае, подкрасться сзади и, заорав в спину "Горячие завтраки!", стукнуть его под коленку тележкой с этими самыми завтраками. Валентин на это не реагировал. Он высматривал нужного человека. Прыщавому парню с двумя телефонами в поднятых на уровень груди руках не повезло. Именно он оказался нужен Валентину. Парень узнал об этом, когда его схватили за руку и, как провинившегося малыша, куда-то поволокли. "Эй!" – попытался возразить он. Но разве человек, не обращавший внимания на удары тележки под коленку, станет реагировать на какое-то "Эй"? Валентин и не стал. Он затащил парня за киоски-контейнеры последнего ряда и, убедившись, что вокруг никого нет, выпустил его руку.
– Валентин Петрович, – ухмыльнулся парень, – Присматриваете телефон?
Валентин тоже улыбнулся. Потом он резко ударил парня в солнечное сплетение. "Ух" – выдохнул парень и согнулся пополам. Валентин с интересом наблюдал за ним. Он не испытывал злости. Он полагал, что есть люди, с которыми обращаться нужно именно так.
– Сука... – прохрипел парень.
Валентин ожидал именно этого. Аккуратным рубящим ударом в шею, он установил парня в позу известного земноводного. Многолетняя практика укрепляла Валентина в его отношении к подобным людям.
– Сука... – повторил парень, помотав головой.
Валентин зашел сбоку и выполнил классический футбольный удар подъемом. Когда мяч при таком ударе удачно ложится на ногу, его можно послать по совершенно немыслимой для голкипера траектории. Траектория парня была вполне предсказуемой. Он упал на бок.
– Ты... че... творишь... – простонал он.
Валентин присел на корточки и очень дружелюбно объяснил:
– Я тебе, дерьмо такое, демонстрирую милицейский беспредел. Чтобы ты мог оценить это явление, так сказать, изнутри. А то мне прошлый раз показалось, что ты немного недопонял. Или я ошибся? – Валентин потянул парня за ухо вверх.
– Ошибся! – парень дернул головой и отполз немного в сторону.
– Вставать не надо, – предупредил Валентин, – Отдохни немного. Я тебе сейчас несколько вопросов задам, а ты мне ответишь честно. Если будешь обманывать, я тебя ударю. Учти: пока что я тебя не бил. Это было чисто по-дружески. Ты меня знаешь.
– Знаю, – процедил парень.
– Вот и хорошо. Телефонами ворованными торгуешь?
– Я б/у телефонами торгую!
– Вопрос понял?
– Да!
– Тогда отвечай.
Парень молчал, тяжело дыша.
– Послушай, – сказал Валентин, – Мы не на допросе. Мне нужна информация, а ты мне не нужен. Бить тебя я не хочу, но буду. Чтобы ты не упрямился. Может, нос тебе сломаю, или руку. Будешь ерепениться, посажу. Срастется все криво. Некрасиво. Ты и так весь в прыщах, а еще нос кривой будет. Оно тебе надо?
– Нет!
– Ну тогда говори: торгуешь ворованными телефонами?
– А ты как думаешь?!
Валентин протянул руку и, сжав нос парня указательным и средним пальцами, слегка покрутил его.
– А-а-а! – заревел парень.
– Не то орешь. Букву одну забыл.
– Да-а-а!
– Вот и молодец, – Валентин убрал руку, – Теперь второй вопрос. Кто тебе их дает?
Парень молчал. Валентин вздохнул и снова протянул руку.
– Да разные люди, – затараторил парень, – Тырят где-то, потом приходят и дают. Я что их всех помнить должен?! Знаешь их сколько?!
– Не хочешь правду говорить, – посетовал Валентин, – Ты что же, козел, думаешь, я не знаю, как у вас дела ведутся?
– Так и ведутся!
Валентин встал и легонько пнул парня в пах.
– У-у-у! – застонал тот.
– Ты вопрос понял?
– Да!
– Я слушаю.
– Олег, Олег мне их дает! 907-й контейнер!
– Да ну?
– Честно!
Валентин достал наручники.
– Я сейчас схожу к Олегу, – сказал он, защелкивая наручник на худой лодыжке парня, – А ты будь другом, подожди пару минут здесь, – Второй наручник щелкнул на запястье, – Вдруг ты ошибся? Так я тогда вернусь переспрошу. Хорошо?
– Не ошибся!
– Так что же мне не возвращаться?
– Сними!
– Тихо-тихо. Если кто спрашивать будет, скажи: взрослые скоро придут.
