Взвейтесь соколы орлами

Взвейтесь, соколы, орлами!
Полно горе горевать!
То ли дело под шатрами
В поле лагерем стоять!
Там едва заря настанет,
Строй пехоты зашумит,
Барабаном в небо грянет,
И штыками заблести!
(русская народная строевая
песня «Слава Матушке-России!»)

                МОСКВА. ЗИМА 1993 ГОД
   Из вестибюля станции метро Боровицкая вышел высокий полковник в длинной, темной шинели, серой, каракулевой папахе и медленно направился к пешеходному переходу. Уже наступившие вечерние сумерки и падающий крупными хлопьями снег скрывали его в тени между уличными фонарями.  Двигаясь по тротуару, он внимательно разглядывал ту странную, новую для него городскую, столичную бурлящую жизнь. В центре Москвы, недалеко от библиотеки имени Ленина, возле кафе стоял грязный, оборванный нищий. Морозный чистый воздух, снежная изморозь, искрящаяся в мощных лучах прожекторов, монументальные здания не вязались с внешностью этого опустившегося человека. Из его неопрятного, перекошенного рта вместе с паром выпрыгивали такие же грязные, как он сам, слова - обрубки. Этот помойный поток слов прервал праздничное, приподнятое настроение полковника Российской армии Сергея Петровича Казаченко, и наблюдая все это он почувствовал глубокое отвращение к тем переменам, которые произошли в столице.
   Из детства о Москве у него осталось восторженное восприятие красоты, гармонии и величия этого города. Тогда, в начале шестидесятых годов приезжая на несколько дней в столицу вместе с матерью и своей старшей сестрой он несколько раз был у этого кафе, где всегда пахло горячими, вкусными пончиками, посыпанными сахарной пудрой.  Это место запомнилось и было для него одним из любимых. Позже, бывая проездом в столице, на ВДНХ, на выставках, площадях Москвы, которые также поражали своим великолепием, но это место ему нравилось больше всего.  Сейчас Москва производила удручающее впечатление. Толпы озабоченных, угрюмых людей шли по грязным, замусоренным улицам. У домов вдоль улиц стояли такие - же серые, злые люди, продающие зарубежные товары бананы, кофе, одежду. Нищие, бомжи, какие - то сомнительные личности наполняли улицы. Город напоминал большую барахолку на свалке. Грязь, мусор, вонь, никем не убираемые горы снега вдоль дорог, снежная каша серой жижи на тротуарах, все это производило тяжелое впечатление. Сергей Петрович, проголодавшись, решил подкрепиться в одной из множества рядов палаток. Однако цена стакана коричневой бурды и бутерброда с сосиской сомнительного вида повергла его в шок. Это окончательно испортило его настроение и чувство брезгливости и раздражения овладело им, отодвинув то хорошее, что накопилось в последнее время - переезд в Москву и новое назначение по службе, связанное с повышением, а также ожидание встречи с семьей. Отвернул рукав шинели, посмотрел на часы, он решил, что пора двигаться к вокзалу - через час приходил поезд.
   Встретил семью на вокзале и повез их в заранее подготовленную комнату в гарнизонной гостинице, где им предстояло прожить долгое время в ожидании очереди на получение квартиры. 
   Сергей Петрович чувствовал себя не то, чтобы очень худо, скорее сказать неважно. Нет, со здоровьем у него в свои сорок пять лет проблем особых не было. Гнетущее состояние вызывало совсем другое. Помотавшись, лучшие годы жизни по северным гарнизонам, он со своей семьей не имел крыши над головой, автомобиля, дачи, то есть всего того, что, незаметно окружая человека, создает комфортное состояние. Чувство неустроенности давило на него. Больше всего он страдал оттого, что его семья испытывала связанные с этим бытовые неурядицы. Дети выросли, стойко перенося трудности армейской жизни вместе с ним.  Жена привычно собирала вещи при очередном переезде, устраивалась заново на новом месте, находила работу и устраивала детей в новой школе. Он все чаще задавался вопросом - к чему он пришел за годы изматывающей, напряженной офицерской службы?

               КАЗАХСТАН. ПАВЛОДАР 1956 ГОД
   Мальчик сидел перед громадным ящиком радиоприемника, крутил ручку настройки заворожено, глядя на разгорающийся и гаснущий зеленый глазок индикатора. Глазок то жмурился, то удивленно открывался на всю ширину, когда голос, или музыка лились из него в полную силу. Сережа, коротко стриженый шестилетка с восторгом, замирая, мог подолгу сидеть у радиоприемника. Тяжелый, массивный с подсвеченной изнутри цветной шкалой и непонятными буквами, и цифрами радиоприемник, производил громадное, запомнившееся на всю жизнь впечатление. Особенно нравилось ему рассматривать обратную сторону крышки радиоприемника. Через решетчатую стенку видны были желтые нити накала радиоламп, какие-то непонятные агрегаты, вращающиеся вместе с вращением настроечного лимба. Все это составляло неразъяснимую загадку, тайну, которую предстояло раскрыть.
   - Рига десять, - по слогам шептал Сережа. Внизу, сбоку были нарисованы проволока с изоляторами, натянутая между двумя мачтами со спуском к гнезду.
   - Антенна, - шептал мальчик. Рядом, у второго гнезда был нарисован водопроводный кран, от которого шел провод.
   - Земля - прошептали его губы.
Радиоприемник был куплен давно, он был почти его ровесником, но всегда манил и тянул к себе с непонятной силой. Неосязаемые, невидимые радиостанции неожиданно появлялись при вращении ручки, вещали на разные иностранные голоса, звучала то восточная заунывная музыка, то бодро играл оркестр или пели хором и в одиночку чужие голоса.  Редко удавалось найти русскую речь или русскую песню. Сереже было абсолютно непонятно, как, каким образом попадали в радиоприемник эти голоса. Чудо, тайна, загадка восхищала и манила.
   Уже через сорок лет поседевший, с поредевшей шевелюрой Сергей Петрович с грустной и снисходительной улыбкой при очередном переезде к новому месту службы, увидел поцарапанный, потускневший своей полировкой ящик старого радиоприемника. Через сорокалетнюю завесу лет он увидел серые, широко открытые мальчишеские глаза, вглядывающиеся сквозь время. Грусть и зависть к тому пятилетке защемила сердце. Сергей присел рядом с ящиком и нежно погладил его некогда полированный, а теперь шершавый бок.

              КАЗАХСТАН. ПАВЛОДАР. ЗИМА 1959 ГОД
   Два военных автобуса, окрашенных облупившейся зеленой краской, наполненные детьми, выехали за город. В степи, подымая тучи снежной пыли, автобусы резво побежали по проселочной дороге. Вскоре показались железные ворота с ярко-красными, объемными звездами. Солдат в валенках и полушубке проворно распахнул створки ворот и автомобили въехали на территорию военного училища летчиков. С мороза отогревшихся в теплой казарме ребят повели знакомиться с жизнью курсантов. Через некоторое время в актовом зале прибывшие гости, и воины училища выстроились для торжественного приема в пионеры. Будущие пионеры стояли, держа на согнутой в локте руке отглаженные красные галстуки. Курсанты по команде подошли к шеренге детей, и Сергей почувствовал, как ловко высокий летчик завязал ему на шее галстук. 
   Не столько сам идеологизированный процесс приема в пионеры запомнился Сергею, сколько яркий, морозный, ясный день - праздник и, конечно же, посещение и знакомство с учебой и бытом курсантов. Эти же военные автобусы везли новоиспеченных пионеров обратно в город, Всю обратную дорогу в автобусах звучали песни:
     - Взвейтесь кострами синие ночи,
     - Мы пионеры дети рабочих.


               КАЗАХСТАН. ПАВЛОДАР 1961 ГОД
   Яркое, раннее казахстанское солнце и бездонно - голубое небо навевали безмятежный утренний покой.  Несколько пацанов форму одежды у которых составляли синие, добела выгоревшие на солнце сатиновые трусы, сидели на скамейке у подъезда нового пятиэтажного дома. В летние каникулы день начинался на улице в прогулках с друзьями и заканчивался вечером под сумерки. Проблемы, которые они решали, не простирались дальше длинного, насыщенного различными приключениями сегодняшнего дня.  Проходивший мимо крепкий, одетый в рабочую спецовку мужчина внимательно присматривался к ребятам.
   - Хлопцы, неожиданно обратился он, - а вот кем бы вы хотели стать, когда вырастете?
Конечно, после полета Юрия Гагарина в космос все ребята хотели быть только космонавтами.  И, тем не менее, ответ самого шустрого Витьки с пятого этажа заставил мужчину приостановится в недоумении.
   - Когда я вырасту, я стану Хрущевым.
   -... Та-а-ак, ну ты, хлопец даешь! - мужчина восхищенно покрутил головой, и по-новому, заинтересованно посмотрел на ребят.
   - Ну а ты? - обратился он к Сергею. В самом раннем детстве Сережа мечтал быть моряком, причем обязательно полярным, водить мощные корабли и ледоколы по океанам и морям.  Потом мечтал стать летчиком.  Конечно, он не представлял себе в деталях, что он должен делать в той или иной профессии.  Всё решала морская или лётная форма, особенно фуражка с лакированным козырьком, надетая чуть набекрень не давала ему покоя.
    - Я буду полярным летчиком, - после небольшой запинки ответил Сергей.
    - Ну - ну, я тоже в детстве хотел стать летчиком, - одобрил мужчина, - а стал сварщиком.
Он внимательно обвёл ещё раз взглядом притихших ребят и направился дальше, наверное, на свою тяжёлую работу.

                БОРИСОВ ЕВГЕНИЙ ИВАНОВИЧ
   Однажды произошло событие, перевернувшее всю дальнейшую жизнь Сергея. Увлекаясь техникой, он начал посещать кружок юных техников. Но, во-первых, это было далеко от дома, где жил Сергей, и он терял массу времени на поездки и, во-вторых, там было не интересно. Бесцельно стругать и пилить реечки он не любил. Но случай свел его с одним человеком, который перевернул всю его последующую жизнь. После занятий, возвращаясь из школы, он услышал странный стрекот. Высокий, звенящий звук то нарастал, то затихал. Оглядевшись по сторонам, он увидел маленький серебристый самолет, который летал, как показалось вначале, сам по себе. Однако, приглядевшись внимательнее, он увидел, что самолет на тонкой леске летал по кругу стадиона управляемый пилотом, который стоя в центре круга, держал ручку управления. После приземления мальчишки гурьбой устремились к самолету.
   Молодой мужчина с зачесанными назад волосами, попросил Сергея подержать модель самолета, а сам в это время, ловко ударяя двумя пальцами по винту, завел двигатель. Так он впервые встретился с Борисовым Евгением Ивановичем.
Случай свел его с настоящим Учителем, Инженером, Изобретателем. Евгений Иванович был неисправимым романтиком по призванию. А по жизни он был преподавателем черчения, рисования и руководителем кружка авиамоделистов, и еще многих технических кружков. Благодаря разнообразию его увлечений, Сергей научился достаточно хорошо фотографировать, снимать любительское кино, рисовать, чертить, паять радиоприемники и многое другое, все это пригодилось в будущей жизни. Кордовые модели самолетов Сергей научился мастерить и делал их по своим, только ему ведомым чертежам. Хотелось новых, необычных решений. В журналах «Юный техник» появились чертежи ракет с твердотопливным двигателем. Растирая уголь и селитру в тигле, черные и довольные, ребята делали настоящие ракеты. Установив ракету на пусковой установке в направляющие, «космонавты» прятались подальше. Запуск осуществлялся от аккумуляторной батареи по проводам. Ракета с шипением взлетала ввысь, оставляя за собой дымный след. Специальный заряд в конце работы двигателя выбивал парашют, и ракета плавно спускалась обратно, к месту старта.  Чтобы они были еще и оригинальными, не такими как остальные, Сергей свои ракеты снабдил прибором, который измерял давление воздуха и на закопченном кусочке стекла чертил метку, таким образом измерялась максимальная высота подъема ракеты.

                СКОРОСТЬ
   Лето уже было на исходе. По приезду из пионерского лагеря ноги сами привели Сергея в клуб. Летом обычно кружки не работали, но его все равно тянуло туда. Но двери в детский клуб «Искорка», где располагался авиамодельный кружок, были открыты. Евгений Иванович с группой ребят сидел за столом, заваленным чертежами, журналами.
   - Через неделю соревнования по судомоделизму, - сообщил он, хотя наш кружок авиамодельный, нам нужно что-то придумать.
   - Времени осталось мало, сделать копию крейсера или парусника мы не успеем, да и мы их никогда и не делали, – заявил самый рассудительный Валера Кондрашов.
   - Смотрите, что мы сделаем, - с этими словами Евгений Иванович достал из шкафа модель глиссера с поршневым двигателем и с проволоки, под потолком натянутой посреди мастерской, снял скоростную кордовую модель самолета с реактивным двигателем,
  - Наш глиссер с реактивным двигателем побьет все рекорды скорости, - добавил он.
   Работа закипела. Принцип работы реактивного двигателя заключался в следующем. Камера сгорания двигателя наполнялась от встречного напора воздухом, во время горения порции топлива подача воздуха прекращалась и закрывалась клапаном. Расширяющиеся при горении газы вылетали сзади в длинную трубу, длину которой подбирали так, чтобы частота взрывов топлива попадала в резонанс с длиной трубы. Чтобы запустить такой двигатель нужны были усилия целой команды, один крутил магнето для создания искры на свече в камере. Второй в это время качал ручной автомобильный насос, чтобы подать струю воздуха спереди камеры сгорания. Третий из резиновой груши впрыскивал в нужный момент топливо. Четвертый в это время обеими руками крепко держал модель глиссера. Соревнования проходили на реке Усолка, мелком притоке Иртыша. Для того, чтобы замерить скорость катера, нужно было запустить его по кругу на поводке из лески. Затем, после прохода контрольных десяти кругов, зная время и длину окружности, вычислить скорость. Двигатель, взревел и труба, нагреваясь до красна, потащила катер по кругу с такой скоростью, что судьям было трудно засечь момент пересечения старта и финиша. Победа была бесспорна. Наверное, это был рекорд скорости для такого класса моделей.

                РАДИО
    Однажды группа искровцев, так они называли себя по названию детского клуба «Искорка», где Евгений Иванович руководил авиамодельным кружком, отправилась в поле, чтобы испытать новую модель самолета. Взревел мощный мотор и практически мгновенно унес ввысь самолет с размахом крыла около трех метров. Не рассчитав количество топлива, ребята долго бежали по степи, вслед за уносившейся все дальше и выше воздушными потоками моделью. Самолет так и не удалось найти. Было обидно, что труд нескольких месяцев пропал даром.
    Хорошо бы управлять самолетом по радио, - высказался после этого случая Евгений Иванович. Так родилась идея построить радиоуправляемую модель самолета. Транзисторы еще только–только появились в радиотехнике, поэтому передатчик пришлось делать на радиолампах.  Однажды Евгений Иванович выложил на стол кипу журналов с закладками. Открыв закладки, ребята увидели радиосхемы передатчика для радиоуправления моделями, а в другом журнале малогабаритный радиоприемник. Искровцы, с увлечением взялись за новое дело. Радиотехника стремительно вошла в жизнь Сергея, и больше он с ней не расставался. Сергей Петрович всегда с благодарностью вспоминал своего Учителя, ведь благодаря ему любовь к технике переросла из увлечения в профессию.
       К сожалению, у Евгения Ивановича было больное сердце. Он умер молодым, так и не осуществив свою мечту летать на малых самолетах, им построенных.

