что-то вроде рассказа

В моей маленькой комнатке, под самой крышей дома, тихо и спокойно. Как всегда, в окошко светит симпатичная луна. Одинокая сосна стоит на месте, незыблемая как скала и живая как ветер.
В небе, на привычном месте парит птица. Благодаря разноцветным стеклам в круглом окне, мир кажется сказочным и удивительным.
За окошком, за дверью настолько чудесный мир, что я влюблен в него по уши.
Я вижу, что он необычен, более удивителен, чем сотни выдуманных людьми миров.
 Мы друг к другу тянемся, и, соприкасаясь, испытываем такое счастье, что трудно представить себе. Мой РЕАЛЬНЫЙ мир полностью соответствует мечтам о лучшем и прекрасном, замечательном и нежном, трепетном и хрупком чувстве.

В мою комнату, с расписным потолком и витражным окном, ведёт спиральная лестница. Она почему-то оранжево-красная, в холодных тонах и мягкая. Шаги тонут в мягком море, убаюкивающим и берегущем меня, как дитя.
В комнате просто и радостно. На стене висят старые часы, громко тикающие, не отбивающие охоту бесконечно их слушать. Отрывной календарь, давно позабытый мной, с датой 21 ноября 97 года* висит на стене. Не знаю, почему, но мне совсем не хотелось его снимать со стены или отрывать другие листки. Число 21 так к себе манило, что я даже не решался подойти к нему. Очарованный старым календарем я иногда ходил рядом и радостно, даже с каким-то азартом, потирал руки и пел. Пел что угодно, приносящее освобождение от несуществующего гнета, но все же необходимое, как часть этой самой комнатки.
Еще в комнате кровать, на которой рождались самые замечательные стихи. Они сочинялись и тут же забывались в неимоверном количестве. На кровати лежало пестрое одеяло сшитое лоскутами. Я не мог не радоваться этому одеялу.
Висела люстра, напоминающая мне большую медузу, случайно попавшую или специально приплывшую на свет большого подводного прожектора. Она не светила ярко. Скорее, ее свет придавал комнате ещё более сказочный вид.
 Я никогда не ложился спать, не посмотрев на мою оранжевую гипсовую колбасу, и не пожелав ей доброй ночи. Нет, я не был каждый вечер голодным и не истекал слюной при виде этой колбасы. Но нас связывала общая тайна, я колбасу за это уважал и даже спрашивал совета в постигших меня деликатных ситуациях.
Выйдя из дома, я шел по улице, тихой такой и даже робкой. Лишь изредка доносился с соседней улицы мелодичный звон трамвая, он был музыкой посреди загадочной тишины и дополнял ее, не разрывая общей гармонии движенья.
В конце улицы, даже улочки, старая деревянная церковка с синими куполами. Перед ней небольшой садик. Деревья расступались аллеей, зазывая тихим шорохом листьев войти в небольшую резную деревянную дверь. Внутри церкви тихо и спокойно. Здесь время текло по-другому, забыв, что за дверью есть еще какой-то мир.
На трамвае ехал я к метро. Смазанные пейзажи в окнах, летящие легкие облака не сравнимы даже с самыми фантастическими картинами. Нет слов для того, чтобы описать те ощущения, когда едешь в трамвае. И за окном – вечер, а в вагоне нет никого, кроме тебя, задремавшего кондуктора и той, особой трамвайной тишины, что несет тебя сквозь город навстречу метро.
Ожидание возвращения домой дарит особое ощущение полета над городом, и даже нетерпения в виде легкой колкой истомы соскучившегося по дому сердца. Но, если бы вы знали, как не хочется выходить из этого неожиданно навалившегося чувства приятной усталости и желания остаться навсегда в бесконечно долгом пути к дому.
Стук трамвайных колес убаюкивает и успокаивает не в меру расшалившееся воображение.
И, утомленный долгим днем я весь, целиком, без остатка, ныряю в успокоительную дрему, уносящую меня все дальше и дальше.
Да, я знал и о волшебном ряде залов и дворцов, связанных ажурной ниткой рельс. И Это волшебство называлось людьми "метро". Обыденно и даже как-то зябко от этого слова. Но нет ничего милей его. Мгновенья, проведенные в темном коридоре-туннеле, позволяют хоть немного приготовиться к чуду. Но, как всегда, увиденное превосходит все твои ожидания. И, даже, если ты сотни раз был на этой остановке, ты всегда открываешь для себя что-то новое и безумно зачаровывающее, что позволяет вновь и вновь влюбляться в нее. Каждый раз дарит тебе кусочек тайны этот подземный мир. И вновь ты представляешь историю, связанную именно с этим «залом». Думаешь о людях, сотворивших все это с благодарностью и благоговением к ним. Ведь это они смогли подарить часть своей жизни всем, тем кто здесь так часто ездит, не замечая этого труда. Но есть, я уверен, что есть еще люди кроме меня, увидевшие и оценившие эту красоту.
Поезд увозит тебя сквозь темноту и время к новой станции, новому чуду и новой тайне. И нельзя устать, радуясь счастью понимания красоты. Нельзя устать от жизни.
А в центре города – как в центре мироздания и вселенной. Все только самое лучшее, самое грациозное и прекрасное. И тяжелые здания модерна, и легкие удивительные готические дома – дворцы и много всего, что не перечислишь, да и самому все это увидеть надо. Обратить внимание, всего лишь на мгновение, приостановив свою поспешную жизнь, идущую в никуда.
Надо радоваться бабочке, как новому дню и новой жизни. Просто радоваться…. 98г