Валентин вышел в ряды и направился к нужному контейнеру. Только теперь он признался себе, насколько же слабым местом была эта часть его алгоритма. Все строилось на смутном ощущении, что должно повезти. Что встретиться какое-нибудь знакомое по оперативной работе мелкое трусливое отребье. И ведь повезло! Встретилось! Однако впереди было не менее слабое место. К скупщику у Валентина подходов не имелось. Был бы Костя. Но Кости не было. Как и подходов. Оставалось одно – действовать по обстановке.
На контейнере 907 кроме номера имели место всяческие соблазнительные надписи, обещавшие самые дешевые телефоны и аксессуары. Написанному верить отважился только один человек. Он вяло обсуждал с продавцом преимущества поясной сумочки для телефона. Второй продавец задумчиво листал за прилавком автомобильный журнал. К нему Валентин и подошел.
– Здравствуйте, – сказал Валентин, – Мне нужен Олег.
– Добрый день, – сказал листатель, – Я Олег.
Валентин положил поверх журнала удостоверение. Так, чтобы буквы МВД тематически дополняли БМВ.
– Угу, – сказал Олег, – Стас, покажи человеку, что у нас еще есть.
– Да-да-да, – забормотал второй продавец и с обещаниями еще более дешевых телефонов и аксессуаров, находящихся "на второй точке", под локоток вывел посетителя из киоска.
Олег вышел из-за прилавка, запер дверь и вернулся на место.
– Я вас слушаю, – сказал он.
– Ты с Константином работаешь? – в лоб спросил Валентин.
– Я работаю с посетителями, – невозмутимо ответил Олег, – Если Константин один из наших посетителями, то да, я с ним работаю.
– Хороший ответ, – кивнул Валентин. – Есть проблема.
– У меня проблем нет, – спокойно сказал Олег.
– Похвально, – снова кивнул Валентин, – Все верно: проблема есть у меня.
– Это печально.
– Безусловно. Но ее можно решить.
– Это радует.
– Несомненно. Ты можешь помочь.
– Все, что за пределами моей слабости.
– А?
– Все что в моих силах.
Валентин задумался. Скупщик был уверен в себе. Что ж, он в своем праве. Стало быть, действовать нужно очень осторожно. Чтобы Косте не пришлось потом расхлебывать.
– На днях кто-то, возможно худощавый светловолосый парень или полноватый темноволосый или они оба или кто другой, принесет на продажу б/у телефон. – Валентин сделал паузу, Олег кивнул, – Это будет Siemens c-35 с неродным, литиевым, скорей всего китайским, аккумулятором. Возможно, его уже принесли, я не знаю. Мне нужен этот телефон. И другие, которые будут принесены вместе с ним. И тот, кто это все принесет. Такая проблема.
– Это серьезная проблема, – сказал Олег.
– Мне нужен этот телефон, – повторил Валентин. – И человек, который его принесет. Любой другой расклад меня очень сильно расстроит. И наверняка не только меня, но и Константина, посетитель он там или нет. Ну так как?
– Я же сказал, – пожал плечами Олег, – Все, что в моих силах.
Валентин кивнул. Он дал Олегу номер своего телефона, сам отпер дверь и, не попрощавшись, вышел вон. На крыльце курил второй продавец. Видимо, поясная сумочка была уже успешно всучена. Валентин задумчиво направился к машине. Разговор ему не понравился. Экивоки какие-то, а не разговор. Шансы на успех он оценивал как низкие. Валентин похлопал по карманам в поисках сигарет. "Черт" – подумал он – "А где наручники?!" – и тут же вспомнил.
Прислонившись к стенке контейнера, и подтянув колени к груди, парень нервно смолил сигарету.
– Весь в прыщах, а еще и куришь, – укоризненно сказал Валентин.
– Поговорил? – злобно покосился парень.
– Да как тебе сказать, – вздохнул Валентин, отмыкая наручники, – Сумочку поясную для телефона присмотрел.
Парень встал и попытался проскользнуть мимо Валентина. Не вышло.
– Погоди, – Валентин крепко взял его за плечо. – О нашем разговоре лучше не болтать. Себе дороже выйдет. Понял?
Парень вырвался и скрылся за контейнерами. Валентин покачал головой и направился следом. День был еще в самом разгаре. Занимая два, умноженные на десять в минус седьмой степени, процента от общего объема жесткого диска, на работе Валентина ждала недописанная докладная записка. К ней он и отправился.

Вечером того же дня Валентин размышлял, как ему его провести. Вариантов было два: поехать домой, поесть, завалится в кровать и спать. Или поехать к Наташке, принять душ, поесть, завалиться в кровать, а потом уж спать. Спать Валентину хотелось страшно. Но вначале он решил позвонить Кате.