                КРАСНОЯРСК. ВОЕННОЕ РАДИОТЕХНИЧЕСКОЕ УЧИЛИЩЕ ПВО.
                1969-1970 ГОДЫ
   - Курсант Казаченко! - громко скомандовал командир взвода,
   - Для принятия присяги, - Ко мне!
   Держа правой рукой карабин у ноги, а в левой развернутую папку с текстом присяги.  Глядя в глаза своим новым товарищам - (текст присяги он знал наизусть)
   - срывающимся от волнения голосом он начал,
   - Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик... Четко, строевым шагом один за другим подходили курсанты взвода.
   - ...  принимаю присягу и торжественно клянусь...
   - ... если же я нарушу эту мою торжественную присягу…
   Карабин давил приятной тяжестью.  Новое обмундирование, ещё не подогнанное как следует, коричневый кожаный ремень с начищенной, сияющей латунной пряжкой, темно-зеленые шерстяные пилотки, всё это придавало строгий и торжественный вид курсантам, ещё вчера сидевших за школьными партами.  Эти пилотки и кожаные ремни являлись предметом особой гордости курсантов и были единственным отличием от формы солдат батальона обслуживания, стоявших на левом фланге училищного строя. В послевоенных неприкосновенных запасах было заложено большое количество пилоток и кожаных ремней для офицеров, таким образом после замены пилоток на фуражки в полевой форме офицеров, темно - зеленые, шерстяные пилотки появились на головах свежеиспеченных курсантов.
   Грянул трубами военный духовой оркестр, мощно ударил барабан, торжественная музыка взметнулась выше знамени училища и растворилась в высоком ярко-синем небе. Курсантская рота, четко печатая шаг, лихо, с песней проходила по строевому плацу. Ротный запевала мальчишеским голосом запел 
   Взвейтесь соколы орлами,
   Полно горе горевать,
   То ли дело под шатрами
   В поле лагерем стоять!
Рота, пропустив четыре шага, дружно подхватила:
   Там едва заря застанет,
   Строй пехотный забурлит,
   Барабаном в небо грянет
   И штыками заблестит!
   Песня слила курсантский строй в единый организм, четкий и слаженный.  В воображении Сергея возникли мощные ряды русских воинов со штыками на перевес, шатры с яркими, разноцветными куполами, конница, несущаяся вперед, артиллеристы, лица которых были покрыты потом и копотью, спешно сооружающие редуты, и конечно, музыканты, отчаянно дующие в трубы, не обращая внимания на свист пуль. Усталые и счастливые после принятия присяги курсанты разошлись по казармам.  Детство кончилось.  На плацу военного училища в старинном русском сибирском городе торжественно началась трудная военная служба Сергея. Учёба в сочетании со службой первое время давались Сергею нелегко, но любовь к технике помогала осваивать курс военных наук.  Поздний отбой, ранний подъем, утренняя зарядка, кроссы выматывали вчерашних мальчишек.  После обеда, в личное время, курсанты взвода отдыхали - кто, уронив голову на руки, спал сидя, облокотившись на тумбочку, кто, сидя на стульях, спал в ленинской комнате.  В дневное время лежать на койке строго запрещалось.  Вдруг всеобщее оживление Почтальон пришел! Тесно обступив почтальона, стараясь не пропустить свою фамилию, курсанты ждали вестей из дома. Те, кому не досталось письма, с равнодушным видом отходили.
    Дни летели, как минуты и уже прошло полгода, как они были зачислены в училище. Уже несколько притершиеся друг к другу, вчера ещё не знакомые ребята, все такие разные, бежали взводом в марш - броске.  Пот заливал и ел глаза, усталость сковывала все тело, груз полного снаряжения бойца давил к земле. Карабин казался невероятно тяжелым и больно бил между лопатками в спину.
- Взвод! ...  -  командир взвода резко скомандовал, - Вспышка слева! Газы! 
Курсанты бросились на землю в придорожную грязь и торопливо надели противогазы. Короткая передышка и новые команды командира - Танки справа, пехота! Ложись! Окопаться! Лежа, работая лопаткой, Сергей понял, что это и есть настоящая мужская работа. Точно также его отец, дед и прадеды окапывались, кто в учебном бою, а кто и в настоящем, может быть и последнем.  Окопы получились хорошими и глубокими. Отбив условную атаку противника, курсантов валила усталость, однако командир взвода, не жалея в учебе, следуя суворовским правилам, поднял взвод и повел через свежевспаханное поле в марш-броске. Рядом с Сергеем бежал башкир Роднаев, небольшого роста, но крепкий и выносливый, сзади было слышно тяжелое дыхание сибиряка Бахарева.  Оглянувшись, Сергей увидел его бледное, измученное, покрытое потом лицо. Худой и тонкий казах Алик Садвокасов забрал у него болтающийся вещевой мешок. Сергей молча забрал у Генки Бахарева карабин и продолжал бег. Остальные последовали их примеру наиболее сильные и выносливые курсанты забрали у выбившихся из сил и ослабших оружие, противогазы и шинели в скатках. Легкие разрывал воздух. Товарищество, чувство локтя, взаимовыручка связывало курсантов. Национальность, происхождение, предыдущая жизнь курсантов, уходила вдаль, оставался сплоченный коллектив воинов готовых помочь друг другу в бою и в мирной жизни...  В голове сами собой зазвучали слова строевой песни, - Взвейтесь соколы орлами, полно горе горевать...Ритм песни восстановил дыхание, стало легче бежать в такт. 
     Короткий привал прибавил сил, и жизнь опять стала прекрасной и полной прелести. Молодость и здоровье помогала справиться с трудностями службы, утренние ежедневные пробежки на зарядке перестали казаться невыносимо трудными и тяжелыми, ночные занятия и дежурства стали привычными.  Тяжелые работы на кухне, когда взвод заступал на ночь чистить картошку, а к утру в глазах стоял желтый песок и надо идти на занятия выбивали из привычного ритма жизни. Сидя на занятиях, курсанты боролись с падающей на грудь головой и закрывающимися глазами.  Все эти трудности преодолевали, помогая друг другу, а уже к концу второго курса учеба шла привычным ходом.

                ТРЕВОГА
   Глубокая сибирская зимняя ночь.  В казарме тепло, сухо и темно.  Слышно только легкое посапывание, а кое где и мощный храп. У ночника, освещающего тусклым, синим огнем только тумбочку, стоял очередную смену дневальным Валера Рычков – круглолицый, вечно улыбающийся парень. Веки тяжелели, сон пытался сломить волю. Курсант стойко стоял, напрягаясь в борьбе со сном. Для облегчения он расслабил затянутый ремень, с висящем на боку штык-ножом, расстегнул две верхних пуговицы гимнастерки.
   Резко зазвонил телефон.  Сняв трубку, Валера услышал хриплый голос дежурного по училищу майора Казакова.
   - Рота, подъем по тревоге!
   На всякий случай, как инструктировали, он перезвонил дежурному по училищу и, убедившись в правильности, (а были шутники, объявляющие по телефону) включил общий свет и, набрав в легкие побольше воздуха громко крикнул,
   - Рота подъем! Тревога!
   Курсанты посыпались из коек как горох из стручков, натренировано и быстро одеваясь на ходу и, соображая, кто и что должен делать. Немедленно были завешены окна плотными одеялами для светомаскировки.  Без толкучки организованно, получали оружие и вещевые мешки, затем повзводно и, уже полностью экипированные, выбегали на улицу. Офицеры еще не прибыли, а курсантские старшины уже на плацу строили курсантские роты, батальоны с полной выкладкой. Через короткое время прибывшие офицеры проверяли наличие людей, подгонку обмундирования, противогазы, оружие. Затем роты курсантов, шумно топоча ногами, бегом, двинулись в район рассредоточения. Впереди батальона, в который входила рота Сергея, бежал командир батальона подполковник Кусаковский. Он бежал легко и красиво, несмотря на солидный возраст, в ладно подогнанной шинели, излучая мощь и уверенность. Офицеры роты, подражая ему, старались бежать также, резко выбрасывая носки ног в начищенных до блеска сапогах. К счастью, тревога была учебной, она была организована, чтобы проверить слаженность такого большого и сложного организма – военного училища. В казармы возвратились уже засветло. После утреннего туалета и завтрака отправились на занятия.

                УЧЕБА
   Сергею нравились занятия по основам радиоэлектроники, которые вел полковник Козырев. Он всегда ждал их и с удовольствием чертил в тетрадях четкие квадратики схем, логично связанные в сложные радиосистемы. Учиться было нелегко, но интересно. Любимыми предметами стали электротехника, радиотехника.  Позже, когда начались курсы материальной части, полученные знания помогли освоить сложную радиоэлектронную технику. Два года учебы в красноярском радиотехническом училище ПВО пролетели быстро и незаметно.
В училище большое внимание придавали физической подготовке. Ежедневно, кроме выходных дней, курсанты каждое утро с подъема выбегали на зарядку. Несмотря ни на какую погоду, обязательно с голым торсом. И только в зимнее время разрешали одеть гимнастерки. Переходы на завтрак обед и занятия между корпусами в любые морозы бегом, без шинелей. Это закаляло курсантов и как ни странно, больных, простуженных почти не было.

                СЛУЖБА В КАРАУЛЕ
   Взвод заступил в караул. Стоял морозный февраль. Сергею досталось стоять на посту по охране техники в самые трудные часы. Ночь была на исходе, но утро еще не хотело приближаться.  Время стало вязким и тягучим как кисель. Отчаянно хотелось спать. Под шинелью согревали одетые телогрейка и ватные стеганые брюки.  Огромные валенки и навернутые на ноги шерстяные портянки затрудняли движения, не меньше сковывал движения постовой овчинный тулуп до самых пят.  Лицо, от обморожения, наполовину закрывало полотенце. Иней от дыхания налипал на брови и мешал смотреть. Держа карабин «на изготовку для стрельбы, стоя», как и положено в ночное время по уставу, Сергей внимательно вглядывался в темноту, отгоняя сон. Со столба, где висела тусклая лампочка, сползала серая движущаяся фигура.  Она скалила зубы и приближалась к нему. Помотав головой, проснувшись, он понял, что засыпает и еще активнее начал бороться со сном.
Взвейтесь соколы орлами..., - бормотал Сергей, разгоняя остатки сна.  Темнота отступала и превращалась в светлеющую серую массу. Близилось утро.  Сон был окончательно побежден.  Мороз усиливался, и было слышно, как потрескивают деревья в роще. Посмотрев на часы, Сергей повесил карабин на плечо, после подъема это допускалось, и двинулся в обход поста. Вдруг, сильный удар по спине, сухим щелчком, словно выстрел остановили его. Резко обернувшись и сдернув с плеча оружие, он с ужасом увидел два карабина. Присмотревшись внимательнее, обнаружил расколотое пополам деревянное ложе. Отчаянно давя на кнопку, вызвал начальника караула. Прибывший на пост начальник караула - молодой лейтенант Латыпов, набросился на Сергея, пообещав отправить его на гауптвахту, обвиняя его в небрежном отношении к оружию, опасаясь в свою очередь нагоняя свыше. Сергей, сидя в караульном помещении, удрученно смотрел на покалеченное оружие. Вызванный помощник дежурного по училищу, старый, опытный капитан Масловский, расспросив о происшедшем успокаивая, похлопав по плечу Сергея:
   - Не переживай парень.  Смотри, видишь, вот здесь была щель, в неё попала вода.  Физику изучал? Ну и что же на морозе должно произойти? Правильно, как бутылка с водой ложе карабина лопнуло.  Сейчас подойдет начальник склада артвооружения и мы заменим твой искалеченный приклад исправным.

                ДИВНОГОРСК
   Рано утром в морозное воскресенье прибывшие автобусы повезли курсантов вверх по течению вдоль Енисея. По приезду в Дивногорск курсантов быстро распределили по местам работы. Сергей попал на расчистку аппаратного зала гидроэлектростанции от строительного мусора. Дружно, плечом к плечу, не покладая рук, трудились на стройке.  Носилки с мусором становились все тяжелее и тяжелее.  Обломки кирпича и бетона, устилавшие пол, загружали в грузовики для вывоза на свалку. Приятно было наблюдать, как преобразилась стройка после нелегкого, «муравьиного» труда курсантов.  Аппаратный зал был уже почти готов, однако ещё не были установлены гидроагрегаты, не проведены силовые кабели и электрооборудование знаменитой на весь мир красноярской гидроэлектростанции, перегородившей самую крупную сибирскую реку Енисей. Труд ребят материализовался в редкие в то время цветные телевизоры в каждой ленинской комнате, в фаянсовую посуду в столовой, вместо железных кружек и алюминиевых тарелок, в красивые шторы в казарме, вместо серых, однотонных, мышиного цвета занавесок.

                БАДАЛЫК
   Взвод впервые заступал на учебно-боевое дежурство.  На учебном полигоне все было настоящим.  Боевые локаторы и командные пункты развернуты на высокой сопке со странным названием Бадалык. Командир взвода перед строем объявил приказ о заступленные на боевое дежурство.
  - ... К охране воздушных рубежей нашей Родины - Союза Советских Социалистических Республик приступить! - торжественным голосом закончил он.
   Учебный центр училища представлял собой полностью замкнутые командные пункты радиолокационной роты со всем набором ротной техники, батальона с радиолокационным узлом. Сергей заступал дежурить в составе отделения оператором на радиолокационную станцию «Лена».  Стационарный локатор смонтирован в небольшом здании, где предусмотрены все помещения для нормального функционирования аппаратуры.  Рядом со зданием высилась ажурная мачта антенны, широко раскинув свои крылья. В полутемном помещении станции светились только сигнальные лампочки и вращающиеся развертки на индикаторах кругового обзора локатора. Теплая волна воздуха от шкафов аппаратуры доносила мерный шум наружных вентиляторов. Заступление на дежурство началось с проверки техники, Сергей вместе с инструктором практического обучения проверил основные параметры станции. Предыдущие практические занятия сделали свое дело - все операции он проделал без замечаний. Сидя за экраном локатора, на котором наблюдались несколько отметок от целей Сергей держал в руке микрофон и считывал их координаты.  Планшетист на командном пункте батальона Толя Кононов в наушниках по азимутально-дальностным характеристикам наносил на планшет цели.  Параллельно его слушал оператор радиовысотомера Сергей Строк, по выдаваемым азимутальным указаниям он выводил высотомер на указанный азимут, обнаружив цель, определял её высоту.  С планшета цели считывал сержант Николай Медведев и передавал на командный пункт батальона, куда ручейками стекалась информация от других подразделений. Планшетист батальона сержант Гена Алексеев принимал и наносил цели на планшет батальона.  Курсанты работали с напряжением и полной отдачей, забыв, что это дежурство учебное.  Увлекшись, Сергей получил замечание от инструктора - он забыл включить радиозапросчик, чтобы определить государственную принадлежность целей. Не прошло и получаса, как он освоился и уже успевал выдать на каждый оборот локатора координаты наблюдаемых на экране целей - самолетов, совершающих полет по заранее спланированным маршрутам, согласно поданным заявкам. Смена закончилась, выйдя из помещения на морозный, ночной воздух, Сергей увидел звездное небо.  Звезды светились так ярко, что даже можно было рассмотреть циферблат и стрелки часов.  Командир взвода построил курсантов, и после проверки оружия отправил их на отдых в казарму. Снег похрустывал под ногами и искрился в лунном свете. Курсанты шли строем по заснеженной дороге, усталость ушла после первых слов строевой песни.

