Месть

Многие считают, что из детдомовцев вырастают, как это помягче сказать, не хорошие люди. Возможно, не у всех судьба складывается удачно. А вы представьте, после выпуска из детдома, вас выбрасывают в жизнь с кучкой рублей и комплектом белья. И все! Это хорошо, если где-то за вами осталась квартира родителей, но за неё еще судиться надо. А если жилья совсем нет, и светит только общага? Что остается делать бывшему детдомовцу? Приспосабливаться к жизни, влачить жалкое существование. Естественно, не все такую жизнь выносят. И мне пришлось до армии жить в общаге НТМК. В комнате со мной жили еще три человека. Два нормальных пацана, тоже детдомовцы, а третий жлоб спортивного вида, гопник по натуре. Пока мы были новенькими в общаге, он всячески нас притеснял. Притащит очередную подругу в комнату, а нас выгонял «погулять». Иногда это «погулять» затягивалось до утра.
Долго мы это терпели, но однажды, по нашим детдомовским законам устроили ему «темную». Нарыли одеялом и мочили, пока он не перестал брыкаться. Он прекрасно знал, кто это сделал, и пользуясь тем, что сильней нас, разобрался с каждым по одиночке. И тогда, у нас созрел план мести. Зная, что этот гопник ужасный гомофоб, сотворили вот что: Под видом перемирия, купили три пузыря водки, сидим в комнате, пьем. Гопник рад халяве и пьет больше всех. Мы намеренно пропускаем.

Короче, споили его до отрубона. Раздели до гола, достали заранее приготовленный презерватив. Для достоверности, пришлось наполнить его спермой… И засунули этот презерватив ему в задницу, при этом, измазав кровью простынь (мне пришлось палец для этого порезать). Привязали его за руки и ноги к спинкам кровати, и оставив дверь открытой, ушли в кино.
Вернулись мы поздно. Гопника в комнате не было. Как потом нам рассказали соседи, комендантша общаги зашла в нашу комнату и увидела интересную картину. Лежит привязанный к кровати голый парень, а из зада у него торчит презерватив, простынь вся в крови. Она подняла шум. Короче, гопник с позором исчез из общаги. Конечно, он пытался нам мстить, но к общаге подходить боялся, так как слух об этом случае быстро распространился. Вот так мы мстили обидчикам. Жестко? Да, жестко, а иначе мы не могли.