– Да, – то ли утвердительно, то ли вопросительно произнес сердитый голосок.
– Добрый вечер, Катенька, это Валентин Петрович.
– Да, здравствуйте!
– Чем вы меня порадуете?
– Ну, я не весь день была на месте, но двух посетителей Кругловой видела.
– Так, – подбодрил ее Валентин.
– Молодой мужчина, высокий с русыми волосами, в очках. И еще женщина старенькая, мама кажется.
– Ага, – сказал Валентин, – Катенька, большое вам спасибо!
– Да не за что.
– Катя, а что, если я вас в качестве благодарности приглашу, скажем, в ресторан "Дежа Вю"?
Некоторое время в трубке было только забавное сопение.
– Ну, – сказала Катя, – Вообще-то мне это было несложно.
– И чудесно! – порадовался Валентин, – Давайте в пятницу вечером и сходим. Соглашайтесь! Знаете, какое там мясо по-французски? Я вам всячески рекомендую! Куда за вами заехать?
– Я даже не знаю.
– Узнайте! Непременно узнайте! Я вам так скажу: без вас я туда не пойду, так и знайте! И в моей голодной смерти придется винить только вас. Своих коллег я в известность поставлю!
– Мне нужно подумать.
Валентин сделал паузу.
– Подумали? – спросил он.
– Вы такой настойчивый!
– Не люблю оставаться должником. А вы мне здорово помогли. Ну же!
– Ну, хорошо.
– Итак, куда за вами заехать?
– Вы мне позвоните часов в семь, я вам скажу.
– Хорошо! До связи!
– До свидания.
Валентин отодвинул телефон. "Ну Валя, ну просто фонтан остроумия" – проворчал он. Потом его размышления приняли такой оборот. А у Аньки-то, похоже, хахаль все-таки есть! Эта мысль его расстроила. Почему бы? Странные люди человеки. Валентин совсем не думал о том, что только что назначил свидание молодой симпатичной девушке. Он расстраивался из-за того, что женщина с перебитым носом, сломанной рукой и дурным характером встречается с каким-то очкариком. Это разозлило его совершенно искренне. "К Наташке" – решил он – "Чего тут думать?!". И вышел из кабинета.

В пятницу утром Валентин и несколько оперативных сотрудников стояли во дворе Управления и слушали, как следователь прокуратуры рассказывает анекдот. Опера слушали с восторгом, Валентин с легкой завистью. Он прекрасно помнил, что недели две назад сам рассказывал этот анекдот, но такого успеха не имел. Тут же рассказчик еще не добрался до развязки, а слушатели уже утирали слезы. Мастерство. Следователь говорил небрежно, с очень серьезным видом, дополнял повествование мелкими остроумными деталями и в нужных местах делал драматические паузы, чтобы со смаком затянуться.
У Валентина зазвонил "рабочий" мобильный телефон. С некоторым сожалением он отошел от компании и поднес трубку к уху.
– Да, – сказал он.
– Валентин Петрович? – спросил незнакомый мужской голос.
– Он самый, – за спиной дружно заржали опера, видимо, следователь добрался до развязки.
– Двое молодых людей принесли на рынок телефон Siemens c-35 с литиевым аккумулятором. Вас это интересует?
– Да, – Валентин сделал еще пару шагов.
– Они приехали на красной "копейке" 245-05 ЕК. Припарковались возле центрального входа. Сейчас ходят по рынку.
– Товар?
– Все что они принесли, можете взять у вашего прыщавого товарища, – в трубке раздались короткие гудки.
Валентин спрятал телефон. "Проболтался таки, зараза", – подумал он.
– Валька, ты слышал конец?! – спросил один из оперов.
– Слышал, – отмахнулся Валентин, – Ребята, я на "Маяк" смотаюсь.
– Болванок мне возьми, – попросил другой опер.
– Ага, – кивнул Валентин. Он уже послал ультразвуковой сигнал своему автомобилю. И тот уже ответил.
Валентину снова везло. Он нигде особо не застрял. Более того, ему удалось очень удачно припарковаться возле обочины, неподалеку от центрального входа. Это как нельзя лучше вписывалась в его план. Валентин взял из бардачка нож и вылез из машины. Ему пришлось немного побродить между рядами автомобилей, прежде чем он отыскал нужный. Валентин оглянулся. Потом подошел к красной "копейке" вплотную, наклонился и сильным ударом ножа пробил ей переднюю шину со стороны водителя. Отойдя на несколько шагов, он полюбовался результатом. Не заметить было нельзя. Валентин рассчитывал, что запаска у них есть. Ему не хотелось, чтобы они уехали до того, как он заберет их товар.