                КОМПЛЕКС «АЛТАЙ»
   В середине второго курса командир батальона подполковник Кусаковский Анатолий Иванович построил роту Сергея и объявил
   - Товарищи курсанты вашей роте доверена большая честь – изучать и осваивать новейший современный радиолокационный комплекс «Алтай».
   - Хочу предупредить о бдительности и соблюдении государственной тайны – в письмах домой родственникам и друзьям ни в коем случае не упоминать даже о названии комплекса.
   Началась усиленная подготовка. Из далекого Балахнинского завода радиорелейной аппаратуры приходили толстые тома технических описаний и инструкций по эксплуатации. В книгах, так называемых «синьках», выпускаемых светокопированием - буквы печатной машинки едва обозначались. Электрические и принципиальные схемы приходили также на светокопиях оранжевого цвета. Все это читались с трудом.  Помогла смекалка.  Преподаватели и лаборантки–чертежницы корпели по ночам, но на занятиях уже висели длинные, на всю стену синие и розовые детские клеенки. Тушью на клеенках рисовали радиосхемы комплекса. Особенно длинные были схемы автоматики. При освоении огромного количества схем комплекса помогали знания, полученные у подполковника Козырева на цикле радиотехники под руководством полковника Г.Е. Билюбы. Многие узлы дальномеров комплекса были унифицированы с радиовысотомером ПРВ-11. Это облегчало изучение и впоследствии и эксплуатацию комплекса. Хотя были нестыковки, например - одинаковые, казалось блоки питания БИ-05 на высотомере имели питание автоматики 27 Вольт, а на дальномере 110 Вольт.
К концу второго курса на учебный центр училища поступил первый комплекс «Алтай». Во вне учебного времени, в том числе по выходным, курсантов отправляли оказывать помощь в разворачивании комплекса. Даже при использовании курсантов в качестве грубой рабочей силы они получали громадное удовлетворение. На заранее насыпанные горки выкатили два дальномера и два высотомера. В углубленных укрытиях устанавливали громадное количество аппаратных кабин и системы электроснабжения. На колышки аккуратно вывешивали километры силового и сигнального кабеля. К середине третьего курса начались практические занятия. Энтузиазм преподавателей передавался и курсантам – они проникались причастностью к сложнейшим техническим решениям в новом комплексе, сгусткам инженерной мысли, реализованным в железе. Третий курс начался с изучения материальной части.  Началась по-настоящему напряженная учеба. Новые радиолокационные комплексы «Алтай» еще не поступали массово на вооружение в войска, а преподаватели уже читали курс по заводской документации. Электрические схемы устройств, нарисованные на обыкновенных детских клеёнках тушью, развешены на стенах учебных классов.  Курсанты с полной отдачей готовились к экзаменам один читал вслух техническое описание станции, в то время как другой водил длинной указкой по схеме сопровождая путь электрических сигналов.
   Начались практические занятия. Много раз настраивали фазовые каналы в квадратурах когерентного приемника. Ловили на осциллографе «разрезку» и «размытие» до совершенства.  Применение мощных магнетронов в режиме «без накала» за счет вторичной эмиссии позволяло улучшить спектр прибора, следовательно, и повысить эффективность работы системы подавления пассивных помех. Сложные настройки аппаратуры защиты от пассивных помех повторяли многократно и доводили до автоматизма. Нужно было точно настроить спирали потенциалоскопа, чтобы аппаратура работала наиболее эффективно. Чтобы запомнить литеры четырех магнетронов (Г Е И М), которые были настроены на соответствующие частоты, преподаватели придумали мнемоническое правило по первым буквам «Галя Едет Искать Мужа». На занятия иногда приходил начальник цикла материальной части полковник Ефремов. Преподаватели, майор Казаков, капитан Будник, капитан Задков «разжевывали» учебный материал, особенности комплекса, а практические занятия закрепляли полученные теоретические знания. Особенно тщательно изучали систему электроснабжения комплекса. Действия электромеханика в ЦРП - центральном распределительном пункте управления электростанциями теоретически были хорошо изучены. Был, конечно, один серьезный недостаток - поставленный радиолокационный комплекс на учебный полигон, существенно отличался от модернизированных комплексов «Алтай», уже поступающих в войска в то время. Система вращения дальномеров была построена на электромагнитных усилителях. Система электропитания состояла из большого количества прицепов с четырнадцатью электростанциями АД-30х400 Гц.  Новые комплексы, ввиду высоких требований к обеспечению синхронизации вращения были выполнены с гидроприводом вращения. На полигоне не было недавно разработанных систем электроснабжения на современных дизелях 1Д6. Зато на цикле автотехники, двухметрового роста преподаватель курса дизельных электростанций майор Поливанов громогласно «вбивал» знания по эксплуатации дизелей. Эти фундаментальные знания в дальнейшем пригодились на протяжении всей службы. Курсанты к концу третьего курса в основной массе могли эксплуатировать сложнейший радиолокационный комплекс. Стояло короткое, жаркое сибирское лето. Напряженная учеба подходила к концу. За учебным корпусом, после успешной сдачи государственного экзамена по материальной части, спрятавшись за деревья, лежали в траве Сергей со своими друзьями.  Передавая, друг другу трехлитровую банку, они с наслаждением потягивали прохладный виноградный сок.
   - Ещё несколько дней и мы разъедемся, кто куда, - задумчиво сказал Гена Егоров и сдвинув пилотку на затылок, продолжил, - кто куда, а я в Московский округ.
   - Гена, ну ты же сибиряк, причем же здесь Москва? - возразил ему Славка Забродин.
   - Хочу поближе к Москве, - мечтательно произнес Егоров, добавив после небольшой паузы - там красиво.
    Две маленькие звездочки на погонах Сергею были дороги так же, как и последующие старше-лейтенантские и капитанские. Первое офицерское звание обязывало к выполнению трудной офицерской службы по защите своей Родины.
Судьба разбросала новоиспеченных лейтенантов по дальним гарнизонам, южным и жарким для одних, северным и студеным для других. С некоторыми из них уже и не суждено было встретиться. А со многими Сергею еще пришлось встречаться по службе и дальнейшей учебе в Академии. При встречах со своими однокурсниками всегда с теплотой вспоминались те годы службы и учебы в Красноярском радиотехническом училище.

                УЗБЕКИСТАН. КАРШИ. ХАНАБАД 1971 ГОД
   Радиотехнический батальон, куда прибыл для прохождения службы Сергей, готовился к получению нового радиолокационного комплекса «Алтай».  Офицеры, вновь назначенные в состав расчета комплекса, прибывали из разных мест с должностей, не совсем соответствующих будущей специальности. Начальник радиолокационного комплекса майор Седов - бывший командир самой южной роты полка - Термез, убыл на центральные офицерские курсы ПВО еще со старого места службы на три месяца.  А пока Сергей готовил расчет, проводил занятия по новому комплексу. Солдаты в основном были старше его на год, два. Несколько человек были со средним техническим образованием, что значительно облегчало задачу. Воинский эшелон с техникой прибыл с завода в вечернее время.  Под разгрузку поставили ночью, после захода солнца. Ночное дыхание прохлады сменило изнуряющую жару.  Переодевшись в рабочую форму, Сергей со своим расчетом приступил к разгрузке. Солдаты трудились без подсказки, каждый знал свое место и с рассветом колонна с техникой, выстроилась вдоль железнодорожной линии. Через месяц напряженной работы приемо-передающие кабины с красивыми, похожими на крылья бабочки антеннами радиодальномеров и радиовысотомеров, стояли на заранее подготовленных песчаных горках.  Многие километры кабеля проложены и подключены в соответствии с монтажной схемой. Наступил день пуско-наладочных работ. Заводская бригада готовила комплекс к работе.  Дежурный электромеханик выдал напряжение на кабины.  Заработали десятки электродвигателей, приводя в действие вентиляторы, кондиционеры. Аппаратура комплекса ожила. Понадобилось еще несколько суток, чтобы привести аппаратуру в требуемые параметры.  Как никогда пригодились знания, полученные в училище. Длинные, училищные клеенки схем превратились в шкафы, блоки аппаратуру комплекса. Сергей, в выгоревшей добела гимнастерке, то взлетал на горки в прицепы с приемо-передающей аппаратурой, то спускался в подземные укрытия к индикаторным устройствам. Он быстро освоил технику, которую закрепил за ним временно исполнявший обязанности начальника комплекса инженер - капитан Смирнов. Облет истребителями авиационного полка показал, что зоны обнаружения соответствуют расчетным.  Прошло несколько месяцев после постановки комплекса на боевое дежурство. Прибывший с учебы начальник комплекса энергично взялся за дело. Чётко работала аппаратура, настроенная накануне полетов, цели уверенно наблюдались на экране локатора. Прибывший для проверки командир полка остался доволен подготовкой расчета и техники.
   - Лейтенант технической службы Казаченко, выйти из строя! - скомандовал командир батальона. Сергей вышел на два шага и стал лицом к своим товарищам. За трудолюбие, настойчивость и инициативу, проявленную при освоении новой техники, объявляю благодарность, - и, несколько помолчав, негромко добавил, - Пора товарищ лейтенант думать об академии, я буду ходатайствовать.

            ХАРЬКОВ. ВОЕННАЯ ИНЖЕНЕРНАЯ РАДИОТЕХНИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ
                1973 ГОД
   Командование предоставило офицеру возможность поступать в Военную инженерную радиотехническую Академию имени маршала Советского Союза Говорова Л.А. Сокращённо ВИРТА.
   Вступительные экзамены абитуриенты сдавали в лагере, расположенном в лесу возле Чугуева, что под Харьковом. Один из сложнейших предметов на вступительных экзаменах для офицеров была физика. Сергей взял билет и сел под брезентовый навес готовится к ответу.  Предмет был знаком и ответы ложились на бумагу, также легко решалась задача на ускорение движущихся объектов. Неожиданно на экзамен прибыл профессор Шурыгин.
Про него ходили легенды: во-первых, он очень любил предмет и очень строго спрашивал, во-вторых, он, несмотря на возраст был очень спортивен. Практически несколько раз в неделю пробегал дистанцию из Харькова в Чугуев. Он взял из рук Сергея билет, лист с задачей и ответами на вопросы билета и несколько минут внимательно читал. Затем пригласил на последний стол и попросил присесть.
   - Давай отложим билет и просто поговорим, предложил он. Выбора не было и разговор в виде вопросов и ответов продолжился более чем полчаса. Профессор разрешил взять лист бумаги пояснять ответы рисунками. Вопросы были из всех областей физики: от распространения радиоволн до термодинамики. Болельщики, наблюдавшие за экзаменом, уже перешептывались – срежет. На экзаменационном листе профессор вывел большую цифру пять. 
   - Молодец, но ты не расслабляйся мы еще встретимся и поговорим, в заключении одобрительно сказал он.
    На вступительных экзаменах по остальным предметам в Академию Сергей Петрович показал хорошие знания и, несмотря на значительный конкурс, был зачислен на первый курс. Многие офицеры, с которыми уже Сергей успел познакомится, не набрав необходимых баллов, с сожалением уезжали обратно в свои части продолжать службу. Учеба давалось нелегко. Особенно первый курс. Освоение курса высшей математики, физики и всех общеобразовательных наук было рассчитано на глубокие фундаментальные знания, как средней школы, так и училища. Приходилось просиживать по вечерам без выходных. Вместе с тем приходилось заниматься и проблемой жилья. За офицерскую получку можно было снять внаем только самое плохое жилье. С большим трудом, Сергею удалось решить все проблемы, не прекращая учебы. Испытав на своем личном опыте ступенчатую и поэтапную систему подготовки военных инженеров Сергей Петрович убедился в правильности подхода к самой системе военного образования того времени: среднее училище готовило грамотных техников, высшее училище готовило высококвалифицированных инженеров в соотношении приблизительно 1:3, затем наиболее подготовленные техники, получившие опыт работы, продолжали обучение в инженерной Академии. Совершенно очевидно, что такая система была рождена многолетней практикой и не нуждалась в коренных преобразованиях. Однако в последующем, в погоне за новомодными преобразованиями и унификацией образования, средние училища были преобразованы в высшие, срок обучения в Академии уменьшили с учетом первоначальной подготовки. Но главное было потеряно многолетний опыт и поэтапность подготовки нарушалась. В последующем, когда в России с учетом потери многих ВВузов, оставшихся в большей части на Украине, создавалась своя система подготовки военных инженеров, Сергей Петрович приложил немало сил и своего опыта в её создание.

                ВИРТА. УЧЕБНЫЙ ПОЛИГОН 1976 ГОД
   Полигонная практика, которую проходили слушатели каждый год, началась практически сразу после летней сессии. На этот период офицеры становились, как бы рядовыми, строго подчиняясь распорядку дня лагерного сбора. Лагерь был разбит недалеко от местечка Чугуев с рекой Северский Донец. Палатки, утренняя физическая зарядка, построения и передвижения строем на занятия, на прием пищи, все это приучало к строгой дисциплине слушателей. После учебного занятия по проведению технического обслуживания на новом радиолокационном комплексе, пришедшем на вооружение вместо старого «Алтая», офицеры отправились на стрельбище. Жара и усталость не мешали напряженным занятиям. После окончания стрельбы офицеры первой смены подошли к мишеням и доложили результаты стрельбы. Сергею, к сожалению, докладывать было стыдно все пули ушли в «молоко». Опытный преподаватель мастер спорта, заслуженный тренер Союза Князев после окончания стрельб остался поработать с двоечниками. Занимаясь с каждым индивидуально, он становился на линии огня и, заряжая пистолет по одному патрону, подавал оружие Сергею. После очередного выстрела, когда пуля еще раз ушла за пределы мишени, он терпеливо инструктировал:
   - Держи пистолет ровно, не заваливай, курок тяни плавно. Выстрела не жди, он должен быть неожиданным для тебя. Контролируй линию прицеливания непрерывно.
    Но очередного выстрела не произошло инструктор просто не вложил в обойму очередной патрон. Однако, ожидая выстрел, Сергей инстинктивно на пустой щелчок курка вздернул ствол вверх. Теперь ты все понял? -  спросил преподаватель, подавая пистолет с полной обоймой. Следующие выстрелы уже поразили мишень достаточно хорошо.
   - Ну что, я выполнил свое обещание научить тебя стрелять на «отлично» - подвел он итог после окончания занятия. После этого Сергей на протяжении всей оставшейся офицерской службы стрелял только на «отлично», с благодарностью вспоминая своего терпеливого наставника.

