Удыбка Джоконды

...Господи, сколько же это ещё может продолжаться! - Я уже потерял счёт времени с того момента, как мы начали заниматься любовью. Я весь взмок, волосы на лбу слиплись от пота. Ты же дышишь ровно, как во сне, твоё тело не отвечает мне. Всё это начинает мне надоедать, давно прошли те времена, когда в сексе мной двигала только похоть, и чувства женщины не играли для меня никакой роли. Я уже вступил в ту пору сексуальной зрелости, когда наслаждение женщины для меня важнее, чем моё собственное. Поэтому я кажусь себе сейчас бегуном на длинные дистанции, который нашёл в забеге свой ритм, знает, что ещё долго может в этом ритме бежать, но эта мысль не доставляет ему никакой радости. Постепенно мной начинает овладевать тоскливое сомнение в собственных силах: «нет фригидных женщин, есть неумелые мужчины» и тому подобная чепуха. Нет, скорее прочь от этих мыслей, а то, чего доброго станешь импотентом. Надо срочно отвлечь себя чем-нибудь. Вспоминаю женщин, которым было хорошо со мной в постели. Нет, это слишком сильно возбуждает, так всё быстро может коньчиться! Пытаюсь взгля-нуть на нас со стороны. Боже мой, что может быть смешнее и нелепее этих движений, когда в них нет страсти! Прямо ткацкий станок какой-то!
А интересно, какое лицо было у Джоконды во время оргазма? И смог бы Леонардо воспроизвести это на холсте? Чёрт, что за маразм лезет в голову!?
Ну, ладно, тогда подходящий анекдот:
Француз останавливается в отеле, заходит в свой номер и обнаруживает в постели женщину. Он ложится с ней рядом и делает то, что на его месте сделал бы любой француз. На следуюшее утро к нему обращается смущённый портье:
- Месье, мне очень неловко Вам об этом говорить, но вчера в Вашем номере умерла женщина, а мы не успели её вынести до Вашего приезда-
Француз:
- Что Вы говорите! А я подумал, что это была англичанка...

Да, но ведь ты-то не англичанка!
В этот момент моих ушей достигает странный звук, похожий не то на прощальный всхлип гитарной струны, не то на скрип несмазанной дверной петли. Тут до меня доходит, что это твой стон. И я, словно при вспышке молнии, снова вижу нас как-будто со стороны. Клянусь,нет ничего прекраснее двух наших сплетённых страстью тел! Голова твоя запрокинулась назад, лицо застыло в гримасе боли и наслаждения. Нет, для меня это вовсе
не гримаса, это улыбка! Улыбка Джоконды.