Валентин зашел на территорию рынка. Возможно, если бы радиорынок "Маяк" функционировал не два дня в неделю, а семь, людей было бы меньше. Но ажиотаж на руку продавцам. И карманникам. Так думал Валентин. Прыщавый сменил точку. Пришлось его поискать. Хмуро не здороваясь, он протянул Валентину синий целлофановый пакет.
– Что ж ты рот на замке не держишь? – спросил Валентин.
Прыщавый не ответил.
– Ну бывай, – сказал Валентин и пошел вдоль рядов. Ему еще нужно было купить болванки.
Валентин купил диски и направился к выходу. Он миновал ворота и пошел по парковке. Красной "копейки" на месте не было. Теперь там стояло светло-зеленое Renault. Валентин был уверен, что не ошибся с местом, но все-таки покружил еще немного по парковке. "Копейки" нигде не было. Не могли же они так быстро заменить колесо? Валентин решил, что удача изменила ему. Он ошибался. Но в тот момент он испытал сильное разочарование. Ему очень не хотелось обращаться к малознакомым ребятам из ГАИ. Он вернулся к своей машине, залез внутрь и заглянул в синий пакет. Внутри были телефоны. Осторожно, чтобы не задеть остальные аппараты, он вынул Siemens c-35 и бросил пакет на соседнее сидение. Он снял заднюю крышку телефона и убедился, что аккумулятор в нем действительно китайский литиевый, а сим-карты нет. Валентин разобрал свой телефон, вынул из него сим-карту и вставил ее в Siemens c-35. Когда он включил его, на экране появилась надпись "Hi, Anna!". Валентин выключил телефон и поставил на место свою сим-карту. Затем он тщательно вытер носовым платком Siemens c-35 и вернул его в пакет. Можно было возвращаться на работу.
Валентину не хотелось ехать по центральной перегруженной машинами улице, и возле универмага "Маяк" он свернул в неприметный переулок. Несколько человек пробежали дорогу перед самым бампером. Они спешили на рынок. Дорога была ужасной – сплошные колдобины да выбоины, Валентин ехал медленно. Он объезжал очередную яму, когда что-то в зеркале заднего вида привлекло его внимание. Это была красная "копейка". Она стояла за гаражом, поэтому он ее не заметил, когда проезжал мимо. Багажник "копейки" был открыт, и два молодых человека возились с передним колесом. Валентин свернул к обочине и аккуратно припарковался. Он совсем не нервничал. Он только подумал, что обстоятельства задержания будут выглядеть в отчете весьма убедительно. Это даже обрадовало его. Он вынул из бардачка наручники, взял пакет, вышел из машины и направился к "копейке". Он прошел мимо, но, когда корпус машины скрыл его от менявших колесо парней, вернулся и заглянул в багажник. Внутри были тряпки и инструменты. Валентин осторожно высыпал телефоны на какую-то дерюгу. Пакет он сложил и спрятал в карман. Парни до сих пор его не видели.
– Куда ты, блин, крутишь? – спросил один из них у другого.
Валентин обошел машину.
– Добрый день, – весело сказал он.
Парни подняли головы. Один из них действительно был полноват. Он сидел на корточках и курил. Худой стоял на коленях и завинчивал болты.
– Че надо? – спросил тот, что курил, и начал подниматься.
Валентин почти без замаха ударил его левой рукой в лицо. Он метил в нос. Парень потерял равновесие, стукнулся спиной о машину и упал набок. Худой попытался вскочить, но Валентин ударил его ногой в грудь, и тот упал навзничь. Полноватый снова попробовал встать, и Валентин ударил его в подбородок. Такой удар здорово дезориентирует. Поэтому Валентин оставил на время полноватого и занялся худым. Тот все хотел встать. Конечно, он не встал. Потом Валентин снова вернулся к полноватому. Так он по очереди отшибал им рога. На это ему понадобилось шесть с половиной минут. После этого он сковал парней наручниками и вызвал кого надо.
Выполнение алгоритма подошло к концу. Валентин курил, опершись на "копейку" и размышлял: много ли времени уйдет на оформление? Решил, что немного. Вечером ему предстояло свидание с Катей. Перед этим, правда, придется составить отчет. На компьютере. Валентин сплюнул. Набирать тексты он определенно не любил. Можно сказать, ненавидел.


Рецензии
Мне понравилось. Алгоритмично. Жалко быстро закончилось.

Леонид Холопов   01.04.2008 23:45     Заявить о нарушении
Хорошие алгоритмы работают быстро ;-)
Спасибо за отзыв!

Сергей Серов   07.04.2008 09:31   Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.