Тайное утро

Это случилось в Страстной четверг. Если название Страстной четверг кому-то непонятно (удивительно, но я встречала людей, которым непонятно), то объясню - в Страстную пятницу распяли на кресте Спасителя, а в Страстной четверг состоялась Тайная вечеря – ужин, где Иисус Христос был вместе с учениками и разговаривал с ними. Преломив Хлеб, Он дал его ученикам и сказал, что это Его тело, налил вино в чашу, дал испить из нее и сказал, что это Его кровь. А еще Он, учитель и Бог, склонился пред своими учениками и с благоговением омыл им ноги.
Почти через две тысячи лет, в Страстной четверг, я рано утром возвращалась домой. Я была сильно беременна и голодна, потому что ничего не ела в то утро и устала от бездарного путешествия к врачу. Купив хлеб и ряженку, я присела отдохнуть и утолить голод на детской игровой площадке. Мне было не съесть все и захотелось отдать оставшееся нищим - тем, которые роются в помойках и едят прямо из них. Одна из привлекательных для бомжей помоек была рядом с моим домом.
 Меня охватило беспокойство - встретится ли мне кто-нибудь из этих оборванных людей? Внезапно я поняла, что не случайно этот день начался с завтрака на улице рядом с чирикающими птичками, и это был особый завтрак – тело и кровь... Я захотела разделить оставшееся с теми, кто нуждается. Я шла в напряжении от ожидания, а встречу ли я кого-либо из нищих?
На этот раз, на удивление, никто в помойке не рылся. Но, пройдя несколько шагов, я увидела, что ОНИ, как два агнца, стояли справа от входа в мою парадную - оборванные, грязные, в синяках и струпьях, самого омерзительного вида.
Увидев их, я словно пережила разрыв времени и пространства – такие мгновения дарят ощущение собственной вечности. Уже не существовало конкретного человека, имеющего конкретное имя, конкретной улицы, конкретной страны и года происходящего, все эти и подобные обстоятельства исчезли как туман. ОНИ – нищие - стояли на газоне, ожидая МЕНЯ. Если бы там стояли не они, а ангелы, для меня бы это было все равно. Встречу с ангелами я пережила бы с не большим удивлением и трепетом.
 Не останавливаясь ни на минуту, продолжая намеченный путь, я положила хлеб и пакет ряженки у их ног и вошла в дом. Сказала ли я что-либо им - этого я не помню. Один из них поднял то, что Бог послал, и они сразу ушли. В то утро я видела их первый и последний раз.
Бывают мгновения, когда что-то знаешь абсолютно точно. Они в то утро искали меня, а я их. Еще я тогда подумала, что может быть ужасная нищета нужна им ради именно таких мгновений? Может быть, эти люди не способны были сами подать кусок кому бы то ни было, и только оказавшись там, куда привела их судьба, они, постигают милость Божью и так обретают веру? Ибо хлеб и питье дала им не я, через меня в этом деянии действовал Христос. И мне эти отверженные нужны были не меньше чем им хлеб и питье, ибо через них я, пусть на мгновение, но явно ощутила прикосновение к Богу.