Без названия...

Шумная городская жизнь… Пролетающие автомобили, проползающие троллейбусы, толпа маршруток, из последних сил обгоняющих друг друга… Уже темнеет, а вместе с сумерками сгущаются и тяжёлые свинцовые тучи, предвестники ненастья. И, хотя лучи яркого летнего солнышка ещё пробиваются сквозь серую завесу, горожане торопятся домой, в тепло и уют.
Кто-то нетерпеливо переминается с ноги на ногу, стоя на остановке в ожидании транспорта, кто-то задумчиво смотрит вдаль… И только одна девушка выделяется из общей массы своей отстранённостью от происходящего вокруг неё. Какое-то отчаяние проскальзывает во всём её облике.
Стемнело. Людей на остановке почти не осталось. Начал накрапывать мелкий дождик. Девушка, всё ещё ожидающая кого-то, была одета слишком легко для начинающейся непогоды.
Вдруг, после особенно сильного порыва ветра дождь хлынул сильнее. Девушка, продрогнув, попыталась спрятаться внутри полуразрушенной остановки, но это не слишком-то помогло.
Спустя ещё несколько минут последний из стоявших на остановке поймал маршрутку и уехал. Девушка осталась одна.
Дождь лил не переставая, она промокла насквозь. По лицу текли то ли капли дождя, то ли слёзы горечи и обиды… «Это последний раз», — твердила она себе, прекрасно зная, что ещё бессчётное количество раз будет вот так же стоять, ожидая человека, которого ей, к несчастью, довелось полюбить. И который над ней открыто и нагло издевался.
Вот сегодня… Она попросила его о встрече… Он обещал, и она поверила… А что ей оставалось делать? И вот теперь ждала, до последнего надеясь, хотя и знала, что он не придёт.
«Нет, так нельзя! Я тоже человек, — внушала она сама себе, — и у меня есть гордость…»
Доводы не имели никакого успеха. Стоило вспомнить это лицо, надменное и эгоистичное, но любимое…
В душе гремели грозы, по сравнению с которыми природный катаклизм, разыгравшийся на улице — просто лёгкое дуновение ветерка в жаркий летний день.
«Ну не умирать же здесь!», — замёрзшая и расстроенная, она собрала последние силы и пошла прочь.
Ветер швырял в лицо струи воды, ноги скользили в босоножках на каблуке, платье насквозь промокло… Девушка остановилась и сняла туфли. Это не очень помогло, всё равно она, уставшая, с трудом стояла на ногах под сильными порывами шквалистого ветра.
Вдруг колени у неё подогнулись и она едва успела опереться о дерево, очень кстати оказавшееся рядом. Постояв так несколько минут, она поняла, что сил идти дальше у неё просто нет…
Вдруг её подхватила чья-то сильная рука. Над ухом раздался участливый голос: «Вам помочь?»… Девушка только едва слышно простонала что-то в ответ, и тьма сгустилась у неё перед глазами.
Яркий свет ударил в глаза даже сквозь закрытые веки, и она очнулась. Над ней склонилось какое-то незнакомое лицо, чьи красивые серые глаза светились беспокойством. А ещё через секунду девушка поняла, что лежит на кровати в неизвестной квартире…
— Вам лучше? — поинтересовался незнакомец.
— Кто вы? Где я? — прошептала девушка.
— Вы у меня дома. Я проходил мимо и увидел вас… У меня сложилось ощущение, что вам нужна помощь. Если это не так, то приношу свои извинения…
— Нет-нет, мне действительно было нехорошо. Теперь лучше. Я пойду домой.
— Ночью? И в такую погоду? Вас кто-то ждёт дома?
— Нет… Я живу одна.
— Тогда оставайтесь, а утром я провожу вас.
— Спасибо, но я не хочу быть обузой.
— Если я не ошибаюсь, вам сейчас нужно тепло и дружеская поддержка. Всё это вы можете найти здесь… Я буду рад, если смогу помочь…
— Пожалуй, вы правы, — прошептала девушка.
Этот незнакомец, чьего имени она не знала, удивительно располагал к себе: полная сострадания улыбка, внимательный взгляд больших серых глаз. Он словно заглядывал к ней в исстрадавшуюся и изболевшуюся душу…
— Я дам вам что-нибудь сухое, переодеться.
Серые глаза теперь светились заботой, а на лицо упала непослушная прядь блестящих чёрных волос. Девушка, робко улыбнувшись, подняла руку и убрала её.
Через полчаса они пили горячий чай. Озноб перестал трясти девушку, и она на удивление легко рассказывала незнакомому человеку о себе… И, странным образом, чувствовала себя легко и спокойно, словно дома.
Спустя полгода они поженились.