                УЧЕБА В АКАДЕМИИ
   Многие предметы приходилось брать мозговым штурмом, особенно сложно было в понимании предметов, где законы и закономерности процессов описывались с помощью сложного математического аппарата. Например, теория распространения радиоволн. Приходилось запоминать, а в большей степени понимать математические формулы, по ходу ответа осуществляя сложные математические преобразования с выводом конечного результата. Это отнимало много времени и некоторые наиболее «опытные» слушатели, не утруждая свой ум писали шпаргалки, при этом, ухищряясь и применяя немыслимую изобретательность. Одним из таких «опытных» слушателей по написанию и применению шпаргалок был Семенков Петя. Он очень много времени отдавал спорту и на учебу времени оставалось мало. Накануне экзамена по теории радиолокации Сергей усиленно штудировал математическое обоснование с точки зрения вероятностных процессов уровней обнаружения сигналов, отраженных от целей, а также уровни так называемых «ложных тревог». Экзамен принимал профессор кафедры Штительман. Опытный преподаватель, он к тому же обладал чувством юмора. Его лекции были насыщены сравнительными примерами из практики. Теория радиолокации был одним из сложных и ключевых предметов. Перед началом экзамена он объявил:
   - Приступаем к экзамену, а слушатель Семенков будет сдавать экзамен мне отдельно.  После того, как все кончили сдачу экзамена, профессор повел к себе в кабинет повесившего голову, бледного Семенкова. Ведь он рассчитывал сдать экзамен только по шпаргалкам.
   - Снимите рубашку, - начал он свою экзекуцию. Когда он убедился, что под брюками в ботинках и в других неожиданных местах не остались шпаргалки, то выдал билет и предложил готовиться. Закрыв дверь на ключ, он отправился покурить, оставив Семенкова одного в кабинете. Прибыв через полчаса, он застал сияющего слушателя, на столе лежал ворох исписанных страничек с ответами на экзаменационный билет. Бегло пробежав глазами по бумаге, он взмолился:
   - Семенков, голубчик, я даю слово, что поставлю положительную отметку, только скажите, как вы списали. Протягивая ему зачетку, наш отличник показал на профессорский стол:
   - По телефону товарищ профессор, дежурный по кафедре продиктовал Ваш учебник.


                ДИПЛОМНЫЙ ПРОЕКТ
   Учеба подходила к концу и жаркими украинскими днями, слушатели просиживали в читальных залах аудиториях готовясь к защите дипломного проекта. Спасал бассейн на спортивном комплексе Академии. Сергей Петрович работал на кафедре под руководством Якова Давыдовича Ширмана.
   Ученый с мировым именем Яков Давыдович был, конечно, очень занятой человек, однако он находил время и занимался с Сергеем, проверяя выполненные главы и разделы дипломного проекта. Несмотря на большие заделы в работе и опережение в графике, он был все время недоволен своим учеником, постоянно меняя даже подходы к решению поставленной в дипломе задачи.  Приходилось перестраиваться на ходу, перерывать и перемалывать горы литературы.  Многие однокурсники уже начали постепенно отходить от учебы, пользуясь тем, что дипломный проект уже написан. Сергей не останавливался на достигнутых результатах, продолжая совершенствовать свою работу, проводил эксперименты в ультразвуковой ванне, заново переделывая по две - три страницы дипломного проекта в день.  В ультразвуковой ванне, с помощью ультразвука в воде моделировалось распространение радиоволн, при этом, учитывая, что скорость распространения звука в отличие от радиоволн значительно меньше, сокращались масштабы и пространство.  Изменяя параметры сигнала, можно было исследовать те или иные изменения, которые происходили в приемной части локатора, позволяя приблизить обработку принятых сигналов, отраженных от целей, к оптимальному способу.
    После обеда в лабораторию, где корпел над своим устройством Сергей, забежали однокурсники Федя Рыжов, Слава Митин и предложили пойти поплавать в бассейн, на спортивном комплексе Академии. Соблазн был велик, и устоять было невозможно, тем более в такую жаркую погоду. В бассейне на спортивном комплексе Академии уже плескались слушатели свободные от занятий. Давай наперегонки на тысячу - предложил его однокурсник Петр Семенков, уже хорошо размявшийся, но поскольку он состоял в сборной Академии по многоборью, с ним соревноваться было бесполезно.  Наплававшись до изнеможения, долго мылись под горячим душем.  После бассейна, несмотря на уговоры друзей, Сергей отправился обратно в Академию продолжить дипломную работу. На защите дипломного проекта Сергею было высказано несколько обидных замечаний по не перспективности принятого к моделированию в дипломном проекте сложного сигнала с большой базой. Высказались противники школы Ширмана, участвующие в экзаменационной комиссии от других ВУЗов.  Однако этот сигнал помогал выявить тонкую его структуру, «вытащить» из всего многообразия шумов, которые вместе с этим тонким сигналом попадали в приемную антенну локатора и многократно усиливались в приемном устройстве. Макет локатора, выполненный в ультразвуковой ванне, показал преимущество такого сигнала перед другими. Через несколько лет в войсках, на Севере, Сергей Петрович принимал из промышленности новые радиолокационные станции именно с таким сигналом. Практика показала большие преимущества такого сигнала, особенно с развитием цифровой техники. «Музыка» нулей и единиц - так часто называли цифровую обработку принятых радиолокационных сигналов, отраженных от далеких целей в воздухе, позволяла работать со сложными сигналами с фазовой модуляцией, «вытаскивать» на фоне помех неимоверно слабые отраженные от целей сигналы. Однокашники Сергея, успешно защитив дипломные проекты по различным темам, очень интересным и актуальным, готовились к отъезду в войска в разные концы страны. Сергей выбрал Север.

                АРХАНГЕЛЬСК 1977 ГОД
    Отгремел выпускной бал, закончился торжественный прием по выпуску из Академии. Начальник Академии старый, боевой маршал артиллерии Бажанов обнялся и попрощался с каждым выпускником.  Сергей Петрович получил, вместе с новым званием капитан - инженер, назначение к новому месту службы на Север.  Вместе со своим нехитрым багажом в теплый, августовский день с женой и двумя маленькими детьми, самолетом они вылетели из Москвы в Архангельск. Где этот город, что он собой представляет, у Сергея не было ни малейшего понятия. Бескрайние просторы открывались под крылом самолета. Леса, озера, тайга и редкие населенные пункты оставались позади. 
    Архангельск встретил ледяным дыханием, а в воздухе стоял резкий, неприятный запах.  Местные жители, молча и привычно занимали места в подошедшем автобусе, а вновь прибывшие крутили головами, надеясь увидеть источник запаха.
   - Это Сульфат, ветер подул со стороны сульфатного завода, - объяснил, по-видимому, из местных жителей, сосед Сергея по автобусу, - Ничего, скоро привыкнете. До места назначения пришлось ехать долго. Автобус, двигаясь по лесной бесконечной дороге, наконец, уперся в шлагбаум.  Оставив жену с детьми и чемоданами на остановке, Сергей Петрович отправился искать свою часть. Пройдя несколько километров вдоль шоссе, он, попал в штаб радиотехнического полка, куда он был назначен на должность старшего инженера технической части. 
   К сожалению, как выяснилось, в гарнизоне не было гостиницы, и остановиться было негде. Командир предложил пожить временно в учебном классе, куда заблаговременно поставили большую, черную, «трамвайную» электрическую печь.
     Служба стремительно потекла, занимая все свободное и несвободное время.  Работы хватало с избытком, так что приходилось трудиться с утра до позднего вечера.  Прожив несколько месяцев в классе, удалось отвоевать квартиру в деревянном доме с так называемым «офицерским многоборьем» - вода, дрова, помои... И, хотя зима уже началась, дров раздобыть не удалось.  За счастье считалось растопить печку углем, который удавалось утащить ведром от кочегарки.  Субботу и воскресенье вместо отдыха занимала распиловка и рубка так называемых дров, точнее мокрых и грязных коряг.  Мокрые дрова горели плохо, чадили, в квартире было холодно.  Не смотря на все это, Сергей принялся с удвоенной энергией наводить порядок в службе. Прежде всего - учет.  Долгими северными вечерами, а порой и ночами он взялся за проверку учета всего вооружения. Все было настолько запущено и заброшено, что пришлось не меньше трех месяцев наводить порядок. Зато при очередной проверке полка армейской комиссией было отмечено, что учет техники и вооружения в полку соответствует руководящим документам и находится в образцовом состоянии. Следующее, чем он запланировал заняться, это привести в порядок технику полка. Для этого в первую очередь нужно подобрать и подготовить специалистов и правильно их расставить. Во вторую очередь навести порядок в снабжении запасными частями.  Работа была непростая, но Сергей с энтузиазмом принялся за работу.  Для наведения порядка на техническом складе Сергей организовал субботники. Всем личным составом службы вооружения полка разбирали «завалы» блоков, запасных частей, раскладывали по установленному порядку на стеллажах склада. Не хватало складских помещений для нераспечатанного имущества, которое было разбросано по территории. В летнее время занялись строительством. Отливали фундамент и монтировали из оцинкованного железа складские хранилища. Раскладывали горы радиоламп по типам. Все было систематизировано и легко можно было найти запасные части к локаторам.

                АРХАНГЕЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ. ПИНЕГА 1978 ГОД
    Командир полка Тарасов Валентин Петрович пригласил Сергея в кабинет и начал издалека: для того, чтобы карась не дремал, есть очень большая щука – это инспекция Министра обороны СССР и эта «щука» будет в наших боевых порядках через месяц. Отсюда вывод – нужно наметить план подготовки к проверке и организовать последовательное его выполнение. Особенно неблагополучно у нас с техникой в роте Пинега. Завтра с аэродрома Васьково в девять ноль-ноль вылетает вертолет. Бери с собой пару специалистов из мастерской полка и поработай там недельку. Стояла теплая ясная осень.
    Вертолет приземлился в роте к обеду. Сергей Петрович вначале провел обход и короткую проверку радиолокационной техники. Результаты были неутешительны. В роте настоящих специалистов способных эксплуатировать технику было всего двое. Остальные были вчерашние выпускники военного училища и, наверное, не самые подготовленные. Практически все радиолокаторы роты были неисправны.
    Радиолокационная станция для обнаружения низколетящих целей П-15 расположенная в кабине на автомобиле ЗИЛ-157 была неисправна уже более недели и, как понял Сергей, это было самое узкое место в роте. По штату на станции начальником должен быть прапорщик, однако в роте уже давно не задерживался ни один прапорщик. Станция была закреплена за офицером, начальником смены другой станции. Две другие станции были тоже неисправны, однако запчасти, которые Сергей заблаговременно привез с собой со склада полка уже были установлены и на них расчеты проводили настроечные работы. Командир роты был грамотным и требовательным офицером, было видно, что он своим упорством и настойчивостью постепенно приводил роту в порядок. Сергей взял документацию, инструменты и вместе с командиром роты Николаем Гарнатко приступили к изучению и поиску неисправностей на станции П-15. Станция предназначена для обнаружения маловысотных целей, поэтому антенна станции была расположена на мачте на высоте около двадцати метров. Редуктор станции находился на этой же высоте. Вращения антенны не наблюдалось, несмотря на выданное напряжение на привод электродвигателя. Нужно лезть наверх, наверное, перегорел двигатель, - решил Сергей. Взяв страховочный пояс, моток веревки Сергей по фермам мачты полез на высоту пятиэтажного дома. Стараясь не смотреть вниз, закрепив наверху страховочный пояс высотника, он принялся отвинчивать перегоревший двигатель, а что он был перегоревший сомнений быть не могло – он даже снаружи обуглился.
     После того как антенна благополучно завращалась, вместе с Николаем они еще долго копались в аппаратуре, расстелив на полу прицепа длинные электрические схемы. Поскольку работать пришлось с передающим устройством, а там был мощный магнит, Сергей снял часы и спрятал их подальше, чтобы не испортить. Солнце начало клонится к горизонту, а затем снова начало подыматься к зениту. Усталость валила с ног и когда Сергей решил посмотреть на часы, оказалось, что проработали всю ночь - уже было утро.  Так он впервые на себе ощутил полярный день. Вся техника роты благодаря усилиям офицеров была к концу недели приведена в порядок. Командир роты на прощание поблагодарил Сергея за помощь и проводил до теплохода. Через сутки теплоход причалил к пристани Архангельска. Строгий контроль за состоянием техники, обучение офицеров, личное трудолюбие и настойчивость сделали свое дело полк занял первое место за состояние техники по результатам проверки инспекции Министра обороны.

                АРХАНГЕЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ. ПРИМОРСКИЙ РАЙОН.
                ПОСЕЛОК НИЖНЯЯ ЗОЛОТИЦА
    С родным комплексом, который Сергей Петрович изучал в училище пришлось встретится практически сразу. Готовились большие учения и необходимо, чтобы пункт наведения истребительной авиации, который располагался на базе батальона был на высоте и не подвел. Командир полка полковник Тарасов Валентин Петрович ставил задачу:
   - Завтра утром в 9.00 вертолет на Нижнюю Золотицу. Вам, - обратился ко мне, - вместе со старшим лейтенантом Рябцевым привести в полный порядок по всем параметрам технику батальона. Задача ясна? Выполняйте. В иллюминатор вертолета увидел на горках неподвижный комплекс. Работала только радиолокационная станция «Лена», обеспечивая вместе с радиовысотомером проводку нашего вертолета. Командир батальона подполковник Войчуков встретил прибывшую группу сухо, сославшись на хозяйственные дела, практически устранился от подготовки техники к работе. Началась работа по «оживлению» комплекса. По своей наработке комплекс уже давно выработал свой ресурс. Запас прочности у этого комплекса «Алтай» оказался большим и списан он был только через пять лет интенсивной работы после описываемых событий. Сергей Петрович знал работу комплекса на отлично, поэтому начиная работу спланировал провести обучение - параллельно передавал опыт инженерам комплекса. Начали с передающего устройства -  проверили все шкафы модулятора, куда никто не заглядывал давненько. Высокое напряжение в десятки киловольт через вентиляционные люки притягивало разный мусор, а влага (батальон стоял на берегу Белого моря) вызывала значительные пробои. Проверили уровни масла в накопительных линиях. Поменяли сгоревшие кенотроны высоковольтного выпрямителя. Поменяли тиратроны модулятора, благо их на складе было много. После чистки и сушки модулятора поочередно перешли в дальномерные кабины. Каждый магнетрон настроили по токам накала и без накала, используя анализатор спектра АС-01. «Жестили» замененный неисправный магнетрон Ми-185. Сергей Петрович показал, как это нужно делать. Поначалу давая повышенный ток накала, затем снижал до появления пробоев, опять немного возвращал шлиц тока накала обратно. Перешли к приемной части с помощью частотомера Ч2-9А установили частоту гетеродина на 30 мегагерц ниже основной. На нескольких каналах гетеродины настроены на зеркальные частоты, что резко снижало дальность обнаружения целей. АПЧ - автоматическая подстройка частоты гетеродина. Убрали веревочки, которыми были привязан диск перестройки гетеродина – его из-за неисправности уводило в сторону от оптимальной настройки. Заменили неисправные лампы в усилителе постоянного тока АПЧ 6Н6П.  Настроили – держит как штык и никакими уводами в сторону не сбить автоматической подстройки частоты. Инженерам комплекса понравилась такая работа. Дальше разбились на группы и приступили к настройке фазовых каналов в каждом приемнике дальномера, после чего инженеры самостоятельно настроили приемные каналы и добились высокой чувствительности, которая измерялась с помощью шумовой лампы через коэффициент шума.
   - Через пару часов встречаемся у самого запущенного участка блоков - ФП и КВ,
   -  продолжил Сергей. Блоки ФП – защита от несинхронных помех, выполнены на потенциалоскопах, а блоки КВ блоки череспериодной компенсации отражений от неподвижных предметов, также реализованы на потенциалоскопах. Открыли круглые крышки - на потенциалоскопах непонятные «загигулины» близко не похожие на спиральную развертку. - Как не крутили настройки не получается – посетовал инженер комплекса.
   - Все начинается с блоков питания - продолжил Сергей учебу дальше. Прибором АВО5 меряем напряжение на каждом субблоке питания БС-125.
   - Видите, напряжение 130 вольт и не регулируется шлицом настройки. Должно быть 125. Неисправен стабилитрон или регулирующий мощный транзистор, - сделал он заключение. Включаем паяльник - уже глубокая ночь, а работа кипит. Заместитель командира батальона по тылу майор Бут поднялся в прицеп со свертками бутербродов и горячим чаем. Как раз вовремя. Идет замена неисправных детали в блоках питания и часа через два все блоки исправны. Спирали потенциалоскопов четко становятся на свои места.
    Дальше переходим к настройке индикаторной аппаратуры. Офицеры, почувствовав, что комплекс ожил, уже самостоятельно с энтузиазмом настраивают индикаторы кругового обзора, подбирают нужную яркость. Повезло, что на двух радиовысотомерах на своем месте оказался прапорщик Бодров. Сергей мельком посмотрел на индикатор высотомера и на приборы понял, что высотомер в хороших руках. Вместе с выпускником киевского высшего военного инженерного радиотехнического училища старшим лейтенантом Рябцевым проверил окончательно работу радиолокационного комплекса. Доклад на КП полка – комплекс «Алтай» к бою готов. Вот и контрольные цели. Штурман уверенно наводит истребители Талажского авиационного полка на контрольные цели по индикаторам кругового обзора «Алтая», установленным в штурманском зале рядом с индикатором высотомера. В дальнейшем комплекс попал в надежные руки лейтенанта Александра Кислухи, также выпускника киевского высшего инженерного радиотехнического училища ПВО и выполнял задачу еще долгое время.

                ЯМАЛО-НЕНЕЦКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ОКРУГ. КАНИН НОС.
                ПОСЕЛОК ШОЙНА
    В радиотехнический батальон Шойна Сергей Петрович прилетел вертолетом с группой проверки зимнего периода обучения. Батальон располагался на северной части мыса Канин Нос. Офицеры батальона были хорошо подготовлены и комплекс был в отличном состоянии. Батальоном командовал подполковнике Жбаков – опытный командир. Отбор офицеров в Заполярье был тщательным, ведь как никак двойной оклад денежного содержания давал возможность поднять материальное состояние. Замена офицеров осуществлялась через два года. После проверки техники собрались на обед, но прозвучала сирена. Сигнал «Дрофа». Расчеты быстро заняли свои места. Сергей присел за рабочим местом штурмана. На экране комплекса «Алтай» появились четкие отметки от американского самолета разведчика SР-71. Комплекс обнаруживал его на дальности до 370 километров. Радиолокационный комплекс боевого режима дальнего обнаружения «Алтай» оказался надежным, с большим запасом прочности локатором, верной службой на Севере заслуживший уважение многих поколений радиоинженеров. Радиолокационный комплекс «Алтай» вызывал, и будет вызывать чувство гордости за нашу Великую страну, советскую науку и нашу промышленность.

                АРХАНГЕЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ.
                ШАЛАКУША 1979 ГОД
   Предновогодняя ночь.  На пункте управления радиолокационной роты сидели офицеры роты вместе со своим командиром. Унылые физиономии офицеров не соответствовало праздничному настроению Сергея, прибывшего в роту для оказания помощи.
   - Понимаете в чем дело, товарищ капитан, - продолжил командир роты бывший, как и Сергей в капитанском звании, - неделю, день и ночь бьемся над этой неисправностью. Офицеры совсем замотаны, уже ничего совсем не соображают. Да ещё перед Новым годом... - и он обречено махнул рукой. Сергей, улыбнувшись, взглянул на начальника радиолокационной станции, вид которого выражал полное уныние,
    - Ну, что пошли командир, показывай своё несчастье. Прибыв на станцию, обложившись техническими описаниям и схемами, в поисках неисправности офицеры не заметили, как наступило утро.  Наскоро позавтракав, работы продолжили. К сожалению, неисправность была не в электронной части локатора. Все что касалось электроники не вызывало больших сложностей у радиоинженеров. Неисправна была гидравлическая система привода вращения кабин приемо-передающей части. Приближалась новогодняя ночь. Перепачканные маслом, замерзшие офицеры с последней надеждой смотрели на Сергея. На техническую позицию в парадной шинели заглянул начальник инженерно-радиолокационной службы дивизии майор Головенко. Его прислал командир дивизии «обеспечивать порядок» при встрече Нового года в роте. Он не удосужился вникнуть в состояние техники, к сожалению, были и такие руководители - инженеры.
   - Ну что, горе - работнички, не можете справиться с такой простой неисправностью? - скривившись, обратился он к офицерам. В ответ ему только молча блеснули обидой глаза, перепачканного в масле, ржавчине начальника станции.  Майор не стал нагнетать обстановку и важно оглядывая все вокруг начальственным взором, не вникая в состояние дел, удалился отдыхать. Механизмы гидравлического насоса подлежали ремонту только на предприятии. Сергей напряженно вспоминал, как полгода назад ремонтировали детали насоса специалисты завода, прибывшие по рекламации в одно из подразделений полка. На куске брезента разобранный на десятки деталей лежал неисправный узел. 
   - Вот на этих цапфах нужно заменить прокладки, а эту поверхность золотника - распределителя нужно полировать, - распорядился Сергей. Офицеры молча выполняли указания, они верили ему, считая его знания и опыт безграничными. Ведь во всем полку можно было по пальцам пересчитать инженеров - выпускников военной инженерной радиотехнической Академии.  Сергей впервые ремонтировал эту систему, но своим спокойным видом вселял оптимизм и уверенность в положительном исходе дела. После сборки, гидронасос, весом не менее ста килограмм, установили на место, подключили и, к великому разочарованию он не заработал.
    - Разбираем ещё раз, - невозмутимо объявил Сергей, - теперь я понял, в чем причина неисправности. Опять на морозе, обдирая обмороженные пальцы ключами, они, чертыхаясь, снова разбирали, чистили и выполняли рекомендации Сергея, впрочем, он делал так, чтобы все участвовали в работе, и каждый из них мыслил самостоятельно. Отполировав специальной алмазной пастой поверхности золотника насоса, они собрали в очередной раз насос, и установили его в аппаратуру. - Ура!!!  - дружно вырвалось из глоток, когда кабина медленно, словно нехотя начала вращаться, давление в системе, наконец, поднялось и стало в норме.  Командир роты, счастливый и довольный, благодарил офицеров. Стояла глубокая, морозная ночь. Впереди было утро нового, следующего года. Сергей смотрел на грязных, усталых офицеров и солдат роты. Они напоминали сказочных, русских воинов в старинных, боевых шлемах, из той строевой, курсантской песни.
    - Смотрите!  - вскрикнул кто - то. Все подняли головы вверх. В абсолютно черном, звездном небе, переливаясь всеми цветами радуги, полыхало полярное сияние, трепыхаясь, то бледно - голубым, то ярко - розовым полотенцем. Как завороженные любовались они, несмотря на то что видели это довольно часто.
    - Пошли пить чай, - пригласил командир роты, - а потом отдыхать!

                ОСТРОВ МОРЖОВЕЦ. БЕЛОЕ МОРЕ
   Обстановка в мире была неспокойной. Соединенные Штаты объявляли зоной жизненно важных интересов то одну, то другую точку земного шара вблизи границ СССР. В далекой Америке прошли успешные испытания крылатых ракет. Чем это грозило системе ПВО Сергей отчетливо представлял. В преимуществе крылатых ракет по преодолению системы ПВО были использованы все недостатки принципов радиолокации. Полет на предельно малых высотах, малая отражающей поверхность, большая скорость, все это позволяло подойти незамеченным к цели, находиться в зоне обстрела малое время. Командованию радиотехническими войсками ПВО армии была поставлена задача обнаружить крылатые ракеты и обеспечить боевой информацией истребительную авиацию и зенитные ракетные войска для их уничтожения. В качестве крылатых ракет-мишеней было предложено использовать наши крылатые ракеты морского базирования. Ракеты запускали с побережья Белого моря строго на север. Генерал Сахно Владимир Федорович, начальник радиотехнических войск северного объединения ПВО, собрал руководящий состав радиотехнических частей на совещание.  После постановки им задачи офицеры высказывали свое мнение и предложения по обнаружению крылатых ракет.
   Было принято решение для того, чтобы увеличить дальность обнаружения целей с Севера на самой кромке побережья Каниного Носа необходимо установить радиолокационную станцию. Для этих целей больше всего подходила радиолокационная станция метрового диапазона волн П-12, во-первых, по своим небольшим размерам и, во-вторых, по относительно хорошим тактическим характеристикам. Сергей предложил доставлять станцию на вертолете МИ-6, перевозка по зимнику трактором на санях заняла бы около месяца. Да и зимник бывал только до поселка Мезень. Для создания радиолокационного поля управления истребителем на начальном этапе наведения, необходимо было в роте, расположенной на острове Моржовец установить пункт наведения истребительной авиации. Чтобы обеспечить пункт наведения точной информацией нужна радиолокационная станция сантиметрового диапазона волн. В роте была одна метровая станция. Навигация уже закончилась и доставить такую станцию даже на вертолете было невозможно из-за ее больших габаритов. Сергей Петрович посоветовавшись с офицерами, остановился на очень интересной идее, предложенной капитаном Максак использовать в качестве сантиметровой станции радиовысотомер ПРВ-11.
   - Но ведь он не предназначен для работы в круговом режиме, удивился помощник Сергея лейтенант Абдулла Умар Хуссейнович, но уже через некоторое время вместе с офицерами давал дельные предложения по подготовке к предстоящей работе. Был разработан детальный план подключения индикатора кругового обзора от сантиметровой станции и согласования всех сигналов. Вечером и глубокой ночью готовили и проверяли в полковой мастерской оборудование. Рано утром в вертолете уже было загружено все необходимое. Сергей, одетый потеплее, имел задание в кратчайшие сроки обеспечить работу пункта наведения. Через час уже подлетали к острову. С большой высоты остров выглядел небольшим, правильной формы, а в центре виднелось озеро. Встречал командир роты и его заместитель по технической части.  После короткого совещания приступили к работе. К утру следующего дня все уже было готово. Штурман опробовал свое рабочее место по пролетающим маршрутным самолетам и остался доволен. Имея неточную информацию метровой станции, уточнял координаты с помощью высотомера, переделанного под дальномер. Задача по обнаружению ракет-мишеней была выполнена после длительных тренировок. Отметки от истребителя и ракеты неуклонно сближались, и Сергей с удовлетворением наблюдал как отметки от мишеней резко останавливались, дробились и исчезали с экрана. Однако не обошлось и без происшествий во время одного из пусков ракета, потеряв управление отклонилась от намеченного маршрута и не была обстреляна истребителем. Ракета пролетела через территорию Норвегии упала в Финляндии, к счастью, не причинила вреда при падении. Даже несмотря на такие чрезвычайные происшествия воины ПВО научились бороться с такими типами целей и накопленный опыт пригодился Сергею Петровичу в дальнейшем.   

                КАРЕЛИЯ. БЕСОВЕЦ
   Новое назначение, точнее повышение по службе Сергей Петрович встретил как заслуженное. Собрав самое необходимое из вещей, он отправился в Карелию, к новому месту службы. Управление радиотехнического полка находился в поселке Бесовец в нескольких километров от Петрозаводска. Должность заместителя командира радиотехнического полка по вооружению была ответственной ступенькой в службе Сергея Петровича. Таких ступенек впереди было много и с каждой ступенькой приходил опыт и знания. Технических знаний хватало после учебы в Академии. А вот знания в общении с людьми приходили в ходе повседневной тяжелой военной службы. Полк был небольшой, но ответственный – выполнял в составе Петрозаводской дивизии ПВО охрану и защиту границы СССР.

                АШУЛУК. ЛЕТО 1981 ГОД
       Невыносимый зной, палящие лучи солнца, пыль, раскаленный песок встретил офицеров и солдат радиотехнического полка, дислоцированного в Карелии, прибывших для проведения боевых стрельб в бескрайние приволжские степи. Ещё не разгруженный воинский эшелон с боевой техникой и имуществом напоминал длинную змею. Майор-инженер Казаченко - заместитель командира полка по вооружению, внимательно осмотрел место разгрузки, что - то прикинул про себя. Вызвав командиров подразделений, проинструктировал их, расставив людей по местам, отдал команду на разгрузку. Уложившись в норматив по разгрузке, колонна с боевой техникой и всем, что было необходимо для автономной жизнедеятельности полка, двинулась по степи, подымая тучи пыли. 
    Мощные КРАЗы вгрызаясь в песок, натужно ревя двигателями, как живые существа тянули многотонную радиолокационную технику. Стокилометровый марш, благодаря проведенной заранее подготовительной работе, прошел без особых приключений. Затемно стали на обозначенном месте, в считаные минуты, не смотря на усталость и жару, развернули палатки, выставили охрану и лагерь погрузился в глубокий сон. Ночная прохлада к утру сменилась на сумасшедший жар.  Дни полетели один за другим в трудовых буднях. Заканчивалась подготовка техники к боевым стрельбам, расчеты радиолокационных станций готовили свою технику тщательно, чтобы она не подвела в трудную минуту. Похудевший, загорелый Сергей Петрович мотался на УАЗике по подразделениям. Он сам водил машину, оставив водителя в лагере, где всегда не хватало лишней пары рук. Не все его устраивало и в подготовке людей и техники. Два радиовысотомера, которые были закреплены за молодым лейтенантом, всё же оказались неисправными. Времени оставалось в обрез. Сергей принял решение   одним он занялся сам, а другим локатором занялся его помощник - майор Смолянец Анатолий Анатольевич.  Короткая южная ночь была на исходе, когда, проверив основные параметры вместе с лейтенантом, они с удовлетворением выключили уже исправную и настроенную радиолокационную станцию.  В окне прицепа второго локатора еще горел свет и доносился шум включенных вентиляторов.  Анатолий Анатольевич, также закончив работу, принялся рассказывать очередной анекдот. Смех поднял настроение, удовлетворенные своей работой они возвратились в лагерь, отдохнуть привести себя в порядок и позавтракать. После завтрака командир полка подполковник Волунгис Ионас Прано, хитро улыбаясь, прошептал на ухо Сергею,- Вечером готовь бутылку коньяка, будем обмывать.
    Недоумение рассеялось, когда командир на утреннем разводе перед строем личного состава полка вручил ему погоны с двумя звездами и зачитал приказ Главнокомандующего войсками ПВО о присвоении очередного звания подполковник. Наступил стрельбовый день.
    С рассветом прибыли расчеты на свои рабочие места. Полк, как единый организм, замер в ожидании боя. За экранами локаторов сидели хорошо подготовленные операторы, рядом начальники радиолокационных станций, готовые прийти на помощь своим подчиненным - выбрать нужный режим, чтобы обнаружить цель на предельных дальностях, на малых высотах и в условиях мощных противодействующих радиопомех. Опытные операторы автоматизированных систем управления готовые немедленно захватить обнаруженную цель, виртуозно управляя ручкой перемещения маркера.  Дальше через аппаратуру передачи данных информация о противнике понесется с бешеной скоростью по каналам связи на зенитные ракетные дивизионы, пункты наведения истребительной авиации, на пульты управления командиров для принятия решения. А пока, все замерли на своих рабочих местах. Резко и неожиданно посыпались первые боевые донесения, - Цель номер один азимут ..., дальность..., на запрос не отвечает.
    Это пошли первые мишени, мгновенно на экранах локаторов появились помехи. Сергей Петрович, с разрешения командира, считая, что техника подготовлена к бою достаточно надежно и его вмешательство не повлияет на исход боя, оставив за себя заместителя, вышел из подземных укрытий командного пункта полка и сел на гребень бетонной обваловки, откуда было удобнее всего наблюдать за воздушным сражением. Высоко в небе показались точки радиоуправляемых самолетов - мишеней. Слева, раздался хлопок сработал стартовый двигатель, и ракета, со стартовой позиции круто меняя траекторию, понеслась навстречу мишени. Через несколько секунд появилось облачко разрыва, позже донёсся хлопок. Обломки мишени и ракеты медленно падали в степь. Из укрытий стартовало еще несколько ракет. Теперь предстояло самое сложное - борьба с мишенью, имитирующей крылатую ракету.  Здесь все решалось за доли секунд. Все мишени, которые не зашли в зону действия зенитных ракетных дивизионов, уничтожала авиация.  Наконец все цели были уничтожены. Короткий бой закончился. Из подземных укрытий, кабин локаторов, выходили воины, усталые, прикрывая рукой глаза от яркого солнца, они смотрели в небо, где еще оставались следы боя. Работая лопатами, топорами, разбирая палатки, навесы солдаты и офицеры в мыслях уже были в пути обратно.  Через несколько часов колонна с техникой и людьми двинулась на станцию погрузки, где их ждал порожний железнодорожный эшелон.

                ВЛАДИМИР. ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ОФИЦЕРСКИЕ
                КУРСЫ ПВО 1982 ГОД
    С угоном боевого самолета в Японию была дискредитирована система государственного опознавания, позволявшая определить принадлежность летательного аппарата, находящегося в зоне радиолокационного контроля. В стране была создана новая система Государственного опознавания, внедрение которой шло по специальной программе, руководил которой маршал авиации Савицкий. Новая аппаратура пришла и в полк, где служил Сергей.
    Сергей вместе с представителями промышленности составил строгий график переоборудования старой системы на новую. Все эти мероприятия представляли строжайшую тайну, поэтому была разработана легенда прикрытия «Строгий ремонт». То есть как бы промышленность оказывала помощь в ремонте радиолокационных станций в войсках, на самом деле встраивая новую аппаратуру Государственного опознавания в старые радиолокационные станции. В самый разгар замен аппаратуры, из объединения пришла телеграмма с предписанием убыть капитану Казаченко для обучения и освоения новой системы на центральные офицерские курсы радиотехнических войск противовоздушной обороны. Курсы находились в городе Владимир. Поезд за сутки с небольшим довез Сергея в Москву. На электричке поздно вечером добрался до Владимира. Прекрасные просторные, чистые помещения общежития, комната на двоих встретили Сергея в учебной части. Учеба после напряженной работы в войсках была как отдых. Однако Сергей к изучению техники подошел очень ответственно. Группа, в которой он изучал аппаратуру системы Государственного опознавания, была одна из самых первых групп и учебной литературы практически еще не было. Учили используя заводские технические описания и техническую эксплуатационную документацию.
    Преподаватель - капитан Журанюк Василий Владимирович, только что назначенный на эту должность, очень грамотно вел совершенно новую дисциплину, как для себя, так и для слушателей. Вечером после занятий часто сидели самые «заведенные» и вместе с преподавателем разбирали бесконечные синьки схем нового наземного радиолокационного запросчика Государственного опознавания.  Между напряженной учебой слушатели посетили музеи города. Поразили Сергея крепость, монастырские стены и великолепные церкви. В центре города в монастыре покоились мощи легендарного Александра Невского. Прекрасные художники, настоящие мастера своего дела, создавали древний город. Дух воинства, непокоренной русской земли, витал в стенах крепости. Золотые Ворота - символ древнего города были открыты для друзей и наглухо закрыты для врагов. Также и небо над нашей страной было открыто для всех, кто пришел к нам с миром и закрыто для недругов, тех кто пришел со злым умыслом. Произведением искусства встали стены древнего Суздаля. Группа слушателей с восторгом наблюдали прекрасные строения древней земли Русской. Сергей представил себе перед воротами крепости тесные ряды воинов в кольчугах, на солнце блестели клинки сабель, копья. Такую силу сломить было невозможно.
Зачеты и экзамены Сергей сдал одним из первых. ЦОК дал очень хорошие практические знания на много лет вперед. В последующем часто приходилось ремонтировать и эксплуатировать новую систему, полученные знания как нельзя лучше пригодились в войсках.

                КАРЕЛИЯ. РЕБОЛЫ
    Новая система государственного опознавания в массовом порядке внедрялась в войска. Из штаба архангельской отдельной армии ПВО пришло указание провести облеты подразделений, оснащенных новой системой государственного опознавания. Командир полка подполковник Волунгис поставил задачу Сергею Петровичу лично руководить облетом в подразделении Реболы, где были две радиолокационные станции, оснащенные новой системой. Поздно вечером Сергей убыл на поезде до станции Муезерка. Утром на бензовозе преодолев стокилометровый маршрут прибыл в батальон. По приборам и по имитаторам настроили и несколько раз перепроверили работу аппаратуры. Знания, полученные во Владимире, пошли на пользу. Самолет–лаборатория был уверенно опознан новой аппаратурой. Облет прошел успешно и со снимками фотоконтроля Сергей Петрович отправился в обратный путь. Как выяснилось позже, только петрозаводский полк сработал на отлично. Было приятно получить благодарность от начальника штаба армии.

                КАРЕЛИЯ.БЕСОВЕЦ 1982 ГОД
    Вечером командир пригласил своих заместителей.  Командир полка с уважением относился к своим заместителям - мои подполковники, с гордостью называл он их, часто собирал их вместе. В кабинете командира они докладывали о делах полка каждый по своему направлению. На основании их доклада, командир принимал решения, и они неукоснительно воплощались в жизнь. Заместители работали дружно, помогая, друг другу во всем. При такой работе, дела в полку заметно улучшались. В кабинете командира полка, красный и надутый сидел заместитель командира полка по политчасти подполковник Николай Афанасьевич Яровой.  Потрясая в руке брошюрой - инструкцией политорганам в вооруженных силах - он вещал,
     -  Политработник не офицер, он представитель партии в армии.
     - Послушай, замполит ... - начал начальник штаба подполковник Князев.
     - Я не замполит, - взвизгнул Николай Афанасьевич - Я начальник политотдела! 
   Я по положению первый секретарь обкома. Офицеры политотдела не должны ходить в наряды, они должны заниматься партработой.
   Оказывается, вчера в ночь, проверяя службу, начальник штаба отчитал пропагандиста полка за упущения - обязанности дежурного по полку пропагандист выполнял спустя рукава.
   - Я могу даже командира привлечь к партийной ответственности, - продолжал он торжественным тоном, - если посчитаю нужным. Заместители молча переглянулись, встали и вышли из кабинета, не дожидаясь разрешения командира. С этого дня люди стали сторониться офицеров политотдела. Неприятный осадок остался надолго.

                КАРЕЛИЯ. МИНОЗЕРО 1982 ГОД
    Командир полка утром на совещании проводил инструктаж по проведению плановых учений в составе дивизии ПВО с применением боевой авиации и учебными действиями зенитных ракетных дивизионов. Для более качественного выполнения предстоящих учений он предложил своим заместителям заблаговременно убыть в наиболее слабые подразделения полка для безусловного выполнения ими своей боевой задачи. Сергею Петровичу досталась рота в поселке Минозеро. На самом деле такой поселок существует только на карте. Вокруг роты полностью отсутствуют какие-либо населенные пункты, кроме пограничной заставы с тем же наименованием. Рота находилась на северо-западе полка, практически в несколько десятках метров от границы с Финляндией. На короткой постановке задачи офицерам службы вооружения Сергей определил состав группы, отдал команду готовить самое необходимое техническое имущество, теплую одежду, валенки. Начальнику мастерской капитану Сергею Шорохову он отдельно поставил задачу готовить подвижную мастерскую на автомобиле ЗИЛ-131. Рано утром группа офицеров выехала в сторону границы с Финляндией.  На всем пути их сопровождал сказочный карельский зимний лес. Природа, казалось, спала зимним сном, не забывая, однако изредка из-под снега подставлять под колеса автомобиля каменные валуны. Преодолевая снежные заносы, с трудом к вечеру доехали до Государственной границы. Чтобы попасть в роту, нужно было проехать за ворота электронной системы охраны Государственной границы СССР. Дежурный наряд пограничников, проверив документы, пропустил автомобиль за ворота системы. Система - это обычные деревянные столбы с изоляторами и натянутой колючей проволокой. При обрыве проволоки система срабатывала и подавала сигнал. Наряд, прибывая к месту разрыва, искал причины нарушения и устранял их. Дальше по бездорожью пробивались к роте. Пограничники помогли пустили впереди трактор. К ночи прибыли в роту. Командир роты был не очень рад прибывшим. Наспех поужинав, приступили к проверке техники. Состояние техники было удручающее. Разбив офицеров на группы, Сергей приступил к ремонту и восстановлению радиолокационной техники роты. Начальника мастерской отправил ремонтировать радиолокационную станцию обнаружения маловысотных целей П-15, двух других офицеров из полка послал восстанавливать радиолокационную станцию метрового диапазона П-18, сам отправился на радиовысотомер ПРВ-16. Около четырех часов утра собрал на пункте управления роты всех офицеров. Подводя итоги, сказал:
    - Основные станции роты и высотомер до начала поверки не способны были выполнить задачу.
    – Командир, объясни, как ты дошел до такой жизни. Командир роты начал оправдываться, ссылаясь на нехватку офицеров, хозяйственный заботы и другие на его взгляд существенные причины.
    - Нет, это не то, все очень просто, нужно самому знать и любить технику, а все остальное приложится, - сделал заключение Сергей. После чего, перед началом боевой работы решили отдохнуть. В ленинской комнате уже стояли кровати для прибывших офицеров. Через несколько часов Сергей поднял и отправил отдохнувших людей на станции. Тут же прозвучала поступившая из полка команда на приведение роты в полную боевую готовность. Рота успешно выполнила свою задачу, все истребители, выполнявшие в ходе учений роль маловысотных целей условного противника, были обнаружены на предельных дальностях и соответственно условно уничтожены ракетчиками.
   - Запомни командир, - обращаясь на прощание к командиру роты сказал Сергей, - если не знаешь технику, учи, от этого твой авторитет не упадет, наоборот. Ну а если не хочешь учить, считаешь, что всего достиг, то пиши рапорт и иди замполитом, заместителем по тылу, куда угодно только подальше от техники.  Нужно сказать, что командир роты резко изменил свое отношение к технике и через несколько лет Сергей встретил его уже командиром батальона, но это была уже другая история.

                ИТОГИ ПРОВЕРКИ
   Подведение итогов проверки проводимой группой офицеров управления отдельной армии ПВО было назначено в клубе соединения. Сергей и другие заместители, вместе с командиром полка прибыли и заняли отведенные в зале им места. Проверка прошла в штатном режиме, проверяющие офицеры остались довольны положением дел в полку. С докладом, по сути дела Сергей был уже ознакомлен. Руководитель проверки генерал Авдеев был очень большой любитель выпить.  Все время, когда офицеры соединения работали в подразделениях дивизии он провел в бане и конечно с возлияниями. Начало доклада начиналось с оценки действий соседнего полка. Состояние техники в этом полку оставляло желать лучше, коллега Сергея уже предпенсионного возраста подполковник Семенов не очень рвался работать в полную меру сил. Генерал взял черновые варианты доклада и, не совсем твердо держась на ногах, стал в очень резкой форме, добавляя от себя ругательства читать текст итогового доклада по этому полку. Листы с докладом путались в его дрожащих пальцах, выхватил не тот лист он с трудом читал текст доклада и все перепутал. Сергей Петрович услышав свою фамилию, встал, как положено.
   - А, вот он бездельник, …  и генерал добавил, - выгоню из армии без пенсии, к чертовой матери…
     От незаслуженной обиды Сергей, было, хотел возразить, но сидевший рядом командир предупредил
   -  Молчи! Когда очередь дошла до оценки деятельности работы Сергея Петровича, генерал, снова назвав фамилию Сергея начал хвалить и ставить его в пример другим.
   - Учись терпеть, но сам так никогда не делай, -  позже сказал ему командир.
    Полк выполнял ответственную задачу по охране воздушной границы СССР. Напряженность службы достигала в летний период критической точки. Масса легкомоторных самолетов и вертолетов кружило в воздухе с сопредельной стороны. Техника работала на износ. Только поддержание ее в высокой степени готовности позволяло полку выполнить поставленную перед ним боевую задачу. Все силы вкладывал Сергей Петрович в работу. Сутками, не слезая с УАЗика мотался по всем подразделениям полка. Офицеры службы вооружения зачастую обижались на его требовательность, не выдерживая бешеного темпа работы.  Новое назначение не заставило долго ждать Сергея. С огромным сожалением, попрощавшись с друзьями, с командиром полка, отправился в радиотехническую бригаду, дислоцированную на Кольском полуострове.

                СЕВЕРОМОРСК. КОЛЬСКИЙ ПОЛУОСТРОВ.
                ЗАПОЛЯРНЫЙ. МАЙ 1983 ГОД
   Повышение по службе Сергей Петрович встретил спокойно, опыт работы есть, тяжелой офицерской работы, и ответственности он не боялся.  Став заместителем командира радиотехнической бригады по вооружению, он с удвоенной энергией принялся за работу. Бригада по сравнению с предыдущим полком во всех отношениях была гораздо сложнее. Зима кончалась, наступал период проведения регламентных работ - самая ответственная пора в работе инженеров. Полным ходом шла подготовка к навигационному завозу техники и технического имущества на побережье и острова. Конечно, как всегда тяжело было с жильем, но Сергей не унывал и работал в полную силу. Опыт работы в полку помог ему привести в порядок радиолокационную технику бригады. Начав с самого главного - с расстановки людей, Сергей Петрович получил ощутимые результаты.

                КАРАПУКАС
        Машина, натужно ревя перегруженным двигателем, упорно карабкалась вверх практически по бездорожью круто в гору. Колеса то попадали в колею, то выпрыгивали из нее и машину било бортами кузова о снежно - ледяные стены тоннеля, пробитого за зиму.  Сергей Петрович, оставив свой УАЗик у подножья горы, возле вентиляционного люка шахты, пересел на ЗИЛ-157 или как его ласково называли «дедушка Бэмс», чтобы подняться на позицию радиолокационной роты.  Рота располагалась на отметке 457 метров над уровнем моря, которая носила странное название Карапукас. Со стороны казалось, что кто-то очень большой специально поставил среди скал Кольского полуострова это пик с небольшой, плоской вершиной, чтобы поставить на него локаторы.  Господствующая высота, полное отсутствие углов закрытия давали большой прирост в дальности обнаружения крылатых ракет, самолетов и вертолетов потенциального противника, летящих на малых высотах.  Однако сильные ветра, снег и обледенение обламывали антенны радиолокаторов за один сезон. На вооружение радиотехнической бригады начали поступать новые радиолокационные станции «Перископ», предназначенные для работы именно с таких горных пиков. Для того чтобы работать в условиях любых ветровых нагрузок вплоть до урагана, «Перископ» должен быть укрыт радиопрозрачным куполом. 
    Неимоверных трудов личному составу роты стоило затащить технику на высоту.  Много времени еще прошло с этого дня, когда Сергей Петрович впервые определил будущие места стояния локаторов. Прошло полгода, шли наладочные работы - через несколько дней техника должна стать на боевое дежурство. Станция была новая поэтому помощь в ее разворачивании оказывала горьковская заводская бригада.  Сергей Петрович сидел за экраном локатора, меняя режимы работы, включал самые критические. С большим удовлетворением он отметил - локатор «видел» что надо, цели обнаруживались практически с взлетной полосы норвежского аэродрома Киркинес.  Несколько таких же мощных локаторов были развернуты вдоль финской границы.  Ожидаемые крылатые ракеты, летящие на предельно малых высотах, должны быть надежно обнаружены и уничтожены благодаря «Перископу».

                СЕВЕРНЫЙ ФЛОТ
    В кубрике начальника штаба соединения больших десантных кораблей Северного флота, где Сергей Петрович принимал участие в совещании совместно с группой морских офицеров, была рабочая атмосфера. Руководил совещанием начальник штаба соединения капитан первого ранга Святошов, опытный и грамотный морской офицер. На столе лежали синьки с промерами глубин у берегов, куда необходимо было доставить новую технику. Острова Харлов и Кильдин, побережье Кольского полуострова имели в основном крутые скалистые берега, сложный рельеф дна. Морские офицеры озабочено разглядывали карты. Практически, большой десантный корабль «Петр Ильичев» не в состоянии был выгрузить технику на берег у мест стояния радиолокационных рот Харловки и Дроздовки. Сергей Петрович знал эти места не по карте, а своими ногами, на практике. Задача была очень трудной и в какой-то степени не выполнимой.
    - Большой «десантник» не может выгрузить технику у берегов по не промеренному  рельефу дна - подвел итог совещания начальник штаба соединения,
    - А что скажет тыл флота? Вспомогательный флот не имеет кораблей с такой грузоподъемностью и нет плашкоута для перевозки на берег техники ПВО. - Заявил начальник отдела вспомогательного флота Северного флота капитан первого ранга Клеменко Петр Петрович. 
     Такие итоги совещания вконец расстроили Сергея Петровича. Однако задачи никто не отменял. Нужно было выполнять любыми путями. Приехав в Мурманск, Сергей в морском торговом порту принялся искать причал, где стоял сухогруз «Павел Пономарев». К капитану этого корабля ему посоветовал обратиться начальник отдела морских перевозок порта. Корабль «Павел Пономарев» заметно выделялся среди других кораблей, стоявших рядом на причале. На носу корабля был нарисован белый мишка - символ Арктики. Корабль «красного» - ледокольного типа, семитысячник, то есть водоизмещением семь тысяч тонн, имел вместительных три трюма и три твиндека. Старпом, относительно молодой - видимо ровесник Сергея, встретил радушно. В теплом кубрике старпома, после горячего чая, он внимательно выслушал и обстоятельно расспросил обо всех деталях предстоящей операции по доставке техники на побережье. После длительных колебаний и сомнений он согласился, но с одним условием Сергей Петрович должен сам, лично организовать разгрузку техники на берег. Сначала они вымерили все на миллиметровке с контурами палубы, надстроек и внутренних объемов корабля. Затем вместе с грузовым помощником капитана они прошли на палубу корабля и прикинули, как можно организовать погрузку. Погрузка после подготовительных работ заняла минимальное время. Отход назначен на шесть утра и вот корабль проходит выход из Кольского залива в Баренцево море. Сергей Петрович стоял на палубе и видел, как проплывал мимо город Североморск и на берегу дом, где он жил рядом с памятником воину - Североморцу, в народе прозванному Алешей. Так с любовью называли памятник моряку с автоматом наперевес - защитнику мурманской земли. С корабля были видны даже занавески в окне на пятом этаже. Проходя выход из залива напротив острова Кильдин, капитан судна получил команду стать на якорь. Стояли осенние, уже короткие дни.
   Позже, поступила команда «Павлу Пономареву» в составе четырех сухогрузов отработать суточный поход в сопровождении конвоя боевых кораблей Северного флота - на флоте проходили учения. В открытом море ветер и волны раскачивали корабль, водой захлестывали технику, которая была закреплена на крышках люков. Вместо поворота направо из Кольского залива конвой двинулся налево, в сторону Норвегии. Пройдя из Баренцева моря в Норвежское, вдали от берега попали в шторм. Вдали, на берегу в фиордах показались города Норвегии. Сильный ветер и шторм измотали Сергея Петровича. Несколько раз конвой, идущий в нейтральных водах, облетал самолет - разведчик «Орион», встречным курсом прошел натовский разведывательный корабль «Мариата». Несколько человек на его палубе внимательно рассматривали загруженную технику. Однако вскоре поход закончился, конвой повернул обратно к берегам Кольского полуострова. Пробыв в плавании в общем счете около двух недель корабль поменял курс на восток и уже подходил к позиции подразделения расположенного на берегу моря в устье реки Харлов.  Самое трудное было при выгрузке на берег. Водитель тягача КрАза, солдат - первогодок с третьей попытки не смог снять с плашкоута тяжелый прицеп, а ведь необходимо еще подняться по крутому скалистому берегу на позицию роты. Технику нужно было снимать с плашкоута во время прилива, чтобы он не «обсох». Прилив заканчивался и Сергей Петрович сам сель за руль тягача. Помог опыт Карелии, там приходилось карабкаться с тяжелой техникой на крутые склоны гор. Мощный, седельный автотягач Краз-260В на пониженной скорости, монотонно ревя мощным двигателем, медленно поднимался по скалам круто вверх. Чтобы попасть на корабль для второй ходки, обратно на понтон пришлось идти по морю по пояс в ледяной воде – начался прилив. Сергей первым вошел в воду по пояс, разгребая забинтованными руками кусочки льда. Забинтовать же руки пришлось от кровавых следов железного троса на ладонях. С предельным напряжением вся остальная техника была разгружена на других прибрежных позициях радиотехнических войск.
     В кратчайшие сроки офицеры и солдаты подразделений с неимоверным напряжением развернули и привели в готовность к боевому дежурству новую технику, в ходе работ, осваивали ее эксплуатацию и боевое применение. К началу зимы, система маловысотного радиолокационного поля вдоль северного побережья Кольского полуострова находилась на боевом дежурстве.

                СЕВЕРОМОРСК. КОЛЬСКИЙ ПОЛУОСТРОВ.
                РЫБАЧИЙ. ВАЙТАЛАХТИ 1985 ГОД
    Убыв в командировку на побережье Баренцева моря, Сергей Петрович получил задачу от своего армейского руководства разобраться с состоянием и дальнейшей перспективой использования радиолокатора, который находился практически на самой северо-западной части побережья в его части. Уникальный локатор был создан и построен в начале 70 годов, и по тем временам он воплощал в себе лучшие технические решения и научные достижения, значительно опережая время. В огромном, трехэтажном здании с гигантской антенной на крыше, локатор производил внушительное впечатление даже внешне. Его мощная энергетика и тонкая обработка радиосигналов позволяла обнаруживать самолеты на запредельных дальностях, при немыслимых радиопомехах, которые мог поставить вероятный противник.  Достаточно сказать, что локатор обнаруживал американский самолет - разведчик SR-71, который всегда появлялся неожиданно, двигаясь на большой высоте вдоль западных берегов Норвегии, намного раньше других радиолокационных станций, круглосуточно и напряженно всматривающихся в приграничное небо Союза. Однако высокая стоимость эксплуатации и большое количество военнослужащих, обслуживающих его, после очередного сокращения, уменьшившегося вдвое, создавала большие проблемы. Запасные части уже давно не выпускались промышленностью. Техническое состояние в силу этих и других причин ухудшалось.  Во всем этом предстояло разобраться и подготовить предложения для принятия решения о дальнейшей судьбе уникального локатора. Выйдя из казармы, Сергей Петрович вместе с прибывшим офицером из армейской инженерно-радиолокационной службы майором Миргородским Виктором Васильевичем направился на радиолокатор, который находился около двух километров от подразделения.  Ветер усиливался, и идти становилось все труднее и труднее. Выйдя на открытое место, офицеры с трудом передвигались, держась за веревку, натянутую вдоль дороги. Ветер настолько сильно бил в лицо, что даже казалось, волосы шевелятся на голове под шапкой, завязанной на подбородке.  Полы шинели разлетались выше пояса. В трехэтажном здании радиолокатора они согрелись, начальник станции майор Белый попоил горячим чаем.  Проходя по залам, где размещалась аппаратура, офицеры проверяли параметры систем локатора, последовательно поднимаясь с нижнего этажа к верхнему.  Сергея Петровича поражало то, что он впервые встретил реализованные принципы обработки сложных сигналов, описанных в учебнике по теоретическим основам радиолокации под редакцией Якова Давыдовича Ширмана.  Однажды листая пыльные машинописные работы в запасниках академической библиотеки, он наткнулся на кандидатскую диссертацию Якова Давыдовича, которую затем ученый совет Академии засчитал как докторскую. Схемы и даже рисунки из той далекой работы предстали перед ним в металле и в реальной аппаратуре.  Состояние радиолокатора позволяло работать еще длительное время. Однако был составлен список запасных частей необходимых для устойчивой работы станции.  Теплые, сухие помещения защищали сложнейшую аппаратуру от бушующей снаружи непогоды.  В завершение они поднялись на крышу здания, где по кругу, опираясь на рельсы, вздымалась вверх могучая и ажурная антенна локатора. Ветер, ударяясь в паутину элементов антенны, вызывал высокие, неземные, почти космические звуки - это пел локатор. Музыка локатора особенно сочеталась с северным сиянием, рассыпавшимся по всему небу. Небо очистилось, и перед ними открылась величественная картина   прямо перед станцией лежал западный залив Вайда, слева виднелась кромка берега - это Норвегия, справа могучий океан, за спиной полуостров Рыбачий. Проверка и осмотр закончился.  Локатор жив, и офицеры сели обсудить и выработать предложения по дальнейшей его эксплуатации.
 
                СЕВЕРОМОРСК. 13 СЕНТЯБРЯ 1987 ГОДА.
      В одном из тяжелейших подразделений бригады Дальние Зеленцы был размещен пункт наведения истребительной авиации, поэтому готовность техники подразделения была под особым контролем. Климатические условия были таковы, что морской воздух и соляной туман на побережье уничтожали металлические антенны локаторов в течении одного двух лет. Недаром поблизости был расположен институт Баренцева моря.  Основная радиолокационная станция подразделения пришла в негодность, и свернутая стояла на причале готовясь к отправке в капитальный ремонт. Подмены не было.
Кольский корпус ПВО, куда входила радиотехническая бригада охранял северные границы СССР, около которых с разведывательными целями курсировали самолеты НАТО. Их интерес к побережью Баренцева моря с базами советских атомных подводных лодок, был настолько велик, что летчики вылетали на перехват вражеских самолетов по нескольку раз в день. Средствами разведки бригады рано утром был обнаружен патрульный самолет «Орион» ВВС Норвегии. Самое неприятное, что этот норвежский самолет-разведчик мог находиться в воздухе без посадки и дозаправки топливом до 12 часов, контролируя перемещение советских кораблей и подводных лодок. Самолет, во-первых, находился в опасной близости от воздушной границы СССР, во-вторых, упорно бросал радиобуи по проходящим атомным подводными лодкам выходящих из Кольского залива на боевое патрулирование. С аэродрома Килп-Явр подняли на перехват норвежца истребитель Су-27.  За штурвалом истребителя находился Василий Цимбал. Едва летчик увидел норвежский самолет, барражировавший над нейтральными водами около советской границы с явно разведывательными целями, как у него в голове тут же созрел план. Его истребитель проносился вокруг вражеского самолета не то, что на опасном расстоянии, он чуть ли, не задевал днищем своего истребителя кабину пилота «Ориона». Крутил вокруг него фигуры высшего пилотажа, несколько раз заходил на атаку. Трудно себе представить, что испытывали в это время пилоты разведывательного самолета. Особенно тяжело им пришлось в тот момент, когда Василий Цимбал килем все-таки зацепил винт «Ориона», который сломавшись, пробил обшивку норвежского самолета. В итоге самолету-разведчику все же пришлось покинуть территориальные воды около советской границы и уйти на базу. Тем не менее, напоследок Цимбал снова догнал норвежца и сбросил немного топлива на кабину пилота. Большего унижения для пилота «Ориона» и придумать было нельзя. Вечером того же дня советскому послу в Норвегии была вручена нота протеста. Летчики и штурмана свалили инцидент на отсутствие радиолокационного контроля – опасное сближение результат плохой работы локаторов радиотехнической бригады. Сергей Петрович соответственно был наказан за якобы «плохое» состояние техники. Однако внеочередная проверка показала высокую готовность техники подразделения. Интенсивность разведывательных полетов после этого случая заметно снизилась.

                НИКЕЛЬ. ЗАПОЛЯРНЫЙ.  АВГУСТ 1988 ГОД
      Во второй половине дня 28 августа на командный пункт радиотехнической бригады поступил доклад от пограничников: - В районе восьмой погранзаставы пролет с сопредельной стороны спортивного легкомоторного самолета. Высота до 10 метров, курс 72. Дежурные радиолокационные станции цели не обнаружили. После приведения бригады в готовность номер один, когда дополнительно были включены основные радиолокационные средства вдоль границы, цель кратковременно появилась на экранах и тут же пропала.
    Взвод радиоразведки из состава бригады разведки флота находился совместно с радиотехническим батальоном в городе Заполярном. Дежурный разведчик перехватил переговоры летчика самолета - нарушителя с землей. Специалистам батальона радиоперехвата удалось перехватить переговоры на УКВ - связи (перевод с немецкого языка):
   - 31 как меня слышите? Я Киркинес-21.
   - Слышу хорошо, все идет по плану.
   - 31 пока вас разведка не обнаружила.
Информация с координатами самолета была передана на зенитный ракетный дивизион.  Станция разведки цель обнаружила. Командир дивизиона оценил обстановку и доложил на командный пункт полка:
    - Цель, легкомоторный самолет, захватил. Веду устойчиво. Цель находится в запретном секторе пуска. Запретная зона пуска дивизиона назначалась на мирное время в направлении города падающий пороховой ускоритель стартующей ракеты мог вызвать пожары и повреждения.
    - 31, я Киркинес-21 Вас не вижу, где находитесь?
    - Нахожусь над железной дорогой. Снижаюсь и иду вдоль дороги.
   С аэродрома Килп-Явр в воздух был поднят истребитель - перехватчик СУ-27. Летчик визуально и в прицел увидел спортивный самолет серебристого цвета.
   - 31!  Внимание!  Над Вами истребитель.  Вас не вижу, поднимитесь выше.
   - Киркинес, я 31! Что мне делать? В это время практически все локаторы обнаружили цель, так как самолет поднялся выше 30 метров.  Летчик истребителя получил команду вынудить самолет покинуть территорию СССР, а в случае невыполнения команд уничтожить.  Попытки выйти на связь не увенчались успехом.  Слава Руста видимо не давала покоя его последователям. Летчик спортивного самолета «Цессна» увидел зависший над ним истребитель, резко изменил курс.  Снизившись на несколько метров, умело, используя местность, видимо досконально изученную заранее, летчик «Цессны» повел свой самолет вдоль реки в направлении к Финляндии.  В точке, где сходятся три государственные границы СССР, Финляндии и Норвегии, радиолокационная рота уверенно обнаружила и сопровождала незадачливого пилота, как при пролете через границу в сторону Финляндии, так и при пролете Финско-Норвежской границы.  Через 20 минут цель была потеряна над Киркинесом со снижением. Таким образом благодаря уверенным и слаженным действиям воинов Заполярья был предотвращен полет к Мурманску Андреаса Соммерса на легкомоторном самолете «Цессна».
     На следующее утро самолет из Москвы с комиссией, возглавляемой Главкомом Войск ПВО, совершил посадку в Североморске. Разбор показал правильность действий всех лиц дежурного боевого расчета.  Хотя недостатков и замечаний было достаточно много. Сергей Петрович сутки провел в напряженном ожидании результатов проверки боевой готовности радиолокационного вооружения бригады. Однако претензий к состоянию техники, со стороны начальника радиотехнических войск ПВО генерала Дуброва Григория Карповича не было. Инженеры не подвели.
     Григорий Карпович, не спрашивая согласия Сергея твердо заявил:
    - Будешь назначен главным инженером радиотехнических войск Армии ПВО в город Архангельск. Смотри не подведи.

                ВОЛГОГРАД. КАПУСТИН ЯР 1993 ГОД
    Впервые принимая участие в испытаниях нового радиолокатора, в составе государственной комиссии, Сергей Петрович уже в новой должности чувствовал себя причастным к истории.  Знакомство с Главным конструктором состоялось буднично и просто.  На позиции полигона, где был, развернут опытный образец нового локатора «Небо-У» пожилой, худощавый, подтянутый мужчина объяснял назначение элементов локатора.  После окончания осмотра внешних устройств, антенно-мачтовых систем, члены комиссии собралась в кабине индикаторных устройств. Здесь Сергея Петровича представили Главному конструктору. Зачепицкий Александр Аронович очень внимательно выслушивал все замечания и предложения, делился своими планами и замыслами.  Как впоследствии убедился Сергей Петрович, все основные замечания были устранены к концу испытаний.  Резкое ограничение денежных средств, выделяемых на науку, впоследствии отрицательно сказалось на развитии радиолокации. Уникальный локатор, созданный вопреки всем трудностям и противоречиям в кратчайшие сроки, так и не получил массового распространения в войсках. На его серийное производство уже не нашлось средств. В то - же время среди зарубежных аналогов этому локатору не было равных по своим возможностям. Радиолокационная станция «Небо-У» обнаруживала на предельных дальностях самолеты – «невидимки», выполненные по американской технологии «Стелс». Общение с Зачепицким значительно расширило и обогатило знания и кругозор Сергея Петровича.

                АРХАНГЕЛЬСК-МОСКВА 1992 ГОД
    Служба в армейском аппарате была ответственной и хлопотной. Сергею приходилось часто бывать в радиотехнических полках и бригадах. Воркута, Беломорск, Новая Земля, Североморск, Бесовец, Васьково - список географии Крайнего Севера огромный. Подбор кадров, планирование, контроль за эксплуатацией и боевым применением вооружения войск – ключевые вопросы, которые приходилось решать в тяжелейших условиях радиотехнических войск. Подразделения, входящие в состав полков и бригад разбросаны по таким «медвежьим углам» что добраться туда о связано с огромными трудностями.
   Организация эксплуатации радиоэлектронной техники в войсках охватывает широкий круг вопросов, начиная от создания новых образцов, освоения их войсками, поддержания в течение всего жизненного цикла в постоянной готовности к боевому применению, кончая последним вздохом, разборкой и утилизацией вооружения. Все это Сергей Петрович прочувствовал на своей шкуре и прекрасно знал, что, где и как нужно делать. На сборах инженерно-руководящего состава, проводимых вышестоящим штабом, выступил с сообщением главный инженер радиотехнических войск Московского округа ПВО Лев Федорович Олейников. Это был доклад инженера, который смог впервые все четко описать и разложить по полочкам, научно обосновав методы, пути и подходы к решению сложных вопросов в эксплуатации вооружения.  Проблемы организации эксплуатации техники, их систематизация, научное обоснование наиболее рациональных подходов постоянно волновали Сергея Петровича. Впоследствии, отойдя от военной службы, Лев Федорович возглавил лабораторию эксплуатации вооружения и военной техники в одном из ведущих московских НИИ.  Сергей Петрович, неоднократно встречаясь с доктором технических наук Львом Федоровичем, поражался его энергии, напору и вместе с тем научными, методологическими подходами к решению практических вопросов. Выводы из научной работы, которой руководил Лев Федорович, напрямую должны были дать ответы на стратегию и тактику эксплуатации техники нового поколения в современных экономических условиях.
В начале 90 годов в войска шла в массовом порядке новая радиолокационная техника и автоматизированные средства управления. Работа была проделана огромная. Благодаря слаженным организаторским действиям аппарата главного инженера армии, а это было около десяти опытных подготовленных офицеров - мастеров своего дела, в войсках успешно заканчивалось перевооружение. Результат не заставил ждать. Командующему армии пришла телеграмма - отправить Сергея Петровича в Москву в Главный штаб ПВО, на должность главного инженера РТВ ПВО.  Это была высшая инженерная должность в радиотехнических войсках.

                ВЛАДИМИРСКАЯ ОБЛАСТЬ. СУДОГДА 1995 ГОД
    Встреча с Генеральным конструктором радиолокации произошла в обычной обстановке на Государственных испытаниях другого радиолокатора разработанного под руководством Евгения Александровича Прощина. Испытания проходили на полигоне института. Средств перевезти новый радиолокатор на полигон Капустин Яр не было. Испытания и приемку современной станции проводили по упрощенным правилам на полигоне института. Сергей Петрович в новой должности был назначен заместителем председателя Государственной комиссии и взялся за дело с большим энтузиазмом. Радиолокатор «Гамма» был разработан по современным принципам радиолокации.  В работе возникли трудности с выполнением требованием по надежности элементов радиолокатора. После длительной работы проявив настойчивость, комиссия все-таки отметила, что недостатки были устранены и приняты меры по улучшению надежности и в других элементах станции. Генеральный конструктор радиолокации Кузнецов Юрий Александрович произвел на Сергея впечатление грамотного, спокойного выдержанного научного руководителя радиолокационного направления. Обсуждая с членами государственной комиссии обнаруженные недочеты, он правильно и четко сформулировал пути их устранения.
    Заместитель Главнокомандующего ПВО по вооружению начальник Сергея генерал-полковник Рувимов Владимир Сергеевич проявлял большой интерес к новым разработкам и принял решение лично ознакомится с новой техникой. Как всегда, сработал генеральский эффект при показе разворачивания станции заело элемент антенны. Главный конструктор схватил веревку и бросился чтобы вручную довести элемент антенны до замка, чтобы он занял рабочее положение.  Генерал в шутку сказал,
   - Отберите у него веревку, мы верим, что антенну заело по другой причине, а то вдруг повесится. Все засмеялись. Обстановка разрядилась, и антенна стала в рабочее положение. Главный конструктор показал высокие возможности новой станции. Работа государственной комиссии заканчивалась, станция была принята на вооружение.

                ПОДМОСКОВЬЕ 1996 ГОД
    Вечером, возвращаясь со службы в общежитие, Сергей Петрович шел по лесной тропе, кругом был снег и темнел сосновый лес.  Домой идти не очень хотелось, несмотря на то что не был там уже неделю. Вернувшись из дальней командировки, он тяжело переживал ситуацию, в которой оказались войска.  Те несколько уникальных локаторов, один из которых находился в бывшем его хозяйстве на полуострове Рыбачий, были списаны и брошены. Подразделения, где они стояли на вооружении были сокращены и расформированы, также как многие другие в общей волне сокращений войск. Офицеры, в том числе и он сам, по несколько месяцев не получают денежное содержание, подразделения не укомплектованы солдатами и офицерами, боевая техника практически брошена и неисправна, в большинстве случаев невозможно было включить её - нет топлива.  Промышленность не в состоянии обеспечить технику запасными частями и приборами.  Обновление парка вооружения практически прекратилось.  Ремонтные предприятия останавливались не только из-за мизерного финансирования, но и от отсутствия подачи техники в ремонт, железнодорожники отказывались перевозить воинские эшелоны с техникой в долг.
     Сложилась парадоксальная ситуация, которую обыгрывали по радио и телевидению вооруженные силы были должны государству. Плата за электроэнергию, водоснабжение, газ, уголь, различные налоги на воинские части этот долг постоянно увеличивали. Огромная слабеющая страна, ограбленная новоявленными «героями капиталистического труда» не в состоянии, была содержать даже резко уменьшающуюся в ходе непрерывных и стремительных сокращений армию. Производство останавливалось, рынок заполнял огромный вал зарубежных товаров и продуктов по соответственно сказочным ценам.
     Тяжелое экономическое положение, куда привели страну с детской непосредственностью лысеющие завлабы, и стареющие авантюристы сказывалось на общем состояние войск.  Сергей Петрович на своем месте делал все, чтобы не допустить развала и разрухи в технике, однако, к сожалению, мало, что от него зависело. Надежда не давала расслабиться и бросить любимое дело.  Хотелось верить, что придут люди способные увлечь за собой к достойной жизни.  Вера в трудолюбие народа, в справедливость не покидала его.  Особенно воодушевляло положение дел в конструкторском бюро у Зачепицкого Александра Ароновича и Прощина Евгения Александровича.  Работа над новыми, более совершенными локаторами, несмотря на все трудности, в первую очередь безденежье, продвигалась успешно. В созданных локаторах были сосредоточены последние достижения науки и техники, а тактико-технические и эксплуатационные характеристики значительно превосходили все существующие раньше подобные локаторы.  Успешно закончив предварительные, заводские испытания оба локатора были готовы предстать перед Государственной комиссией и на Государственных испытаниях. Ярко светило луна, освещая лесную тропу. Вдыхая свежий морозный воздух, ускорив шаг и в такт шагам пришли слова той самой курсантской песни.  Настроение улучшилось и, подходя к КПП жилого городка, Сергей представил себе счастливое лицо жены и радость детей по его возвращению.

                СЫН
    Сын Сергея Петровича закончив военное училище с отличием, по выпуску получил назначение в один из престижных военный научно-исследовательский институт Москвы. Руководство института было довольно работой молодого офицера. Однако наступили времена, когда денежное довольствие офицерам не платили по два - три месяца. Молодому офицеру, проживающему в общежитии практически жить было не на что. Однажды вечером Сергей, заранее купив продукты приехал проведать и подкормить сына. Со службы он еще не вернулся и пришлось ждать его у ворот общежития.  Назвать общежитием огромные казармы, разгороженные на закутки кусками фанеры очень трудно. В закутках жили и одинокие офицеры и семейные. Удобства были в конце длинного коридора вдоль которого стояли детские коляски.
   Сергей Петрович в ожидании сына прогуливаясь у входа в общежитие увидел следующую картину: рабочие в синих спецовках с названием фирмы «Немецкие кухни» выносили фанерные ящики, видимо упаковку от установленной кухни. Молодые офицерские пары, проходя в общежитие остановились у помойки, где лежали выброшенные новыми русскими добротные ящики из многослойной фанеры.
    - Из этого ящика сделаем кроватку для ребенка, а эти пойдут на перегородку... донеслись обрывки разговора лейтенанта с молодой женой.   У Сергея Петровича защемило сердце - как можно еще унизить российского офицера?

                МОСКВА 1997 ГОД
    Сергей Петрович однажды задумался, имея большой жизненный опыт эксплуатации радиолокационной техники и знания, полученный в Академии, отшлифованные службой в радиотехнических войсках, нужно было остановиться и оглянуться. Так родилась идея написать научную работу, в которой бы реализовался накопленный опыт и знания, полученный на практике. Тема диссертации родилась не на пустом месте и была актуальной в условиях минимальных экономических возможностей по поддержанию радиолокационной системы радиотехнических войск «Разработка направлений реализации максимальной долговечности радиоэлектронных средств вооружения и военной техники Войск противовоздушной обороны». Материалы по подготовке к защите кандидатской диссертации приходилось писать по ночам, не в ущерб службе. Забот у Главного инженера по эксплуатации вооружения радиотехнических войск всегда хватало. Защита прошла блестяще: из семи шаров все оказались белыми. 
      Придя пораньше утром в понедельник на службу в прекрасном настроении, Сергей сел чтобы спланировать трудную неделю и распределить все задачи между офицерами отдела. Звонок телефона заставил его вздрогнуть.
- Ты на месте? - зачем-то спросил его начальник, - зайди ко мне. Сергей поднялся на второй этаж к начальнику управления в кабинет. Полетишь завтра в Красноярск, там примешь участие в работе ликвидационной комиссии в Красноярском училище. Приказом Главкома ВВС ты назначен заместителем председателя ликвидационной комиссии – добавил он, не глядя Сергею в глаза.

                КРАСНОЯРСК 1999 ГОД
   Самолет рано утром взлетел с аэродрома Чкаловский и взял курс на восток. Совершив по пути три промежуточные посадки, самолет поздно вечером приземлился в аэропорту Емельяново. На трапе самолета легкие обжег морозный воздух, еще при посадке экипаж объявил, что температура в Красноярске – 40 градусов мороза. Теперь, много лет спустя Сергей Петрович прошел КПП и не узнавал своего родного училища. Все было отстроено заново, новые учебные корпуса на месте стадиона и спортзал с плавательным бассейном, новый клуб. На кафедре познакомился с преподавателями. Офицеры были расстроены, и дальнейшая судьба каждого была достаточно неопределенной.  Те многолетние традиции и опыт, передаваемые из поколения в поколения еще из Гомельского радиотехнического училища практически должны пропасть, уйти в небытие. Кому мешало это учебное заведение на востоке страны, в которое шла учиться молодежь Сибири и Дальнего Востока?  Офицеры - выпускники училища, закаленные сибиряки шли служить в дальние гарнизоны, хоть на север или на юг огромной страны. Служили с честью и достоинством по охране воздушного пространства нашей великой Родины. Ознакомившись с материальной частью училища Сергей понял, что люди старались и всячески поддерживали в исправном состоянии учебную базу училища. Название комиссии «ликвидационная», психологически давила на людей. У всех было подавленное настроение. На всю оставшуюся жизнь у Сергея осталось гадкое чувство стыда, обиды в том, что он принимал участие в ликвидации старейшего военного учебного заведения страны. 

                МОСКВА 2000 ГОД
    Служба приближалась к завершению и отпраздновав свой юбилей Сергей Петрович, уволившись с военной службы решил продолжить работу в гражданской организации, связанной с разработкой и изготовлением современной радиолокационной техники, а также ее эксплуатации в войсках. Выбирать долго не пришлось. С предложенной должностью начальника научно-технического отдела в столичном НИИ радиотехники Сергей Петрович согласился и приступил к работе немедленно. Работать было интересно. Учить Сергея Петровича напряженной работе не надо. Работа приносила удовлетворение. Весь свой опыт накопленный за годы службы Сергей Петрович применял в работе. Для него в работе не было второстепенных вопросов и самое главное было не осрамить высокого офицерского звания, даже офицера запаса. Везде он подчеркивал, что не бывает бывших военных, бывших офицеров, что это на всю оставшуюся жизнь. Так, пройти по жизни с высоко поднятой головой он был приучен за годы своей непростой военной службы.


Рецензии
Прочел до "Тревоги".
Интересно пишите, Александр.
Как понял, о себе.
Понравилось.

Реймен   05.06.2022 20:36     Заявить о нарушении
Буду брать пример с Вас. Нужно размещать по главам, а не целиком. Так удобнее читать. В основном это автобиография, реальные события.
Спасибо за прочтение и оценку

Александр Щербинко   06.06.2022 10:03   Заявить о нарушении
Безусловно, Александр.
Лучше по главам.

Реймен   07.06.2022 16:23   Заявить о нарушении
Прочел до "Вирты.Учебный полигон".
Хорошо пишите, Александр. Интересно.
Вспомнил и свою учебу.

Реймен   17.07.2022 20:05   Заявить о нарушении
Спасибо за отзыв . Приступил к главам.

Александр Щербинко   18.07.2022 18:10   Заявить о нарушении
Прочел о Вашей службе в Архангельской области.
Достойно.
Впереди Карелия. Бесовец.

Реймен   26.07.2022 21:11   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 23 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.